Understanding 457

Я думал, что давно привык к этому. С монументальной тишины начиналось каждое утро. Днём она становилась для меня компаньоном, когда я занимался привычными делами. А вечером, дослушивая ненавязчивую мелодию пластинки, я вновь возвращался к тому, с чего начинал. Однако сейчас тишина, которая когда-то была желанным укрытием, начинает казаться давящей. До жути непривычно. Мирное сопение где-то за спиной, чьи-то неразборчивые разговоры во сне, скрип кровати в другом конце зала. Я понимал, что нахожусь среди сотен человек, но по-прежнему ощущал ужасное одиночество. Я слегка повернул голову назад, остановив взгляд на мужчине, что укрылся одеялом практически полностью. И хотя казалось, что тот совсем не дышал, его грудь говорила об обратном, мирно подымаясь и опускаясь. Периодически он вздрагивал, хмуря свои брови. Это меня не удивляло. Я хорошо знал, что сны Ки Хуна всё ещё были наполнены ужасающими воспоминаниями о прошлом. В тусклом свете часть его лица, что осталась не скрыта одеялом, выглядела умиротворенно: веки расслабленны, а рот слегка приоткрыт. В голову резко пришла странная мысль о том, что это даже по своему красиво. Когда мужчина в очередной раз резко вздрогнул, я моментально отвернул голову, устремив взгляд обратно к ночному помещению. Нет. Я опустил голову, посмотрев на свои руки, а после сглотнул ком в горле, внутренне обещая себе больше не возвращаться к подобным мыслям. Я вздохнул. Когда всё пошло не так? Может быть несколько лет назад когда я, наблюдая за игрой на экране, заметил до глупости неряшливого мужчину, который всеми силами пытался помочь другим, не зная выживет ли сам. И он выжил. Или когда я узнал, что победив он не потратил ни копейки от выигрыша. Что только больше заинтриговало меня. А может когда в мой кабинет зашёл один из солдат, сообщив, что номер 456 хочет принять участие в игре. Снова. Или в тот день когда он посмотрел прямо в камеру своим мёртвым взглядом, словно наблюдая уже за мной. Когда? Конечно я наблюдал за ним несколько лет. Наблюдал за тем как он играет, наблюдал за его личной жизнью после игры. Однако следить за ним находясь рядом ощущалось совершенно по другому. Последние несколько дней я то и дело ловил себя на том, что даже находясь в новообретенной команде я смотрел только на него. Потом захотелось касаться. Неважно при каких обстоятельствах. Мне было просто важно ощутить его. Странное чувство. Ответ пришёл в голову внезапно. Момент когда всё пошло не так наступил тогда, когда я решил сам принять участие в игре, объединившись с Ки Хуном. То как он помогал мне, то как поддерживал, как искренне интересовался моей жизнью, моими планами, не зная кем я являюсь на самом деле, было для меня чем-то невероятным. И в то же время печальным, ведь он бы отвернулся от меня, узнав о моей истинной сущности. Но ведь Ки Хун бы смог понять меня. Да? Я выдохнул, но тягостные мысли продолжали неотступно крутиться в моей голове. На мгновение мне показалось, что я теряю рассудок, а потом Ки Хун произнёс моё имя, и всё это вдруг прекратилось. Я не сразу понял, что на моё плечо опустилась чья-то рука и не сразу понял, что Ки Хун сидел рядом. –Ён-иль, — его голос был сонным, а на лице отражалась усталость. — идите спать, ещё есть немного времени. Убрав руку с меня, Кихун зевнул. Прикрыл рот ладонью и устремил взгляд куда-то в темноту. Я повернул голову к нему и снова начал разглядывать черты его лица. Сейчас он не выглядел также расслабленно как во время сна, ведь теперь к нему вернулся суровый взгляд, а губы были тесно сжаты. Он смотрел вдаль зала, где располагались другие кровати, с мирно спящими игроками на них. Никто не нападал. Никто даже не вставал с места. Однако взгляд мужчины казался таким, словно он смотрел на своего самого главного врага с полной готовностью напасть. Но никого не было. Враг сидел рядом. –Всё в порядке, я могу составить вам компанию. — спокойным голосом отвечаю я, продолжая смотреть прямо на него. — Мне всё равно не спится. Мужчина лишь слабо кивнул, не поворачиваясь в мою сторону. Наступила тишина, а я в очередной раз заметил то, как он изменился. Дело было не только во внешности Ки Хуна, гораздо большие изменения произошли в его личности, в его поведении. Это не удивляло, ведь я сам наблюдал за тем, как он разрушался на мелкие частицы. –Ки Хун, вам не нужно было возвращаться сюда. — неожиданно для самого себя выпалил