Нуждаюсь в тебе...

***От лица Ферита*** Первая половина ужина прошла без происшествий, но я почти не ощущал вкус еды. Меня слишком отвлекали Сейран, сидевшая на одном конце стола, и Каран, сидевший на другом. Этот подозрительный человек сбил Сейран с ног и как-то странно все время на нее поглядывал.  Он что-то задумал. Так и должно быть, и мои подозрения только усилились после того, как Кайя сказал, что его друг-организатор ужина не знает его лично. Кто-то из его команды отправил Карану приглашение. Тем временем Сейран изо всех сил старалась притвориться, что меня не существует, хотя я несколько раз ловил ее взгляд на мне, когда она думала, что я не обращаю внимания. Это должно было заставить меня чувствовать себя лучше. Вместо этого ее близость к Карану, который был видимо достаточно умен, чтобы обнаружить и использовать напряженность между нами, вызвала у меня желание покинуть ужин и утащить ее с собой в безопасное место, и будь проклят этикет. Flashback  Я увидел как кто-то столкнулся с Сейран, мимо меня не ускользнул обеспокоенный взгляд мой девочки на этого человека и его холодные глаза. Я последовал за ним, что-то мне подсказывало, что он не просто гость на этом ужине и ему что-то надо… - Прошу прощения, мы с вами не познакомились, я Ферит, Ферит Корхан- протянул я руку незнакомцу - Каран, Каран Йылмаз  - Никогда не слышал о вас, вы не из Стамбула? - поинтересовался я, какой-то он странный  - Нет, я вернулся буквально неделю назад, скажу по честному и не жалею… а какие здесь красивые женщины - он провел глазами по залу и остановил взгляд на моей Сейран Мне казалось будто воздуха стало меньше в помещении, я старался держать себя в руках и не врезать этому самоуверенному типу, который нагло рассматривал мою жену.  - Вы буквально 2 минуты назад сбили с ног мою жену, надеюсь впредь вы будете осторожны - зашипел я, смотря на него грозным взглядом  - Жену? Я думал она одна здесь… - все еще не отрывая взгляд от Сейран говорил он  - Она здесь не одна, она со мной - я уже не мог держать себя в руках. Каран развернулся и ушел, а я точно понимал, что в его голове есть какой-то план, на душе мне было очень неспокойно. Конец flashback-a — Перестань пялиться, — сказал Кайя, не глядя на меня. — Ты такой же незаметный, как столб. — Кто бы говорил, — ответил я. Тем не менее, я оторвал взгляд от того места, где Сейро смеялась вместе с Эдже. Нам нужно было поговорить о том, что произошло в баре, и было бы легче, если бы я мог остаться с ней наедине. Я пришел сегодня вечером только чтобы увидеться с ней, но ее подруга была как телохранитель, которая отказывались оставлять ее одну. Я должен… Громкий стук прорвался сквозь гул разговоров, за которым последовал приступ удушья и хрипа. Звук резко оборвался, и в столовой воцарилась тишина, когда я мотнул головой в сторону предыдущего шума. Один из гостей рухнул лицом вниз в тарелку. Синий костюм, характерные серебристые волосы. Господин Али, генеральный директор Istanbul Jewellery. Кайя в мгновение ока вскочил со своего места. — Что случилось? — крикнул он. — Не знаю. Мы разговаривали, а потом он… он просто потерял сознание, — заикаясь, сказала женщина, сидевшая рядом с Али. — Он в порядке? Он не двигается. О Боже… что, если… Можно было услышать, как упала булавка, пока кто-то проверял пульс господина Али. Он глубоко вздохнул, и я понял, что он собирается сказать, еще до того, как он это сделал. — Он мертв. На мгновение воцарилась гробовая тишина, прежде чем разразилось столпотворение. Половина гостей бросилась к выходу, а другая половина побежала в туалет, предположительно на тот случай, если еда стала причиной внезапной смерти. В спешке они чуть не растоптали друг друга, и в этом хаосе я потерял из виду своих друзей. Однако меня интересовал только один человек. Сейран! Я проталкивался сквозь толпу, мое сердце колотилось в груди. Знакомый гул заглушил нарастающую истерию в комнате. Не знаю, что случилось с Али, но мне нужно было увидеть ее и убедиться, что с ней все в порядке. Ее могли ранить, затоптать, она могла потерять сознание… Шум пронзил мою голову на высокой частоте. Черт, почему здесь так жарко? Пот скользил по моим ладоням, пока я искал