speak to me softly / говори со мной мягко

У Соника была огромная проблема. Хуже, чем когда тебя гонят по всей Земле, чтобы препарировать сумасшедшим учёным. Хуже, чем столетняя кровная вражда с величайшим воином в галактике. Даже хуже, чем когда мир чуть не взорвался из-за смертоносного луча. — Тебе не кажется, что ты слишком драматизируешь? — сухо спросил Тейлз. Проблема была в том, что Сонику очень, очень, очень нравился голос Шэдоу. *** Проблема заключалась в том, что теперь, когда Сонику не нужно было беспокоиться о взрыве целого квартала, о том, что его засосет в чёрную дыру, или о взрыве планеты, ничто не отвлекало его от мягкого баритона его злого инопланетного двойника. Шэдоу смягчился и в основном был занят поиском своего места в мире, поэтому команда проводила с ним больше времени в обстановке, которой очень не хватало ценных взрывов, привлекающих внимание. Проблема заключалась в том, что это требовало долгих душевных терзаний, искренних, проникновенных моментов, и сердце Соника не могло выдержать этого. Всё было в порядке. Соник был сильным. Несколько недель назад он буквально спас мир. Он мог справиться с любым тёмным, может быть, слегка симпатичным — не то чтобы он это заметил, конечно, с чего бы вам так думать — ежом. Ему просто нужно было сосредоточиться, и всё будет в порядке. Соник приготовился к своему величайшему испытанию из всех. *** Соник не был готов к этому. — Соник! — прошипел Тейлз. — Ты пялишься. Соник не слышал его. Он был слишком поглощён наблюдением за тем, как одно из самых могущественных существ в мире обращается с рожком мороженого как с настоящей бомбой. Когда команда узнала, что Шэдоу никогда раньше не ел мороженое, Наклз сразу же заявил, что эту вопиющую несправедливость нужно немедленно исправить. Похоже, что, несмотря на своё недоверие к их бывшему врагу, Наклз был готов забыть о разногласиях ради этого. Шэдоу нерешительно высунул язык, чтобы осторожно лизнуть мороженое. От ощущения холода его мордочка очаровательно сморщилась. Было несправедливо, что у одного из самых могущественных существ в мире был такой уязвимый, маленький, милый розовый язычок. Перестань думать о языке Шэдоу, — отругал себя Соник. Это гейство. Соник мысленно отметил, что поблагодарит Наклза позже. — Это хорошо, — решил Шэдоу, наконец закончив тщательный осмотр. Довольное выражение его лица сменилось легкой тревогой, когда он поднял глаза и встретился с напряженным и, вероятно, слегка ненормальным взглядом Соника. — Что-то не так? — Спросил Шэдоу. Тейлз ответил — Да, Соник ведёт себя как придурок… — НЕТ, — закричал Соник. — Нет, нет, нет, всё в порядке, всё абсолютно нормально, никаких проблем. Он поспешно залпом допил свой коктейль с мороженым, чтобы не говорить больше ничего. И тут же получил наказание в виде оцепенения. Глаза Шэдоу расширились от тревоги, а Соник схватился за голову и покатился по полу. — Он умирает? — Да, он страдает тяжёлой формой тупости. Боюсь, это неизлечимо, — невозмутимо ответил Тейлз. — Выбирай выражения, — пожурил его Наклз, но из-за того, что он явно пытался не сорваться, это было не очень эффективно. Заморозка мозга Соника уже прошла, но он продолжал лежать на полу. Предан собственной приёмной кровью! Он никогда не оправится от этого. Шэдоу вздохнул, глядя на надувшегося Соника, и рывком поднял его на ноги. — Не будь таким драматичным. Если тебе не нравится твой, можешь взять мой. Я не могу доесть. — Он протянул свой рожок, и Соник увидел блестящую гладкую дорожку, которую оставил язык Шэдоу. После слишком долгой паузы Соник ответил — Думаю, я бы умер. Шэдоу, похоже, не знал, что на это ответить, поэтому переключил своё внимание на более важные вещи: поедание мороженого. — Синий ёжик, — серьёзно сказал Наклз. — Сегодня я потерял к тебе уважение. Шэдоу издал низкое гудение в знак признательности. Соник был готов взорваться. *** Проблема была в том, что все