Снежное волшебство

Катя торопилась домой в приподнятом настроении. Был последний рабочий день, завтра канун Нового года, все будут суетиться… Салаты, наряды и ожидание чуда… Но она планировала сделать себе настоящий выходной. Сказала маме, что будет у Юли, а подруге — что встретит праздник с родными. И получила целый день отдыха. Такого, как ей давно хотелось. Чтобы не нужно было соответствовать чьим-то ожиданиям и чужим представлениям о праздновании Нового Года, о том, как положено отдыхать, и о ней самой. Всюду сияла праздничная иллюминация и звучали заезженные бодренькие мелодии. У обувного магазина стояла прехорошенькая ёлочка, наряженная маленькими игрушечными, но сделанными как настоящие, сапожками, кроссовочками и туфельками. Девушка сделала фото с жизнерадостной улыбкой на фоне этого чуда — для мамы. Затем сфотографировала ёлку так, чтоб было видно полки с обувью и название магазина и выложила фото в соцсетях с подписью: ”Будь собой. Празднуй в своём стиле”. А потом опять поспешила домой. Ведь в невзрачном пакете из супермаркета она несла с собой свой новогодний подарок! Заказанный сто лет назад, он застрял без движения на таможне, и Катя успела уже потерять всякую надежду, как вдруг сегодня получила уведомление, что посылка прибыла. И как после этого не верить в Новогоднее волшебство? Войдя в квартиру, девушка живенько сбросила куртку и сапожки, вымыла руки и нетерпеливо разорвала упаковку. Внутри была картонная коробка, украшенная со всех сторон кадрами из любимой дорамы. Сянлю и Сяояо в ракушке, Сянлю и Сяолю на спине орла, Фанфэн Бэй уводит Сяояо со свадьбы с Фэнлуном, Сянлю в ледяной маске со своим изогнутым клинком в руках. Катя открыла коробку. Внутри, защищённый со всех сторон пенопластом, был снежный шар. Девушка осторожно взяла его в руки и принялась рассматривать. Хоть она и видела картинки на сайте, но тонкость работы превзошла все ожидания. Внутри шара на большой белой ракушке сидела красавица-русалка. Одну руку она прижимала к груди, а другую протянула вперёд. Вся её поза и искусно сделанное личико выражали немую мольбу и зов, она ждала и надеялась, что ей ответят. Рядом стоял мужчина. Он держал русалку за протянутую руку и улыбался ей. Но она словно не видела его нежной улыбки, словно не чувствовала тепла его руки и продолжала смотреть на него с ожиданием и надеждой. А может, и вовсе его не замечала и смотрела сквозь него, стремясь увидеть кого-то другого? Может, самца русалки, который плавал поодаль? Хищные и грубые черты его лица почему-то не казались отталкивающими — столько в них было жизни, природной естественности и внутренней силы. Но он не смотрел на русалку, а направил свой холодный взгляд на мир за пределами снежного шара. Как Катя ни старалась, она не могла поймать этот взгляд. Он смотрел мимо неё и видел что-то, недоступное другим. Красные кораллы и разноцветные рыбки пытались добавить весёлости этой драматической картине, но это была непосильная для них задача. И снег… Медленно кружась вокруг фигурок падали снежинки, прикасаясь к щекам, рукам, волосам… Шар был вложен в белую подставку, на которой было несколько рядов иероглифов. Девушка не умела читать по-китайски, но знала наизусть перевод этой надписи: «Теперь ты можешь защитить себя, тебе есть на кого положиться, и у тебя есть место, куда ты можешь пойти. Желаю тебе долгой жизни, счастливой и беззаботной!” У Кати защемило сердце, она поставила шар и коробку на стол, вздохнула и пошла переодеваться. Радость предвкушения сменилась тягостной печалью, когда она вспомнила о судьбе любимого персонажа. «Сянлю, Сянлю, как ты мог не ответить, когда Сяояо подарила тебе тот шар? Как выдержал быть до конца