Часть 1
9 января 2025 г., 23:53
Снег кружился в свете фонарей Линкон сити, оседая на плечах прохожих и превращая городскую площадь в сказочное место. Я усердно пыталась закрепить фонарик желаний на колючей ветке огромной новогодней ели, установленной здесь неделей ранее. С тех пор множество людей успели повесить свои пожелания, украсив фонариками дерево, как игрушками. Ангелочки со светодиодными, мигающими лампочками, стандартные шары, спиралевидные свечи, мордашки животных — в магазинах хватало ассортимента, и каждый старался купить что-то необычное.
Мой выбор сперва пал на подмигивающего снеговика: морковный нос, искусно выполненное ведро, играющее роль цилиндра, щербатая улыбка из камешков. Он был таким симпатичным, что не хотелось выпускать из рук. А от мысли о скором расставании — становилось грустно.
Уже поднося телефон с бесконтактной оплатой к терминалу, заметила пустую коробку с одиноким дракончиком — символом наступающего года. Странно, что его никто не купил — подобное разбирают в первую очередь. Продавец объяснил, что реквизит оказался бракованным — внутри не было диода, соответственно, светиться на ёлке фонарик не будет. А раз так — он абсолютно бесполезен, пойдет на утилизацию.
Алые глаза игрушки равнодушно смотрели в прозрачный пластик коробки. Похоже, он смирился со своей участью отвергнутого. В носу защипало. Боже, да что со мной не так? Это просто украшение на ёлку. В мире ежеминутно тысячи игрушек сходят с конвейера дефектными. И что, переживать из-за каждой?
«Нет», — ответила самой себе, — «не из-за каждой. Вот конкретно этот дракончик не заслуживает быть уничтоженым. Да, желание он не исполнит, но может просто висеть на ёлке. Только в качестве обычного украшения, а не фонарика.»
Теперь, пока я пыталась прицепить снеговика на единственное, доступное для моего роста место, он лежал в кармане, дожидаясь путешествия к новому месту жительства.
Ветка гнулась под пальцами, нитка фонарика то и дело соскальзывала. Терпение было на исходе, подушечка указательного пальца неприятно жгла — иглы искусственной ели кололи ничуть не хуже, чем на живой сосне. Пританцовывая, поднялась на носочки, надеясь ухватиться за ветку повыше и тут же поранила большой палец. Зашипев, сунула его в рот, задумываясь над тем, надо ли вообще мне то желание.
Решив, что на руках есть ещё целых восемь пальцев, а желание было очень заветным, с новым рвением принялась за дело.
— Странные вы, люди. Верите, что какая-то лампочка может исполнить желание.
Я обернулась на звук знакомого, насмешливого голоса. Сайлас стоял, небрежно облокотившись о перила. Лунный свет серебрил его волосы, делая похожим на персонажа зимней сказки. Красные глаза следили за моими движениями, словно за действиями героев в реалити шоу.
Кажется, я погорячилась насчёт заветности желания. Видать, крепко приложилась головой о стену в последнем бою со странником, стреляющим огромными энергоболами, раз такое пришло на ум.
— А ты что, не человек? — спросила, чувствуя, как выбившаяся из-под шапки прядь щекочет щёку. — Ах, ну да, точно. Девочка в N109 говорила, что глава Оникайнуса — страшный, рогатый монстр.
— Дети склонны преувеличивать, — ухмыльнулся он, подходя ближе. — Хотя… Кто знает, котёнок, может они видят то, что не видят взрослые.
— Хватит называть меня котёнком, — привычно возмутилась, размышляя, как бы его подцепить кончик ветки. Внезапно, волшебным образом, зелёная «лапа» нагнулась прямо к моему носу, еле ощутимо касаясь иголочкой. Присмотревшись, я обнаружила на середине ветви дымку Сайласового Эвола.
— Вешай, — кивнул, глядя на мое замешательство.
— Спасибо, — растерянно поблагодарила, расправляя нитку на снеговике, — но не стоило утруждаться, я бы и сама достала.
— Достала бы, — согласился Сайлас, подходя ближе. — Думаю, к полночи бы ты справилась. Не хмурься, — палец в кожаной перчатке разгладил складку между моими бровями. — Я просто хотел помочь.
Сложив руки ладонями друг к другу, я закрыла глаза, мысленно проговаривая короткую фразу три раза подряд.
