Сквозь время и души

С наступлением осени вечерело все быстрее и быстрее, хотя после шумного мегаполиса с небоскребами, в этом маленьком городке дни ощущались дольше. Лань Ванцзи был рад приняв решение отказаться от жизни в шумном городе, так несущего его все эти годы непонятно куда, непонятно к чему. Жизнь лишилась цели давно, 16 лет назад. Ответственность в прошлой работе так и тяжелым весом ложилась на него, но он не жаловался ведь отвлекаться было хоть на что-то. Но это было днем, а ночью его мучали кошмары. От них бежать было некуда. Таблетки чем-то помогали, но потом становилось все хуже и он бросил их пить. Каждый день, каждый чертов день он видел тот же самолет, слышал те же голоса, принадлежавшие тому же человеку… Иногда он был тем кто управлял этим самолетом, иногда был пассажиром, а иногда просто смотрел со стороны. Но исход всегда был один. По совету брата он какое-то время обращался к помощи психологов. Сменял три или четыре, может даже пять. Всегда поначалу кажется что помогает, но Ванцзи знал что проблема была не в них, а в нем. Что он никак не желал отпускать его. Возможно, никогда не отпустит, пойдет в могилу храня его в сердце. День был очень солнечным, еще не начался перелет птиц и они всюду чирикали приятное пение. В городе их не услышишь, на замену придут голоса и топот вечно куда-то торопящих людей, сигналы машин вечно стоящих в пробке. Лань Ванцзи стоял в небольшом здании, явно нуждающегося в ремонте, пока человек сидящий перед ним рассматривал его документы. –Впечатляюще, господин Лань , –завуч школы поднял на него взгляд сквозь четырехугольные очки. – Не ожидал, что в нашу школу придет такой молодой, но опытный учитель! Но неужели… не нашелся вариант получше? Вы ведь уже знаете что зарплата ваша будет небольшая. Многие из наших не могут выбраться отсюда, а вы добровольно устраиваетесь. Не хочу лезть в личную жизнь, конечно. «Но хочу» как бы за него продолжил Ванцзи, но произносить не стал. Какая до него была разница до зарплаты? Кого кормить кроме как себя? –Тут отлично. – только и ответил он и не врал. Сначала ему показали его рабочее место, которое он будет делить еще с двумя учителями. Потом дали данные о его новом классе, их классная руководительница в прошлом году ушла в декрет. Поначалу директор сомневался стоит ли сразу давать ему старший класс, но Ванцзи раньше преподавал в универе и был более чем спокоен об отношениях с его будущим классом. Учеников было немного, около двадцати пар глаз смотрели на него, когда он написав имя в доску, представился их новым классным руководителем. Он услышал фырканье какого-то ученика и хихиканье пары учениц. – Лань лаоши, а сколько вам лет если не секрет? – спросила одна из них, принявшись крутить в пальцах свои волосы. – Эта информация не поможет вам в грядущем экзамене. – спокойно произнес он. – Надеюсь вы начали подготовку, а если нет, то пара. Староста, до завтра подготовь мне список учеников с предметами которые они будут сдавать. – Но ведь учеба только началась…– протянула другая девушка. – Лань лаоши, лучше скажите, у вас есть жена? Ученицы опять захихикали. Ванцзи решил проигнорировать этот вопрос и уйти, ведь скоро начинался урок. Однако, его взгляд припарковался в ученике, мирно сложившего голову на парту. – Ученик на задней парте, – окликнул он и сказал: –Кто-нибудь разбудите его. Видимо тот и не спал, так как сразу же поднял голову, стоило девушке сидящей спереди ткнуть его. Черная длинная челка упала на его лицо и он не поспешил ее убирать. Под глазами легли черные круги, а лицо было бледным и исхудалым, впрочем как и его руки и плечи будто его совсем не кормят дома. – Как тебя зовут? – Мо Сюаньюй, сэр… Лань Ванцзи. – Мо Сюаньюй, приди в 202 после этого урока. На лице юноши отразилась тень удивления, но он кивнул.

