Сборник драбблов по Тангю

      Намгю гаденько хихикает каждый раз, когда ему удаётся примоститься на кровати Таноса и прижаться к его боку. Борьба за жизнь изрядно выматывает, и всё, что держит его на плаву — это таблетки и возможность бессовестно лапать Таноса на протяжении дня.       Сколько Намгю себя помнил, он всегда был прилипчивым: клал голову на чужие плечи, норовился взяться под руку, и до бесконечного много юлил возле людей, которым удавалось захватить его внимание. Не всем это нравилось, но Танос нисколько не был против, порой отвечая на его назойливость тем же самым, что не могло не радовать. Идя рука об руку, они создавали неразрывный, в буквальном смысле, дуэт.       Певец отодвигается к краю, освобождая место для Намгю, с радостью запрыгивающего к нему. Он ерзает, пытаясь устроиться поудобнее, заранее думая о том, как всеми ногами и руками обхватит его, когда они уснут. Танос сокращает дистанцию между ними, и просовывая свою руку под голову Намгю, притягивает ближе. — Аж самому себе завидно, а как верещат твои фанаты, когда нас видят... это смешно, — мечтательно тянет тот, пока рэпер сонно играется с его волосами. — I don't give a fuck, ma-an, — отвечают ему, легко хлопая его по щеке.       Намгю, в общей сложности, все равно тоже. Он по максимуму наслаждается компанией Таноса, а чужие завистливые взгляды делали хорошо почти так же, как веселящая трава. Понимание того, что он единственный в этом месте, кто близок рэперу, заставляло улыбаться.       Перекидывая руку через него, Намгю удобно ложится на его предплечье, почти утыкаясь носом в шею. Двести тридцатый ежится поначалу, чувствуя теплое дыхание, но кажется действие его таблеток уже проходит, потому что он чувствует себя слишком уставшим, чтобы двигаться, поэтому позволяет положению оставаться таким. А Намгю только рад. Он не спал так хорошо даже до того, как попал в эту дыру.