Безумец

Запах дома, уюта — всё, что ему нужно было после тяжёлого рабочего дня. Подходя к деревянной калитке, окрашенной в зелёный цвет, он открыл её и очутился в небольшом дворике. Куда ни глянь, были посажены самые разные цветы. Розы, ромашки, хризантемы, фиалки — дворик выглядел уж слишком по-девчачьи, но его это не раздражало, не злило, а наоборот радовало. Он знал, что дома его ожидает любящая жена и дети. Цветы были рук жены, которая просто обожала их. Смакуя сладкие ароматы пышных бутонов, которые не спешили погружаться в сон до весны, Роджер на миг забыл о холоде осени и серых тучах. Он любовался красочными цветами, проходя по тропинке к небольшому, но уютному домику из белых кирпичей с чёрной крышей. Только войдя домой, он учуял запах картофельного пюре и жареного мяса. В доме царил уют и тепло. Мужчина с голубыми глазами уставился на женщину лет двадцати семи. По её спине волной спадали каштановые волосы, тонкие руки колдовали над плитой, где варилась картошка, сипя разные травы и специи, об их существовании Роджер даже и не знал. Слегка загорелая кожа, она обернулась к нему лицом. На светлом личике розовые пухлые губы расплылись в улыбке, а в зелено-голубых глазах заиграли весёлые искорки. Анна. Анна — любовь всей его жизни. Сердце застучало быстрее, при каждом взгляде на неё он будто утопал в её глазах. Не мог насытиться, мог смотреть часами, лишь на неё. Женщина в зелёном платье до колен и бирюзовом фартуке с цветочками подошла к нему и поцеловала в щеку. Тёплые губы коснулись холодной щеки, и его вмиг обдало жаром. От её теплоты он мог растаять, как лёд на солнце. А духи с запахом роз так и манили вдыхать их вечно. — Отпустили пораньше? — поинтересовалась Анна, возвращаясь к плите. — Меня — да, а тебя во сколько отпустили? Думал, ты вернёшься позднее. — Немного удивился Роджер. Его жена работала медсестрой в больнице и частенько задерживалась. Сам Роджер работал в небольшой компании, занимаясь разного рода ненужными бумажками. Он прислонился к дверному косяку и украдкой наблюдал за движением её рук. — Да, пока что дали отпуск, — с довольной улыбкой поделилась она. Голубые глаза расширились от изумления, челюсть просто отвисла, мужчина не мог поверить в услышанное. Чтобы Анне и дали отпуск, должно было случиться чудо! В которое они оба не верили. Увидев поражённого мужа, она хихикнула и продолжила: — Дали отпуск на две недели всем женщинам, кроме врачей, какой-то маньяк разгуливает по ночам, и наш главврач переживал. Да и полиция на него надавила: «Отпуск или отпускаете всех не позже четырёх». — Парадируя руками и голосом строго полицейского, объяснила она. — Почему же он не согласился на другой вариант? — Роджер иногда поражался решениям их главврача. Другой вариант казался более выгодным, ведь в больнице работало достаточно много женщин-медсестёр. Давать им всем отпуск одновременно было бы нелогично и невыгодно. — Там уже девочки постарались. Умоляли его об отпуске, и было принято решение о двухнедельном отпуске, пока что там только медбратья, — ответила Анна. Роджер сильно обрадовался, как и его жена. Она уже давно хотела отпуск, но главврач не хотел его давать. Всё лишь потому, что Анна «слишком хорошо работает» — его слова. Поцеловав жену, он оставил её на кухне продолжать колдовать над едой. Пройдя по светлому коридору, он очутился в гостиной. На стене играл телевизор, а на бежевом диване расположились два энергичных тела. Одно тело с рыжими, кудрявыми волосами и зелёно-карими глазами, одетое в синие платье до колен и белые колготки. Это была его Люси, вторая самая любимая женщина после Анны. Маленькая дочурка только начала ходит ещё в садик, ей пять лет и напоминала дюймовочку. Иногда, беря её на руки, Роджер боялся её сломать — она напоминала фарфоровую куклу. Второе тело с темно-каштановыми короткими волосами и голубыми глазами сидело в школьной форме, а рядом валялся портфель. Джим, ему отдавалось особое место в сердце, ведь он был его сыном. Уже начал ходить в первый класс. Изредка делал домашнее задание сам, но очень редко Они сидели, уставившись в экран телевизора. Роджер перевёл взгляд на экран. Заметив знакомые здания, он сразу понял, что съёмка ведётся в их городе. Журналистка с очень испуганным видом рассказывала о несчастном происшествии. В её глазах таился страх, будто овечка стояла в окружении волков и сбежать не получилось. «Уже пятое убийство за этот месяц. Маньяк орудует по улицам города поздно ночью. Просьба женщинам сидеть дома и не выходить лишний раз на улицу поздно ночью. Полиция делает всё возможное, пытаясь поймать безжалостного убийцу», — дрожащим голосом вещала она. Взяв пульт, мужчина переключил канал на мультики, где показывали Тома и Джерри. — Детям ещё рано такое смотреть, — строго сказал Роджер, пристально глядя на сына. Джим немного надулся, но мультики быстро отвлекли его. Дети не заметили, как их отец тут же исчез. Заметив Анну, которая поманила его пальцем за собой, он поспешил за ней. Её лицо не выражало радости, а лишь волнение. Зайдя в спальню, он догадывался о её вопросе. Небольшая комната с телевизором и двуспальной кроватью, а также шкафом для одежды. Анна присела на кровать, застеленную фиолетовым покрывалом. — Как он? — с тревогой в зелёно-голубых глазах спросила она. Ему не нужно было имя. Он знал, о ком идёт речь. — Плохо, — честно признался Роджер. Голубые глаза наполнились страхом за друга. Они оба переживали одинаковые чувства. Анна хорошо знакома с Джозефом, ведь они втроём часто гуляли ещё задолго до их свадьбы. Джозеф всегда готов был защитить Анну, когда Роджера не оказывалось рядом. Только Джозеф был рад их свадьбе. Родители обоих были не рады такому союзу, не явившись даже на церемонию. Поэтому Джозеф заменил их родителей на свадьбе и делал всё то, что должны были делать их родители. Часто играл с детьми и забирал их к себе, когда родители хотели отдохнуть от гиперактивных спиногрызов. Анна не могла поверить, что тот, кто светил ярче солнца, в один миг потух, как свеча. — Я не знаю, что делать, — понурился мужчина, опускаясь рядом с женой. Он подпер лоб рукой и пялился в пол. По щеке скатилась одна одинокая слеза. Анна подсела ближе и обняла своего супруга. — Мы что-нибудь придумаем, — тепло прошептала она на ухо, даря надежду. Лиззи закончила читать очередное произведение любимого писателя и готовилась написать положительный комментарий, но её отвлёк свист чайника. Джозеф шёл к мосту с единственной целью.