Чем дальше, тем хуже

Дазаю плохо. Нет. Хуёво. Очень, очень хуёво. Его настигает паническая атака ещё на лестнице и тут же подкашивает ноги. Он успевает взяться за чёртовы перила и кое-как удержаться. Пытается взять себя в руки и остановить поток бессвязных мыслей. Эти попытки заканчиваются лишь сдавленными всхлипами и шквалом крупных слёз. В голове только почти забытые образы, слова и параллельно попытки выровнять ритм вдохов и выдохов. — Хватит, — слово хрипом вырывается из стянутой глотки. Кто-то внутри неприятно улыбается и лишь сильнее нажимает на раскрытые шрамы, будто пытаясь протистнуться внутрь. — Заткнись, заткнись, заткнись, заткнись!! Хватит! — ногти впиваются в кожу лица, пытаясь её содрать, продырявить. Дазай не знает почему он слышит голос Куникиды, говорящий ему перестать кричать и успокоиться. "— Не сможешь, только не ты. Ты обречён видеть мёртвеца." Его глаза наливаются слезами, губы дрожат. Попытки сглотнуть ком лишь ухудшают ситуацию. Руки, что теряет своё тепло и пластичность. Он сдавленно кричит. Кричит и сворачивается в клубок, подгибая ноги и как можно сильнее сжимает свою спину руками. Рёбра от этого болят. В голове снова образ радостных лиц коллег и ощущение фальши на губах. Он любезно предлагает помощь Ацуши, когда тот накрывает стол. Притворяться, что тебе весело уже как ежедневный обязательный квест. Скулы неприятно сводит от улыбки, когда кто-то из коллег поднимает тост. Он не помнит, кто говорит. Дазай помнил, как пытался закричать что-то радостное сквозь ощущение иголок в груди. Его снова разрывает и щиплет нос. Это было час назад. Сейчас же Осаму впивается своими пальцами в глотку. Сжимает её и царапает, будто старается вырвать голосовые связки, может вырвать трахею с лёгкими. По пустому дому разносится истерический смех. Ему больно так, что хочется смеяться. Смеяться тому на сколько сильно его руки хотят задушить хозяина. От самого себя становится жутко. Надрывной смех сменяется всхлипами и воем. В конечном итоге руки устают, и он просто пытается не дышать, как можно дольше. Всё это время Дазай слышит лишь голос Куникиды, что с упрёком кричит на него перестать. — Как будто это так просто… — думает Дазай. Голос напарника перемешивается с голосом Одасаку. Перед глазами темнеет. И он рефлекторно вдыхает. — Зараза, — думает про себя Дазай. Мысли зловещи смеются. Дазай чувствует себя никак и никем. Тело без сил, дышать из-за всхлипов трудно и пальцы деревянные. В голове вакуум. Вдох. Выдох. Дыши. Вдох. "— Ты снова обманываешь людей вокруг себя. Ты снова притворяешься таким каким тебя хотят видеть. Подстраиваешьсяпод настроение других." "— Смешной такой." Дазай выдыхает с дрожью. Глаза его зажмуриваются, и он сглатывает тяжёлый ком в горле. Вдох. Выдох. В голове лишь куникидено "Успокойся!" "Сделай это." — улыбка стекает по подбородку мерзкой жидкостью. — Хватит.. "Давай." — красные глаза расширяются в предвкушении срыва. — Хватит! Он сильнее обхватывает себя руками. "Дазай, сделай это." "Порежьпорежьпорежьпорежь". Осаму с ужасом открывает глаза и задыхается как от удара. Он обещал себе, что перестанет хотя бы это.