Один лишь твой взгляд и...

Джон в подобном заведении пребывает далеко не в первый раз и, честно, ему уже надоедают похожие друг на друга мальчики, что всё требовательно жаждут его внимания и всё трутся рядом. Видят, что кошелёк полон нала и воркуют с ним, пытаются флиртовать. А чего Джон ожидал? Он надевает очки в цвет своего рыжего клетчатого галстука и закатывает глаза, уставившись на сцену в ожидании, наверное, чуда. На сцену гордо вышагивает на ярко-голубых стрипах высокий, подкаченный юноша в джоггерах, из-под которых выглядывает светлая резинка нижнего белья. Уже интересно. Парень уверенно хватается за пилон, встав в завораживающую позу. Взгляд его ярко-голубых глаз встречается со взглядом Джона, в них что-то поблёскивает, они будто светятся изнутри. Между ними что-то проносится. Зазвучала музыка юноша начинает свой танец. К сцене буквально липнут чуть ли не все присутствующие девушки, какие-то парни. Он еле успел начать танец, а в его сторону уже летят купюры. Пока темп музыки медленно переходит к более быстрому, он неторопливо исполняет пару впечатляющих движений, но больше всего внимание Джона привлекают его плечи, то как они напрягаются, когда он держит собственный вес с такой лёгкостью, кружится на пилоне, и на его сильных руках набухают вены. Харрис не сдерживается, поднимается с места и проходит к сцене, мягко отодвигая милых девушек за талию. Музыка ускоряется, парень отходит от пилона и, сделав краткую передышку, начинает соблазнительный танец, двигаясь буквально всем телом, изгибаясь, резко падая на колени, поднимая расплоставшееся на полу в соблазнительной позе тело ногами, без помощи рук. Он использует буквально все наилучшие движения для привлечения и удержания внимания к телу, раздвигает ноги, сводит их, и всё это под восторженные визги девушек, от которых Джон чуть ли не глохнет. В конце в ход всё больше и больше идут руки парня, он охотно трогает свою шею, грудь, не стесняется спускать ладони по бёдрам и вновь бросает взгляд на Джона. Теперь он пристально на него смотрит, буквально говорит ему не смотреть никуда, кроме него, наслаждаться им, молит, чтобы он пожирал его взглядом. И Джон не против отдаться соблазну, снимает с себя очки и смотрит на незнакомца. Танец кончается и Харрис мигом подзывает к себе красавчика, суёт в его карман свёрток крупных купюр и опаляет своим дыханием его ухо: — Красотка, свободен? как насчёт.. приватного танца для меня, м? — Без проблем. Подойди к тому охраннику и скажи, что от Ли́ама. Я скоро к тебе приду — шепчет в ответ парнишка, указывает на крупного парня в форме, затем мягко гладит пальцем нижнюю челюсть Джона. Харрис ухмыляется и послушно идёт к мужчине, а тот отводит его в приватную комнату и говорит дождаться Уильяма, после чего уходит. Джон садится в удобное кресло и ожидает его прихода. Лиам не задерживается долго, но подходит к Харрису неторопливо, покачивая бёдрами, словно заигрывающая девица. Ох, Джон совершенно не жалеет о том, что сегодня сюда пришёл, что оставит здесь уйму налички и, возможно, увезёт этого красавца к себе домой на эту ночь. Харрис не заметил, как начала играть музыка, как Лиам, усевшись покрасивее перед клиентом, стал крайне эротично снимать с себя штаны, под которыми пряталась шнуровка его стрипов, длиной чуть ли не до колена. В этот момент Джону даже стало жаль этого красавца. Теперь танец наверняка посвящён одному только Джону и, по довольному лицу Уильяма ясно, что он наслаждается его компанией, а тот в свою очередь смотрит на танцора, не отводит от него глаз. Постепенно Лиам приближается, затем садится