каштановые волосы и красное платье. Давай, детка, где ты? Ресторан был маленьким, и царил хаос, пока я пытался разобраться в толпе людей. Черные волосы. Черное платье. Серые волосы. Костюм темно-синего цвета. Гости слились в одно целое. Кто-то наткнулся на меня, и я собирался оттолкнуть его, когда посмотрел вниз и увидел пару знакомых зеленых глаз. Облегчение выбило воздух из моих легких. Она в порядке. Мы смотрели друг на друга какую-то секунду, наши легкие пылали от адреналина, прежде чем другой гость толкнул нас и снова подтолкнул к действию. Сейран не сопротивлялась, когда я схватил ее за запястье и потащил к выходу. На место только что прибыла полиция, но нам удалось проскользнуть в такси, и они нас не остановили. Я был уверен, что позже они сообщат каждому гостю о смерти господина Али, но в данный момент у меня не было никакого желания ждать и изображать обеспокоенного свидетеля. Сейран промолчала, когда я назвал водителю адрес своего дома. Казалось, она была потрясена резким поворотом событий вечера, и я не винил ее. За эти годы я посетил сотни общественных мероприятий, ни одно из них не заканчивалось смертью. Но, опять же, ни на одном из них не было Карана в качестве гостя. Я не видел его с тех пор, как господин Али потерял сознание. Ни в давке к выходу и туалетам, ни за пределами ресторана. В моем животе образовался тугой узел страха. Между нашим расследованием о том все таки кто такая госпожа Чичек и смертью господина Али, кажется было подозрительное количество совпадений. Не знаю, какое место занимает внезапное появление Карана, но это была часть большой головоломки. Я чувствовал это нутром. — Ну, — сказала Сейран, когда мы подъехали к нашему дому.  Несмотря на мое волнение, на губах появилась улыбка. Я скучал по ее шуткам. Ее чувство юмора было одной из многих причин, по которым я в нее влюбился, но сейчас оно появлялось все меньше и меньше. Раскаяние погасило мое временное веселье. — Организаторам ужина предстоит настоящий пиар-кошмар, — сказал я. Хотя я не был поклонником господина Али, который при жизни был известен своей коррумпированностью и коварным характером, поэтому не могу сказать, что слишком переживал по поводу его смерти. Однако обстоятельства и время этого будут иметь в будущем огромные последствия. Пальцы Сейран сжались на краю ее сиденья.  — О Боже. Кто-то умер. Он сидел прямо напротив… он… Ее дыхание стало поверхностным. Блядь Я быстро заплатил водителю и проводил ее в дом, прежде чем она снова впала в шок. — Вероятно, это была аллергическая реакция, — я сомневался в этом, но если ей от этого станет легче, то я именно этого и хотел. — Неудачное время, но такое случается. Мы ничего не могли с этим поделать, — тем не менее, когда мы вошли в дом, я завернул ее в плед и принес чашку чая. В гостиной царила тишина, пока она сжимала руки вокруг напитка. — Ты, наверное, думаешь, что я слишком остро реагирую, — она смотрела в кружку, ее лицо было непроницаемым. Если у нее и были какие-то чувства по поводу того, что она впервые за несколько недель оказалась со мной дома, она этого не показывала. Эмоции застряли у меня в горле. — Нет. Видеть, как кто-то прекращает жить прямо у тебя на глазах, довольно травматично. Брови Сейро выгнулись — Прекращает? — В моей голове это звучало лучше, чем умереть, — я провел рукой по губам. — Это не так? — Нет. Не совсем, — ее тихий смех согрел комнату. Наши взгляды задержались друг на друге, и ее улыбка медленно исчезла, когда снова воцарилась тишина. На этот раз это была мучительная тишина, наполненная воспоминаниями, сожалениями и, возможно, малейшей надеждой. — Могу я кое в чем признаться? — ее голос был едва слышен. — Когда разразился хаос и все побежали, ты был первым, кого я искала. Я не хотела, но сделала это. Моё сердце пульсировало так, будто оно наконец-то ожило. — Хорошо, — сказал я тихо. — Потому что я тоже тебя искал. Остальные наши невысказанные слова разлетелись вокруг нас, и от воспламенения осталась одна искра. В глазах Сейран потемнело, и в них появилась искорка. Пламя эмоций вспыхнуло в воздухе, сжигая любые запреты и рациональные мысли. Единственное, что осталось, — это гложущее, ненасытное желание поцеловать