В снежном плену

      — ...Джеффри! Джеффри... Ну что такое-то? Чёртовы синоптики! И ты тоже старый дурак. "Давай поднимемся на гору, сходим в музей»… Зациклился на своих тлинки...твинк...тлинкези...       — Тликниты. – подал голос старик. Он лежал на полу, а с затылка на дерево просачивалась кровь. Мужчина нерешительно открыл глаза. Рядом с ним лежали чуть треснувшие очки. Женщина села подле него и в угрожающей манере склонилась над ним.       — Да называй их как угодно! – она чуть ударила его в грудь, от чего тот жалобно кашлянул.       — Старая дура! – он перехватил её руки, спасаясь от очередного удара. Его супруга дрогнула в его руках. – Не говори про них без уважения! Может, я упал, потому что ты пожелала мне смерти?       — А зачем вообще нужно было подниматься на второй этаж!?       — Потому что там, в конце коридора, есть стенд с предметами быта тлинкитов! Я же тебе го-во-рил... – она всхлипнула.       — Вечно я – дура, а ты – умник!       — Ну только не начинай!..       Он прижал её к себе. Старушка расплакалась.       — Что случилось? – тихо спросила я Каина.       — По всей видимости, он упал со второго этажа.       — Мистер и Миссис Керриган. – обратилась к ним Кира, подходя к ним ближе. Все остальные решительно оставались в проходе, наблюдая за драмой. Не хотелось попасть под горячую руку. Помочь хотелось, но настолько первую медицинскую помощь я оказать не могла.       — Моему мужу нужна медицинская помощь. Он упал с лестницы.       — Давайте я осмотрю. – вызвалась Анна, выходя из толпы. – Кира, где у вас аптечка?       — Поищи в ящике под стойкой регистрации. – равнодушно ответила она, будто происходящее ни капли не волновало её. Мне же от вида крови бросило в дрожь. Анна быстрыми шагами длинных сильных ног достигла до желаемой цели. По выражениям лиц всех можно было прочитать общее слово – "замешательство".       — Думаю, нам всем лучше разойтись по своим номерам. – сказал Дмитрий. Инцидент выбил из нас позитивные эмоции. Поник даже Грег.       — Чем-то ещё можно помочь? – спросил Лестер. Анна в отрицании покачала головой.       — Не нужно. Хотя... Уберитесь в столовой, а потом отправляйтесь в номер. – предложила она, хоть в её тоне и проскользнула приказная нотка. Я кивнула, соглашаясь с ней. Темноволосая мягко улыбнулась мне прежде, чем сесть возле мужчины.       — Пойдёшь? – спросила я светловолосого.       — Конечно. – подняв на него глаза, мне показалось, что он посмотрел на меня не с секунды назад. Крепкий, тлеющий, словно уголь в камине тёмной холодной ночью, взгляд глубоко смотрел мне в душу, не затрагивая дальние углы. – Мы ведь ещё не договорили.       Я предпочитала не бросать дела на полпути.       Мне не верилось, что Каин действительно обо всём знал, что всё это вообще не было больным плодом воображения. Хотелось считать себя психически уравновешенной, хотелось думать, что крона моего дерева не подверглась скверне после смерти родителей. Частично, эта поездка была посвящена этим двум неоднозначным людям. Они были столь «неоднозначными», что не находилось слов на похоронах. И слова не находились до сих пор.       Чувствовала ли я утешение или смятение?       Скорее, я ощущала смирение.       На смутных мыслях, я даже не заметила, как мы прошли в столовую. Нам с Каином оставалось убрать после себя посуду от алкоголя и договорить. С первым мы управились довольно быстро. Обняв себя, я села на массивный крепкий подоконник. Каин расположился рядом так, чтоб наши плечи соприкасались. Впрочем, по-другому бы вдвоём сидеть здесь не получилось; Каин был крепким, высоким и…тёплым. Неловкость не била кровью через кожу щёк – мне было комфортно. Наверное, привыкла к нему. К тому же, я и вправду устала. Сопроводив уходящих взглядом, мы молчали. Молчали до тех пор, пока не остались вдвоём. Единственным источником света служила свеча, стоявшая на столике на двоих напротив нас.       — Ты пошутил тогда или?.. – у меня не нашлось слов, поэтому я перенесла на него ответственность за наш разговор. Мужчина прекрасно знал, что я имела в виду.       — Я не умею шутить или врать. Да и не вижу в этом смысла. Мне хочется узнать сейчас, ведь, когда наступит завтра, ты вновь исчезнешь. Ты всегда уходишь первая. Правда, нутро подсказывает, что я не смогу отпустить тебя. Это не сон, который на утро вновь разорвёт наш сюжет.       "Оставь это для фанаток" – к счастью, слова так и остались несказанными.       Как бы удачно не складывались события, я всё равно до конца не доверяла ему, как и всем представителям мужского пола. Если парень поделился с тобой чем-то, что он "никому не рассказывал", то вовсе не значит, что он не исчезнет на следующий день.       Но...       Мне нечего было терять. Мы не крутились в одних сферах, не виделись ежедневно. Я могла говорить о чём угодно...       "Вряд-ли он запомнит хотя бы часть. Но ведь он запомнил, на чём закончился наш разговор"       — Что тебе вчера снилось?       — Ты.       — И что я делала?       — Точнее, что "мы" делали. Давай я начну, а ты продолжишь.       — Хорошо.       — В последний раз мы гуляли на пляже. Не думал, что звёзды могут светить так ярко... Помню, как ты обернулась ко мне с улыбкой и слегка ударила меня.       — Как та дама своего мужа? – усмехнулась я.       — Почти. – он чуть рассмеялся, широко улыбаясь. – Ты припомнила мне о том, как я приревновал тебя к одному актёру, о котором ты разговаривала с остальными. – он замолк. Ему было неприятно об этом вспоминать. Будто это и вправду произошло в реальности.       — Ты появился из ниоткуда. И речь шла об актёрах, творчество и образ которых вызывают эмоции. – усмехнулась я в некой попытке оправдаться. – Но снюсь то тебе я, а не он. – спародировала я его интонацию и выражение лица. Каин закатил глаза, что рассмешило меня.       — Я всегда знал, что в мире бывают странные вещи. Думал, это помешательство – что мне периодически снится девушка, которую я никогда не встречал. Может, я видел тебя на нашем концерте на первых рядах? – игриво и чуть гордо за своих ребят спросил он.       — Мне нравится смотреть по телефону, как вы выступаете. Однако я никогда не была фанаткой вашей группы. – призналась я. – Тем более – не была на ваших концертах.       — Даже обидно. – горько усмехнулся он.       — Прости.       — Ты слушала последний альбом? – я сдержанно кивнула. – Понравился?       — Интригующий.       — Интригующий? – спросил он тихо, почти интимно. Я смущённо отвела взгляд. Стало жарко. Его дыхание доходило шеи.       — Я не хочу видеть тебя даже во сне... – вспомнилось мне.       — Но всё, что мне остаётся – это думать о тебе.       — Я звал тебя тогда, будто ты – моё спасение.       — Теперь моя реальность без тебя – кривое искажение.       Мы погрузились в молчание. Каждому из нас нужно было обдумать происходящее. В нашем сотканном из облаков и искр мире мы дошли до поцелуев и объятий. Хотелось ли мне вновь оказаться в его объятьях, теперь уже в реальности?       Да.       Я прильнула к нему и положила голову на его плечо. С ним я чувствовала себя...защищённой? Всё шло правильно, как и должно быть, но я не верила происходящему, будто всё это было сном. Слова людей правдивы: "За час может случиться столько, сколько не происходило за год".       Мы просидели так ещё некоторое время, пока меня не потянуло в сон. От Каина моё состояние не могло скрыться; мужчина мягко взял меня за руку, помог слезть с подоконника и повёл к моему номеру. На прощание он обнял меня. Холодный, с каплями дерева, дождя и железа аромат приятно окутал меня. Мне не хотелось с ним расставаться. Но нам обоим нужен был сон, хотя-бы немного, иначе при пробуждении мы бы соображали туго.       