amour | zb1

чай давно остыл. использованный пакетик одиноко лежал на изрисованном мелками листке, раскрашивая его коричными разводами. запах свежей мяты и солнечной ромашки накрыл прозрачным покрывалом крошечную комнатку, что хоть на чуть-чуть перебило дух ветхости. напевая под нос мотивы детской песенки, парни ели сахарную вату, смеялись звездами, плели цветные блестящие браслеты и кольца из бисера. пока их мир здесь, они счастливы.

* * *

дверь с грохотом роняется на деревянные доски, приветствуя нового гостя. парни жмурятся от контакта с солнечным светом и с усилием открывают заспанные глаза. – когда кто-нибудь в доме починит эту треклятую дверь? третий раз за день... хао-хён, позови гонука с кухни, у него в чулане должны быть инструменты. – сам и зови, если надо. принцессой себя резко почувствовал? – фу, чжан хао такой нудный. тэрэ стонет от неожиданного толчка под боком и пытается вырваться из его хватки. он отбивается всеми конечностями, показывает в секунде язык, чтобы в последствии получить бессильный удар в живот. – прекратите обезьянничать. ханбин строго хмурится, грозит пальцем – в угол поставить, но сразу же улыбается, как только видит зашедшего. – доброе утро, юджин-а, – джиун подтягивается к окну, разминая затекшее после легкого дрёма тело. правая рука внезапно хрустит, отчего недавно засыпавший рики тихо пускает смешок в вельветовое одеяло. подушка летит в него с таким же звуком. – доброе всем.. –юджин, стой. у тебя там кровь? – снова репетировал до изнеможения. иди сюда, – ханбин несколько раз устало протирает уголки глаз и смотрит с печалью. – мы ведь говорили тебе. и не раз. но он снова их не послушал. мальчик отводит взгляд в сторону, прячесь в тени персиковых штор. знает, что ослушался. кюбин ловит его блеклый взгляд и неодобрительно качает головой. волнение закипает в пустом чайнике на кухонной плите. – эй, хён! будь мягче к нему. где у нас аптечка? – я в порядке, не волнуйтесь. со мной всё хорошо. это простая царапина. – а если заражение получишь? нет, давай лучше продезинфицируем. юджин садится на старый, уже изрядно поломанный подоконник, и неряшливо клеит цветистый пластырь с рисунком розового зайца на алую коленку, временами мотая свободной ногой то вверх, то вниз. боль до сих пор вызывала дискомфорт и чувство тошноты, но мальчик пытался глушить ее, прикусывая нижнюю губу до появления небольшой кровоточащей ранки. – красивый... он с грустью кивает парням. со смешком собрав оставшиеся пластыри в цветную коробочку, бросает их на ягодный ковер, метко попав в спящее лицо мэттью. – мэччу на удивление крепко спит. обычно он засыпал под самое солнце. – конечно, он сильно устал от поцелуев гонука этой ночью. – на себя посмотри, ханбин-хён. тинт с носа лучше вытри, горе любовник. тихий шёпот звучал со всех сторон; парни дразнили друг друга, смеялись открыто и ярко, так, что только шелест сакуры вторил их голосам. а кюбин.... кюбин всё продолжает восхищенно смотреть на нового соседа юджина, не моргая. нестерпев, подошел ближе, чтобы провести указательным пальцем по мордочке и улыбнуться. зайчонок был милым.

лицо юджина мягкое, по-детски доброе и милое.

в его глазах всегда сверкали звезды.

он пах россыпью подснежников на таящем снегу,

юностью и

первой дружбой.

«самый красивый мальчик, которого я когда-либо видел». – ты как всегда просто очарователен, юджин-щи. – хватит говорить глупости, кюбин. – у тебя день рождение. разве по такому поводу я не могу сегодня быть немного влюбленным? – в этом и дело, кюбин. ты всегда такой, – шепчет себе под нос и отворачивается смущенно от тысячи взглядов. он осторожно чешет весенние цветы на своей левой щеке, едва касаясь нежных лепестков. – хёны... мнётся долго, перед тем как произнести: – встретим и следующую весну вместе?