— И что ты загадала?
— Об этом нельзя говорить, иначе не исполнится.
— А ты хочешь, чтобы оно исполнилось?
— Конечно, — запрокинув голову, встретилась взглядом с красными глазами, которые выражали искренний интерес. — Зачем тогда его загадывать?
— Логично, — согласился Сайлас. Глаза продолжали смотреть испытующе и на какой-то момент, мне показалось, что он необъяснимым образом сумел подслушать желание. Иначе почему пристальный взгляд не покидал мое лицо? Почему строгие черты смягчились, уступая место нежности? Совсем недавно с точно таким выражением стоял на мосту, наблюдая фейерверк. Спасённая мной и выхоженная им голубка летала неподалеку, урча на птичьем языке. Мефисто отвечал хриплым карканьем, расхаживая по перилам.
Холодный, морозный воздух пробрался к моим пальцам, вынуждая засунуть их в карманы. Позабытый дракоша лежал в левом. Холодное стекло фонарика впитало последнее тепло ладони. Я достала его, решив поместить в рюкзак.
— Собираешься ещё что-то пожелать?
— Нет, — покачала головой, — это просто игрушка на ёлку.
Говорить о браке в виде отсутствия лампочки не хотелось — с него станется посмеяться над излишней восприимчивостью.
— Просто ёлочная игрушка? — переспросил, выделяя последнее слово и многозначительно посмотрел на такой же экземпляр, висевший над моим плечом.
— А что же ещё? — я пожала плечами, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно.
— Покажи.
Вот и всё. Меня раскрыли. Помедлив секунду, отдала, приготовившись выслушать ироничное замечание. Длинные пальцы, со слегка отросшими ногтями, бережно обхватили дракончика и на мгновение показалось, что внутри промелькнула красная искра.
— Считается бракованным, да? — задумчиво произнес, поглаживая куцые крылышки. — Потому что отличается от других?
Я кивнула, не совсем понимая, почему такая простая вещь вызвала столько интереса.
— Знаешь, — голос главы Оникайнуса стал непривычно мягким, — иногда быть другим — не недостаток.
Тонкие нити красно-чёрного тумана — его Эвол — заструились между пальцами, окутывая игрушку. Через мгновение внутри фонарика забился живой огонёк, придавая загадочное, почти мистическое свечение.
— Теперь он особенный, — Сайлас поднял фонарик, любуясь игрой света. — Думаю, такому можно доверить ещё одно желание.
— Может… ты хочешь загадать? — несмело предложила, ожидая отказа.
— Почему нет? — на губах появилась улыбка, однако глаза смотрели серьезно. — Раз уж я придал ему жизнь, было бы невежливо отказываться.
Веки опустились, скрывая бордовые радужки. Необычные, совсем не похожие на человеческие — и на лице появилось выражение, которое разгадать было не под силу. Словно за привычной маской насмешливого главы Оникайнуса скрывалось что-то совершенно иное.
— С… — я замолчала. Правильно было бы сперва повесить игрушку, а потом сложить ладони вместе. Хотя, какая разница, все равно он не верит в традицию. Вот бы на секунду проникнуть в его мысли и узнать, а потом выполнить. Угу, а если загаданное не под силу? Например… Чтобы все враги исчезли. Да нет, это вряд-ли, тогда ему будет скучно жить. Тем более, что решать свои «дела» предпочитает самолично. Может… Новый мотоцикл? Тоже маловероятно. Aether core, спрятанный в моем сердце, интереса не вызывает.
— Готово, — Сайлас открыл глаза и потянулся, чтобы повесить светящегося дракошу на ёлку. — Посмотрим как ваша традиция работает.
— Ты ж скептически к ней относишься. Может расскажешь, что именно хочется главе Оникайнуса?
— А вот это, котёнок, — он склонился низко-низко, почти касаясь губами моей щеки, — ты узнаешь, только если оно сбудется.
В кармане завибрировал телефон, чат ассоциации разрывался, обсуждая предстоящий корпоратив. Кажется, многие были довольны перспективой встретить новый год в кругу сотрудников. Я же шла туда, чтобы не торчать одной в доме, проводя праздничную ночь без семьи. Лучше позволить себе расслабиться за шампанским и горланить песни, чем реветь в три ручья, обнимая попеременно то портрет бабушки, то Калеба.