***

Лань Ванцзи осматривал его пока тот оттягивал рукава своей черной толстовки и смотрел в пол. Волосы были собраны в маленький пучок. – Мо Сюаньюй, ты ведь знаешь что это запрещено правилами? Завтра же подстригись. И сними эту толстовку. – Но учитель Лань… я не могу. –Почему же? Ты знаешь правила, они едины для всех. – вдруг на его плечо легла рука завуча сидящего рядом. – Ванцзи, не надо… Мы с ним давно все обсудили, правда Сюаньюй? Тот кивнул. – Не надо его беспокоить. Он чувствителен к холоду, а волосы… Ничего же, если они все время собранные. Мо Сюаньюй наконец-то поднял голову и неловко улыбнулся. Ванцзи вздохнул. –Хорошо, можешь идти.

***

Сначала он не видел в нем ничего особенного. Проблем от него не было, если не спал, то тихо вслушивался не отводя глаз. Потом все-таки обратил на себя внимание, хотя возможно и не собирался. Отношения с одноклассниками были плохие. Он ни с кем не общался. Пару раз Ванцзи видел его рядом с двумя учениками, с его же класса и понял что связывает их отнюдь не дружеские отношения. Невооруженным глазом он замечал его трясущиеся руки и накаленную атмосферу вокруг них. А когда он приглашал их по одному в свой кабинет и расспрашивал, все отмахивались. Однажды завуч сказал ему: – Учитель Лань, не стоит ввязываться в это. Один из них сын мэра города, если вы не знали. Он впрочем, ведет себя намного лучше. Они же не срывают уроки, правда? Если прилежно учатся… –Но речь же об издевательствах! – не выдержал он. – Как давно вы знаете и закрываете глаза? – Но учитель… Это дело прошлого. Мо Сюаньюй ведь не жалуется? Все не настолько плохо, поверьте. Мы стараемся заботиться об учениках. Но если они не жалуются, мы не в праве лезть в их дело. Лань Ванцзи понял что вряд ли достучится до директора. К сожалению, в его руках не было никаких доказательств, не заявиться же ему со словами «а мне показалось, что он смотрел на него не так». Позже до него дошли слухи. Однажды он вызвал к себе в кабинет старосту класса и как бы между делом расспросил про издевательства в классе. Она была в ступоре, однако тогда в кабинете никого не было и от нее он узнал что отношения между сыном мэра и Мо Сюаньюем не всегда были плохие, а даже были приятельские. По крайней мере, старосте так казалось. Он так же узнал что Мо Сюаньюй гей. Эти слухи поползли как раз тогда, когда отношения между двумя юношами стали враждебными, дело даже дошло до скандала с дракой. Так как никто не опроверг эти слова, с тех пор на него обрушили клеймо обрезанного рукава. Ванцзи заключил что скорее всего это и есть причина буллинга. Потом Лань Ванцзи начал поймать себя заглядывающим в него, изучающим язык его тела в попытках уловить какие-то знаки, мольбу о помощи. Но замечал совсем не то что хотел. Совсем не то. Он пытался выгнать эти мысли, пялясь ночами в потолок. «Нет, ты все выдумал. Он совсем на него не похож» повторял он про себя снова и снова . Но сложно было этого не замечать. Внешности могут быть похожи, но некоторые жесты совпадали точь-в-точь. Взгляд, трепетный и внимательный, улыбка обнажавшие кроличье зубы. Привычка кусать нижнюю губу, щекотать затылок когда неловко, нежно улыбаться подперев рукой щеку – все эти привычки встречались во многих, но когда собирались в одном человеке он не мог не вспоминать о нем. Кошмары вернулись. Чаще всего это были воспоминания. Мирные школьные времена, когда ни один из них не имел понятия куда судьба их приведет. Потом они поступили в один университет, хоть и этого не планировали. Однако, ничего удивительного в этом не было, Ванцзи не сомневался в том что Вэй Усянь сможет поступить в один из лучших университетов в стране. Даже если их классы не совпадали, тот убедился в том что они не