Часть 6
16 января 2025 г., 15:04
– Что ты вечно ошиваешься около нее? – Упрек Нам Гю дико не понравился подоспевшему Таносу, вызывая у того чувство раздражения и недоумения.
– Тебе это вредит? – решил напасть Танос. Ему глубоко плевать на едкие выражения. – Я тебе таблетку дал? Дал. Вообще не должен рот открывать и заботиться о моих действиях.
– Полегче, Танос, – подоспела Кан Ми На, все еще испытывая желанное чувство симпатии к парню с фиолетовыми волосами.
– Ты. – Парень указал пальцем на девушку, смотря на ее исподлобья. – Не лезь ко мне и оставь свою сестру в покое.
– Танос! Ты даже не знаешь, что она сделала со мной… – попыталась объясниться Кан Ми На, но ее прервали слова разъяренного Таноса.
– Жалко, что не сделала!
– Полегче, друг, – видя выраженный накал ситуации, вмешался Нам Гю.
Дисковое оборудование снова медленно начало крутиться, без сомнения, держа всех наготове, чтобы в скором времени разбежаться, куда глаза глядят.
– Два. – Твёрдо было сказано механизмом, после чего комната моментально заполнилась атмосферой громкой вечеринки, создавая фальшивое ощущение безмятежности.
Бывший парень Чжун Хи быстро сориентировался и схватил за руку свою возлюбленную, не дав ей время на удивление.
– Дэ Хо и Сэ Ми, бегите. Я найду кого-нибудь, – сказала Нари решительно.
– Хватит геройствовать, Нари, – укоризненно сказала серьезная Сэ Ми, что усилило негодование Нари от такого тона. – Мы не оставим тебя.
– Я с Кан Дэ Хо. Нари и Сэ Ми, вы вместе, а ты, – он указал пальцем на Чон Бэ. – Побежишь с господином Ен Иль. Все понятно?
Времени хватило только на быстрый кивок, как со стороны можно было лицезреть убегающие фигуры, явно борющихся за, возможно, последние минуты драгоценной жизни. Нари чувствовала, как сердце колотилось в унисон с ритмом приближающейся угрозы. Неожиданно для девушки, ее больно толкнули плечом, что та полноценно потеряла равновесие, без какой-либо защиты упав на пол. Одежда моментально пропиталась кровью бывших игроков, что усилило нарастающий дискомфорт. Ничего не успев осознать, девушку резко подняли на ноги, и боль в местах падения становится только сильнее, но 339-я динамит данный факт.
Замок с глухим щелчком защелкнулся, принеся на непродолжительное время иллюзию безопасности, которое во мгновенье улетучилось. Кан Нари подняла взгляд, брови сошлись на переносице, когда она увидела перед собой не Сэ Ми, а еле дышащего Нам Гю.
Не дождавшись, пока она опомнится, 124-й резко поставил ее на ноги и рукой прижал к стене, надавив на область незащищенной шеи. Руки девушки сами потянулись к его запястьям, отчаяние ее переполняло, но он был сильнее. За считанные секунды произошло огромное количество событий, равных хаосу и без того ужасной обстановки, что голова ее раскалывалась, а тело напрочь отказывалось слушаться.
– Твоя сестра уже все мои мозги оттрахала, – произнёс 124-ый, его голос был насыщен ненавистью, направленной то ли к Нари, бесящая своей самоуверенностью, то ли к Ми Не, раздражающая своей навязчивостью. – Хочет, чтобы я тебя поскорее убил, лишь бы ты не мешала ей строить отношения с Таносом. Но я пока не настолько идиот, чтобы лишать тебя жизни просто так, – процедил он, вынув ножницы, которые Нари мгновенно узнала. Это были ее собственные ножницы. Девушка всегда носила с собой на случай предвкушения опасности.
Откуда они у него?
Не успев осуществить свои догадки, он с грубой жестокостью воткнул ножницы ей ниже ребер на левой стороне, заставляя вскрикнуть от боли. Рана сразу же начала кровоточить.