я, из-за чего даже мужчина наконец повернулся ко мне. –Что? — он тихо спросил хриплым голосом. Теперь его суровый взор был направлен на меня, а я лишь пожал плечами. –Просто подумал о том, что если вы действительно уже участвовали в этих играх, то возвращаться было не самым разумным решением. — я наконец перевёл взгляд от него к светящемуся экрану, где была указана сумма выигрыша и оставшееся количество игроков. — Практически самоубийство. Я мог чувствовать как 456 прожигает меня глазами, полными осуждения и разочарования, но не долго. Когда я повернулся к нему обратно, он лишь вздохнул смотря на меня опустошённо. –Вы ничего не знаете. — резко сказал Ки Хун. И правда. –Я говорил, что собираюсь разобраться со всем этим, особенно с теми, кто стоит за играми. С теми, кто без зазрения совести использует безвыходное положение людей, заставляя принимать участие в этом аду. — мужчина вновь отвернулся, смотря в зал. — А всё для того, чтобы удовлетворить свои жалкие потребности и развлечь себя. Я сглотнул ком, который подкатил к горлу вместе с отвращением к себе и закрадывающимся чувством вины. Где-то в районе груди всё замерло. –Так вы пришли не ради себя? Ки Хун растерянно опустил голову вниз и, казалось, задумался о чем-то. –Вам нужно попробовать уснуть, Ён-иль. Набраться сил перед следующей игрой. Я не встал с места, а лишь положил одну руку на его плечо, казалось бы в ободряющем жесте, но мужчина заметно напрягся. А меня словно ударили током, окатили водой и пустили по телу табун мурашек. Я вновь ощутил его. Ки Хун повернулся ко мне. Когда в последний раз мне было так приятно лишь от прикосновения к кому-то? Я уже давно забыл это чувство. –А что после? — медленными движениями я гладил плечо мужчины, смотря прямо в его глаза. 456 вопросительно поднял бровь. Моя рука остановилась. –Что вы планируете делать после того, как наконец разберётесь со всем этим? –Ещё не думал об этом. — быстро ответил Ки Хун. Теперь он вёл себя крайне тревожно. Чувствовал опасность? — Что насчёт вас? Вернётесь к жене, оплатите лечение и заживёте как прежде? Моё стоическое выражение наконец треснуло. Мужчина говорил с надеждой в голосе. Он искренне хотел, чтобы я был счастлив? Однако при упоминании жены, при этом взгляде Ки Хуна, который словно показывал то, что он всё знает, моя рука медленно переместилась на горло игрока. Тот не дрогнул. –Полагаю, что так. –Вы просто обязаны. Обязаны выбраться из этого ада, обязаны прожить долгую жизнь рядом с семьёй. Онемение охватило кончики пальцев, распространяясь по всему телу. Обязан? Я с трудом вспоминаю своих родителей, своего брата, свою жену. Я уже не помню какого это – жить нормальной жизнью. Если бы только он знал, что последние несколько лет все мои мысли лишь о нём. –Последние несколько лет все мои мысли лишь об этом месте. — Ки Хун продолжал пристально смотреть в мои глаза, не обращая внимания на руку, что обвивала его горло. — Оно снится мне каждую ночь, возникает в голове когда я хоть на секунду останусь наедине с самим собой. Оно не даёт мне покоя, и я точно знаю, что не смогу жить как все. По крайней мере пока не разберусь с этим. Я молча слушал его и уже не пытался подавить в себе сочувствие. Он вернулся убить меня? Плевать. –И вам не страшно? –Мне страшно — признался Ки Хун. — страшно потерять тех, кто сейчас со мной здесь. Помогает, поддерживает и разделяет одну позицию. Рука ослабла, отпуская шею мужчины, теперь аккуратно располагаясь на его щеке. –Спасибо вам, Ён-иль. Вы моя самая большая опора, я действительно ценю это. — искренне сказал 456, смотря прямо на меня. Мне вдруг показалось, что и он и я перестали дышать. Моя ладонь всё ещё покоилась на щеке мужчины, медленно поглаживая её большим пальцем. Секунды словно превратились в годы, растягивая этот момент как можно дольше. Игрок не шевелился, не сопротивлялся. Однако я не чувствовал власти над ним. Странно. Взгляд невольно опустился к его губам, наконец прервав зрительный контакт. Не зашло ли это слишком далеко? Это отвлекало, сбивало с толку, необоснованно и неприемлемо. Это означало, что я забыл о своей бдительности, ослабил свою защиту и поддался воле запретных чувств, которые я не мог контролировать. Но теперь я слишком нуждался в этом и не заботился о благоразумии. –Сон Ки Хун, я действительно надеюсь, что вам удастся отомстить тому, кто управляет всем этим. Я закрыл глаза и прильнул к его губам.