один? Знал бы ты, сколько у тебя поклонниц, сколько женщин во всём мире восхищаются твоим бескорыстным преданным сердцем, может, ты бы не чувствовал себя таким одиноким?» Девушка одела хлопковую голубую пижаму со снежинками, сунула ноги в пушистые белые тапки и побрела на кухню. Достала из мультиварки остывший плов, разогрела в микроволновке и поужинала. Позвонила поболтать с мамой. Потом заварила себе чай, взяла в одну руку любимую большую чашку, в другую — снежный шар с подставкой, и пошла в комнату. Усевшись на уютном диванчике, Катя поставила свой подарок и чай на подоконник и завернулась в новенький белый плед. Свет она не стала включать, только гирлянду на окне, и теперь медленно кружащийся снег внутри шара подсвечивался то призрачным зелёным, то холодным синим, то зловеще-красным. Девушка как заворожённая смотрела на самца русалки. «Куда он смотрит? Что видит?» Лица красавицы-русалки и мужчины, державшего её за руку, при таком освещении стали неясными и напоминали ей теперь неестественно жизнерадостных Барби и Кена, которые были у неё когда-то в далёком детстве. Но холодный русалка-самец оставался всё таким же настоящим. За окном пошёл снег. Катя придвинулась к подоконнику и приблизила лицо к самому стеклу, глядя на пролетающие снежинки. «Привет, Сянлю!» Луна была круглой. Где-то писали, что на Новый год будет полнолуние, а значит предвидится двойная доза чудес. «По лунной дорожке к ней приближался мужчина…» — вспомнила девушка любимую новеллу, вздохнула и откинулась на спинку дивана. Она взяла чашку, отхлебнула ароматный чай и посмотрела на шар. Странно: вместо того, чтобы постепенно осесть на дно, снежинки в нём кружились всё быстрее и быстрее. За окном снег становился гуще, но луна всё равно была видна отчётливо. Теперь мерцание гирлянды не подкрашивало снег внутри шара — он был ярко-белым, словно наполненным лунным светом, и крутился как снежный вихрь. Кате показалось, что на мгновение она поймала взгляд самца русалки. Девушка потянулась, чтобы взять шар, но как только рука прикоснулась к поверхности, в глазах потемнело, а в следующий миг она оказалась в другом месте.

***

Катя почувствовала холод и ветер, поняла, что она стоит, держа в одной руке чашку, а в другой шар без подставки, увидела справа впереди обрыв, над головой — круглую луну, а прямо перед собой… Сянлю, который сидел на земле в расслабленной позе с белой пузатой бутылкой в одной руке, и ледяным шаром в другой. Плед соскользнул у девушки с плеч, она попыталась подхватить его и выпустила чашку. В то же мгновение демон оказался перед ней и схватил за горло одной рукой, приподняв так, что ноги оторвались от земли. — Кто ты? Что здесь делаешь? Как сюда попала? Она, конечно, не могла ответить, только пыталась разжать его пальцы и колотила по его руке своим снежным шаром. Сянлю вырвал шар из её ладони и отпустил её. Катя упала на колени, больно ударившись о камни, и жадно хватала воздух. Демон присел рядом, поднеся шар к её лицу: — Что это? Говори! — радужки его глаз стали рубиново-красными, а зрачки — вертикальными. Но девушка не чувствовала какого-то гипноза или принуждения, только страх, что он снова схватит её. Сянлю вдруг дёрнул головой и отвёл взгляд в сторону. Потом зашипел и снова посмотрел на неё, сузив глаза. И вновь резко отвернулся. А когда повернулся обратно, глаза уже были обычными. Он слегка выгнул одну бровь. Как бы Кате ни было страшно, какой бы странной ни была ситуация, она всё равно успела подумать о том, что такого красивого мужчины не видела никогда в своей жизни, прежде чем он угрожающе повторил: — Говори! — Я… Катя. Екатерина Андреева… Я… из другого мира. Я купила этот шар… Я была дома, смотрела в