Маска безликого бога

      Я стал живой маской, лишившись лица, Теперь не могу я ни плакать, ни злиться. Застывшие слезы, навеки без чувств, В них больше не видно ни счастья, ни грусти. Под маской скрываются боль и страданья, Там бьётся в тисках моё сердце в рыданьях. Никто не узнает, что таится внутри, Что рвётся наружу душа вся с любовью. Я вижу улыбки, я слышу слова, Но сам не могу ни смеяться, ни плакать. Осталась лишь маска, что скрывает меня, От боли и слез, я вечно страдаю. Теперь я навеки застывший портрет, Без чувств и без красок, без боли и счастья. И только в душе продолжает гореть Огонь нестерпимой душевной ненастья.

***

Что происходит? Почему все стало настолько странным? Почему люди вокруг так смотрят? Кто они? Что за мужчина в белых одеждах и маской? Почему на нем кровь? Почему у него черный меч?       Именно такие вопросы и задавал Се Лянь на обрыве своего сознания. Ведь ещё не много и наследный принц провалиться в бездну боли. Руки не смели оторваться от пола и спросить хоть что-то, у тех кто пронзал мечом бренное тело. Ноги не смогли выдержать страха и упали на землю, а может все из-за того что за лодыжках кандалы? Может. Почему эти люди так смотрят? Так больно, почему он не чувствует боли? Глаза прыгали от одного человека к другому, так странно. Руки стали дрожать, как в детстве, когда его украли. Почему. Почему. Почему. Так больно.       Так больно, кто эти люди? Почему они так смотрят?       Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять... Уже одиннадцать, неужели, они все проткнут его этим черным мечом? А почему? Зачем они это делают? Зачем они хотят его убить?       Наследный принц госудаства СаньЛэ, продолжал кричать от каждого внутрисказанного слова. Наружные раны сразу же затягивались. Как больно. Безликий Бай наблюдал за этим действом и радовался что хоть кто то кроме него страдает. Тем более Се Лянь так на него похож, очень похож. Краем глаза Бай Усянь заметил маленького духа с улыбающийся маской.       Мальчик совсем маленький с хвостом черного цвета. Руки мальчонка держали белый цветок и жадно глотая воздух. Казалось - ещё не много и все кончится, страдание его Высочества, его жизнь, возможно обратиться в духа. Так больно, так больно.       Взгляд Се Ляня затуманился и сердце выпригивало из груди. Ах. Как это. Больно. Но почему, совсем не видно смерти? Почему они до сих пор не стал духом, хотя бы прищрачным огоньком? Ох. Как же больно жить. Девяносто. Девяносто один, девяносто два. Принц продолжал считать количество ударов в его сердцечник, живот и другие органы. Люди что-то причитали о том что именно он виноват во всем. Но в чем? Ах. Как же больно, как же странно.       Се Лянь выдохнул и посмотрел в потолок, перед собой он не увидел пещеры. Сверху его разглядывал тот самый мужчина с маской в белых одеждах. Как же странно. Кто это? Почему он его мучает. Лянь задавался этим вопросом пока его не проткнули сотый раз. Тело принца обмякло, упало на холодный каменный пол, посылая ещё больше боли в мозг. Ах, как больно. Почему они его мучают?

***

      В тумане мрака, в зареве огней Грядёт начало новой жизни нашей, Где тени прошлого, как призраки теней, Танцуют в пламени гря́дущих страстей. И мир, что прежде знал лишь тихий свет, Теперь в смятении и страхе замер, Когда над ним нависла эта тень, Что обещает перемены всем. В руинах старого, в обломках дней Рождается новый, жестокий век, Где каждый шаг – как путь меж острых стрел, Где каждый вздох – как предсмертный хрип людей. Но в этой тьме, в этом страшном дне, Где время замерло в своей тоске, Пробьётся луч надежды всё ж, Что даст нам силы жить и верить впредь.