ее, прежде чем я умру от нужды. Должно быть, она прочитала намерения, написанные на моем лице, потому что ее дыхание стало прерывистым. Ее губы приоткрылись, и это было все, что мне было нужно. В одну секунду мы сидели на противоположных концах дивана. В следующую — мой рот оказался на ее губах, ее тело прижалось к моему, и мы, спотыкаясь, пытались дойти до комнаты в клубке сдерживаемой тоски и повышенного адреналина. Слава богу, что в доме было несколько комнат, потому что у нас не было ни малейшего шанса подняться по лестнице, не поранившись. Не тогда, когда у меня кипела кровь, а Сейран хваталась за мои волосы с отчаянием, пронзившим мою душу. Мы каким-то образом добрались до спальни целыми и невредимыми. Я пинком закрыл за нами дверь, и наша одежда без всякой осторожности упала на пол. Платье. Обувь. Рубашка. Нижнее белье. Они оставляли за нами след, когда мы упали на кровать. Я целовал ее шею и грудь, пока мои пальцы искали тепло между ее ног. Такая влажная. Такая совершенная. Такая моя! Сейран тихо всхлипнула, когда я обхватил ртом ее сосок, облизывая и посасывая, пока она не потянула меня за волосы настолько сильно, что стало больно. — Пожалуйста, — выдохнула она, выгибаясь навстречу моей руке в поисках большего трения. — Еще. Мне нужно больше. — Больше чего? — Я провел губами по ее телу и успокоил их мягкими, неторопливыми поцелуями. Одной рукой я удерживал ее извивающиеся бедра, в то время как другой играл с ее телом, задерживаясь на точках, которые сводили ее с ума. — Скажи мне, чего ты хочешь, любимая. — Я хочу… о Боже. — Ее руки сжали простыни в кулаки, а я продолжил путешествие вниз по ее телу. Мой рот скользнул между ее грудей, вниз по животу и к гладкой ложбинке. Ее кожа была горячей на ощупь, и по мере того, как я приближался все ниже, по телу Сейран пробегала легкая дрожь. Приблизившись к ее бедрам, я остановился и поднял голову, наслаждаясь видом ее покрасневшего лица и остекленевших глаз. — Я задал тебе вопрос, — спокойно сказал я. Затем я ввел в нее палец, вызвав очередной стон. — Скажи мне, чего ты хочешь, или я буду мучить тебя здесь на всю ночь. — Хочу, чтобы ты был внутри меня, — задыхалась Сейран. Она извивалась, сжимая меня с очевидной потребностью. Мое тело практически вибрировало от желания войти в нее и ощутить ее крики, когда она кончит, но мне хотелось растянуть это как можно дольше и насладиться каждой секундой.  — Будь более конкретна. — Я хочу, чтобы твой член был внутри меня. Пожалуйста. Ее слова почти уничтожили меня. Мольбы Сейран превратились в неразборчивые рыдания, пока я наслаждался каждым дюймом ее тела. Мне понравилось, как она выгнулась ко мне, жадная и требовательная. Мне нравится, как она выкрикивает мое имя и тянет за волосы.   Я любил ее и так чертовски скучал по ее объятиям, что готов отказаться от всего, что у меня есть, лишь бы задержать этот момент во времени. Возбуждение захлестнуло мои чувства, и я больше не мог этого терпеть. Быстрая смена позиций, и я оказался внутри нее, медленно погружаясь в нее ради нас обоих. Для нее, потому что она была сверхчувствительна после столь долго отсутствия сексуальной жизни, и для меня, потому что она ощущалась так хорошо, что мне пришлось стиснуть зубы. Я выдыхал глубокие, прерывистые вдохи каждый раз, когда выходил и толкался внутрь, стараясь задеть ее самые чувствительные места, вместо того, чтобы вдавливать ее в матрас и трахать до потери сознания, как кричали мне мои низменные инстинкты. Моя жена была дома, и будь я проклят, если потрачу впустую ночь на быстрый секс. Сейран прижалась ко мне, когда я входил в нее все сильнее и быстрее, пока она не начала хватать ртом воздух. Мои руки сжались в кулаки на матрасе; дыхание стало прерывистым.  Эмоции поднялись вверх по моему позвоночнику, разрывая мои путы и заставляя меня двигаться в ней глубже долгими, яростными ударами, пока она не развалилась на части с очередным криком. Едва она утихла, как взорвался мой собственный оргазм. Ногти Сейран впились мне в спину, продлевая волны нашего удовольствия, и пока мы наслаждались ими, у меня возникла смутная мысль, что если я умру, то сделаю это с радостью, потому что я именно там, где мне место: с ней.