Часть 9
18 января 2025 г., 16:39
Мен Ги, до этого обнимавший бывшую девушку, вдруг почувствовал крепкий хват на своем запястье, и устремил взор на еще не успокоившуюся Чжун Хи.
– Чжун Хи, если я не послушаюсь, меня прикончат. А так хотя бы есть шанс, – попытался заверить ее 333-й, накрыв свое ладонью ее, на что девушка, всхлипнув, кивнула и нехотя отпустила его руку.
196-я и 333-й двинулись вслед за квадратом, путаясь в собственных мыслях о возможных предстоящих событиях. Минуя знакомые преимущественно розовые тона лестничных площадок и комнат, им вдруг стало некомфортно от гнетущей тишины, рассекаемой лишь равномерным звучанием их шагов, что в прошлом, а именно в первой игре, будоражила воспоминания о радостном ожидании, а затем угнетала страхом и мрачным молчанием.
Внезапно до них долетели звуки бесконечных выстрелов, побудивших их остановиться на мгновение и посмотреть вниз, откуда они ушли. Но квадрат, не обращая внимания на громкие звуки огнестрельного оружия, продолжал двигаться вперед, и игроки вновь принялись следовать за ним.
Тем временем в общежитии разразился хаос, обернувшийся жутким зрелищем. В воздухе стоял запах крови и страха. Солдаты, до этого казавшиеся непобедимыми, теперь столкнулись с изменившимися правилами игры. Игроки, отбирая у них пистолет-пулемёты, безжалостно открывали огонь, стреляя в организаторов игры. Один за другим они падали на пол, словно марионетки, лишившиеся нитей, дав игрокам возможность присвоить себе огнестрельное оружие и заодно обоймы.
– Отступление, – с паузами повторял механический женский голос, и солдаты, все еще защищаясь, бросились к выходу, мигом скрываясь за ней. Но один из них, перепугавшись, не успел покинуть территорию и беспомощно обернулся назад к игрокам, угрожающим бедняге оружием.
Ярость, отражающаяся в лицах игроков, была осязаемой, как пронзающий взгляд хищника. Ки Хун, с обезумевшим выражением на лице, устремился вперед, и его команда окружила побледневшего парня, зажав его к стене. 456-й приставил ему к виску пистолет, готовый в любой момент выстрелить.
– Либо сейчас ты отведешь нас к администрации, либо я тебя убью.
Поняв серьёзность намерений 456-го, парень, уже сняв маску, неуверенно кивнул, страх, проникающий в его глаза, отразил все опасности и отчаяние. Он медленно поднялся и подошёл к железной двери, его руки дрожали, как листья на ветру.
– Стойте, Танос не умрёт? – вдруг с нарастающим волнением спросил Дэ Хо, останавливая 456, который, казалось, не замечал страха своих товарищей.
Ки Хун обернулся, его взгляд метнулся сначала к морпеху, затем вдаль, где среди закончившегося хаоса мирно лежал Чхве. Рядом с ним стояла Сэ Ми, её глаза, полные тревоги, вдруг наполнились облегчением. Она наклонилась над Су Боном, приставив ладонь к его шее, и мгновение спустя уверенно кивнула Ки Хуну, что почувствовала пульс, давая знать, что всё в порядке.
– С ним все будет хорошо, – заключил Ки Хун и двинулся вперед, держа за шиворот молодого организатора игры.
***
– Зачем ты её убила? – вдруг пронзительное требовательное звучание вопроса коснулось ушей Кан Ми Ны. – Какое тебе дело? – подняв одну бровь, спросила она, поворачивая налево за квадратом, как будто эта тема не стоила их обсуждения. – Чжун Хи винит себя. Это ты её заставила совершать грязные вещи. У тебя вообще нет чувства жалости? – не переставал совершать словесное нападение Мен Ги, чувствуя скорейшее раздражение. – Она вполне могла не слушаться меня, а ты мог защитить её, но не стал этого делать. Я бы поспорила, у кого здесь нет чувства жалости, – бесстрастно заметила 196-я, и её слова обернулись ядовитым острием, заставив 333-го сжать губы в тонкую полоску, словно принимая на себя всю её обвиняющую тяжесть. Вскоре они подошли к двери. Квадрат поднял голову, и датчик начал сканирование. Мгновение спустя двери распахнулись, и, как только они в них вошли, послышался звук закрытия. – Куда мы идем? – спросила Кан Ми На писклявым тоном, но ответа не последовало. Зайди в лифт, квадрат нажал на кнопку последнего этажа. Казалось, они поднимались вечность. Помещение, в которое они поднялись, переполнено камерами, словно глазастыми наблюдателями, установленными наверху стен, а под управлениями этих самый камер были розовые человечки. И вот, их взору предстала незнакомая фигура в черном костюме. Она медленно повернулась к ним, её лицо скрывало черная маска, пряча истинные эмоции и намерения, словно саму суть, завуалированную в мрак. Внезапно 333-го игрока схватили сзади, и испуганный взгляд Кан Ми На метнулся к нему. Он с протестами кричал, его голос был полон недоумения, пока его уводили в другой отсек. Кан Ми На осталась один на один с Ведущим игры. – Поздравляю, игрок 196. Вы справились со своей задачей нейтрализовать игрока 339. Ваша оплата будет в полном размере, как я и обещал, – донесся голос за маской. Он звучал, как будто был пронизан звуками механического микрофона, но в его словах таился холодный и безжалостный расчет. – Не за что, – спокойно ответила Кан Ми На, её улыбка сверкала, словно лезвие ножа. – Только Вы забыли одну вещь, – в воздухе повисла тишина, насыщенная