– Тише-тише, – прошептал он, словно добавляя капельку мучений к ее страху. – Если кому-то скажешь, мы тебя кокнем еще до четвертой игры.
Пот медленно стекал по лицу, смешиваясь с ее нарастающим страхом, когда ее взгляд уловил табло с отчетом времени. Осталось всего пять секунд. Вспыхнула идея, о которой, она надеялась, не пожалеет. Лицо, прежне встревоженное, вдруг обрело уверенность и решительность, что заставило игрока 124 потерять прежнюю пылающую властность. Собравшись с духом, 339-я медленно скатилась по стене, когда циферблат раздражающе прозвенел, осведомляя об окончании времени, закрыла глаза и расслабилась.
– Что ты… – Слова Нам Гю застыли в воздухе, который моментально прорезался резкими звуками выстрелов. Бывший игрок рухнул на пол, уронив ножницы под ноги. Из-под маленького окошка показалось лицо треугольника. Секунды казались вечностью, когда он взглянул в комнату, проверяя.
Кан Нари оставалась неподвижной ровно до того момента, как не послышался такой желанный звук скрежета металла: открытия замка. Сердце колотилось, как бешеное, говорящее, что Нари была на волоске от смерти, если бы ее малейшее движение заметил треугольник.
Она с раздражением обнаружила, что нога у нее уже перевязана материалом из футболки, а рану на животе нечем перевязать и осталось только зажать рукой, и буквально выползти из комнаты.
– Come on, babe, вставай. – послышался знакомый голос, возвращая ощущение безопасности.
Теплые руки обхватили ее тело, помогая принять сидячее положение. Сзади она почувствовала твердую стену.
– Что за хрень? – произнес Танос. Встревоженный, он быстро снял свою кофту и обвил ею Кан Нари, стараясь закрыть рану, чтобы замедлить кровотечение.
– Нари! – раздался уже волнительный женский голос, и Нари мгновенно узнала его. Сэ Ми под руку с Чжун Хи спешила к ней, их лица отражали смесь страха и сострадания.
Нари ощутила, как увеличилось количество рук, которые помогли ей подняться.
***
Девушка разъяренно метала всё, что попадалось под руку. Её дорогая сестричка снова не смога усидеться на месте и решила поссорить Нари с ее друзьями, написав целый комплект гадостей и сценариев, в которых Нари даже никогда не была. – Будь у меня возможность, я бы убила тебя, – произнесла зеленоглазая, и в ее голосе была вся ненависть, накопившаяся за годы соперничества с сестрой. Напряжение и гнев заполнили её тело. – Мне нравится наблюдать, как ты реагируешь, – равнодушно произнесла старшая сестра, её спокойствие только подливало масло в огонь, разжигая еще больший гнев в Нари. В конце концов, она окончательно выдохлась, и место злости уступило опустошение. – У нас мама больна. Ты совсем о ней не думаешь? Ты конченая дура, которая думает только о себе и верит, что весь мир крутится вокруг тебя! Несмотря на все твои попытки меня сломать, ты никогда этого не сделаешь. Сечешь, почему? – Почему? – сквозь зубы спросила её сестра. – Потому что я лучше, – уверенно выговорила Нари, словно бросая вызов всему, что её окружало. Стоя на высокой крыше здания, Нари безудержно плакала, зажимая рот рукой, не желая слышать своё собственное нытьё. Жизнь казалась беспросветной, каждый вздох давался тяжело, словно на её плечах висел груз, который она не могла вынести. Друзей не осталось, мать больна, отец – психопат, а сестра вся в отца. В этом мире её больше ничего не держало. – Мисс, не будьте безрассудной. Подумайте о людях, что вас любят, – раздался спокойный голос. Повернув голову, Нари увидела высокого темного мужчину в деловом сером костюме с чемоданом в руке и лакированных туфлях. Его спокойная улыбка не внушала ни капли доверия, казалось, она была всего лишь маской для чего-то гораздо более мрачного. – Какое