Человек-паук: паутина сомнений

С большой силой приходят большие проблемы. Хонджун нервно сжимает в руках кружку с кофе, обжигая губы. Его сосед, Пак Сонхва, покачивает ногой, сидя на подоконнике, глядя на него сверху вниз. — Человек-паук? — переспрашивает парень. — Да. Что ты думаешь о нём? — Хонджун взволнованно сглатывает. — Он герой, которого мы ждали, — мечтательно произносит Пак. — Сеул больше не такой безопасный город, каким был раньше. Знаешь, дышится спокойнее, когда знаешь, что есть тот, кто будет бороться за справедливость и защищать нас. Хонджун внимательно слушает его, от напряжения между бровей залегает складка. Он уверен, что Сонхва не врёт, потому что более искреннего человека, чем он, найти тяжело, но его слова мало успокаивают. Хонджун знает, что говорят люди, ведь каждый, кому не лень, стремится поделиться своим мнением. Зачастую, в грубой форме, забывая о том, что под маской героя скрывается человек, а не безликий призрак. Ким прочищает горло и ставит кружку на стол, но она остаётся прилипшей к его ладони. Джун раздражённо кусает язык и отпивает ещё. — Ты не считаешь его лицемерным? — спрашивает Хонджун. — Вдруг он... Специально подстраивает преступления, чтобы потом всех спасти? Сонхва удивлённо вздергивает брови и смеётся, держась за подоконник, чтобы не свалиться: — Если бы я был человеком-пауком, я бы светил лицом при каждой удобной возможности, а он скрывает свою личность. Не похоже на поведение человека, который хочет быстрой славы. Сонхва отворачивается, чтобы посмотреть на отблески солнечного света по крышам. Чем глубже в осень, тем раньше закаты. Хонджун задерживает взгляд на профиле Сонхва, по привычке хочет поправить очки от волнения, но прикасается к голой переносице и стыдливо опускает руку. Он совсем забыл, что очки ему больше не нужны. Это значит, что наблюдать украдкой за Сонхва стало проще, но жить – отнюдь нет. Любовь должна придавать силы, но у Хонджуна она их забирает. Джун проигрывает Паку каждый день, а тот и не догадывается, что они ведут игру, и о том, что он грязно жульничает – тоже. Потому что класть голову Джуну на плечо, когда они смотрят кино, это грубейшее нарушение правил. Потому что дарить ему парные вещи, шутя, что они выглядят, как бойфренды, неправильно. Потому что Пак знает, что лучший друг не может сказать ему "нет", и нагло пользуется этим. Это так, чёрт возьми, не честно. — Но долго ли он будет справляться один? — вздыхает Пак. — Тяжело защищать город в одиночку. Подумаешь, город. Ким спасёт хоть всю Южную Корею, пустяки. Выдержать взгляд Сонхва и не потянуться за поцелуем – вот что по-настоящему тяжело. — Хмурый ты сегодня. Хочешь пересмотреть лего-муви со мной? — спрашивает Сонхва, и Джун не может отказаться.

***

Хонджун рассекает воздух в свободном падении, наслаждаясь шумом ветра в ушах, и ловко цепляется паутиной за стену ближайшего здания, чтобы вновь подняться выше. Его тело раскачивается на крепкой нити, и Джун отпускает её, чтобы через мгновение разогнаться ещё больше. Он только что разобрался с вооружёнными грабителями банка, поэтому может позволить себе немного расслабиться и отправиться домой со спокойной совестью. Ким горько усмехается мимолётной мысли о том, что даже сейчас его сердце не стучит так быстро, как когда он видит Сонхва. Джун может висеть вниз головой, раскручиваться на паутине, взлетать и падать, гулять среди пожара, останавливать аварии, тормозя автомобили голыми руками, но одна минута наедине с Паком его уничтожит. Он чертовски слаб перед ним – Сонхва гораздо опаснее, чем все преступники города вместе взятые. Поэтому он отталкивается от крыши ногами, чтобы ускориться и выиграть секунду времени перед тем, как Пак вернётся домой. Хонджун виртуозно огибает телевизионные антенны, перебегая многоэтажку, а после отточенным движением соскальзывает с козырька, отталкивается от стены и приземляется точно на подоконник своей комнаты. У него в запасе лишь пара минут. — Джун, ты дома? — доносится из коридора. — Чёрт, — шипит парень, стягивая с головы маску, и поправляет растрёпаные волосы. Он наспех снимает свой костюм, путаясь в складках ткани, и шёпотом матерится, думая, почему