— Мне пора, — я отступила на шаг, стараясь скрыть явную неохоту. Стоять впритык к Сайласу под елью оказалось приятно. И в какой-то момент, пришло на ум, что мое желание небеса услышали очень хорошо. — Нужно готовиться к празднику.
— Конечно, — от кивка белые пряди волос встряхнулись и теперь торчали взъерошенно, словно ворона нахохлилась. — Слышал, у вас корпоратив. Только… — он замолчал на полуслове.
— Что?
— Ничего, — на губах играла мягкая и какая-то даже грустная улыбка.
— Тогда… с наступающим? — я неловко переступила с ноги на ногу, не зная, что ещё сказать.
— С наступающим, котёнок, — теперь и в глазах читалась грусть. Или это блики гирлянд давали эффект влажного блеска. А может снежинка, совсем как из осколок зеркала из сказки, попала ему в зрачок. Правда, главный герой наоборот стал грубым в той истории… Тогда… Что если Сайласу попала волшебная снежинка?
Обернувшись у края площади, увидела, как он всё ещё стоит у ёлки, глядя на наши фонарики. Что-то в его позе, в том, как падал снег на его серебристые волосы, заставило моё сердце сжаться. Может быть, не стоило оставлять Сайласа одного? Но прежде чем я успела передумать, на его плечо опустился Мефисто, и момент был разрушен.
Я поспешила прочь, убеждая себя, что нужно готовиться к корпоративу. И старательно игнорируя тот факт, что моё желание в фонарике было напрямую связано с человеком, который сейчас стоял под падающим снегом и делал вид, что не верит в чудеса.
***
— И как это могло случиться? — Тара переводила взгляд то на нашу группу, то на караоке бар, в котором находилась зарезервированная комната. На миловидном лице застыло выражение оскорблённой невинности. — Почему они не сообщили о форс-мажоре? Почему не предложили альтернативу? Я поёжилась от холода, пряча нос в шарф. Снег падал крупными хлопьями, оседая на волосах и одежде. В другое время это выглядело бы волшебно, но сейчас только добавляло неуютности ситуации. — Так… Предложили же? — Неро поправил запотевшие очки, доставая смартфон. Экран бросал блики на его лицо, от чего оно приобрело синеватый оттенок. — Вот, зачитываю: «К вниманию посетителей, зарезервировавших комнаты. Мы приносим искренние извинения… бла-бла-бла… готовы предоставить альтернативное помещение… половину суммы компенсируем и бутылку шампанского в качестве извинений». — Он поднял взгляд. — Предлагаю поспешить на остановку, если хотим успеть. — Я бы домой пошёл, — пробормотал Ксавьер, зевая так широко, что я испугалась за сохранность его челюсти. Мой напарник выглядел как кот, которого насильно выдернули из тёплого места. — Новый год лучше всего встречать в постели. — Во сне, — уточнил, когда Ингрид многозначительно приподняла бровь под дружный смех остальных. — Завтра отоспишься, соня, — Неро уже погрузился в изучение расписания трамваев. — Народ, через семь минут наш. Я машинально взглянула на часы. 21:20. До полуночи оставалось меньше трёх часов. Сейчас мы все дружно отправимся в предложенное место, накроем стол, будем вспоминать забавные случаи за год… Вроде бы всё правильно, но… В кармане пальто что-то кольнуло — пластиковая упаковка от вчерашнего фонарика. Того самого, что теперь светился таинственным красноватым светом. Перед глазами встало лицо Сайласа загадывающего желание — задумчивое, почти уязвимое. Такое непохожее на обычную маску холодной отстранённости. Интересно, как он проведёт эту ночь? В своём огромном особняке, наедине с Мефисто и близнецами? Почему-то эта мысль отозвалась неожиданной тоской. — А помните, как в прошлом году… — начала Тара, но её голос уже доносился будто издалека. Я представила Сайласа в его огромном особняке. Одного. В новогоднюю ночь. Наверняка сидит у камина, читает какую-нибудь древнюю книгу, а Мефисто устроился на плече, внимательно смотрит рубиновыми бусинками глаз на текст, чистит пёрышки… — Ребята… Капитан Дженна, — я покаянно склонила голову, чувствуя ужасно виноватой. — У меня внезапно сменились планы. Я не смогу поехать с вами, простите. — Что? Погоди… — начал Неро, но я уже махала рукой проезжающему такси. — Позже всё объясню! — крикнула, прыгая на переднее сидение и захлопывая дверь. — В район N109, пожалуйста. Водитель побледнел, я мысленно приготовилась к торгам. Действительно, через минуту мужчина промямлил: — Т-туда двойной тариф… И только до въезда. — Идёт, — я кивнула, нащупывая в сумочке карточку. Сама не понимала, что творю, но чувствовала, что поступаю правильно.***
