Демоны среди нас

Город был окутан дымом. От его улиц, домов, даже воздуха исходило странное чувство обречённости. Каждый шаг по треснувшей мостовой отдавался эхом, но это эхо было чужим, будто кто-то невидимый шёл за тобой, повторяя твои движения с лёгкой задержкой. Ален всегда знал, что демоны реальны. Его учила этому церковь, учила его собственная жизнь. Он видел их в детских сказках, в жутких снах, и теперь, стоя на перекрёстке, он видел их своими глазами. Бес был выше человека. Его тело состояло из густой чёрной дымки, а глаза горели багровым пламенем. Звук, с которым он дышал, напоминал ветер, пронзающий развалины. — Ну? Боишься? — голос беса был тягучим, словно яд. — Нет, — солгал Ален. — Правда? — Тень наклонилась ближе, и Ален почувствовал, как его собственное сердце замерло. — Это странно, знаешь ли. Обычно люди дрожат, плачут... Ты же выглядишь так, будто видел нечто худшее. Ален отвёл взгляд, но ничего не сказал. — Ах, понял. — Бес ухмыльнулся, его голос стал ещё тише, почти ласковым. — Это они, правда? Люди, которые были рядом. Те, кто обещал защитить. Они сломали тебя раньше, чем я. Слова беса резали глубже любого меча. Воспоминания обрушились на Алена, как лезвия. Тот, кого он называл братом, кто сдал его в руки палачей ради собственной свободы. Женщина, чья улыбка когда-то согревала его, бросившая его ради золота. И те толпы, что наблюдали его унижение, не проронив ни звука. — Ты ведь ненавидишь их, не так ли? — шептал бес. — Не меня, не нас. Мы — лишь отражение, эхо их лжи. Ален сжал кулаки. Он знал, что это ловушка. Но слова тени звучали так правильно, так знакомо. — Забавно, правда? Люди кричат, что боятся тьмы, а на самом деле бояться нужно света, который их ослепляет. Ален посмотрел на беса. В его глазах не было страха, лишь холодное, подавленное понимание. — Может, ты и прав, — сказал он наконец. — Но если я выберу ненависть, я стану таким же, как они. Бес тихо засмеялся. Это был смех, в котором не было злобы. — Тогда иди, смертный. Твоя война не со мной. И Ален ушёл, его шаги стали твёрже, чем раньше. Ведь теперь он знал истину: самые страшные демоны носят человеческие лица.