он не сделал одежду поудобнее. — Да, я дома! — кричит он, ногой толкая скомканый костюм под кровать. Звук шагов стремительно приближается к спальне. Ким хватает домашние штаны из шкафа и успевает надеть их как раз к моменту, когда поворачивается дверная ручка и в комнату заглядывает Хва. — Ох, я не вовремя? — спрашивает парень, зажмурившись. — Поджидаешь моменты, — хмыкает Джун, надевая футболку. На рукаве остаётся липкий след от паутины. — Заходи. Пак проходит внутрь, едва сдерживая радостные возгласы – тело Хва не справляется с переполняющими его эмоциями, и он взмахивает руками, приближаясь к Джуну. Ким рефлекторно хватает его за ладонь, когда старший чуть не ударяется о книжную полку. — Ты видел новые фотографии человека-паука? Они вирусятся во всех соцсетях! Все только и говорят о том, какой он... Ой, в чём это твои руки? — хмурится он, ощутив что-то липкое на пальцах у Джуна. — Клеил модель для проекта, — находится Ким и вытирает остаток паутины, похожий на непросохший клей, об штаны. — Что там с человеком-пауком? — Сам посмотри, — восторженно произносит Пак, достав телефон из кармана. Хонджун изображает удивлённое выражение лица, когда Пак выставляет вперёд свой телефон и демонстрирует ему высококачественные снимки от репортёров местной газеты. На них человек-паук спускается на паутине с балкона многоэтажки, держа свободной рукой маленькую девочку, напуганную до дрожи. В тот день в квартире в соседнем районе произошло возгорание, и малышке, которая осталась одна в квартире, никто не мог помочь – чутьё Джуна буквально кричало о непоправимой беде, словно детский плач раздавался в его голове. Паучок немедленно отправился на помощь, проник внутрь через окно, подхватил крошку и выпрыгнул с ней наружу, попросив лишь закрыть глаза, чтобы она не испугалась высоты. Хонджун помнит, как она всхлипывала, обнимая его за шею, а он ласково шептал, что ей нечего бояться и беда позади. Ликующая толпа встретила его поддерживающими возгласами, а Джун оперативно передал ребёнка медикам, чтобы её осмотрели на предмет травм, и сорвался с места, пропав за углом, пока журналисты с камерами наперевес не преградили ему путь. Парень скептически хмыкает, оценивая качество съёмки. Как фотограф-любитель, он не может не уделить этому внимание, и мысленно делает пометку, что мог бы справиться с этой работой лучше, чем репортёр, который впервые взял фотоаппарат в руки. — Круто, — нейтрально произносит Джун, — ничего нового. Он постоянно этим занимается. — В этом и фишка, — отвечает Сонхва и листает комментарии под фотографиями. — Он кажется невозмутимым. Мечта, а не мужчина. Он делает свою работу отлично и выглядит при этом на все сто. Хонджун тихо посмеивается, выслушивая откровение Пака, и пощипывает самого себя за локти от волнения. — Кто знает, что у него там под маской. Вдруг он не такой уж и красавчик? — спрашивает Джун. — Это не страшно. Есть такая штука... Воображение. Тебе стоит попробовать. — Но если он без костюма совсем другой человек, не такой, каким его представляют? — настаивает Ким. — Я без макияжа тоже совсем другой человек, — отвечает Сонхва, склонив голову к плечу. — Но если даже макнуть меня лицом в палитру, это всё ещё буду я. Хонджун прижимает палец к губам, задумываясь. — Ты прав. — Я всегда прав. Ким смотрит на Сонхва, который возвращает взгляд к фотографиям на экране, и тоскливо вздыхает. Пак ни за что не поймёт его. Хонджун в костюме – национальный герой и символ справедливости, а без него – неуклюжий ботаник без карьерных амбиций и личной жизни. Без паутины он всего лишь Ким Хонджун, которого Сонхва знает со школы, с тех пор, когда любой мог загнать его в угол и отнять деньги на обед. Хва разочаруется, если узнает, что его герой – комнатный неудачник. Он увидит его без маски и скажет "а, это всего лишь ты, я и так вижу тебя каждый день" или "это не стоило такой грандиозной интриги", или... Хонджун ловит себя на мысли, что ревнует Сонхва к самому себе. С его невезучестью даже соперники не нужны – Ким справился сам. Его реальная личность и идеальный образ разошлись так сильно, что Джун потерялся в тени человека-паука – и это его самая большая проблема.