Особняк Сайласа возвышался передо мной тёмной громадой и только тёплый свет в окнах намекал на то, что внутри не так мрачно как снаружи. Что я здесь делаю? С чего вдруг решила, что это хорошая идея? Массивная дверь открылась прежде, чем мой палец коснулся кнопки звонка. На пороге стоял Сайлас — в чёрной рубашке с закатанными рукавами, две верхних пуговицы расстегнуты, открывая вид на шею. Серебристые волосы слегка растрёпаны, словно он только что запускал в них пальцы. — Мисс Хантер? Какой… неожиданный сюрприз. Чем обязан? Колебания метафлакса привели? — Я знаю, что без предупреждения… — я переступила с ноги на ногу, представляя как глупо выгляжу со стороны. —Просто у нас… Где-то в глубине дома раздалось знакомое карканье, а затем послышался звук быстрых шагов. Из-за плеча Сайласа выглянули две одинаковые маски с вороньими клювами. — О, у нас гости! — хором произнесли близнецы. — И какие! — добавил один из них, кажется, Люк. — Прямо под Новый год! — подхватил Киран. — Какое удивительное… — …совпадение! — Люк, Киран, — поморщился глава Оникайнуса, — вы вроде бы глинтвейн делали? Кажется, он уже должен быть готов. Правильно растолковав намёк, близнецы скрылись в глубине дома. — Проходи, — Сайлас посторонился, пропуская вовнутрь. — На улице слишком холодно для разговоров. Он провёл меня в гостиную, где в огромном камине потрескивали поленья, разливая по комнате уютное тепло и отбрасывая причудливые тени. Мягкий диван был развёрнут к огню, на столике дымились две чашки с глинтвейном, наполняя воздух ароматом корицы и специй. Обхватив двумя ладонями теплые бока чашки, я коротко обрисовала сложившуюся ситуацию. Глава Оникайнуса сидел напротив, склонившись вперёд и уперевшись локтями о стол. Сложив пальцы в «замок» он положил на них подбородок, внимательно слушая рассказ. — Действительно, невероятное совпадение, — Сайлас взял свою чашку, но пить не спешил — смотрел на плавающий ломтик апельсина. — Признайся, мисс, это ты «помогла» бару закрыться 31 декабря? — Я? Вообще-то, мне кажется, что это твоих рук дело. — И лишить тебя праздника? Это не в моём стиле. Хотя должен признать, что результат мне определённо понравился. Он усмехнулся, пригубил глинтвейн, глядя на огонь камина. В алых глазах заплясали отсветы пламени: — Похоже, тут вмешались высшие силы. Как вы их называете — рождественское чудо или новогоднее волшебство? — Ты ж не веришь в подобное, — я выловила двумя пальцами кусочек апельсина и сгрызла его со шкуркой. — Возможно, после этого случая начну верить. Время потекло незаметно. Мы говорили обо всём и ни о чём, музыка играла тихим фоном, близнецы появлялись и исчезали, как тени, каждый раз оставляя после себя новые закуски или напитки вместе с очередной шуткой. Мефисто устроился на спинке дивана, периодически комментируя происходящее довольным карканьем. Глинтвейн начал действовать, на моих щеках появился румянец, я все чаще отвечала на реплики Кирана, вызывая немалое довольство у парней. — Босс, до нового года почти полчаса, нам пора, — Люк принес ведёрко с шампанским, по самый верх заполненное льдом. — Нас ждут в Night Raven. Уверены, что не хотите пойти туда? — Не интересует, — Сайлас погладил механического ворона, заинтересовавшегося блестящим боком ведра. Близнецы переглянулись, пожали плечами и отсалютовали на прощание. — Хорошо повеселиться, Босс и… — Леди-Босс… Засмеявшись, они выскочили в прихожую, где