знали. Казалось, что увлечение Соника — нет, озабоченность — была очевидна с первого взгляда, за исключением, как ни странно, её главной причины. Их реакция была разной. Мэдди поддерживала его, хотя и была удивлена. Тейлз хотел навредить себе. Наклз хотел навредить Сонику. Что ж, шутки в сторону, мозг Соника явно уже не подлежал восстановлению. Соник 1, Наклз 0. Как ни странно, Том отнёсся к этому спокойнее всех. После того, как они пережили всё это: «этот парень пытался взорвать всю планету, а ещё сломал Тому три ребра», он с пониманием отнёсся к желанию Соника подружиться с Шэдоу. Во время их совместных поездок отец давал ему советы о том, как сблизиться с ежом-затворником. Однако по какой-то причине он отвёл Соника в сторону для «серьёзного» разговора о том, что они всегда будут его поддерживать, что они любят его таким, какой он есть, и что можно любить того, кого он хочет. В последний раз повторяю, он не был геем! *** Ладно, возможно, Сонику немного понравился голос его соперника. Это ничего не значило! Он просто ... не привык к этому! Как и они, он слышал этого парня только в его арке убийственной ярости, и теперь, когда он остыл, Сонику пришлось приспособиться. Он уверен, что через некоторое время Соник привыкнет к новому голосу Шэдоу, и тогда все это останется позади. И, будучи гением, Соник нашёл идеальное решение: экспозиционная терапия! Ему просто нужно было проводить больше времени с Шэдоу в научных целях! — Ты уверен, что это не просто повод подольше побыть с Шэдоу? — сухо спросил Тейлз. Нет, это было просто смешно. Проблема с теорией Соника о воздействии на сознание заключается в том, что Шэдоу просто… почти не разговаривал. Вообще. Этот подпитываемый яростью стоицизм был довольно разговорчивым по сравнению с тем, что он делает сейчас. После возвращения Шэдоу на Землю он был болезненно неуверенным, нерешительным и не хотел высказывать своё мнение. Даже если старый Шэдоу был врагом Соника, по крайней мере, он был уверенным в себе врагом! Эти рубиновые глаза, горевшие непоколебимой уверенностью, потускнели от печальной вины. Соник не мог этого вынести. Это было так глупо. Соник был вне себя от радости, когда снова увидел Шэдоу живым и понял, что у него не закончилось время. Но по тусклому, пустому взгляду Шэдоу можно было подумать, что он всё ещё мёртв. Не думай об этом. Он просто хотел, чтобы всё было как обычно, и, несмотря на то, что Шэдоу был в жизни Соника всего несколько дней, «норма» теперь включала в себя язвительного тёмного ежа. Мир без тени — это мир без света. Семья решила простить Шэдоу даже после всего, что он натворил. Так почему же Шэдоу было так трудно простить самого себя? От этого тошнотворного раскаяния Сонику захотелось снова его ударить! Не имея абсолютно никакого контроля над импульсами, что Соник и сделал. — Какого чёрта? — Шэдоу угрожающе нахмурился, потирая морду. Соник упёрся руками в бока. — Ты хандришь уже несколько недель. Что с тобой не так? — Что со мной не так? — Недоверчиво спросил Шэдоу. — Ты только что ударил меня по лицу. — Да, потому что твоё лицо меня бесит. — Соник показал ему язык. — И что ты собираешься с этим делать? Шэдоу прищурил глаза. — Иметь дело с тобой было бы пустой тратой времени, — усмехнулся он. — Похоже, ты просто напуган. Боишься снова опозориться? — насмехался Соник. Это наконец вывело Шэдоу из себя. Его иглы засияли красным, а энергия хаоса закружилась вокруг него. — Если ты хочешь подраться, я тебе устрою. Они сражались больше часа, обмениваясь ударами с равной яростью. Это была битва, не похожей ни на одну из тех, что Соник видел раньше. Никто не мог сравниться с Шэдоу, ближе всех был Наклз, чьи благородные и жёсткие позиции делали его более предсказуемым. Шэдоу сражался как дикое животное. Он кусался и царапался, дёргал Соника за иглы, чёрт возьми, он думает, что Шэдоу даже укусил его однажды. Первым сдался Соник, и всё закончилось тем, что