***

Хонджун просыпается среди ночи без особенной причины. Вернее, причина даёт о себе знать чуть позже. Ким смотрит в потолок в кромешной темноте, поправляет одеяло и переворачивается на бок, чтобы устроиться поудобнее, но как только он собирается вернуться в сон, все чувства внезапно обостряются, словно что-то плохое должно случиться рядом с ним. Джун поднимается на постели, устало растирая глаза, и пытается понять, куда его зовёт чутьё в такой поздний час. Ощущение тревоги обостряется с каждой секундой, и парень поднимается с кровати, чтобы найти свой костюм в темноте. В его голове словно воет пожарная сирена — ни разу прежде он не чувствовал такой паники, когда интуиция подсказывала ему путь. Хонджун забирается на подоконник, тихо открывает окно, чтобы не разбудить Хва, который должен спать в это время, цепляется паутиной за крышу соседнего здания и выдвигается на ночной рейд, чтобы как можно скорее обнаружить опасность. Его сердце гулко стучит, пока он приближается к цели – под ним горят уличные фонари и сверкают фары автомобилей, слепят неоновые вывески, окна жилых домов светятся тёплыми вечерними ночниками. Люди, живущие там, даже не подозревают о том, что неподалёку разворачивается катастрофа. Вот только сам человек-паук не может представить, насколько она велика. Он рассекает прохладный ночной воздух, следя за тем, что происходит внизу, а потом вдруг по всему телу проходится электрический разряд, когда он замечает в слабо освещённом переулке подозрительное движение. Ким немедленно спускается к этому месту, цепляется за кирпичную стену и прислушивается к голосам внизу. Хонджун понимает, почему его чутьё сводило его с ума с самого пробуждения, когда узнает голос Сонхва. — Что вам нужно? — шипит Пак, отступая от двух незнакомцев. — Просто выверни свой кошелёк, и мы тебя не тронем, — раздаётся гнусавый голос в ответ, но в следующий миг Сонхва испуганно ахает, когда в темноте блистает лезвие складного ножа, и Джун не ждёт больше ни секунды. Липкая нить паутины ударяет одного из мужчин в спину, второго цепляет за ноги, и внезапно их перепуганные крики раздаются на весь переулок – Хонджун оттягивает их в сторону от Сонхва, а затем спрыгивает со стены и приземляется на одного из них. Пак отбегает в сторону, чтобы не помешать герою, и наблюдает со стороны, стараясь запомнить каждый миг: человек-паук яростно бьёт уличных воров, заставляя их молить о пощаде, и сворачивает им руки, чтобы они не могли оказать сопротивление. Несмотря на кипящую злость на преступников, которые посмели посягнуть на безопасность его любимого человека, Хонджун не тратит на них много времени. На их удачу, они слишком легко отделались. Ким прогоняет их, оставив лишь небольшой беспорядок в виде лужицы крови из чужого разбитого носа, случайно брошенного ножа и нитей паутины, повисших на стене. Наконец, он поворачивается к Сонхва, тяжело дыша, и стряхивает грязь с ладоней, прежде чем приблизиться к нему. Пак смотрит на него во все глаза, улыбаясь с восторгом. — Они не успели навредить тебе? — обеспокоенно спрашивает он. — Не успели, благодаря тебе. Спасибо... Большое спасибо, — отвечает Хва, несмело делая шаг вперёд. — Я был так напуган, когда увидел нож... Я не ожидал, что они будут вооружены. Но ты так ловко расправился с ними! Хонджун мельком оглядывает Пака с ног до головы, чтобы убедиться, что он цел, и мысленно прикидывает, который час. Сонхва давно должен был быть дома и отдыхать после вечерней смены в ресторане, где он