на колени Джона и двигается на них развратнее любого, кто когда-либо до этого оказывался на коленях Харриса. Уильям начинает действовать более открыто, он берёт Джона за его клетчатый галстук, тянет на себя и в сантиметре от его губ увиливает от соприкосновения, шепчет ему на ухо: — Давненько не видел таких богатых красавцев. Выглядишь прямо как мечта. — Лиам ухмыляется и слабо кусает Джона за мочку. Харрис же ловит от этого дикий кайф. Кажется, его симпатия вполне взаимна. Особенно прямо об этом говорит то, что не без помощи Уильяма рука Джона оказывается на его ягодице. Сам танцор же медленно двигает своими бёдрами, оперевшись руками о плечи Джона. Лиам закусывает свою губу и оборачивается, чтобы убедиться, что никто снаружи их точно не заметит и спускается с чужих колен на пол. — Надеюсь, ты не против, если мы с тобой… немножко нарушим правила. — Игриво шепчет Уильям. Джон кивает и не может перестать улыбаться также довольно, как и его партнёр. Танцор расстёгивает пуговицу и ширинку белоснежных брюк и проводит пальцами по ещё вялому члену и приспускает чужие боксеры. Лиам оставляет на нём пару своих поцелуев, а вместе с ними и следы от бледной помады. Это выглядит уже чертовски горячо, поэтому Джон быстро возбуждается и кладёт руку на волнистые волосы парня, зарывается в них пальцами. От Лиама он не получает сопротивления или недовольства, поэтому начинает осторожно массировать кожу его головы. В ответ получает довольное мычание, парень довольно прикрывает глаза, продолжая покрывать своими поцелуями член по всей длине. Лиам добавляет к ласкам язык, медленно обводит головку, а затем обхватывает губами, посасывает и смотрит на лицо Джона, чтобы убедиться в том, что ему всё нравится. Харрис прикусывает свои губы от накрывающего его удовольствия. Мальчишка определённо уже отработал все свои навыки, что не может не радовать. Джону не приходится надавливать на чужой затылок, чтобы парень перешёл к плавным движениям головой. Пока он привыкает, заглатывает немного, но достаточно быстро ускоряется, умело вливая свой язык в весь процесс. Темп становится ровным, интенсивным, до обворожения старательным. Помимо музыки в комнате слышатся тихие томные выдохи со стороны Джона и влажные хлюпанья, удовлетворённые мычания со стороны Уильяма. Его умелый ротик определённо доставляет Харрису неимоверное удовольствие, возможно, этот минет вполне может посоревноваться с лучшим минетом в его жизни, и точно выиграть. Джон запрокидывает голову назад, полностью расслабляясь в кресле, лишь изредка чуть толкаясь в чужую глотку, утыкаясь головкой во влажные жаркие стенки, пока Лиам, такой открытый, тоже расслабленный, спокойно заглатывает очевидно немалых размеров член и получает от того неимоверное удовольствие. Вот же шлюшка. Хочется сделать его своим, не позволять ему больше и смотреть в сторону кого-то. Никогда подобные чувства не охватывали Джона во время минета. Рука Харриса тянется к чужим волосам, но он не давит на затылок, только перебирает чужие прядки чуть подрагивающими от удовольствия пальцами, довольно ухмыляется, смотря на чужое очаровательное личико. — Погоди, я сейчас.. кончу. — Джон слабо тянет парня за волосы назад, а тот только жадно заглатывает член целиком и только слегка отстраняется, чувствуя, как на язык струйками стекает горячее семя. Лиам отодвигается, старается не упустить ни единой капли, проглатывая всё. Слизав с головки оставшееся семя, парень кратко целует её, после чего поднимается с пола и пересаживается на колени Джона, тянет его за галстук и жадно впивается в губы. Кажется, Харрис