Шэдоу прижал Соника к земле. Они оба тяжело дышали, по их лицам стекал пот. — Я выиграл, — Шэдоу сверкнул глазами. — Ты счастлив? Начался дождь. Соник плюнул в лицо Шэдоу. — Ни за что. Резко развернувшись, Соник перевернул их. Шэдоу едва не получил удар в лицо. — Я не понимаю! Чего ты хочешь от меня? — закричал Шэдоу, впервые проявив эмоции с тех пор, как «умер». Он ударил Соника ногой в голень. — Я хочу, чтобы ты перестал так жалко дуться! Возьми себя в руки! — Соник в ответ ударил его коленом в живот. Шэдоу прорычал — Заткнись! Ты хочешь, чтобы я вёл себя так, будто ничего не случилось? Что я не чуть не уничтожил мир? Это не так просто! — Его голос дрогнул, эмоции сделали его атаки беспорядочными. Соник схватил Шэдоу за запястья, останавливая его. — Что тебя останавливает? — закричал он ему в лицо. — Мир даёт тебе второй шанс, чёрт, мы даём тебе второй шанс! Почему ты не воспользуешься им? Чего же ты ждешь? Лицо Шэдоу исказилось. Невозможно было понять, были ли капли, стекающие по его лицу, от дождя или от слёз. — Я не знаю, как. Голос Соника смягчился — Тогда позволь мне показать тебе. Он встал, отряхнувшись от грязи и травы в слабой попытке привести себя в порядок. Затем он протянул руку. — Привет. Я Ёж Соник. Шэдоу в замешательстве посмотрел на него. Соник продолжил — Я знаю, что мы весь прошлый час выбивали друг из друга дерьмо, но я бы хотел узнать тебя получше. Даже несмотря на то, что ты, по-моему, будешь огромной занозой в заднице. Лицо Шэдоу исказилось. – Что, черт возьми, это такое? — Вступление, ты что, никогда не слышал? — съязвил Соник. — Ну что, оставишь меня в подвешенном состоянии или как? Повисла напряжённая пауза, пока Шэдоу смотрел на его руку так, словно это была живая пиранья. Наконец он схватил её и встал. — Я — Шэдоу, — неуверенно начал он. — И… я больше не знаю, кто я такой. Соник сложил руки на груди. — Попробуй еще раз! — Ты серьезно? — Я всегда серьёзен, — фыркнул Соник. — И я уже знаю, кто ты! Шэдоу поморщился и отвернулся, но Соник продолжил, прежде чем он успел почувствовать стыд или сожаление. – Я знаю, что ты единственный, кто может сравниться со мной! Я знаю, что ты единственный, кто бросил мне настоящий вызов! Я знаю, что ты, Ежик Шэдоу, — Соник драматично указал на него. — Ты мой соперник! — ...твой соперник? — Верно! И поэтому я не потерплю твоего нытья! Ни один из моих соперников не будет вести себя так жалко! Это выставляет меня в плохом свете! Шэдоу раздражённо усмехнулся. — Не будь таким дерзким! Ты правда думаешь, что хоть в чём-то можешь сравниться со мной? Если уж на то пошло, это тебе приходится поспевать за мной! — Прекрасно! Тогда, я полагаю, все решено! — Решено! Они уставились друг на друга в странном раздражённом единении. Шэдоу выглядел так, будто хотел ударить Соника кулаком в лицо, но в его глазах снова зажегся огонёк. Слабый, но всё же горящий, уголёк, который отказывался гаснуть. Соник снова протянул руку, самодовольно ухмыляясь. — Приятно познакомиться, Шэдоу. Надеюсь, ты сможешь бросить мне вызов. Шэдоу схватил его. — Ты совершенно выводишь меня из себя. — Видишь, мы уже чертовски сильно раздражаем друг друга! Мы, по сути, лучшие друзья, — радостно сказал Соник. Шэдоу закатил глаза, но уголки его губ приподнялись в улыбке. — Я не откажусь от твоего вызова, каким бы нелепым он ни был. Посмотрим, окупится ли твоя ставка, Соник. Соник вздрогнул при звуке своего имени, которое, как, вероятно, решил другой, должно было его напугать. Если Шэдоу хотел заставить Соника пожалеть об этом, то у него плохо получалось. — ... Ты собираешься отпустить мою руку? Соник вырвался так, будто обжегся. Именно в тот судьбоносный день, под проливным дождём, как будто в другой жизни, Соник встретил своего главного соперника. С тех пор сияние в глазах Шэдоу вернулось и больше никогда не тускнело до серого. *** Они были на задании в Японии, пытаясь выследить