устроили возню, ворчливо доказывая друг другу, что случайно поменялись верхней одеждой. Глухой стук, сдавленное ругательство, затем ещё один стук. Похоже, в ход пошли тяжёлые аргументы в виде ботинок. — Болваны, — устало вздохнул Сайлас, потирая переносицу. — Ни секунды не могут побыть серьезными. Я пропустила мимо ушей его замечание, прокручивая в голове вопрос Люка. Выходит, Сайлас был приглашён куда-то, а из-за меня отказался? Это же что получается, я испортила ему все веселье? Действительно, глупо было думать, что такой человек, как глава Оникайнуса, будет в гордом одиночестве встречать новый год. — Я спутала твои планы? — тихо спросила, пряча глаза под упавшей челкой. — Какие? Сидеть с Мефисто у камина? — выражение лица Сайласа видно не было, но по тону я поняла, что он улыбается. — Близнецы говорили о Night Raven, — проговорила ещё тише, буквально выдавливая из себя каждое слово. — Ты ведь там должен быть, да? — Вообще то, я собирался совершенно в другое место, — диван прогнулся под весом главы Оникайнуса, садящегося возле меня. — Но так случилось… — теплая, широкая рука отыскала мою ладошку и накрыла её, пряча полностью. — Так случилось, что «другое место» внезапно пришло само. «Внезапно пришло само… пришло само… само… само…» — пульсом отдавали в висках слова. Сердце застучало от прикосновения его руки, а потом вздумало замереть, когда вторая рука подняла мой подбородок, заставляя встретиться взглядом. — Помнишь, — большой палец отследил линию скулы, застыл на щеке и спустился вниз, задерживаясь на секунду в уголке рта, — я говорил, что ты узнаешь о моем желании, если оно сбудется? Не дождавшись ответа, Сайлас продолжил: — Я загадал тебя. Старинные, маятниковые часы начали отбивать полночь. Мое внимание было приковано к глазам напротив.Там плескалось что-то такое глубокое и древнее, что у меня перехватило дыхание. Бом. Пальцы переместились с ладони на талию. Бом. Моё сердце вспомнило о своей функции и заколотилось так, будто собиралось вот-вот выпрыгнуть из груди. Бом. — С Новым годом, — прошептал он, наклоняясь ближе. Последний удар растворился в тишине, когда наши губы встретились. Время остановилось. И исчезло всё, кроме тех тёплых губ, запаха корицы, глинтвейна и хвои от букета еловых веток в вазе. Он не углублял поцелуй, не стремился проявить страсть, напор или неуёмное рвение. Лёгкие, даже в чем-то несмелые касания, будто не мог поверить, что это происходит. За окном грохнул фейерверк, разрывая ночную тишину. Отпрянув на секунду, я открыла глаза. За спиной главы Оникайнуса на долю секунды проявились огромные крылья, сотканные из того же красно-чёрного тумана, что и его Эвол. Я моргнула, и видение исчезло, оставив лёгкое послевкусие чуда. Не давая опомниться, Сайлас одним ловким движением усадил к себе на колени. Второй поцелуй разительно отличался от первого, в нем я ощутила неконтролируемое желание, сдерживаемое железной выдержкой мужчины. Он не позволял себе зайти далеко, проявляя интерес к моему телу. Язык коснулся губы, и я застонала, приоткрывая рот. Сайлас тут же воспользовался этим, скользнув между губ. Позабыв недавнюю осторожность, настойчиво исследовал, лаская, сплетаясь с моим. Подавшись ближе, зарылась пальцами в серебристые волосы. Сайлас глухо ответил стоном в мои губы, но руки остались на талии, лишь сжимая чуть крепче, притягивая ближе. Поцелуй становился всё более жадным, требовательным. Он то прикусывал мою нижнюю губу, то снова глубоко целовал, заставляя забыть обо всём на свете. Я чувствовала, как напряжены плечи под моими ладонями, как сдержанно, почти осторожно держит меня, хотя поцелуй становился всё более страстным и откровенным. В один момент мы медленно отстранились друг от друга. Я пыталась наладить собственное дыхание, что сбилось, как и сердечный ритм. А Сайлас просто продолжал смотреть, не спеша убирать руки с талии. — Твоё желание… — хрипло произнес, — я исполнил его?