не один чувствует неопределённое влечение к этому парню и хочет всеми способами присвоить его себе. Джон зарывается пальцами обеих рук в волнистые волосы парня, отвечает на его поцелуй и чувствует на языке солоноватый привкус собственной спермы, из-за чего тихо усмехается и спускает руку на его талию, резко прижимая к себе. Кажется, всё так и располагает к тому, чтобы они переспали прямо здесь, что в этом заведении сто процентов является нарушением правил, из-за чего и сам парнишка может потерять работу, и Джона вряд ли сюда пустят ещё, а потому он отстраняется от сладостных губ и смотрит в ярко-голубые глаза напротив. — Поехали ко мне, сладкий. — Уильям ухмыляется в ответ, будто только и ждал этого предложения весь вечер. — Конечно. Подождёшь меня на улице? Я быстренько оденусь и подойду к тебе. — Джон получает от парня поцелуй в щёку, будто они не встретились только сегодня, а встречаются уже год и у них в отношениях всё прекрасно. Лиам встаёт с чужих колен и покидает Харриса, забрав с собой свои штаны. Джон выдыхает, поправляет свои брюки и спокойно выходит из клуба, набросив на себя белое пальто. Весь в белом, привыкший к идеальной чистоте, шагает к своему чёрному крупному авто и садится за руль. Разумеется, он просто его заводит, затем выходит наружу, чтобы парнишка смог его найти. Харрис поднимает голову, выдыхает, видя как вверх уплывает пар. Темнеющее небо затянуло пеленой полупрозрачных тёмных облаков. Впервые за столько времени Джон поднял голову наверх и увидел небо… Сквозь облака пробивается яркий лунный свет. Харрис замирает в раздумьях. Совсем скоро главный семейный праздник этого года, а у него из родных не осталось никого, друзей нет и подавно, разве что один несчастный Саймон Солус, что уже давно отказывается проводить с ним времени дольше необходимого. Из печальных мыслей неожиданно буквально одёргивает парнишка, укутанный в голубой клетчатый шарф, спрятанный в светлую тёплую куртку, а на ногах вместо стрипов увесистые берцы. Джон ухмыляется и целует парнишку в щёку, подмечая вслух, как миленько он выглядит закутанным в тёплую одежду. На это он получает неловкий смешок и видит, как симпатичное личико краснеет. Джон приглашает юношу сесть, открыв ему дверь на пассажирское сидение спереди. Уильям садится и за ним дверь закрывается, Харрис садится за руль и трогается. — Ой, слушай… Меня на самом деле зовут.. эм… Лололошка. Просто обычно все говорят, что это имя очень необычное, да и для работы в клубе нужно было придумать другое имя. — Замечательное имя. Отец проиграл это имя в карты, хах? Я к тому, что меня тоже так зовут. Ну, вернее, звали. Сейчас сменил имя на Джон Дейви Харрис. Можешь звать меня Джоном. Или Дейви, на крайняк. Харрисом не стоит, как-то некрасиво обращаться к человеку по фамилии. — Понял. Слушай, а если не секрет, то.. кем ты работаешь? — Ло нервно облизывает свои губы и кладёт руку на бедро Джона. — Ну, у меня есть свой бизнес, но я в принципе активно занимаюсь наукой. Не буду вдаваться в подробности, по большей части, уверен, ты не поймёшь. Ну, кроме… Слышал что-нибудь об автоматонах? Моя разработка. — Стой, так ты основатель JDHcompany? — Ну да. И генеральный директор, хах. — Погоди, правда? И мы сейчас едем к тебе домой? Это же звучит как бред абсолютный… — Тогда забей. Это вообще не имеет значения. — Я вообще думал, подцепить дядечку побогаче, но точно не ожидал, что это будет человек, в честь которого названа добрая часть улиц в Хэнфорте. — Эй, ты там в своих мыслях погряз? — в голосе Джона чувствуется нотка раздражения. — Мне больше нравилось, когда ты