окно как идёт снег и думала о тебе, и вдруг оказалась здесь… — Думала обо мне? — переспросил демон. Видимо, это была единственная понятная для него фраза из всех сказанных ею слов. — Я читала о тебе историю, купила такой шар, как у тебя, и думала… — Где ты взяла историю обо мне? — Я тоже купила её… Эээ, в интернете... эээ... Ещё я смотрела дораму… ну, представление такое, где люди оделись в красивые одежды и изображали… — Зачем ты читала обо мне? — перебил её мучительные потуги Сянлю. — Это не о тебе было вообще-то, а о Сяояо, но и обо всех вас тоже: о тебе, Чжуаньсюе, Цзине и Фэнлуне… И остальных. Я из другого мира, понимаешь? Там история о вас — это что-то вроде представления о жизни, о чувствах, о приключениях других… — Зачем тебе знать о жизни других? — Я… Я не знаю… — демон поднял брови и девушка поторопилась найти ответ, — Чтобы узнать как бывает… Ведь в обычной жизни ничего не происходит… Ни волшебства, ни сердца к сердцу, ни чувствовать друг друга на расстоянии... А хочется верить, что это бывает, вот и… Катя замолчала. Демон посмотрел вниз и поднял с земли осколок с ручкой от разбитой чашки. Рассматривал его некоторое время, потом разжал пальцы и снова посмотрел на неё: — Как ты попала сюда? — Думаю, с помощью этого шара. Снежинки в нём закружились быстро-быстро сами по себе, я дотронулась до него рукой и оказалась здесь. — Как? Применила какую-то магию? Но в тебе нет ни капли магии. — Может, это ты меня как-то сюда перенёс? Может, между нашими шарами существует связь? Когда я появилась здесь, ты ведь тоже держал шар в руке. Сянлю достал из рукава свой шар и расположил оба рядом, сравнивая. Они были практически идентичны, только в демонском не было фигурки человека. Без этой какой-никакой поддержки русалка выглядела совсем беззащитной и звала так маняще, что Катина рука сама потянулась к ней, но Сянлю сильно ударил её по пальцам, оттолкнув. — Хочешь лишиться руки? Или жизни? Из какого же странного мира ты явилась, что так смело прикасаешься к магическим предметам? — Ой… — Катя растирала пальцы, опасаясь, не сломаны ли они. — В нашем мире нет магии. Мой шар обычный, я забыла совсем, что этот — из волшебного льда. Сянлю посмотрел на неё и ухмыльнулся: — Если в тебе нет магии, это не значит, что её нет в твоём мире. Ты перенеслась сюда с помощью этого. Как? Что ты делала? — Я смотрела на луну, шёл снег, но её было видно хорошо. Может, лунный свет сквозь падающий снег активировал артефакт, потому что внутри шара всё засветилось, а снег закружился сам по себе. Я только коснулась его кончиками пальцев и перенеслась сюда. Сянлю протянул ей снежный шар: — Держи. Подними вверх, к лунному свету. Девушка осторожно подняла шар на вытянутых руках. Вокруг неё закружился хоровод снежинок, луна светила ярко, но ничего не происходило. Демон направил на шар руку, и от его ладони заструился свет. Снежинки внутри пришли в движение, словно от интенсивного встряхивания, потом начали медленно опадать. Сянлю опустил руку: — Можно заставить это работать, но нужно вложить больше духовной силы. — А ты можешь?.. — с надеждой спросила Катя. — Могу, но зачем мне это делать? Ты сама пришла сюда, сама ищи путь обратно, — он поднял голову и громко свистнул. У девушки упало сердце. — Ты хочешь улететь? Оставить меня здесь одну? Сянлю, помоги мне! Я не верю в это: столько раз мы с девочками обсуждали, какой ты благородный и добрый, и заботливый, чтобы сегодня вдруг ты взял и бросил меня одну в горах? — Я демон. Не благородный и не добрый. Что ты можешь предложить мне, чтобы я тратил силы, активируя для тебя артефакт? — Ты ведь видишь, что у меня ничего нет! Я могу рассказать всё, что я узнала из истории о тебе. И