потеряют связь: приглашал пообедать, подготовиться к экзаменам вместе или просто провести время над открытым небом. Лань Чжань был безумно рад, хоть и не показывал этого, потому что сам не смог бы пригласить его куда-нибудь. Казалось, где бы они ни были, их всегда тянуло друг к другу. Вэй Ин пристрастился к ночевкам в его доме. Сам он жил в общежитии, но любил до ночи тусоваться с друзьями и не хотя каждый раз угадывать настроение охранника, предпочел ночевать у Лань Чжаня который всегда принимал чуть ли не с распростертыми объятиями который бы час не стоял. Почти всегда он приходил пьяный. В таком состоянии он особенно лез ласкаться, обнимать, целовать в щеку, принюхиваться и сказать: «Ты так приятно пахнешь». Тот очень смущался хотя физическая близость давно вошла в его привычки. Лань Чжань был очень рад что в такие моменты с ним был именно он, а не его другие лучшие друзья. Даже когда они практически жили вместе, он тщательно скрывал свои чувства. Даже когда он находился почти всегда рядом, такой домашний, доверчивый и близкий. Ванцзи боялся разрушить крепкие, дружеские отношения своими никому не нужными чувствами, испугать Усяня, ведь тот был так горд их дружбой. Иногда он полнился надеждой: а вдруг его чувства не совсем не ненужные? Но боязнь брал вверх, тогда молодой Лань Чжань не знал что будет всю жизнь жалеть об этом. Всегда в его снах он был куда решительнее, повторял раз за разом: «Вэй Ин, вернись… я люблю тебя, всегда любил». Иногда тот отстранялся, говоря: «Как ты можешь? Я тебе так доверял а ты… имел потайные желания ко мне? Ты так жалок и противен». А иногда он признавался в ответ, рассказывал как любит его так же как и он, обнимал и целовал его в губы. Но больше всего ранило когда он после долгого молчания лишь отвечал… Поздно, Лань Чжань. Перед его глазами из всех возможных мест тела Вэй Ина струилась кровь, а потом сам он превращался в прах. Не важно, насколько громко он кричал, попытался остановить кровь, удержать его тело. Все было поздно. Бессонные ночи участились. Был один из таких ночей и он прогуливался по главной улице, людей было не так много но все равно было достаточно оживленно. Лань Ванцзи не заметил как побрел в незнакомую часть города в своих думах. Внимательно оглядевшись по сторонам он увидел лишь невысокие дома и общежития. Неподалеку тускнел свет, и он собрался открыть телефон и заказать такси как услышал шум в переулке. В нескольких метрах от него парни подростки шумно убежали в противоположную сторону. Они не обратили на него внимание, их было три-четыре человек и он смог только уловить как они крикнули «он же умер да?». В ответ кто-то сказал «почему до тебя есть дело?», и голос показался знакомым. Но парни убежали далеко а Лань Чжань все стоял смотря им вслед. Он тут же помчался туда откуда они появились, чуя что-то неладное. В конце переулка он обнаружил тело, к счастью дышащее. Лицо было изуродовано синяками и кровью, а одежда была весь в грязи. Лань Чжань похлопал по его лицу и тот медленно открыл глаза. В тусклом свете он не узнал его сразу в таком виде, однако по глазам узнал – Мо Сюаньюй. – Лань Чжань? Голос, произносивший это принадлежал Мо Сюаньюю. Но все равно все его тело, каждая клетка его организма вместе с дыханием и сердцебиением замерло. Имя, его собственное, эхом отразилось в голове. Ему вдруг захотелось бросить тело юноши и убежать куда-то, где его никто не нашел бы. Но он быстро собрался. Имя. Это всего лишь его имя. – Где ты живешь? – собственный голос казался чужим. – Нет. – слабо произнес тот. – Только не домой. Увидят меня… забьют точно до смерти. Едва окончив, тот упал в беспамятство. Долго не думая, Лань Чжань поднял его на руки и заказал такси домой.