молча мне отсасывал. — Прости-прости, я разволновался очень, вот и ляпнул. Просто, эм, знаешь, я очень удивлён, ведь ты выглядишь не старше моего, а уже богатый, имеешь кучу связей и популярность. Я даже завидую. Знаешь, я очень плохо помню большую часть своей жизни и чувствую себя потерянным и мне кажется, будто моё место не здесь, а где-то за Хэнфортом, даже с учётом того, что здесь живут два моих лучших друга и куча знакомых… — Детка, успокойся, — припарковав машину, Джон вынимает ключ и смотрит на Ло. — мы приехали. Расслабься, обещаю, что ты не пожалеешь о том, что поехал со мной. — Я и так не жалею. — Лиам неуверенно улыбается и выходит из машины одновременно с Джоном, подходит к нему и обнимает за шею. После краткого поцелуя в губы, Лололошка поворачивается и видит огромный особняк Джона. Вокруг заснеженный лес и ни единого дома больше. Очевидно, они за чертой города, но как они умудрились так быстро её преодолеть? Неужели Ло так долго болтал? В принципе это не имеет значения. Джон подхватывает спутника под руку и идёт с ним в дом, пропускает вперёд и запирает дверь за собой. Харрис заботливо помогает своему гостю раздеться, вешает его куртку, прибирает обувь и после этого раздевается сам. — Пойдём наверх, там спальня и ванная. — Джон вновь берёт парнишку за руку и ведёт на второй этаж, а там и в спальню, минуя ещё парочку комнат. Ло задерживает на дверях взгляд, интересуясь, что там может быть. В спальне Харрис указывает на дверь в ванную, а сам спокойно начинает раздеваться, встав у массивного шкафа. Ло же мнётся, стоя у двери в комнатку. — Там есть халат, можешь надеть его, как помоешься, он чистый. полотенца тоже, можешь не переживать. Или тебя волнует что-то другое? — Джон оборачивается на Лололошку, а тот чуть улыбается и торопливо скрывается за дверью. Харрис ухмыляется, спокойно раздевается, накинув на оголённое тело такой же белоснежный, как и его костюм, халат. Джону совершенно незачем снова идти в душ, ведь перед походом в клуб он уже помылся и чувствовал себя вполне чисто… Наверное. От этих мыслей Харрису захотелось вновь забраться под горячий поток воды и смыть с себя накопившуюся за пару часов грязь. Стараясь отбросить эти мысли он ушёл в другую ванную и помыл руки, умывая лицо и зачёсывая волосы назад. Из-за укладки они кажутся грязными на ощупь, слипшимися. Достаточно скоро он возвращается в комнату, затем стучит в ванную к Лололошке и спрашивает вышел ли он из душа. Лиам просит подождать пару секунд, что и делает Джон, а после заходит к нему и застаёт напротив зеркала. Ло ахает от неожиданности, оборачивается на парня, а тот зажимает его между своими бёдрами и раковиной, рукой берётся за лицо и поворачивает в сторону зеркала. — Видишь? — Что? — У нас одно лицо. Я почти сразу заметил. Интересное совпадение, правда? Одно имя, одно лицо… — Ло замирает, смотрит на лицо Джона, затем на своё и так пару раз. До него доходит, что Харрис прав, потому заметно напрягается. — Эй! Я даже не из Хэнфорта… я не отсюда, поэтому ты— — Я тоже не из Хэнфорта. — Не говори мне, что ты думаешь… — Нет, ты не можешь быть моим потерянным братом близнецом, это сто процентов, я изучал родословную, там даже намёка на такую наследственность нет. Не верю, что может быть такое совпадение. — Джон… Джон, я уверяю тебя, что… если ты думаешь, что я хотел сделать с тобой что-то плохое или что… что меня кто-то послал… это не так. — голос Ло дрожит, он запинается на половине предложения, стараясь оставаться более-менее спокойным. — Успокойся, красотка, мне бы давно доложили в случае чего. Не переживай ~ Джон