мошенника-оружейника, который украл конфиденциальные файлы. Очевидно, файлы были чертежами какого-то сверхмощного источника энергии, который в чужих руках мог нанести реальный урон, поэтому Команда «Герои» были отправлены на помощь. — Команда «Герои»? — недовольно спросил Наклз. — Я работаю над этим, хорошо! По пути они встретили Шэдоу. Он искал того же парня, так как у него были зацепки по некоторым зловещим секретам проекта «Тень», поэтому они решили объединиться. — Тейлз, ты уже починил свой переводчик? Мы не хотим повторения инцидента в Сибири, — поддразнил Соник. Тейлз смущённо потёр затылок. — Прости, я всё ещё работаю над несколькими ошибками. Оказалось, довольно сложно создать стандартный метод перевода, который работал бы на всех возможных языках. — Да, без шуток, — Соник почесал голову, пытаясь придумать решение. — Похоже, мы в тупике. Без каких-либо зацепок найти одного человека в центре Токио было бы всё равно что искать иголку в стоге сена. Им пришлось бы обратиться за помощью к кому-то, кто говорит по-английски. — У вас есть фотография цели? — Внезапно спросил Шэдоу. Соник удивлённо моргнул. Шэдоу всё это время молчал, держась на краю команды, как… ну, как тень. — Э-э, да, вот, — Тейлз протянул ему папку, которую дал им ГАН. Шэдоу внимательно осмотрел его. Затем он подошёл к ближайшему незнакомцу. Соник побежал за ним, понимая, что Шэдоу вырос в лаборатории и не знает ни о каких странах и иностранных языках. — Подожди, они могут не говорить по-английски… У Соника отвисла челюсть, когда из уст Шэдоу полилась идеальная японская речь. — Sumimasen. Kono otoko no hito wo sagashiteimasu. Mimashita ka? — Iie. Suminasen deshita — Ответил японец. — Wakarimasu. Nani ka fushinna koto wa arimasu ka? — Вновь произнес Шэдоу. Шэдоу продолжил расспрашивать местных жителей. Через несколько минут он обернулся и сказал команде — Ладно, я кое-что нашёл. Вокруг Хатико была подозрительная активность — почему вы так на меня смотрите? — ТЫ ГОВОРИШЬ ПО-ЯПОНСКИ??? —крикнул Соник.   Шэдоу ответил небрежно, как будто это не было судьбоносным открытием, которое в данный момент взрывало мозг Соника. — Да. Хотя официальным языком проекта «Тень» был английский, объект располагался в Японии. В проекте также участвовали учёные со всего мира, поэтому за свою жизнь я выучил много языков.   — Ух ты, это круто! — воскликнул Тэйлз. — На каких ещё языках ты можешь говорить? Грудь Шэдоу едва заметно приподнялась. — Ну… Я неплохо владею многими языками, но свободно говорю на испанском, китайском и французском, — гордо сказал он.   Соник разинул рот. Это так круто. Как Шэдоу стал ещё круче? — Сделай это ещё раз. Шэдоу приподнял бровь. — Kore wa ii no ka? — Ещё раз Он выглядел слегка обеспокоенным. — Okashii kedo, doudemo ii da. — Еще раз! — Соник никак не мог насытиться этим. — Что с тобой? — вздохнул Шэдоу, прежде чем на его лице появилась озорная улыбка. Он посмотрел прямо в глаза Сонику и сказал: — Omae wa aho da yo nee. Соник прищурился. — Я знаю, что ты надо мной смеёшься. — Как и следовало ожидать, — сказал Наклз, наконец вмешавшись. — Мы тратим время, развлекая тебя твоим жалким увлечением. Лицо Соника покраснело, когда он понял, что только что произошло. — Эй, мне просто было интересно! Ты правда собираешься притворяться, что это не круто? На губах Шэдоу появилась хитрая ухмылка. — Значит, ты признаёшь, что я крутой? Соник покраснел ещё сильнее. — Нет! Я признаю, что в тебе есть часть, которая чуть-чуть менее отстойная, чем всё остальное! — Всё в порядке, Соник, — Шэдоу деланно-скромно пожал плечами. — Нет ничего плохого в том, чтобы наконец признать правду. Как у Абсолютной Формы Жизни, мои таланты намного превосходят обычные. Чтобы окончательно добить его, Шэдоу добавил — Если ты наконец понял, что хватил лишку, соперник, то можешь отступить прямо сейчас. Я не буду над тобой смеяться. Соник открыл и закрыл рот, не в силах вымолвить ни