интригой. – Я никогда не прошу помощи у участников игры, игрок 339. Сердце Кан Нари пропустило удар, заставив мигом замереть на месте, словно жертва, затаившая дыхание перед лицом хищника. Взгляд её, некогда полный уверенности, теперь наполнился тревогой и страхом. За спиной Вербовщика профессионально выстраивались солдаты с оружием, их лица скрыты под масками треугольников, намерения ясны и холодны. Она догадывалась, что он мог узнать о ее действиях, совершенных в потасовке с ее сестрой, но они мигом исчезли, когда ее позвали вместе с 333-м. Ли был лишь некой приманкой или же отвлечением внимания, чтобы остальные игроки не надумали себе, что 196-я избранная. Её охватило чувство страха, от которого не осталось ни следа уверенности. Впервые за всю игру её эмоции, настоящие и яркие, выставили напоказ её уязвимость. Глядя на сокрушительную силу солдат, она знала: против них она беспомощна, как мышь, загнанная в угол хитрой лисой, наслаждающейся каждым мгновением её страха. Взгляд Нари зацепился за Ведущего, который с невозмутимым спокойствием снял маску. Ее подозрения спустя долгое время достигли своего подтверждения. – Я Хван Ин Хо – Ведущий игры в кальмара, – как будто между прочим сказал Вербовщик. Его дружелюбная улыбка демонтировала всю предыдущую заботу, что была проявлена во время игр; она была завуалирована маской, подразумевающей чего-то гораздо мрачное. Словно это было лишь случайным откровением, открывающим ужас, заполнивший её сердце. Кан Нари вдруг осознала, что он не просто сообщил своё имя. Это было предостережение. Осознание накрыло её, как тёмная пелена, завершившая её надежды: факт, что он раскрыл своё имя, означал, что её время истекло. Скоро её уберут, опустошив всё, что она знала, и всё, что она представляла. Все это, весь этот ужас, обернётся в пепел, растворяясь в небытие, где не останется ни памяти, ни страха, ни борьбы. – Вы слишком много знаете, не так ли? Это препятствует дальнейшему развитию демократичной игры, — произнёс он с улыбкой, которая считалась бы очаровательной, если бы Нари не была осведомлена о реальных намерениях, скрывающихся за улыбкой психопата. Девушка почувствовала, как каждый мускул её тела напряжённо сжался, и сердце забилось в бешеном ритме. Сколько времени у неё осталось? Этот вопрос пронзил её сознание, как укол иглы, проходя через страх и отчаяние. Она не могла отрицать тот факт, что в её голове уже сложилась мозаика всей информации, аккуратно собранной за время, проведённое в этом безумном кошмаре. Фатально спокойное выражение лица Хван Ин Хо не предвещало ничего хорошего. – Я хочу выделить то, насколько профессионально вы инсценировали свою смерть: поменяли местами чипы, чтобы Ваша гибель была идентифицирована, а не Вашей сестры. Это впечатляет. Но вы не учли того факта, что чипы имеют свойство прослушивания. Сон Ки Хун предупреждал Вас. Новая волна шока пронзила её тело, заставляя каждый нерв дрожать. – Позвольте спросить: для чего Вы это сделали? – Его тон был по-прежнему сдержан, но одна ошибка, и во мгновенье ока она превратится в безжалостное подобие чудовища, устроившего спектакль на четыреста пятьдесят шесть человек. Кан Нари почувствовала, как её собственное дыхание застревает в горле, готовясь вырваться наружу с бурей вопросов и обвинений. Взгляд Ведущего был неизменно холоден и непроницаем, будто у него на душе не было ни капли сожаления. И в этот момент единственным желанием Нари было разгадать эту последнюю часть загадки, даже перед смертью. Она понимала, что они играют в игру по правилам, в которой условия диктовал он, а она нарочно не следовала им, подрывая все большее желание у него отнять ее жизнь. Этот сумасшедший психопат стоял перед ней, словно олицетворение всех её страхов, и она, готовая бороться за свою жизнь, ожидала следующих действий. – Потому что хочу жить, как и все. Секунду спустя Кан Нари застонала и, не в силах сдержать равновесие, свалилась на пол, почувствовав, как острая боль пронзает её колени при ударе о холодный пол, а плечо из-за выстрела чувствует ноющую боль. Ответ его явно не устроил. Она знала, его реакция на её слова была предсказуема, как и его неумолимое намерение. Она отсчитывала последние секунды своей жизни, и мысли кружились, как беспокойные птицы перед грозой, ожидая неизбежного. – Зачем вы создали эту игру? – прохрипела она, бросая последний вызов беспощадной судьбе. Её голос был полон усталости, но в нем мельком поблескивала искра дерзости, которая не собиралась угасать даже перед лицом смерти. И в ответ на её вопрос хладнокровная улыбка на лице Ин Хо лишь расширилась, будто он находил удовлетворение в её страданиях. – Я не создатель. Я Ведущий. Ки Хун разве не говорил Вам, что создатель умер ещё в первом участии господина Сона? – его ответ прозвучал невзначай, словно он делился банальной правдой, а не тем, что стояло за мрачной игрой, собирающей вокруг себя страдания и смерть. Неведомый ужас нарастал в её сознании, когда послышался пугающий звук перезарядки. Это было как предвестие неминуемой гибели, как сжатие времени, когда каждый миг казался вечностью. И выстрел.