ухмыляется, задирает голову Лололошки и начинает жадно целовать его шею, будто собирается съесть его. На такие активные ласки Ло реагирует томными выдохами и смотрит на своё отражение. Видит своё раскрасневшееся лицо и отводит взгляд. — Пойдём в спальню. — Харрис отпускает подбородок парня и берёт его за руку, тянет за собой в спальню и валит на кровать, устраивается между чужих ног и наклоняется к чужим губам. Поцелуй. Медленный, Джон нарочно растягивает удовольствие, лезет руками под халат и медленно ощупывает чужое тело, каждую подкаченную мышцу, чуть надавливает на пресс, и в ответ Ло чуть ёрзает под ним, ощущает, как его тело вновь накрывает слабое возбуждение, что до этого было потеряно в суматохе, в его быстрых сборах с мыслью как бы только поскорее оказаться в чужих объятиях, получить ласку от незнакомого ему мужчины, отдаться сегодня ему полностью. Ло останавливает Джона на секунду, положив руку на его грудь и смотрит тому в глаза. Харрис чуть улыбается. — Что? Неужели это только в клубе ты чувствуешь себя так уверенно? Нужен разогрев? Или музыка? — Нет, стой, погоди пожалуйста, я… не уверен, что готов вот так сразу… Может поговорим о чем-нибудь отстранённом? Пожалуйста. Мне кажется, что я слишком напряжён. — Серьёзно? Что-то тебе это напряжение отсосать мне не мешало до этого. Ладно, забей. Времени до утра у нас, конечно, полно, только если ты не спешишь куда-то. — Джон закатывает глаза. Очевидно, ему не очень нравится эта идея, но Ло единственный, кто зацепил его впервые за столько времени. Ему теперь отказывать? — Нет, мне не к кому спешить. Вернее… сейчас это не так важно на самом деле. — между ними повисает тишина. Ло чуть сдвигает брови к переносице, раздумывая над тем, как бы продолжить диалог. Обычно такое не в его стиле — он резок, быстр, редко думает перед тем, как говорить, но теперь напряжение не даёт ему и слова вымолвить. Перед ним чёртов гендиректор JDHcompany, и, кажется, любой бы на его месте взволновался сильнее обычного. — Так и будешь молчать, красотка? Предлагаешь поговорить, а сам словно язык проглотил. Может, тебе ещё кофе заварить и кексик принести? — Ой, а можно? — парнишка заметно оживляется и смотрит на Харриса полными надеждами на ответ «да» глазами. — Вот же… Хорошо, давай спустимся на кухню и посмотрим, что я могу тебе предложить. Только на кофе всерьёз не рассчитывай, максимум чай. Не дам я тебе перед сексом пить эту дрянь. Джон неохотно встаёт, затянув свой пояс на халате потуже и ведёт за собой Ло, что даже и не думает поправлять свой халат. На кухне Харрис с достаточно недовольным выражением лица заваривает для Лиама какой-то лёгкий чай и предлагает ему пару сладких булочек, а сам просто присаживается рядом. Насколько долго ему придётся ждать ещё неизвестно, ведь вдруг ему покажется, что он недостаточно расслабился, тогда придётся выдумывать что-то ещё. — Слушай, скоро же праздники, да? С кем ты думаешь их провести? — старается завести разговор Ло, пробуя чай и принесённые Джоном булочки. — Один. Я вроде говорил, что из близких у меня не осталось никого, да? Хотя, если честно, мне плевать с кем и где, этот праздник для меня уже потерял какой-то глубокий семейный смысл. — Оу… знаешь, наверное, я… глупо предлагать такое ещё до секса, да? — Без разницы, говори. — Просто я думаю, что мы могли бы вместе провести этот праздник… знаешь… как пара, наверное. — Ты надеешься на что-то больше одной ночи? Сам ведь знаешь насколько это глупо, так чего предлагать? Рассчитывать на что-то? — Опять всё сводится к одному. Знаешь, плевать я хотел на всё это «как обычно» и