Что-то очень важное

Небо озаряет рассвет, алыми красками рисуя незамысловатые линии на просыпающемся полотне. Оно светлеет, впуская светило на привычное место «службы». Звезды потихоньку скрываются в тени грядущего дня, будто бы склоняя головы перед ним. Насыщенный красный переходит в розовый, из розового в бледно фиолетовый, градиентом показывая родной голубой оттенок небес. Все медленно просыпались: цветы раскрывали лепестки, животные вылезали из своих убежищ, а люди уже выходили из домов. Просторные улицы скоро наполнятся привычным шумом и бурной деятельностью, такой родной и уже незаменимой. Зеленые глаза распахнулись и пока не успели сфокусироваться на обстановке. Тело казалось странно легким и маленьким, так что я села и посмотрела на руки. Все еще детские ладошки лежали на мятном одеяле с цветочками, разбросанными по ткани. Сначала я не поняла очевидной информации, заторможенно хлопая ресницами. Потом несильно ущипнула себя за кожу на кисти. Больно. След от щипания налился красным, на что я тряхнула головой и огляделась. Обычная девичья спальня, обставленная шкафом для одежды, столом и стеллажом для книг. Кое где проглядывались забытые то там то тут исписанные тетрадные листы, заботливо отпечатавшиеся в памяти. Потираю глаза. Снова их открываю. Ничего не изменилось. Все та же спальня, залитая солнечным светом. «Главное сохранять спокойствие!», подумала я и спрыгнула с кровати на пол. Ног коснулся приятный ворс малинового коврика, а зеркало напротив показало розовую копну волос и заспанное детское личико. Большие зеленые глаза с длинными ресницами, розоватая кожа и персиковая пижама. Я точно сплю. - Этого не может быть, - шепчу одними губами и подхожу к стеклу. Гладкая поверхность холодом обжигает горячую руку, прислоненную к нему. Где-то за окном раздается первый ребячий вскрик и я вздрагиваю. Неприятное осознание кипятком падает прямо на голову, накаляя нервы до предела. В памяти всплыл отрывок воспоминания с мерцающим снежным шаром и предсказанием «Еще не поздно все исправить». Бумажка была найдена в печенье, поданном с улыбкой и в теплых руках. «Кто знает, может судьба выкинет что-то прямо перед началом нового пути», хохотнула тогда Ино, лукаво стреляя глазами. Вот оно что. Срываю одеяло с кровати и кутаюсь так, что видно было только нос и глаза. В этот момент заходит мама в легком халате и удивленно смотрит на меня. На это я мило улыбаюсь и бегу в ванную, желая доброго утра еще сонным родителям.

***

«Итак, я оказалась в прошлом», сосредоточенно думала я, выдавливая пасту на щетку, «И в этом виноват снежный шар. Снежный шар с глупым снеговиком и дедом морозом, ну что за нелепость!» Язык пощипывает от попавшей на него мятной пены, но я не обращаю на это внимания. Значит, нужно что-то изменить, что-то исправить…Но что? Выплевываю пену и смотрю на раковину. Голубая… Точно, голубая! Мне обязательно нужно это сделать! Быстро умываюсь и бегу одеваться. Сейчас я пока не генин и имею шанс его подловить где-то в Академии. Если он снова не убежал куролесить где-то в деревне. Мысли летали вихрем в голове, погоняя одну другой и еще одной пиная. Чувства вины и стыда мерзко зашевелились где-то в солнечном сплетении, подкидывая все неугодные мне моменты детства. Вот я называю его сиротой, надеясь, что Саске согласится со мной и оттает. А вот я смотрю на него с презрением, нервно сжимая пальцы и теребя локоны. Но ему хоть бы хны – громко смеется и горланит какие-то свои мысли и доводы. Снова вижу нас, только я протягиваю ему бенто, а он с восхищением смотрит мне в глаза. Он думал я искренне, а в моей голове была мысль «Вот бы Саске за это улыбнулся мне». И не было мне дела ни до какого Наруто, вовсю улыбающегося и сгорающего от трепета. Еще столько обидных слов было сказано, негативных вещей сделано.. И все это из-за отсутствия у меня мозгов и присутствия детской глупости. Тяну молнию на одежде вверх и поправляю бантик. Если это не сон, то сегодня сожалений у меня станет меньше. Уверенно улыбаюсь и расчесываю волосы. Мне пора бежать. Кричу маме о возвращении к ужину и и спускаюсь по лестнице. Раз ступень, два ступень… Вспоминаю, как бежала с них к Наруто, а потом и на детскую площадку. За руки. Воспоминания сформировали мне лестницу чтобы я смогла подняться и двигаться дальше. Но что если подвернулась возможность заменить одну из составляющих этой лесенки? Дорога под ногами кажется движущейся лентой, помогающей бежать быстрее. Пускай мое изменение не принесет глобальных перемен, пускай я останусь ни с чем или вообще опозорюсь – я больше не буду терзать саму себя. И Наруто. Иногда я спрашивала его о наших отношениях до 12 лет и не обидно ли ему. Он делал большие глаза, смеялся и махал руками, мол, нет конечно! Я никогда и не думал обижаться на Сакуру чан. А у меня в груди тянулось что-то отвратительно горькое и противное, да настолько, что приходилось закусывать губу и нервно улыбаться. Это было так давно… Ворота Академии блестят новой краской и деревом, будто приглашая войти внутрь. Останавливаюсь прямо перед ними и опираюсь ладонями и колени. Легкие неприятно жгло, а лицо горело красным. То ли от волнения, то ли от обильного кровообращения. Кручу головой, но никого, похожего на Наруто не замечаю. Ничего, еще есть время! Внимательно рассматриваю свою обувь пока поднимаюсь в нужный кабинет. Снова лестница… На этот раз деревянная. Шарю глазами и выхватываю взглядом светлую макушку. В груди затрепетало и закрутилось что-то мягкое, пока дрожащие руки хватались за перила. Я молнией метнулась сквозь толпу детей и, схватив Наруто за локоть, потащила его к окну. Никто не обратил на нас внимания, а Узумаки нервно улыбнулся. - О, Сакура чан,- потирает затылок, видимо пытается казаться расслабленным, - как дела? Сжимаю зубами внутреннюю сторону щеки и наконец улыбаюсь. Улыбаюсь так тепло, вкладывая в эту улыбку всю доброжелательность и искреннюю радость. Он такой же, как в моих воспоминаниях – лохматая копна золотистых волос колючим ежом топорщится на макушке, зеленый ободок очков и по три уса на каждой щеке. Совсем еще ребенок… - Наруто.., - неловко запинаюсь и кручу локон волос пальцами, - не хотел бы ты… не хотел бы ты вместе пообедать? Я хочу тебя угостить. Два глаза непонимающе уставились на меня, а я совсем стушевалась. Это слишком сложно, слишком стыдно, слишком…Глупо? Наверное. Поднимаю глаза и наблюдаю, как лицо друга растягивается в счастливой и слегка застенчивой улыбке. - Правда? Конечно хочу!, - я хихикаю и протягиваю ему свою ладонь. - Тогда давай пойдем в класс, чтобы не опоздать. На этот раз я угощу его без оглядки на Саске. Я изменю ступень своей лестницы и подлатаю его, Наруто, даже если это не будет иметь смысла. В груди что-то лопается и приятно разливается горячее удовлетворение. Я рада, что смогла поменять пару своих постыдных воспоминаний. И рада, что мысль о Наруто перед Новым Годом была спусковым крючком. Мне теперь не о чем жалеть.