дело вам? – недоверчиво спросила она, готовая прогнать этого незнакомца. – Найдется минутка? Позвольте мне предложить вам сыграть со мной в игру, и я уверяю вас, вы измените своё решение, – произнес он, его тон был столь уверенным, что Нари почувствовала, как в её сердце прокралась искорка любопытства, смешанная с настороженностью. Девушка с номером 339 проснулась на нижнем ярусе и сразу осознала: это не ее кровать. Дежавю. Первое, что она почувствовала, опустошение после неприятного сна, а затем уже острую боль в ребре, из-за которой тяжело было открыть глаза. Спустя несколько секунд, проморгавшись, ей удалось распахнуть веки и, добившись четкую фокусировку зрения, осмотреться и то же мгновенье понять, что все ее друзья, в глазах которых читалась тревога, уставились на нее в ожидании. – Как ты? – Первый вопрос последовал от Сон Ки Хуна. – Нормально, – с улыбкой ответила она, хотя внутри нее все кричало, что не так уж и нормально. – Она каждый раз отвечает нормально, – подколола Сэ Ми, тон ее был игривым и слегка издевательским. – Видно же, что все хреново. – Я так боялся за нее, это же ужас: пережить такое маленькой девочке. Уму непостижимо! – с удивленными глазами воскликнул Чон Бэ, показывая что-то руками в воздухе. – Верно, – согласилась мягко Чжун Хи, до этого молчавшая. Внезапно койка слегка покачнулась, и сверху послышалось: – Did she wake up? – Да, – ответила ему 380 и посмотрела наверх. Кровать покачнулась сильнее, и Танос, спрыгнув с верхней койки, оказался перед всеми. Его вид внушал авторитет и серьезность, и даже игривость, несмотря на всю серьезность произошедшего инцидента. – Ladies and gentlemen, расходимся, – произнес 230-й с непринужденным сарказмом, делая движения ладонями, словно распуская все, как пыль. Все встали один за другим. – Приходи к нам на ужин, – грустно улыбнулся Ки Хун. Иногда девушке казалось, что его мышцы лица уже не функционируют, чтобы улыбаться искренно и без грусти. Как только все ушли на достаточное расстояние, Танос с саркастичной надменностью повернулся к Нари. Глаза искрили недоверием. – Are you kidding me? Захотела умереть и мне не сказала? – Мне умолять тебя простить меня? – Нет, слишком глупо, – его сарказм сменился серьезностью, что, казалось, ему несвойственно. – Что случилось в той комнате? – Нам Гю, – только и сказала девушка, и Танос сразу все понял, бросив взгляд на ее рану. – Сказал мне, что…ему я надоела, – она снова солгала. – По этой причине захотел убрать из игры. – Он сдох, хрен из пальца, – цокнул языком парень, его взгляд был полон презрения. Он зыркнул в сторону 196-й, чувствуя нарастающий порыв гнева. – Голосование отменили? – Yep, snowflake. Пока ты спала, заходил персонал розовых. Сказали, что голосование отменяется по тем причинам, что это последние игры, и шанс на выход больше не предоставляют.***
Ужин подоспел через тридцать минут. Кругляши уже выполняли свою работу, отдавая порции игрокам. Танос все время сидел рядом с Нари, пытаясь ее развлечь, что у него неплохо получалось, девушка все время улыбалась. – Как тебя там? Чон Ха? – обратился к подходящей девушке 230-й. – Чжун Хи, – поправила его миниатюрная 222-я. – Чжун Хи, брат, посиди с ней. Я возьму еду нам и примчусь, – сказал Танос, не дожидаясь согласия, и, оставив Нари с Чжун Хи, исчез в толпе за едой. Чжун Хи проводила его взглядом, затем повернулась к Нари. Глаза первой выражали бурю эмоций, но явные из них были: настороженность и печаль. – Все хорошо? – Она получила привычный кивок, который уже не излучал правды. 