***

      Безликий Се перебирал события прошлого и думал где же просчитался. Как же больно, как же странно, как же неприятно. Се Лянь выплюнул слюну и медленно но верно злился. Почему. Этот. Хуа. Чен. Чертов. Больше Се Лянь не мог думать о Градоначальнике призрачного города. Красивый? Привлекательный? Ужасно.. Ужасен! Господи! Ах, точно.       Рука принца переместилась на собственный подбородок. Раздумья небесного Владыки Се прервались стуком в дверь. Кто смеет его тревожить!? Нехотя он прокричал : "Открыто!", кто бы там не был, ему не прожить долго. Внезапно сознание принца затуманилось, глаза печали слипаться и только маска Безликого не позволяла расслабиться. Появилась жажда крови, и желание поскорее получить желаемое. Малейшее крохи создание бывшего бога мусора кричали, что то о снятие проклятой маски и позвать на помощь. Но сейчас, он не позволит себя так унижаться! Особенно перед кем?! Перед своими.. жертвами.       Создание сново помутнело, принц даже не заметил как в руке появился длинный меч. Дверь открылась и туда забежала служанка с криками и мольбами. Но ее мелодичный, высокий и детский голосок прервался одним ударом меча в область сердца. Желание расчленить тело девушки было велико. И никто не запрещал это делать.       Под маской расцвела улыбка, на которую было страшно взглянуть. На ней была смесь боли и радости. Но боли за что? Вот и Наследный принц не понял.       Где то спустя час, почти все слуги были мертвы. Небожителям повезло –их не было во дворце и в самой небесной столице. Руки сново задрожали и меч упал из рук. Тронный зал прорезал тишину смехом. То что слышали выжившие слуги походил на бред сумгедшего, заливающимся счастьем и горем одновременно. Да, возможно Се Ляню было не плевать на этих слуг, да возможно. Но сейчас он хочет продолжить свои действия и искупаться в столь теплой и уютной крови людей.       Ноги резко ступали в лабиринты коридоров. Каждый шаг отпечатывается в сердцах слуг как последний. Каждые час или несколько минут, слышались раздирающие душу крики и вопли страдающих прислужником Безликого Се. Каждый всхлип давал господину Се раслабиться. На одежде было много крови. Слишком. Почему же так больно?

***

      В чертогах дворца, где тени кружат, Принц надел странный наряд. Сознание прочь, как будто не чует, И сталь в его руке лишь смерть всем сулит. По комнатам эхом разносится смех, Он лишает всех, кто попадётся. В глазах его мрак, как будто он пьян, А маска всё правит, как будто смеётся. Один за другим падают слуги во прах, И сталь не знает ни жалости, ни грусти. В руке его страх, в глазах его страх, А маска всё правит, как будто она Владыка всех судеб, палач и убийца, Но утро придёт – и спадут ее чары. Лишь тела кругом, лишь маска в пыли, И память пуста, как будто не было смерти.

***

      Дыхание прерывалось, почему каждый вздох даётся с таким трудом? Шею сдавили сильные руки, дышать так тяжело. Хуа Чен схватился за руки любимого и старался остановить от неизбежного. Но.. Господи, почему он так изменился? Ах, так больно. Хотелось прокричать, возвать к разуму Гэгэ. Но тот будто не слышал даже себя. Почему он так зол?!       Руки наследного принца сдавливали шею князя демонов, довольствуясь его хрипами и жалким : "Гэгэ!..".       Где то час назад.       Руки были все в ожогах, ведь не зря он поджёг свой дворец, так красиво. Очень красиво, очень.. прекрасно. Даже те кто выжил, умрут в пламени злости наследного принца. Где то в далёке он увидел знакомую красную фигуру, от которой издавался характерный звон цепочек. Ятаган на поясе, что сверкал своим красным глазом, точно таким же как у его хозяина. Руки завелись врезать этому настырносу демону.       Смех пронесся, кажется по всей небесной столице и даже дальше. Ноги, сами перенесли его ближе к князю демонов и схватили за шею. Довольствуясь его хрипами и жалким попытками вырваться из хватки бога войны. На лице расцвела улыбка.       Дальше последовала драка. Ятаган крутился в пылу страстной битвы вместе с ненавистным демону черным мечом. Хуа Чен, так же старался дозваться до своего Гэгэ, не смея его ранить по настоящему. Такое поведение очень сильно бесило Безликого Се. Посмеявшись над противником последовала череда ударов мечей об мечи, но Жое почему то отказывалась помогать в бою. Неужели ему так нравиться этот князь?! Предательница!       Битва длилась час, другой. Тела даже не устали. Бог войны смеялся, даже не думая о том что воздух в легких может кончится. Мертвецу не нужно дышать. Но никто не понимал, к кому именно из противников такая фраза может принадлежать. Несколько ударов и Хуа Чен свалился на колени перед богом войны, роняя ятаган куда то на пол. – Гэгэ!.. - единственное что смог выпалить Собиратель цветов под кровавым дождем.       Над демоном стоял сильнейший бог войны во всех трёх мирах. Если бы не маска, он бы и остался тем самым добрым и не злым богом, который называл градоначальника Призрачного города...Сань Ланом. — Хуа Чен, - прозвучал режущий как сталь голос - Не смей мешать моим деяниям!       В это время.       Руки Хуа Чена держали в руках маску, которая разваливалась в пепел, на руках лежал его бог войны, я с язвами и сильными шрамами на лице. Хуа Чен был уверен - Он больше не даст пострадать своему богу. Во веки.