слова. Этот самодовольный ублюдок… Он наслаждался этим! Уверенность и высокомерие не были чем-то новым, но игривость? Это была совершенно новая сторона Шэдоу. Он слишком хорошо вжился в роль соперника. — Ты так в этом уверен, — слишком поздно ответил Соник. Он быстро сменил тему, но самодовольное выражение лица Шэдоу никуда не делось. Несмотря на это, позже той же ночью эта плавная, уверенная интонация снова и снова звучала у него в голове. *** — Соник, нам нужно поговорить! — Позвал Том. — Нет, нет, нет! — Соник отполз в сторону. — Не волнуйся, я кое-что почитал и просто хотел сообщить тебе… — Ха-ха, прости, я просто очень занят — э-э-э — поливаю свои домашние растения! — Но... — Пока! — Соник выбежал за дверь, обдав Тома порывом ветра. Том вздохнул, удручённо убирая «Руководство по любви и поддержке вашего сына-гея». *** — Он скоро будет здесь! Соник взволнованно бегал по дому, проверяя, всё ли готово. Всё должно было быть идеально. Соник уговаривал Шэдоу присоединиться к ним вечером, чтобы посмотреть фильм, и Шэдоу наконец согласился! Он не мог упустить этот момент! Закуски, пожалуйста. Форт из подушек, пожалуйста! Попкорн — это к Тому. Соник напрягал мозги, пытаясь понять, чего не хватает. Шэдоу был ещё так неопытен в этом мире, что не знал, что ему нравится! Соник подозревал, что он сладкоежка, но не более того. Его глаза расширились. Тьфу, он знал, что должен был взять шоколадный фонтанчик… Раздался звонок в дверь, и Соник чуть не упал, приветствуя нового гостя. — Шэдоу, ты пришел! — воскликнул Соник, как только открыл дверь. — Я сказал, что сделаю это, - просто ответил Шэдоу. — Не могу дождаться, когда покажу тебе «Джона Уика»! Ты многое упустил за последние 50 лет. Шэдоу серьёзно кивнул. — Я с нетерпением этого ждал. Я хочу увидеть этого «Киану Ривза», с которым ты меня постоянно сравниваешь. Соник проигнорировал то, как его глупое сердце подпрыгнуло, когда Шэдоу признался, что с нетерпением ждал встречи с Соником, чёрт возьми??? , и повел его в гостиную. — Та-Да — Объявил Соник с гордым видом. Они выложились по полной – стол ломился от чипсов, напитков, печенья и любых других закусок, какие только мог придумать Соник. Диван был завален всеми мягкими вещами, какие только были в доме. Одеяла, из которых сделали брезент, подушки и валики Соник мучился над настройкой весь день, желая сделать первый вечер семейного кино Шедоу идеальным. Когда Шэдоу ничего не ответил, Соник начал беспокоиться. О боже, не слишком ли это? Он знал, что не должен был приносить автомат с кренделями! Шэдоу, наверное, подумал, что он странный… — Шэд, мне правда нужно, чтобы ты что-нибудь сказал, потому что иначе я подумаю самое худшее, так что, пожалуйста… — Это идеально, — прервал его мрачные мысли Шэдоу. В его глазах мелькнула тоска. — Всё так, как я помню. — О, отлично, — сказал Соник, ошеломлённый нежной улыбкой, озарившей губы Шэдоу. Том высунул голову из кухни. — О, Шэдоу, ты здесь! Как раз вовремя, я только что закончил с попкорном, так что скоро мы будем готовы! — Благодарю вас за гостеприимство, мистер Ваковски. — Шэдоу слегка наклонил голову. Соника всегда смешило, как меняется поведение Шэдоу в присутствии Тома и Мэдди. Его манеры были безупречны. — Пожалуйста, зови меня Томом, - ответил он. — Шэдоу! — Закричал Тейлз, летя вниз по лестнице. — Наконец-то ты здесь! Я думал, Соник разнесет ковер в клочья, если ты не придешь в ближайшее время. — Тейлз! — Соник покраснел от смущения. Он быстро повернулся к Шэдоу, чтобы объяснить. — Не обращай на него внимания, он преувеличивает! — Это не так, — раздался серьёзный голос Наклза. — Его нескончаемые болтовня и нытьё порядком надоели. — Это так? — спросил Шэдоу. Его лицо было непроницаемым. Соник нервно рассмеялся — Нет, они просто пытаются пошутить. Такие шутники, понимаешь Шэдоу, казалось, был немного разочарован. — Значит… будет ложью предположить, что ты с нетерпением ждал