Рвать цветы, пока они цветут

Тимофей притих. Арми немного понаблюдал за ним и увидев, что омега больше не предпринимает попыток поцеловать его, расслабился. Откинувшись на спину и устроив голову на скрещенных ладонях, он подставил лицо под солнечные лучи и заключил, испытав некоторое облегчение: - Хороший день. Тима промолчал. Через пару минут он привалился к боку альфы, уткнувшись носом в подмышечную впадину. Вдыхая. Арми усмехнулся, а после устроился на бок и будто в ответ ткнулся носом в омежьи волосы, вдыхая собственный запах. Он не мог понять то ли Тима так долго возился в его кровати, то ли… Терся о грязную одежду? - Не очень хороший, - тихо заключил омега. Арми некоторое время спустя устроился на локте, рассматривая омегу. Поглаживая его по мягким кудрям и вглядываясь в проявившиеся из-за солнца на изящном с аккуратной горбинкой носу веснушки, мелкие родинки рядом с нижней губой, на скуле, на подбородке и около густых бровей, насладился видом длинных трепещущих, изящно изогнутых ресниц. Пальцы неосознанно потянулись к пухлым раскрасневшимся от страстных поцелуев губам, очерчивая арку купидона. Тима поднял на него свои зеленые блестящие глаза, и Арми не удержался. Будь он неладен. Омежья версия Давида. Пубертатный Амур. Арми пошел на попятную, поддев подбородок омеги большим пальцем и вовлекая в поцелуй. Тима принялся отвечать неумело, но страстно, с подростковым порывом и жаром, на который способны только старательные отличники-девственники. - Стой, стой, - рассмеялся ему в губы Илья, неторопливо, поочередно посасывая то верхнюю то нижнюю губу омеги, - Дай посмаковать, расслабь губы. Тим послушно последовал рекомендациям, задурманено глядя на губы альфы, аморфно, неторопливо повторяя за Ильей. - Теперь хорошо? - Теперь хорошо, - блаженно выдохнул ему в рот омега. Нежно зацеловывая подбородок и шею альфы. Арми нырнул ладонью под его футболку и провел ладонью по торчащим словно жемчужное ожерелье позвонкам. - Ты был в этой рубашке в день приезда, - заискивающе заглянув в глаза Ильи, припомнил Тим, погладив альфу по груди. - Оставишь мне ее, когда будешь уезжать? Арми запустил ладонь под пояс брюк Тимы, наслаждаясь теплом и нежностью кожи на миниатюрных ягодицах, поочередно сминая их с своей ладони. - Оставлю, - кивнул Арми. - Обязательно. *** В ту ночь Тим спал как младенец. Ему казалось: между ними наконец тронулся лед. Утром он спустился к завтраку и, стоило ему сесть за стол, как Илья, будто специально, поднялся и, отставив свой кофе, принялся рассказывать родителям Тима, о своих планах. - Я понял! Бывай! - прервал его объяснения отец. Илья смущенно хохотнул. - Я постараюсь приехать к ужину… - Бывай, - смешливо махнул на него отец, не веря. - ⁠Завтра вечером, - пообещал Илья. - И протестирую на вас новую новеллу. - Про жреца и варвара? - торжественно ухмыльнулся Тим. - ⁠Нет, другую. Новую, - просто как бы невзначай ответил альфа, а Тим ощутил укол ревности. Удар под дых, будто в этот момент он перестал быть особенным. Утерял право первого прочтения. - Приходи завтра на ужин, тоже послушаешь. - Мы вместе придем. Вы забыли? Мы же завтра едем на Утриш, - напомнил об их вчерашней договоренности Тим, на что Илья задумался ровно на минуту, а после просто отрезал: - ⁠Я забыл. У меня поменялись планы. Планируй день без меня. И спасибо за предложение. Тим почувствовал очередной удар под дых. Арми начал избегать его. Избегать не только встреч, но и даже пересечений