Motel – Meg Myers       Я не могла уснуть уже час. Широко распахнутые глаза, тяжёлое дыхание, вздохи отчаяния. За окном бушевала буря. Колено ныло.       "...там, в конце коридора, есть стенд с предметами быта тлинкитов! Я же тебе го-во-рил..."       — Точно.       Встав с кровати, я накинула на себя плед и вышла в коридор. Поспешными шагами я направилась прямиком на второй этаж. Сердце бешено стучало в груди. Навязчивая идея била так сильно, будто разносящее дома цунами, разносила остальные мысли в щепки и груды металлолома. Помешательство. Самое настоящее помешательство, не обоснованное, а потому и особо опасное. Особо прекрасное и завораживающее. Мне не было страшно за скачущие в стороны тени. Мне было страшно не успеть заполучить его первой.       Его.       Стеклянный шкаф стоял в конце коридора. Он манил меня, словно свет в конце туннеля звал заблудшую душу.       "Ответ содержится в нём. Ты должна получить его!" – вторил голос, но он будто и вовсе принадлежал не мне.       На долгую секунду застыв перед ним, я бросила взгляд на содержимом.       Нож.       Ритуальный или обыкновенный – это меня совершенно не интересовало. Да и я не разбиралась в их культуре.       Голос. Голос был громким, становился всё чётче, пока не вышел за рамки головы и не донёсся у уха.       — Они оставили тебя одну. Но их ложь и грехи весят цепями на тебе...разрежь их!       Открыв дверцу, я схватила нож и приложилась к клинку взглядом. При детальном рассмотрении я поняла, что это был не просто нож. Это был кинжал с двумя лезвиями: коротким сверху и длинным снизу. Чехол чуть не разваливался в моих руках в труху. Осторожно закрыв дверцу, я встретилась глазами с неизвестной мне фигурой. Обернувшись, я застыла в ужасе.       — Вы все будете страдать, пока не признаете правду!       Это был крепкий мужчина в старых народных одеяниях и раскрашенным морщинистым лицом.       — Тот самый вождь племени?..       Он взял меня за руку, что удерживала орудие его племени, и резко направил его в себя. Мужчина прохрипел от боли, но всё также продолжал смотреть прямо мне в глаза. Я отпустила лезвие, и то упало вниз. И пока оно падало, незнакомец исчез. Растворился в воздухе, будто его здесь никогда и не было. Звучно рухнув на пол, кинжал разломался напополам. Из трещин повеяло тёмным дымом и зловонным, словно горелым, запахом. Десятки разных голосов достигли меня. Они кричали в агонии и рыдали, тем самым сводя меня с ума. Найдя в себе силы, я побежала к Каину. Он был единственным, кому я доверяла. Светловолосый не нашёл меня сумасшедшей и не нашёл бы и в этот раз – я была в этом уверенна.       Но он встретил меня на лестнице. Я влетела в его объятья и крепко прижалась. Погладив меня по спине, он тихо и обеспокоенно спросил:       — Что случилось?       — Всё получилось само собой. Я не соображала. – оторвавшись от него, я впечаталась в его лицо, будто в точёных чертах лежал мой ответ.       — Ты тоже слышишь это?.. – он заглянул мне за спину. Брови в непонимании дрогнули.       — Голоса?       — Да.       Но они вдруг замолкли. Лишь на мгновение, чтоб завопить вновь.       Я закрыла уши, чтоб их не слышать. Мне было больно.       Двери и оконные ставни вмиг открылись. Холод и снежные иглы повалили в помещение. Гул из симфонии голосов и рёв ветра обрушились с новой силой. С первого этажа послышался бег. Мы подошли к перилам. Это была Кира. Когда она потянулась к ручкам парадной двери, невиданная сила откинула её назад.       В следующую секунду они захлопнулись сами так, что здание задрожало.       Всё наконец-то стихло.       Мы с Каином переглянулись.