этого вечера? — спросил он. Соник разинул рот, увидев неуверенное, почти застенчивое выражение на лице Шэдоу. Когда Шэдоу нахмурился из-за долгого молчания Соника, тот поспешил его успокоить — Нет-нет, я был очень взволнован! — Шэдоу, похоже, не поверил, поэтому Соник мягко положил руку ему на плечо. — Серьёзно, я весь день сводил с ума Тейлза и Наклза, ожидая твоего приезда. Я очень рад, что ты здесь. Шэдоу вгляделся в лицо Соника, пытаясь уловить хоть намёк на неискренность, прежде чем расслабиться. — Хорошо. Они застенчиво улыбнулись друг другу, прежде чем Мэдди прочистила горло. — Я рада, что вы, мальчики, ладите, - сказала Мэдди. Соник отскочил в сторону, заклинание было разрушено. Шэдоу, казалось, не заметил этого. — Спасибо, что пригласили меня в свой дом, миссис Ваковски. Пожалуйста, примите это в знак моей благодарности. Шэдоу достал из своих игл коробку изысканных шоколадных конфет. Мэдди с улыбкой приняла её. — Спасибо, Шэдоу, это очень мило с твоей стороны. Какой идеальный джентльмен. Вам, ребята, стоило бы кое-чему у него поучиться. Сонику не понравился понимающий взгляд Мэдди. Когда всё было готово, семья начала устраиваться поудобнее. Тейлз и Наклз запрыгнули в крепость из подушек, а Том и Мэдди сели на диванные подушки по бокам. Соник уже собирался запрыгнуть внутрь, но остановился, заметив нерешительное выражение лица Шэдоу. — Давай, — он лёг и ободряюще похлопал по подушкам. — Устраивайся поудобнее. Шэдоу взглянул на других членов семьи. Не увидев возражений, он осторожно устроился справа от Соника. Когда Том приглушил свет и заиграл «Джон Уик», Соник понял, что, возможно, просчитался. Их руки разделяли всего два дюйма. Соник был предельно внимателен к своему дыханию, не смея пошевелиться. Он не знал, почему это так сильно на него подействовало. Он и раньше был в непосредственной близости от Шэдоу в их многочисленных битвах. Это было по-другому. По мере продолжения фильма Шэдоу медленно переходил от своей жесткой позы с прямой спиной к расслабленной сутулости. Он наклонился вперед, восхищенный проникновенной историей. Проникновенная история, на которую Соник не обращал внимания. Он мог бы рассказать этот фильм наизусть, это был один из его любимых фильмов с Томом. Сонику было интереснее наблюдать за тем, как уши Шэдоу взволнованно дёргались в напряжённые моменты и опускались в грустные. Тейлз мягко комментировал некоторые интересные факты, а Наклз время от времени вставлял свои замечания, обычно о том, что его собственные сражения были гораздо более впечатляющими. Обычно Соник присоединялся к ним со своими шутками, но в тот момент ему хотелось просто насладиться моментом. — Ты был прав. — Шэдоу заговорил впервые с начала фильма. — Этот Киану Ривз действительно похож на меня. — Я точно знаю! — Воскликнул Соник, оправдываясь. Наклз согласился — Сходство действительно поразительное. — Я приятно удивлён. Я думал, что эти комментарии — очередная ваша глупая насмешка, но подвиги этого человека впечатляют. — Он дерзко взмахнул головой. — Полагаю, это подходящее сравнение для Высшей формы жизни. Боже, он такой надоедливый, — с нежностью подумал Соник, прежде чем нахмуриться. Постойте, почему Шэдоу решил, что я смеюсь над его голосом? — Знаешь, — озорно сказал Тейлз, — Соник назвал Киану Ривза национальным достояни… Соник закричал во всю мощь своих легких. — Зачем ты это сделал? — пожаловался Шэдоу, когда Наклз наконец остановил Соника ударом по голове. Все поморщились и потёрли уши. Он запаниковал. — Э-э, — запнулся Соник, пытаясь придумать оправдание. — Я просто подумал, что увидел что-то страшное. Наверное, это из-за фильма я так нервничаю! Шэдоу напрягся, а Соник мысленно посетовал на то, что ему не удаётся лениво потягивать кофе. — Что-то опасное? — Нет-нет, я просто испытываю непреодолимый страх перед вымышленными русскими бандитами! Да, это так. — Ты никогда не казался мне таким