подрабатывает. Должно быть, сегодня его задержали допоздна. Хва выглядит вымотанным, тусклый свет фонаря подчёркивает синяки под глазами на бледной коже. Хонджун хотел бы на руках отнести его домой, умыть его лицо тёплой водой и принести горячий чай в постель, чтобы Хва не утруждался лишний раз, но всё, что он может – это незаметно проследить, чтобы Пак безопасно добрался домой. Он ещё не готов снимать маску. — Будь осторожен в следующий раз, — предупреждает паук. — Обязательно, — послушно кивает Пак, глядя на него с искренним восторгом, и Хонджун уже собирается отправиться обратно домой, выполнив свою миссию. — Спокойной ночи, — он стреляет паутиной в фонарный столб, чтобы подняться в воздух, но Сонхва его тормозит: — Подожди! — вскрикивает он, и Хонджун медленно спускается на крепкой нити вниз головой, чтобы дослушать его. — Я хочу отблагодарить тебя. — Для меня будет высшей наградой, если ты пообещаешь хорошо выспаться сегодня, — мягко отвечает Джун, глядя ему в глаза. — Прозвучало, как фансервис, — смущённо хихикает старший и осторожно прикасается к его щеке. — Всего один раз... Я не сделаю этого, если ты не захочешь. Только скажи. Хонджун ощущает, как кожа под маской вспыхивает пламенным румянцем, и удивляется, что Сонхва не обжигает ладонь сквозь ткань. Он мог предполагать, что Пак, как фанат человека-паука, очень ярко отреагирует на встречу со своим героем, но он даже в самых сладких мечтах не мог вообразить, что старший захочет его поцеловать. Ким крупно пожалеет, если пойдёт на поводу у собственных чувств и позволит ему это сделать. Он испытывает противоречивые эмоции, когда поднимает взгляд на губы Хва, блестящие от того, что он облизнулся в предвкушении. Джун мечется меж двух огней, решая, стоит ли риска минутное, унизительное искушение – целовать своего возлюбленного, зная, что он представляет на его месте кого угодно, только не самого Хонджуна. Ощутить его тепло, прижаться к его губам и исполнить свою маленькую мечту, обмануться, представив себя любимым. Хонджун должен остановить Сонхва, когда он забирается пальцами под его маску, но он этого не делает. Должен сказать хоть что-нибудь, чтобы предотвратить это недоразумение, оставить все на своих местах, чтобы не испытывать горький стыд за то, что случится, но он молчит. Сонхва оголяет шею Хонджуна, на которой вздулись вены, и задирает маску до носа, а потом, выждав ещё мгновение, словно давая последний шанс отказаться, прижимается к его мягким губам. Джун томно выдыхает, изо всех сил держась за паутину, чтобы не свалиться от шока. Сонхва на самом деле целует его, обняв руками за обе щеки, так желанно и нежно, что Ким не удерживается и кладёт ладонь на его затылок, чтобы сжать волосы пальцами и не дать ему отстраниться. Пак целуется с закрытыми глазами, ласково сминая чужие губы, и замирает, чтобы растянуть момент и почувствовать трепетное тепло. Хонджун отпускает его и натягивает маску обратно, сверкнув в полутьме счастливой улыбкой. Сонхва мог сорвать его маску с головы, чтобы удовлетворить своё любопытство, но не стал. Он позаботился о том, чтобы не пересечь тонкую грань дозволенного и не поставить тайну его личности под угрозу – и этого, в целом, достаточно, чтобы понять, каким человеком является Сонхва. Поэтому он его любит. — Надеюсь, ты больше никого так не благодаришь, — усмехается он, а затем машет ладонью, поднимаясь вверх. — Доберись домой без проблем. Сонхва тихо смеётся, провожая паучка взглядом, пока он не скрывается, запрыгнув на крышу.

