__УСТАНОВИТЬ__РЕЖИМ --СПАСЕНИЕ

Холодно. Ужасно хочется есть. Ноги не слушаются... Что происходит? Тяжёлые веки кое-как открылись. Перед взором Скифа предстала тихая, жуткая ночь. От вида давно потухшего костра пробирало на дрожь, но его изнемождённое тело не было способно даже трястись больше, чем пару секунд. Шея предательски заныла, когда он повернул голову. Тут, под его боком, во тьме лежал полусгнивший труп. Только сейчас в его нос ударил отвратительный сладковатый смрад тухлого мяса. Скиф подавил рвотный позыв и в панике нашёл силы спихнуть труп с себя. Голова трупа откинулась в сторону, шея неестественно прогнулась. В изъеденном личинками трупных червей лице он узнал Рихтера. Но как... Нет, что происходит? Рихтер был там, в Центре управления... А Скиф был со Шрамом... Он что, притащил сюда тело своего друга? Сталкер попытался подняться на ноги, но лишь повалился из сидячего положения. Он издал измученный стон- нет, не издал: его связки сопротивились ему, отвечая резкой болью. Кровь хлынула в голову, стуча там в ритм ужасаемуся сердцу. Нет, всё пошло не так... Нужно хотя бы было заползти в дом, в безопасность и тепло, разобраться... Скиф начал тащить себя по земле одними руками, хотя совсем их не чувствовал. Он посмотрел вниз - него пальцы были чёрными, ладони переходили в синий. Он вдруг понял, что трупный запах шёл не от его мёртвого друга. Его пальцы выгнулись назад, один под давлением отломился, будто сухарь, и остался лежать на земле. Скиф при виде этого начал как безумный копошиться в земле, стараясь добраться до безопасного места. Его кожа соскабливалась о землю, тёмная, почти чёрная кровь на руках отражалась в лунном свете. Нет, всё должно было быть не так... Может, кто-то есть рядом? Собрав в себе последние силы, он издал молящий истошный крик и потерял сознание. Скиф очнулся от того, что кто-то тряс его за плечо. Он вскрикнул и схватился за запястье этого человека. —Ой, ой, всё, просыпайся, - окликнул его звонкий голос. Скиф проморгался, и, увидев, что ему ничего не угрожает, откинулся на подушку. —Рихтер, - он выдохнул из себя весь стресс, руки сами потянулись к сталкеру, притягивая его к себе. —Это я, - улыбнулся Рихтер, обнимая Скифа в ответ и прижимаясь носом к щеке, - а ты скулил во сне. Снилось что-то? —Да?.. Да херь какая-то приснилась несусветная. —Расскажешь? Скиф поморщился. Он даже вспоминать не хотел все те ужасы, что понапридумывал его разум. Он оглянулся - двое лежали на кровати в комнате одного из старых домов в Залесье. Солнце взошло уже давно и просачивалось сквозь сероватые занавески. В соседней комнате слышалась человеческая возня и приглушённые разговоры. —Не хочу, - он отрезал и поцеловал Рихтера в щёку. Тот ухмыльнулся, ответив поцелуем в губы. —Какой ты ласковый с утра. Надо почаще тебя от кошмаров спасать. Скиф улыбнулся. Ему хватало одной шутки, одной даже фразы Рихтера, чтобы снова быть в приподнятом настроении. Его любимый лениво встал с кровати и потянулся, поправляя свою мятую майку, и принялся надевать штаны. —Скоро завтрак. Полынь сегодня готовит, это пропускать нельзя. Полынь и правда хорошо готовил. Когда была его очередь, к завтраку стягивались все, а на запах приходили и другие группы, чтобы выболтать из него рецепт. Небо и земля по сравнению с готовкой Шрама... Значит, надо вставать. Скиф поднялся и двумя пальцами аккуратно приоткрыл занавеску, заглядывая на улицу. Около костра уже маячило несколько людей из их группы, в том числе и сегодняшний повар. Сталкер нахмурился - его не покидало чувство тяжести от остатков кошмара в голове. Он пялился в спину Рихтеру, который собирался для выхода на улицу. Может, всё же стоит поговорить с ним и успокоить свои нервы? Скиф протянул руку к Рихтеру, но вместо того, чтобы остаться на его плече, она вдруг прошла сквозь его тело, упав вниз. Снова подступила паника. Рихтер не оборачивался; всё словно замерло, даже звуки пропали. Скиф снова спал? Всё ощущалось слишком реально для сна и всё же недостаточно реально. Нужно позвать его, рассказать ему- "...ОШИБКА. ВНИМАНИЕ, ПРОИЗОШЛА ОШИБКА. ПЕРЕЗАПУСК ПРОГРАММЫ... ВНИМА... ПЕРЕЗАПУСК..." Скиф закрыл лицо от яркого света. Вдруг стало прохладнее, но солнечный свет слегка щекотал его лицо. Перед ним открылся вид на Припять: небо без единого облака сияло голубым, а по стенам старых домов расползались пёстрые цветы. —Нравится вид? - сбоку раздался голос Рихтера. Скиф окинул взором пейзаж. Они были на самой вершине колеса обозрения. Его любимый смущённо поглядывал на него. —Вид хороший, - кивнул Скиф. —Знаешь, я вообще-то тебя не просто так привёл сюда... - он неловко почесал затылок. Точно, кажется, что-то такое уже было. Здесь, в Припяти, у них всё и началось. —Привёл сюда сказать, как я изменил твою жизнь, как я для тебя важен, и вообще, что ты жить без меня не можешь? - ухмыльнулся Скиф, сделав шаг вперёд. Рихтер удивленно таращился на него. —Так ты уже знаешь? Да блин, всю романтику испортил... - посмеялся Рихтер. Его дрожащий голос выдавал волнение. Конечно, он знал. Это ведь уже было. Забавно, как так вышло?.. Неважно. Он с удовольствием переживёт это воспоминание ещё раз. —А ещё я знаю, что тут ты должен меня поцеловать в первый раз, - Скиф положил Рихтеру руку на талию. —Да неужели? Ну раз так, у меня возражений нет, - он улыбнулся и потянулся вперёд. Их губы соприкоснулись, и по телу Скифа пробежали мурашки. Он судорожно выдохнул и крепко обнял любимого. —Ещё, может, какие-то мысли мои прочитаешь? —Нет... Могу только свои высказать. —Высказывай на здоровье. Скиф поднял вгляд, рассматривая лицо Рихтера. Он положил руку ему на щёку, и тот довольно закрыл глаза. —Я тоже не могу без тебя. Я даже и не заметил, как сильно привязался. Мне кажется, я с самой первой встречи догадывался, что влюблюсь в тебя по уши. И теперь... - Скиф поцеловал его в нос, - Я не потеряю тебя снова. —Всмысле, снова? - нахмурился Рихтер. —А? Ну, ты же- Скифу отдало в голову секундной жёсткой мигренью, которая тут же прошла, но будто прожгла дыру в его голове. —Что ты там говорил, Скиф? - с любопытством на него смотрел любимый. —...Не помню. —Ну ты даёшь! Ладно, раз не помнишь, значит, ничего важного. Давай лучше видом насладимся.