222-я села рядом с ней на кровать и принялась есть вилкой. – Я не понял, – сквозь сборище людей послышался голос Таноса, который определенно был чем-то недоволен. – Где еще порция? – Еда была приготовлена на всех игроков, – равнодушно запротестовал квадрат. – Слышь ты, розовый хер из табакерки. – Парню было глубоко плевать на оскорбления. – Хоть роди эту порцию, мне все равно. – Извините, еда была приготовлена на всех игроков, – как бы извиняясь, ответил уже круг. – Чтоб вам крысы мозг прогрызли, – напоследок кинул злой Танос и быстрым шагом направился к Кан Нари. За все этим представлением наблюдала команда 456-го, остановив свою трапезу, некоторые с вилками во рту. – Снежинка, я тебе тут принёс картофан с салатом, – уже более спокойно проговорил парень и протянул ей свою еду. – Это же твоя. – Я не голоден, – отрицательно помотав головой, ответил парень. Ки Хун, не отрывая предостерегающего взгляда от молодых людей, подошел к ним. За ним побежал Чон Бэ, который, по прибытию, согнулся пополам, глотая воздух. – Что случилось? – взгляд Ки Хун выражал настороженность. – Че случилось? Эти ублюдки приготовили еду не на всех, – выпалил Танос, его гнев был также неистов, как и прежде. Он злобно зыркнул в сторону розовых кенгуру. – Sons of a shibaloma bitch. Ки Хун медленно отвел взгляд в сторону, глаза расширились. Ему пришло внезапное осознание, которое видимо отражалось на его неспокойном лице. – Они нам дали вилки не для того, чтобы есть, – только сказал он. Чон Бэ с сомнением уставился на приятеля. Нари, продолжая есть, посмотрела на господина Сона, нахмурив брови, что то же самое сделал Танос, оторвав изучающий взгляд уже от Кан Нари. Чжун Хи лишь положила вилку обратно в контейнер, выражение ее лица стало настороженным, и она в ожидании посмотрела на Сона, утаив в себе тревожное предчувствие. – Че? Вы хотите сказать… – Танос не закончил свое высказывание, не особо желая его озвучивать, будто подготавливаясь к худшему. – Госпожа Кан Нари, – этот голос обладательница имени хотела слышать меньше всего. Позади Ки Хуна показалась знакомая фигура. – Вы не думаете, что неправильно сыграли? – Нет, не думает, – ответил за нее грубо Танос. Ен Иль с равнодушным лицом продолжил нападение: – Я считаю, что вам не приготовили еду, потому что вы должны были выбыть из игры. Воцарилась тишина, временами прерывающаяся чавканьем неподалеку сидящих игроков и безостановочными разговорами, прекращающиеся только в момент употребления пищи. – Что вы такое говорите, Ен Иль? – с удивлением к нему повернулся Ки Хун. – Не заблуждайтесь, О Ен Иль. – выделила максимально заметнее ложное имя первого игрока. Сейчас свой страх она наотрез отказывалась принимать, лишь бы игрок 001 не заподозрил ее слабость на данный момент как физическую, так и моральную. – По факту в комнате находились двое, что не противоречит правилам, и откуда вам знать, что я была одна в комнате? На что она получила неодобрительный взгляд всего на секунду, но, опомнившись, его тон смягчился, а лицо уже не было столько равнодушным. Затем послышался извиняющийся тон: – Извините, я не это имел в виду, – мужчина смущенно улыбнулся и внезапно для нее протянул ей свою порцию. – Возьмите, пожалуйста. Если не хотите, поделитесь с кем-нибудь. Девушка остолбенела лишь на мимолетные секунды, затем снова, нахмурив брови, устремила внимание на удаляющуюся фигуру мужчины. – Что за хрень он мутит? – недоверчиво спросил Танос. – Что-то не так, – заключила Нари и недоверчиво покосилась на еду. Этот жест противоречил во всех аспектах, кроме одного: отвлечение внимания. Или же здесь что-то другое? Неожиданно донеслись звуки драки – глухие удары, полные ярости, смешанные с возгласами и неясными криками. Это будто разбудило тишину, которая до этого витала вокруг, и компания из пяти человек синхронно повернула головы.