прочую ерунду. Ты мне понравился сразу, но судя по твоим словам я тебя не зацепил совершенно. Тогда зачем терпишь? Противоречишь сам себе или настолько хочется потрахаться, что уже любую прихоть исполнишь, лишь бы не заморачиваться ради другого парня? — Успокойся. Слушай, красотка, мало ли что я тебе говорю. Я в большей степени хочу уберечь тебя от… возможного исхода, чтобы ты сильно не рассчитывал на что-либо. Но ты мне тоже понравился, я не буду врать. Наверное, ты один из немногих, кто смог сразу привлечь меня, да ещё и настолько. Я не уверен лишь в том, что я могу тебе дать, смогу ли оказать эмоциональную поддержку, моральную.. тем не менее, я готов попытаться вывести эти отношения во что-то большее, но обещать я ничего не могу. — Ты… так искреннен со мной… — Лиам улыбается и медленно пересаживается на колени парня. — Мне очень приятно, что ты не закрываешься в себе и говоришь как есть. Со мной. Лололошка улыбается, осторожно льнёт к его губам, они сливаются в поцелуе с чужими губами, Джон крепко впивается пальцами в чужие бёдра и слышит от него тихий томный вздох. Харрис резко отстраняется от чужих уст и льнёт к шее, покрывая её влажными поцелуями, уже не задумываясь о том, почему стоило столько времени тянуть и зачем было притворяться таким нервным. А может, этого парнишку просто возбуждает одна лишь мысль о сексе вне постели? Судя по тому, как Ло двигается на нём бёдрами, он лишь притворялся, чтобы в конце концов получить своё. Не так ли? Джон своих мыслей не озвучивает, зато охотно снимает с парня халат и продолжает ласкать его разгорячённую кожу, бросив ненужную тряпку куда подальше. Пересадив Лиама на стол, продолжает свои ласки, прибирая несъеденное угощение на другую столешницу. Джон позволяет себе оставлять на чужой коже метки, будто та полотно для его замысловатых рисунков. Он обводит чужую вздымающуюся грудь языком, обхватывает губами сосок, а Ло в ответ мелко подрагивает, тихо стонет, потираясь полувставшим членом о чужие рёбра. Харрис толкает Ло на стол и тот полностью ложится, ощутимо расслабляется и зарывается пальцами в волосы Джона, пока он старательно ласкает его тело, еле сдерживая себя в руках. Кажется, оба накаляются до предела, оба уже готовы к большему и эти предварительные ласки обоих не особо-то и удивляют, но в моменте, когда Джон хочет перейти к большему, от него слышится недовольный вздох, а затем он цокает языком. — Пошли обратно, здесь нет ни смазки, ни презервативов, всё в спальне осталось. — говорит с раздражением Джон, помогает Лиама подняться и накинуть халат на плечи. Лололошка даже устремляется вперёд раньше хозяина дома, кажется, ему тоже не терпится начать. Лиам переходит на медленный бег и Джон усмехается, считая эту ситуацию глупой по-детски, но бежит следом. Он даже не пытался обогнать Ло, но тот ускорился и забежал в спальню. Закрыл за собой дверь и буквально плюхнулся на кровать. Харрис зашёл уже спокойно, но им обоим ещё нужно отдышаться. Джон садится рядом с Ло и неторопливо достаёт из ящичка в тумбочке всё необходимое. Немного времени на передышку, и оба снова оголены, горячо целуются, прижимаясь к телам друг друга. Ло уже очень скоро скулит от ласк Джона, ощущает его поцелуи на животе, затем резкую боль от укуса. Лиам выгибается, стонет, поскольку неприятное чувство перетекает в наслаждение, Харрис с удовольствием зализывает эту рану и оставляет ещё, не стесняется покрывать метками и грудь, проникнув влажными от смазки пальцами в тугую дырочку Ло. Горячие стенки немного сопротивляются, содрогаются под ласками. Джон ловит чужие стоны