***

Хонджун следил за Сонхва всю дорогу до их дома, чтобы быть уверенным, что он больше не попадёт в неприятности. Как только Сонхва подходит к подъезду, Джун запрыгивает в окно своей комнаты и переодевается в домашнюю одежду, чтобы встретить старшего с работы. Он выходит на кухню в пижаме, открывает холодильник и достаёт пакет молока, чтобы сделать себе поздний перекус перед сном. В тот же момент в коридоре щёлкает ручка входной двери. — Почему не спишь так поздно? — спрашивает Сонхва, зайдя на кухню. Он расстёгивает пару верхних пуговиц на рубашке, выдыхая. В квартире слишком душно. — Бессонница, — отвечает Джун, смущённо отвернувшись от него, чтобы достать с полки кукурузные хлопья. Сонхва подходит к крану, чтобы налить себе стакан воды, пока Хонджун заливает хлопья молоком. Он садится за стол, подогнув ногу под себя, и смотрит, как Пак облокачивается поясницей на гарнитур, как его кадык двигается вверх и вниз, пока он глотает. — Я целовался с человеком-пауком. Хонджун закашливается, бросив ложку в тарелку, и прикрывает рот ладонью, заливаясь краской. — Что за выдумки, — отвечает Ким, — он бы ни за что не дал случайному человеку себя поцеловать. Почему я должен тебе верить? — У тебя на лице мой блеск для губ. Хонджун растерянно смотрит на Сонхва и прикасается пальцами к своим губам. Когда тревога поднимается внутри, это больше не похоже на чутьё. Это похоже на конец света и похоронный марш по Хонджуну. Парень трёт губы и смотрит на свои пальцы, но они остаются чистыми. — Я пошутил, — Сонхва хихикает над ним, а потом подходит ближе, — но ты попался. — Ты знал?.. — спрашивает Хонджун, глядя на него снизу вверх. — Конечно, я знал. По-твоему, я бы стал целовать незнакомца в маске? За кого ты меня принимаешь? — усмехается Хва и присаживается рядом. — Просто ты не умеешь хранить секреты и прятать свои вещи. Хонджун не до конца понимает, как правильно отреагировать. Он хочет положить ложку в тарелку, но она не отстаёт от его пальцев, приклеившись на паутину, и Джун нервно трясёт рукой, пытаясь избавиться от ложки. — Почему ты не говорил мне раньше? — обиженно спрашивает Джун. — Ты бы сэкономил мне очень много нервов. — Я ждал момента, когда ты будешь достаточно смелым, чтобы мне рассказать. Но этот момент не настаёт уже несколько месяцев. — Несколько месяцев?! — восклицает Ким и раскрывает глаза. — Ты молчал так долго? Сонхва смеётся над его реакцией и закрывает лицо ладонью, но через несколько секунд он прочищает горло и продолжает говорить. — Ты тоже молчал всё это время. Разве я тебе не друг, я не заслужил знать? — спрашивает мягко, но с упрёком. Хонджун пристыжённо опускает голову и отодвигает от себя тарелку с размокшими хлопьями. — Я... Боялся разочаровать тебя. Человек-паук гораздо сильнее и храбрее, чем настоящий я. Мне кажется, что я не заслуживаю любви и славы, ведь эти способности достались мне случайно, я даже не прилагал усилий, чтобы их получить, и я мог бы делать гораздо больше... В конце концов, в обычной жизни, без костюма я ничего из себя не представляю. Ты был бы расстроен... Сонхва перебивает Хонджуна, притянув его к себе за плечо. Он обнимает его и кладёт голову на его плечо, нежно поглаживая Джуна по спине. — Глупости. Ты самый сильный человек из всех, кого я когда-либо знал. Мне нравится человек-паук именно потому, что я знаю, что это ты. Ты уже сделал очень много для города и продолжаешь совершать подвиги каждый день, а ещё ты спас меня. Я очень горжусь тобой и хочу, чтобы ты знал об этом. Хонджун улыбается, уткнувшись лицом в его грудь, и зажмуривается, чтобы не пустить слезу от трогательности момента. — Я чувствую себя так, будто делаю второй каминг-аут. Но он гораздо труднее, чем первый, — Джун тихо усмехается, обнимая Хва за талию. — Ты молодец, — Сонхва целует младшего в макушку. — Я люблю тебя, мой храбрый паучок. — Я тебя тоже люблю, — шепчет младший. Только сейчас он ощущает, как тревога полностью стихает, и на душе у него наступает ровный штиль. — Если бы я знал, что это взаимно, я бы рассказал тебе гораздо раньше. — Я тоже мог признаться давным-давно, но я всё-таки не герой. По сравнению с тобой я тот ещё трус, — смеётся Хва и поднимает голову. Он убирает руки с его спины и отстраняется. — Мне нужно переодеться. Отпусти, пожалуйста. — Я не могу, — тихо отвечает Хонджун, продолжая держаться за него. — Джуни, мы продолжим обниматься, как только я вернусь, обещаю. — Нет, я... П-правда не могу... — стыдливо шепчет Джун и дёргает руками. — Я прилип. — Оу. Сонхва смотрит вниз и обнаруживает, что ткань его рубашки не отстаёт от ладоней Хонджуна. Он представляет, сколько времени у него уйдёт на то, чтобы очистить рубашку от паутины, но не может разозлиться на Джуна. Его паучок заботливый и неловкий. Поэтому он его любит.