о Сяояо — обо всём, что запомнила. — Это может сбыться, а может нет. А может, ты просто всё придумаешь на ходу. Нет, мне это не интересно. Огромный белый орёл приземлился рядом с ними, обдав Катю порывом холодного ветра. — Не бросай меня здесь! — в панике закричала она. — Чего ты хочешь? Чем я могу тебе заплатить? Сянлю подошёл к ней ближе: — Мне нужно, чтобы ты осталась на этом месте до полуночи. Никуда не уходи. Дождись моего возвращения. Помни: в полночь я буду здесь. — Я не понимаю… Что это за плата? — Ты поймёшь, когда придёт время. Сделай всё правильно, и я помогу тебе,— он протянул руку к снежному шару, а увидев, что она боится отдавать, усмехнулся.— Для тебя артефакт всё равно бесполезен. Я сохраню его в целости. Не веришь мне? Как же твоё «благородный и добрый», всё было ложью? Это не было ложью. Когда-то она была твёрдо уверена в этом. Но считала ли она это правдой до сих пор? Девушка дрожащей рукой вложила шар в ладонь демона, где он сразу словно испарился. Сянлю собирался уже запрыгнуть на спину орла, потом обернулся и стал развязывать свой пояс. — Что… Что ты делаешь? Демон молча продолжил раздеваться. Он снял верхний халат и подошёл к Кате, которая замерла в растерянности, первый раз за весь вечер отказываясь верить в происходящее. — Ты в одном исподнем, — Сянлю надел на неё халат, обернул пояс вокруг её талии и завязал. — Так ожидание не покажется слишком долгим. Халат не выглядел таким уж тёплым, но поскольку на ней была только тонкая пижама, это уже было кое-что. И это была одежда Сянлю! Которую он сам на неё надел! — Спасибо… — прошептала девушка. — До встречи в полночь,— сказал Сянлю и взлетел на спину орла. — Но как я узнаю время, я не умею без часов! Демон покачал головой: — В этом мире все умеют. Просто жди. Орёл взмахнул крыльями и улетел. Катю чуть не сбило с ног, но порыв ветра в этот раз не показался ей таким холодным. Может, одежда была заколдована? Или забота Сянлю так согревающе подействовала на неё? Девушка подобрала с земли плед, встряхнула и тоже накинула на плечи. Рядом валялись осколки разбитой чашки. Колени саднили. Раньше всё её внимание было сосредоточено на Сянлю, но теперь уши постепенно стали улавливать тихие звуки и шорохи, и она поёжилась. «Сянлю дал мне свою одежду. Он скоро вернётся и поможет мне. Напугал меня, когда сказал , что не станет. И когда начал раздеваться молча тоже напугал, вот глупая! Не добрый… Добрый! Притворяется только, имидж поддерживает». Вдруг Катя отчётливо услышала, как недалеко позади неё хрустнула ветка.У неё на затылке зашевелились волосы, сердце оглушительно забилось. Она боялась смотреть, но неизвестность была ещё страшнее. Девушка резко обернулась и отступила на шаг назад. Никого. Тихо. В чахлом кустарнике навряд ли мог спрятаться кто-то страшный, а дальше был обрыв. Катя сделала несколько глубоких вдохов. «Поскорей бы полночь. Он же вернётся? Вернётся же, если обещал, иначе зачем было обещать? И халат оставлять? Конечно, вернётся. Интересно, время здесь такое же, как у нас? Тогда ещё часа три точно ждать. Как мне выдержать тут три часа одной?» Она стала нетерпеливо обшаривать взглядом небо в той стороне, куда улетел орёл, и аж подскочила от радости, когда увидела летящую птицу, но быстро поняла, что это был не Маоцю. Птица была тёмной и обычного размера. Девушка следила за ней взглядом и когда та пролетала прямо над ней, успела удивиться, что крылья были светлыми с нижней стороны. А потом… птица вдруг спикировала вниз, превратившись на лету в человека, который приземлился прямо за Катиной спиной, зажал ей рот рукой, приставил к горлу нож и сказал прямо в ухо хриплым скрипучим голосом: — Издашь хоть один звук — умрёшь.