***
От лица Сейран Я знала, что люди Ферита стоят возле моей новой квартиры, но у меня не было ни сил, ни желания с этим разбираться. В дверь позвонили, это был курьер с цветами. «Мне жаль, что тебе пришлось услышать этот ужасный разговор. Одними цветами это не восполнишь, но дай мне возможность загладить свою вину лично, и я это сделаю. В тысячу раз больше.» Под конец его почерк стал почти неразборчивым, но я его поняла. Я всегда его понимала. Крошечная капля влаги размазала чернила. Мое сердце грозилось вырваться из груди, когда слова Ферита перенесли меня в прошлое . «Я не забуду. Даю слово.» «Мы все преодолеем. Я обещаю.» «Этого больше не повториться. Обещаю» Так много обещаний. Он выполнял лишь часть из них, но я каждый раз верила. Но не в этот раз. Я проигнорировала боль в груди, когда сжала челюсть, скомкала записку и выбросила ее в мусор. Быстро приняв душ, я открыла дверцу шкафа, несмотря на то, что я взяла с собой всего пару вещей я начала искать подходящий чертов наряд. Слишком много вечеров я просиживала дома, в ожидании Ферита, в то время как должна была наслаждаться жизнью, и пришло время наверстать упущенное. Начиная с сегодняшнего вечера. — Ты прекрасна. Я повернула голову, рассматривая говорящего сквозь гул после трех джин-тоников. Он выглядел так, будто ему было около двадцати пяти лет. Аккуратно пострижены волосы, дизайнерский костюм и опрятный, чистый вид отличника. Ферит мог бы съесть его на завтрак. Перестань думать о Ферите. — Спасибо, — сказала я с легкой улыбкой. Его линия пикапа не была новой, но она была лучше, чем предыдущие комплименты моим «классная попа» и предложения показать мне «ночь, которую я никогда не забуду». — Я Мелих, — он протянул руку. — Сейран. Он не интересовал меня ни в романтическом, ни в сексуальном плане. Я все еще была с Феритом, и, несмотря на мое разочарование из-за упрямства Ферита, я не была изменщицей. — Итак, Мелих чем ты занимаешься? — я по умолчанию перешла к простой светской беседе. Как и ожидалось, мой новый знакомый начал энергичную речь о бизнесе, в котором он работал, в то время как я потягивала напиток и пыталась вспомнить, как снова быть нормальной одинокой девушкой на этапе знакомств. Я еще не была одинока, но мне пора начать тренироваться, верно? К счастью, Мелих обладал энтузиазмом новорожденного щенка и вел разговор самостоятельно. Время от времени он вспоминал, что нужно задать мне вопрос о себе, и с каждым ответом придвигался ближе, пока его колено не коснулось моего. — Это здорово, — сказал он после того, как я дала ему краткий обзор на мои эскизы. — Итак, ты свободна на этих выходных? У меня есть билеты на футбольный матч. Места в ложе. — В его тоне прозвучал намек на хвастовство. Нет, спасибо. Я никогда не понимала увлечения футболом. Большую часть времени я даже не видела мяч. Я открыла рот, но ледяной голос прозвучал между нами, прежде чем я успела ответить. — Она не свободна, — чья-то рука легла на мою поясницу, сопровождаемая прикосновением и запахом знакомого одеколона. — У нас с женой есть планы. Все мое тело напряглось, когда Мелих резко вскочил со стула, его лицо покраснело, а глаза загорелись. — Господин Ферит! Вау, я большой фанат. Я Мелих Актай . Я очень много о вас слышал Я подавила стон. Конечно, он сразу узнал Ферита. Все любили истории о богатстве, а Ферит был человеком, который успешно вёл семейный бизнес, правда пока еще никто не в курсе нынешнего положения, но все же . Похоже, фанатизм Мелиха его не впечатлил. На самом деле он выглядел так, словно был готов разорвать его на куски голыми руками. Мелих, должно быть, тоже это понял, потому что его голос в конце концов затих. Я точно определила момент, когда до меня дошло откровение Ферита о том, что я его жена. Его лицо побледнело, и в его выражении появилась паника, а глаза метались между нами. — Она Ваша жена? Я не знал… Я имею в виду, она не носит… Три пары глаз впились в мой обнаженный безымянный палец. Выражение лица Ферита потемнело, а температура упала еще на десяток градусов. — Теперь ты знаешь, — если раньше его голос был холодным, то теперь он был определенно арктическим. — Я верю, что тебе есть где побыть в другом месте. Не так ли, Мелих? — В спокойном произнесении его имени прозвучало больше угрозы, чем в любом прямом высказывании. Мелих не стал отвечать. Он сбежал, оставив меня одну с разъяренным бывшим мужем и угольками гнева, тлеющими в моем животе. Я стряхнула руку Ферита и повернулась к нему лицом. — Серьезно? Что не так с тобой? Ты напугал этого бедного мальчика до полусмерти! — Этот бедный мальчик приставал к моей жене, — глаза Ферита сверкнули. — Чего ты ожидала от меня? Что я похлопаю его по спине? — Он не знал, что я замужем, я вообще не твоя жена — я покачала головой. — Что ты вообще здесь делаешь? Не говори мне, что преследуешь меня. — Я бы не стала на это надеяться. Он пойдет на все, чтобы победить. Легкое