пугливым, — медленно произнёс Шэдоу, нахмурившись ещё сильнее. Он выглядел искренне обеспокоенным, и Сонику стало стыдно за то, что он его обманул. — Ах, это просто один из тех иррациональных страхов. Это глупо, не беспокойся об этом, — успокоил он. — У синего ежа много глупых эмоций, — добавил Наклз. Соник думал, что это заставит Шэдоу бросить это, но внезапно Шэдоу положил руку на плечо Соника и притянул его к себе. — Если это тебя пугает, то это не глупо, — серьёзно сказал он. — Хрнгх, — нечленораздельно ответил Соник. Шэдоу, вероятно, хотел ободряюще сжать его в объятиях, но Соник был слишком поглощён крепкой хваткой Шэдоу, его мягкой шерстью, низким голосом и Шэдоу, чтобы это оценить. — Всё в порядке? — пробормотал Шэдоу. Его голос был таким тихим, что Сонику показалось, будто его сердце резонирует прямо в его теле. — Ага! — Пискнул Соник. Довольный кивнув, Шэдоу снова сосредоточился на фильме. Соник изо всех сил изображал манекен. Шэдоу шептал Сонику на ухо, делясь своими мыслями о фильме. С каждым комментарием жизнь Соника сокращалась вдвое. Он чувствовал дыхание Шэдоу у своего уха, вибрацию его голосовых связок, когда тот говорил. Этот голос, такой глубокий, что Соник мог бы в нём утонуть, окутывал его, как прохладное одеяло. Всё было кончено. У него была хорошая жизнь. Если он умрёт таким образом, то, по крайней мере, успеет немного пожить в раю, прежде чем его бросят в пучину за его порочность. Ладно, может быть, он немного гей. *** — Соник! — весело воскликнула Мэдди. — Привет, Мэдди! Как дела? — ответил Соник. — О, ничего особенного! На самом деле, я нашла в своих старых учебниках по ветеринарии несколько интересных статей, которые, я думаю, тебе понравятся… Соник тут же заподозрил неладное. Он медленно попятился. — Нет, всё в порядке, мне не очень интересно… — Есть очень познавательные анатомические схемы, на которые тебе стоит взглянуть. — ХА-ХА, пожалуйста, перестань болтать... Мэдди бросилась за ним, теперь уже откровенно крича. — Важно соблюдать безопасность! Используйте средства защиты… Соник закричал и убежал. *** Несмотря на то, что всё было так же хорошо, как и всегда, Соник всё равно чувствовал, что прошлое преследует его. Иногда он просыпался за тысячу миль отсюда, на одиноком метеоре с ещё более одиноким спутником. Иногда звёзды были не путеводной звездой завтрашнего дня, а безликой клеткой. Иногда он не мог уснуть, потому что закрыть глаза означало вернуться в ту тёмную, гнетущую пустоту. Когда это произошло, Соник сделал то, что у него получалось лучше всего: он побежал. Он бежал, пока его горящие ноги не прогнали холод. Он бежал, пока его грудь не наполнилась чистым земным воздухом. Он бежал, пока не рассвело и жестокие звёзды не скрылись за светящимся горизонтом. Сегодня вечером привычный распорядок дня нарушается, когда Соник замечает вдалеке знакомый чёрный силуэт. — Что ты здесь делаешь? — спросил Соник, мгновенно оказавшись рядом с Шэдоу. Шэдоу не вздрогнул. — Я мог бы спросить тебя о том же. Он продолжал смотреть в небо. Соник сел рядом с ним. Прошло много времени с тех пор, как они просто находились рядом друг с другом. Ни колкостей, ни насмешек, только понимание. Это почти неотличимо от того момента, который был целую жизнь назад, — только на этот раз они сидят на прохладной траве, а не на твёрдом сером камне. Наконец Шэдоу нарушил тишину. — Я не могу уснуть. Соник ничего не сказал. Теперь, когда плотина прорвалась, слова полились из Шэдоу непрерывным потоком. — Я уже давно не могу нормально спать. Это слишком сильно напоминает мне стазис. Мне кажется, что если я засну, то не проснусь. Или проснусь через 50 лет, и всё исчезнет. — Это так странно, — продолжил Шэдоу. — Так долго я хотел только одного — отдохнуть. Чтобы всё просто... остановилось. Но теперь... Шэдоу оборвал себя на полуслове, покачав головой. Он повернулся и посмотрел на Соника. — Ты чувствуешь то же самое? Что, когда