Добро пожаловать в мое сердце

Глава третья

Ласточка

      После моего первого учебного дня второго семестра прошла неделя. На ту брошенную мною фразу на испанском Владислав Романович никак не отреагировал. Должна поблагодарить его за подобную реакцию, вернее ее отсутствие, ведь весь следующий вечер и ночь я рвала волосы на своей обезумевшей голове – образно конечно же.       Мама уехала к своим родителям на недельку, брат же решил еще на месяц остаться с нами, все же не часто выпадает возможность провести время всем вместе.       Сидя где-то в глубине вечернего зала, я всматривалась в отчетливо знакомое мне лицо – лицо своего преподавателя, Владислава Романовича. Холодный бокал игристого шампанского касался моих губ, скрывая искаженную улыбку. Глаза то и дело пробегались сверху вниз по стоявшей рядом с ним даме. Черные как уголь волосы, едва касающиеся лопаток, облегающее бордовое платье, спускающееся до колен с небольшим разрезом сбоку и весьма заметным глубоким декольте, на шее хозяйственно красовалось золотое колье, всем видом показывающее свою высокую цену. Поверх платья красовалось нежное белое меховое болеро. Рука по-собственнически прижимала к себе руку Владислава Дмитриевича, отчего в моей голове возникла мысль, что это его девушка или того хуже – невеста. Вид у нее был не самый приличный, хотя может у моего преподавателя вкусы такие? Но это не отменяет того факта, что на такое приличное важное мероприятие дама подобрала не соответствующий тому наряд.       Я обреченно вздохнула и заметила подошедшего брата, который через секунду уселся рядом со мной по-хозяйски перекинув ногу на ногу и подперев локтем подбородок.       – Чего не развлекаешься, сестренка? – ядовитым голосом прошипел Дамиан. Было ясно, что эта вечеринка, устроенная отцом по случаю новой заключенной крупной сделки, которая прошла успешно, удовольствия брату не доставляла.       – По той же причине, что и ты, братец, – отдала опустевший бокал официанту и повернулась к брату, оценивая уровень его безразличия к происходящему.       Брюнет ничего не ответил и скучающе прикрыл глаза, наслаждаясь хоть каким-то отдыхом после утомительных разговоров с партнерами отца. Однако счастье длилось недолго и вскоре в зале заиграла спокойная медленная мелодия, оповещая гостей о том, что желающим и не желающим следует выйти на танец. Вставать не особо хотелось, но словив на себе предупреждающий взгляд отца, поняла, что деваться некуда и хотя бы один раз, но станцевать следует. Поэтому быстро подхватив брала под локоть, не желая сталкиваться с желающими пригласить меня на танец кавалерами, потащила его в центр. Нежно-кремовое длинное платье слегка волочилось по полу, но неудобства мне это не доставляло. Однако словила на себе осуждающий взгляд голубых глаз брата, который явно был недоволен тем, что его оторвали от отдыха.       – Только в этот раз не стану язвить, – Дамиан смирился, понимая, что подобная участь его ждала бы в любом случае сегодня, ведь отец намерен свести с кем-то нас обоих и скромничать он не собирался.       – Благодарю Ваше Величество, – в этот раз съязвила уже я, за что получила недовольный вздох брата. Плохих отношений у нас с ним не было, лишь небольшие разногласия касательно взглядов на жизнь.       Следующие пять минут танца прошли в увлекательной односторонней беседе со стороны брата. Тот подмечал мои неправильные движения из-за чего я наступала ему на ноги и жаловался, что вечер длиться слишком долго, а ему еще по делам ехать надо. По завершению танца меня поджидал какой-то мужчина лет 38 самодовольно ухмыляясь и протягивая мне ладонь, приглашая на танец. Соглашаться я не собиралась, но и отказаться под взглядом отца не могла, поэтому в ступоре стояла пару секунд, раздумывая, что делать. Дамиан же, заметив мое замешательство, любезно помог мне приобняв за талию и прижав к себе.       – Прошу прощения, моя сестра очень устала и не намерена больше танцевать, – достаточно твердо произнес мужской голос и развернувшись, брат увел меня на веранду подышать свежим воздухом, попутно прихватив для меня бокал шампанского.       Я благодарственно кивнула и он, поцеловав меня в лоб, покинул вечерний зал, перед этим сказав что-то отцу. Хотелось бы и мне отсюда уйти, но усталость уважительной причиной не являлась, когда папа проводил какие-то важные мероприятия. Поэтому все, что мне оставалось – ждать окончание вечеринки.       Под спокойную игру скрипки я так и простояла на веранде, наблюдая за звездами на вечернем небе. На улице было довольно прохладно, но все еще тепло, несмотря на то, что вчера погода была ужасной и казалось, что ураган и буря на сегодня по прогнозу обеспечены. Но ничего из этого не было, только сверкающие звезды, прохладный ветер и звук звонкой пощечины и женский крик. От неожиданности я не удержала в руках бокал, и он полетел вниз, разливая недопитое шампанское на мое платье. Тихо выругавшись под нос, я достала из сумочки влажную салфетку и протерла туфли от липкой жидкости. На входе показался силуэт высокого мужчины, а после и сам Владислав Романович, явно не ожидавший, что тут может быть кто-то еще помимо него с его спутницей.       Суда по всему он не узнал меня или не разглядел мое лицо в ночной темноте и тихо спокойным голосом, в котором слышались нотки вины, проговорил:       – Прошу прощения, не знал, что тут кто-то есть.       – Если так раскаиваетесь, оплатите мне чистку моего платья. Оно знаете ли, мое любимое.       Явно услышав знакомый голос, мужчина удивленно приподнял брови:       – Алиева? Что вы тут делаете? – не ожидав увидеть тут одну из своих студенток, Владислав Романович тихо выругался и вдруг поднял на меня свой взгляд, – Постойте. Михаил Дмитриевич ваш отец?       Пятно с платья не оттиралось, как бы я не пыталась, а вопрос преподавателя сейчас волновал меня меньше всего, но ответить на него я все же удосужилась:       – Верно. – Всего лишь одно слово. Большего я не сказала, а преподаватель, не ожидая такого поворота событий раздражительно вздохнул.       – Хорошо, я оплачу чистку вашего платья, скажите ско.., – собираясь достать из кармана пиджака кошелек, я резко перебила Владислава Романовича.       – Я не настолько мелочная, Владислав Романович, чтобы заставлять своего преподавателя оплачивать чистку своего платья. Не стоит.       С этими словами я покинула и без того прохладный балкон, возвращаясь в теплое помещение за своей накидкой. Не предупредив отца, я покинула здание, на входе которого столкнулась с вопросительным взглядом брата. Но ответа он не услышал и лишь молча согласился отвезти меня домой, накидывая на меня свой пиджак, чтобы я не замерзла еще больше.