веселье на лице сменило его гнев. — Бар находится дальше на соседней улице моего офиса, karigim. У меня здесь была встреча с клиентом. — Ой, —верно. Я выбрала этот бар из списка «лучших» и совершенно забыла, что он находится так близко к работе Ферита. Выражение его лица смягчилось. — Спроси меня еще раз в другой день, и мой ответ будет другим. Я бы преследовал тебя, если бы это означало, что ты снова заговоришь со мной. — Как романтично. — Я перестал быть романтиком, Сейран. Я в отчаянии. Мне пришлось безжалостно подавить сочувствие, развернувшееся у меня под ребрами. Что с того, что он выглядел несчастным? Он сам это навлек. Тем не менее, я переключила свое внимание на указатель выхода над его плечом, чтобы мне не пришлось встречаться с ним взглядом. Мне необходимо уйти. Каждая секунда, проведенная в компании Ферита, была для него еще одной возможностью разрушить мои стены, а я еще не полностью доверяла ему, особенно когда в моем организме было так много выпивки. — Ты получила мои цветы? — Ферит больше не пытался прикоснуться ко мне, но его взгляд с таким же успехом мог быть лаской. Он задержался на моем лице, проследил линии моей челюсти и скул, а затем поцеловал. — Да, — я подняла подбородок, хотя кожу покалывало от осознания. Мне не следовало пить. Алкоголь всегда снижал мою сдержанность, что было нехорошо, когда Ферит был рядом. — Я отдала их в ближайшую детскую больницу. Если он и расстроился из-за того, что я пожертвовала цветы, он этого не показал. — Уверен, что они это оценили. Улыбка мелькнула на его губах, когда я вздохнула, и я увидела крошечный проблеск того мужчины, которым он был раньше — того, кто целовал меня перед сном каждую ночь, независимо от того, насколько поздно он пришел домой, и который пытался сделать все чтобы я исполняла свои желания. Укол сентиментальности выжал из меня все силы. Я снова вздохнула, уже уставшая от необходимости держать себя в руках в его присутствии.***
От лица Ферита Сейран была не из тех, кто любит причинять людям боль, и ее оборонительная позиция была свидетельством того, насколько сильно я ее обидел. Из всего что было, это знание ранило сильнее всего. Я думал, что поступаю правильно, обеспечивая нас, и пытаясь спасти бизнес в одиночку, но наши представления о том, как это выглядело, явно разошлись. Не существует краткосрочного решения для чего-то подобного Слова Кайи эхом отдавались в моей голове, подкрепленные знакомым сладким, теплым пением, когда музыка переходила в новую песню. Мое дыхание остановилось одновременно с дыханием Сейран. Вывеска возле бара гласила, что сегодня вечер турецкой музыки, но каковы были шансы, что они сыграют именно эту песню именно в этот момент? (Песня с момента когда Ферит пришел к Сейро и она в наушниках слушала музыку) Как я уже сказал, я не верил в судьбу… за исключением тех случаев, когда она приходила к нам. — Потанцуй со мной, — я опустил руку и протянул ей. Но она не взяла. Я ожидал отказа, но, тем не менее, он меня задел. — Как бы выглядел сегодняшний вечер, если бы все было по-другому? — тихо спросил я. — Если бы мы были теми людьми, которыми были раньше? Сейран заметно напряглась. — Не надо. — Побалуй меня, — мой голос смягчился еще больше. — Ради старых времен. Музыка зазвучала вокруг нас, унося нас из бара в прошлое. Нынешняя Сейран не улыбалась, но блеск ее глаз вселил во меня намек на надежду. Пока она что-то чувствовала, нас можно было спасти, потому что я боялся не ее ненависти — я боялся ее безразличия. — Если бы все было иначе, мы бы приехали сюда вместе, — говорит Сейран. — Мы бы заказывали напитки, рассказывали друг другу о том, как провели день и жаловались на вечные недовольства моей тети. Мы бы сочиняли истории из жизни окружающих нас людей и спорили о том, не слишком ли рано еще развешивать рождественские украшения. Мы были бы обычной парой, и мы бы… — ее голос запнулся. — Мы были бы счастливы. Горечь, прозвучавшая в последнем слове, расколола мое сердце пополам. Картина, которую она нарисовала, была данью уважения к прежним простым временам, и хотя я никогда не хотел быть тем беспомощным мальчишкой, каким я был, когда мы впервые встретились, я действительно хотел быть тем мужчиной, в которого она влюбилась. Я хотел, чтобы она улыбалась мне, как раньше. Я хотел, чтобы она была рядом со мной, счастливая, смеющаяся и сияющая. — Один танец. — Я давно никого ни о чем не умолял, но сейчас я именно это и делал. — Пожалуйста. Песня закончилась. Момент ностальгии улетучился, но я почти не заметил этого, ожидая ответа Сейран. Она посмотрела на мою протянутую руку. Мое сердце ударилось о грудную клетку, и как раз в тот момент, когда я подумал, что она уйдет и заберет с собой этот чертов орган, она вложила свою ладонь в мою. Облегчение выбило воздух из моего горла. Я притянул ее ближе, стараясь не двигаться слишком быстро, чтобы не спугнуть. Один танец. Одна песня. Один шанс.