ты проснёшься, мир, который ты знаешь, исчезнет? Он слишком хорошо это понимал. Он мечтал о мире, в котором та золотая падающая звезда никогда бы не вернулась на Землю. Он мечтал о мире, в котором она сгорела бы на орбите, не оставив после себя ничего, кроме пепла. Хуже всего было то, что он мечтал о мире, который продолжал вращаться, пока он сидел на лугу и ждал. Ждал чего-то, что никогда не придёт. — Я понимаю, - просто ответил Соник. Казалось, с плеч Шэдоу свалилась гора. Они продолжали смотреть на звёзды, и тишина стала чуть менее напряжённой. Соник думал, что на этом всё и закончится, но Шэдоу снова удивил его, сказав — Знаешь, когда у Марии были проблемы со сном, она просила меня спеть для неё. — Серьёзно? — ахнул Соник. — Это потрясающе! Тебе стоит спеть для меня! — Ни в коем случае, — последовал твердый ответ Шэдоу. — Ну же, сделай это! Только не говори, что Высшая Форма Жизни слишком напугана! — поддразнил Соник. Шэдоу нахмурился. — Ты просто будешь смеяться. — Не похоже, что я бы так поступил, — сказал Соник. Шэдоу напыжился, его иглы встали дыбом. — Послушай, я лучше всех знаю, насколько странный у меня голос. Если хочешь посмеяться над тем, что я пою колыбельную, — смейся. Соник растерянно моргнул. — У тебя не странный голос. Шэдоу скрестил руки на груди и отвернулся. — Тебе не нужно мне лгать. Большинству людей это кажется жутким и странным. Мария была единственной, кому это, кажется, нравилось, но она просто сказала это, чтобы мне стало легче. Учёные всегда морщились, когда я говорил. Хм, там было о чём поразмыслить. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, о чём, чёрт возьми, говорит Шэдоу, прежде чем он решил, что всё это полная чушь. Он сделал несколько успокаивающих вдохов. Очевидно, это был очень искренний момент. Шэдоу был уязвим, признавая свою неуверенность в знак доверия. Сонику было бы крайне невежливо задушить его, как бы сильно ему этого ни хотелось. Шэдоу выглядел немного обеспокоенным. — Ты в порядке? — Хм? О, я в порядке. Совершенно в порядке. Да. Просто замечательно, — ответил Соник, стиснув зубы. Это был идеальный тролль из вселенной, который, несмотря на то, что был самым тщательно охраняемым секретом на планете, не обращал внимания на влюблённость Соника — да, он признаёт, что это влюблённость, ладно — и он был его главной целью. Соник сделал глубокий вдох. Похоже, сегодня вечером его достоинство не уцелеет. Но это была небольшая цена за то, чтобы стереть с лица Шэдоу это смущённое выражение. Соник крепко схватил его за плечи. — Теневой Еж, — объявил он. — ... Это не мое имя — Учёные несли полную чушь. Твой голос — дар этой Земле. Да, он очень низкий, и да, он очень глубокий, но именно эти качества делают его таким приятным для слуха! Если уж на то пошло, именно это делает его привлекательным. Соник отвел взгляд, его лицо вспыхнуло. — Мне нравится твой голос. И я бы очень хотел услышать, как ты поёшь. Вот и всё. Он тут же уткнулся лицом в землю, чтобы не видеть реакцию Шэдоу. Воцарилась тишина. Соник слышал, как бешено колотится его сердце после этого безумного заявления. Это было официально — он никогда больше не сможет смотреть Шэдоу в глаза. Но в тот момент — Где-то над радугой, высоко-высоко... Соник поднял взгляд. Шэдоу не смотрел ему в глаза, его лицо покраснело. — Есть страна, о которой я однажды услышал в колыбельной… Медленная улыбка расползлась по губам Соника. — Где-то там, за радугой, небо голубое... Он закрыл глаза, сосредоточившись только на песне. Голос Шэдоу был низким и мягким, успокаивающим, как тихий ручей. Он идеально вписывался в спокойную атмосферу. Он хотел вникнуть в каждое слово, но почувствовал, что усталость берёт над ним верх. Соник откинулся на траву, его веки опустились. Когда он погрузился в сон, то почувствовал, как чья-то рука нежно гладит его иглы. — И мечты, о которых ты осмеливаешься мечтать, действительно сбываются...