губами, улыбается ему не без еле заметной издёвки, но такой ласковой, любовной. Их губы сливаются в горячем поцелуе, пока пальцы Джона раздвигают стенки всё интенсивнее, а затем добавляется и третий палец. Ло с трудом сдерживается, он хватается за плечи партнёра и тихо шепчет ему о том, чтобы он поскорее вставил и прекратил его мучать. Из уст Джона слышится усмешка, он убирает свои пальцы и садится перед парнем, достаёт презерватив и торопливо открывает упаковку, затем спокойно раскатывает его по длине своего члена и замечает затуманенный возбуждением взгляд Лиама. Он смотрит на него жадно, облизывает губы, припоминая солоноватый вкус спермы на языке. Харрис ловит на себе этот жадный взгляд и прикусывает нижнюю губу, растирает новую порцию смазки по члену, обводит со смазкой дырочку Ло и медленно вводит головку. Поднимает взгляд на чужое личико. Уильям чуть сжимает простынь под собой и тяжело выдыхает. — Всё нормально? Ты дышишь часто. — Джон вопросительно приподнимает бровь и видит, как краснеет лицо Лололошки. — А, да… дай мне привыкнуть, давно никого не было… Харрис задаётся ещё большим количеством вопросов, но не озвучивает их. Хотя как у парня, что с такой лёгкостью согласился из стриптиз клуба поехать к кому-то домой может быть подобное? Джон выдыхает недовольно и осторожно склоняется над своим симпатичным партнёром, мягко целует его в шею и всё только для того, чтобы он расслабился. Ло выглядит слишком уязвимым. Из развратного парня он резко превратился в стесняющегося девственника. Это мысль будто бьёт Харриса по голове и он резко поднимается, смотрит на Уильяма с нахмуренными бровями. — Ты девственник? Лучше скажи сразу правду, я тогда буду с тобой нежнее. Ну или постараюсь. — парень закатывает глаза. — Ну… да… у меня ни разу не доходило до проникновения… и обычно всем нравилось, когда я сверху... Джон недовольно цокает языком и возвращается к шее парня, продолжая её ласкать. Когда Лиам расслабляется, Харрис чуть давит бёдрами вперёд и с задержкой член оказывается внутри Ло наполовину. Он стонет, сжимается, не до конца зная как ему самому расслабиться, но Джон активно помогает с этим, обводя языком ореол соска. Следом обхватывает его губами и слабо покусывает затвердевшую от ласк бусинку. Харрис чувствует, как нутро его партнёра вновь расслабляется и не теряет времени — входит во всю длину, а Ло в ответ вскрикивает и впивается пальцами в простынь. Джон же доволен проделанной им работой и, не прекращая ласк, дожидается, когда можно будет начать двигаться. Ещё немного и Ло начинает потихоньку самостоятельно насаживаться на чужой член. Джон воспринимает это как знак о готовности Уильяма и начинает потихоньку двигаться, наблюдая за тем, как член скользит внутри разгорячённого нутра с заметно большей лёгкостью и это возбуждает больше всего. Уильям кусает свои губы, ощущая, как с каждым толчком он наслаждается всё больше, что не может сдерживает свои стоны удовольствия и льнёт к Харрису. Ло притягивает его к себе и впивается в припухшие от множества поцелуев губы. Он кусается, молит не прекращать, скулит от нарастающего удовольствия и просит ещё. Джон без вопросов отдаётся фееричным ощущениям целиком, оба ощущают неимоверный кайф друг от друга. Их тела сливаются воедино в страстном танце, оба стонут, заполняя всё пространство комнаты своими возбуждёнными звуками. Парни отстраняются от тел друг друга для лёгкой передышки, чтобы чуть охладиться, но это не помогает, Ло выгинается от толчков Джона, ставших совсем грубыми, резкими. Лиам цепляется за всё, что придётся, царапая мокрую спину, собирая пальцами с неё влагу, что становится более крупными каплями и стекает вниз по телу. Джон уже еле сдерживается, хочет кончить, а потому кладёт свою руку на член Лиама, обхватывает его и большим пальцем начинает усердно массировать уздечку, бёдрами же находя нужный угол. Один толчок и Лололошка кричит от удовольствия, а затем задыхается от подступающего оргазма. Содрагающимся от удовольствия голосом прохрипывает, что вот-вот кончит, а Харрис довольно лыбится и давит на головку сильнее. Всё же сам Джон кончает с еле заметным опозданием, но это не мешает ему получить максимум удовольствия при виде искажённого оргазмом личика. Очевидно, вся эта морока со скачущим настроением Лиама стоили этого крышесносного секса. Харрис отстраняется от ослабленного размякшего тела и быстро прибирает последствия их связи, затем вновь надевает халат. Взяв с собой сигарету из пачки и зажигалку, он выходит на балкон и закуривает. Густой горький дым наполняет лёгкие и Джон тяжело выдыхает его, стараясь не думать о произошедшей в целом ситуации. Лололошка неожиданно заходит к нему, укутанный в халат и просто становится рядом, вместе с ним наблюдая за звёздным небом. — Чего вышел? замёрзнешь ведь. — А ты не замёрзнешь? — Резонно. — вздыхает Джон и ощущает чужие руки на своих плечах. — А давно ты куришь? — Да. Поняв, что это весь ответ, и Джон, очевидно, не очень настроен на диалог, Ло выдыхает вместе с ним и просто осторожно берёт его за руку. Он ощущает невосполненную потребность в заботе о ком-то и ласке, потому не уходит. Поэтому Лололошка вдыхает этот до ужаса едкий и вредный дым, но ничего не может с собой поделать. — Пойдём на второй раунд, м? ~ — Не думал, что ты захочешь. Хорошо, докурю и пойдём.

***

Уильям хлопочет по дому, прибираясь то тут, то там, вешает украшения и старается привести гостевую комнату на первом этаже в порядок, украшая её к празднику во всю. Джон же молча наблюдает за предпраздничными хлопотами Лололошки, не мешает, но и помогать желанием пока не горит. Он безусловно рад, а может и счастлив из-за того, что этот милашка сейчас здесь с ним и что он реально согласился помочь. Праздник обещает быть поистине великолепным. Закончив с украшением, Лололошка приступает к праздничному ужину и здесь без помощи Харриса не обходится. Они ведут себя друг с другом так, будто только-только поженились и искренне влюблены — краткие поцелуи по поводу и без, поддержка друг друга, помощь, случайные и не очень прикосновения. Если бы время не было так сильно ограничено, то они бы, без сомнений, отдались бы друг другу без остатка прямо на столе. Из гостей приходят только друзья Лололошки и, неожиданно, Солус. Конечно, Джон в шоке, знает, что за проказник это устроил, но тот был прав — им обоим пора прощать прошлые обиды и сегодня точно один из лучших для этого дней. Благодаря Лололошке Джон ощутимо смягчился спустя столь малое время, потому поладить с ним теперь ощутимо проще, пускай он и остаётся таким же холодным моментами. Любимый всеми момент — куранты, торопливое сожжение записочек с пожеланиями на следующий год, а затем их они глотают вместе с шампанским и после этого Лололошка совершенно неожиданно у всех на глазах впивается в губы Джона. Его друзья восторженно что-то говорят, Солус по-доброму посмеивается и всё кажется таким нереальным, наигранным, потому что не может быть это настолько хорошо. Но Лиам, предвещая подобные мысли ранее несчастного Джона, щипает его за бедро и смеётся, пока он что-то недовольно бубнит ему в губы. А затем снова целует. Без сомнений, это самое счастливое начало года для Харриса.