***

Мо Сюаньюй еле держал глаза открытыми. Но не давал себе долго их закрывать, ведь его учитель, Лань лаоши, прямо сейчас в своем доме обрабатывал его раны. Если бы любое движение не вызывало боли, его лицо светилось бы от улыбки. Лань Чжаню пришлось снять его верхние одежды и тщательно скрываемые синяки, новые и старые, открылись его взору. После того тот отказался идти домой, он подозревал что и дома тот не в безопасности. Он приметил про себя нанести визит его опекунам. Не было сказано ни слова, никаких вопросов, никакой паники или объяснений. Помазав на раны мазь и перебинтовав их, Ванцзи встал и разрушил тишину: –Можешь остаться тут, диван свободен. Поговорим завтра. Тот лишь слабо кивнул. Ванцзи быстро справился с обработками ран, потому что против своей воли приходилось часто этим заниматься. Последние шесть месяцев своей жизни, Вэй Ин все чаще приходил в порог его дома с новыми ранами на теле. Лань Чжань с тяжелым сердцем заботился о нем, а потом спрашивал снова и снова в попытках узнать побольше информации: – Скажи, это ведь Вэни? Что от тебя им нужно? –Лань Чжань, я же сказал: не стоит беспокоиться. Все под контролем. Доверяешь мне? Лань Чжань же чуть не плакал. Как не беспокоиться? Эти Вэни не были просты, как Вэй Ин собирался все решить сам? Но Вэй Ин не просил людей о помощи. Вместо этого, он реже появлялся на занятиях, мог не брать трубку несколько дней и перестал ночевать в его доме. «Спасибо что заботишься обо мне» говорил он каждый раз, а от его «спасибо» Лань Чжань шугался как от огня. Раньше Вэй Ин испустил бы шутку по типу: «Лань Чжань, я же не твоя девушка какая-нибудь», а потом приходил бы на помощь первым, даже если его никогда не просили. Он сердцем чувствовал что после каждого «спасибо» или «прости» он строил стену между ними, все отдаляясь и отдаляясь. Потом до него дошло, что один из Вэнских отпрысков, Вэнь Чао оказался в тюрьме. От Вэй Ина докопаться до правды не удалось. Но было понятно, что без его вмешательства не обошлось. Беспокойство Лань Чжаня все тяжелело, а Вэй Ин дальше отдалялся от него. После его смерти, Лань Чжань хотел возбудить уголовное дело против Вэней. Он был уверен что произошедшее не могло быть совпадением и так удачно сыграть им на руку. Тогда, находившего на грани истерики Лань Ванцзи, образумил его брат, говоря что они не могли подстроить авиакатастрофу ради мести одному человеку. Ванцзи ошарашено смотрел тогда на брата, думая что тот предал его. Однако, придя в себя понял что действовал безумно от горя и вправду не добился бы успеха от этого дела. Он умер потому что ему не повезло? Умер потому что заслужил? Умер потому что оказался не в то время, не в том месте? Умер просто потому? Умер потому что так было предопределено судьбой? Лань Чжань долго поерзал на кровати, с усилием стараясь перенять дрожь, выгоняя мысли. Он не хотел думать. Было бы хорошо просто отключить мозг, заставить голос замолкнуть. Он не хотел думать о том, откуда тот знает его имя, почему произнес его. В конце концов, ему пришлось принять снотворное. Его тело настолько привыкло, что даже с их помощью тот засыпал не надолго.

***

Он проснулся ощущая на лице утреннее тепло от света проникшего через окно. Оглядываясь по сторонам, он чуть не задрожал, заметив что не один. Ученик сидел на стуле рядом с кроватью, обнимая колени и приложив голову сверху. – Что ты делаешь? Почему меня не разбудил? – Ой… Извините, но вы так крепко спали. Мне уже хорошо, но я не хотел уйти не поблагодарив вас. – Ты наверное голоден. Подожди меня на кухне, там поговорим. Ванцзи быстро умылся, приготовил завтрак с яичницей и кофе. Тот сидел смирно и ждал как было велено. «Вэй Ин бы прошарил все уголки дома и попытался бы сам приготовить что-нибудь» невольно подумал он, а потом быстро прогнал эту мысль прочь. За завтраком тот сказал: –Учитель, так у вас все-таки нет жены… или мужа? Юноша словил строгий взгляд и его засосало под ложечкой. Он поднял одну ногу на стул. –Сядь как следует. Юноша лишь цокнул языком и ногу не убрал. – Кто они? – начал расспрашивать Ванцзи. – О ком вы? – он строил такое же недоумевающее лицо, как тогда же в его кабинете. – Будешь дальше молчать, это не прекратится. – О чем вы? Я упал. Лань Чжань испустил выдох. – Вы не ответили на мой вопрос. – Как видишь. Юноша заулыбался и убрал ногу со стула. – Я так и знал. Вы такой молодой… и красивый. Сколько вам лет? Я бы не дал больше тридцати. А может быть и дал… Губы его изогнулись в нехорошей улыбке. –Я не обязан давать личную информацию ученикам. Лучше скажи, почему позвал меня по имени? –Случайно услышал. Оно такое красивое и мне захотелось так вас называть… Простите, не понравилось? –Больше не называй меня так. Никогда. Он встал, показывая этим что разговор окончен, однако чужие руки поймали его запястье. –Вы не доели. Лань Ванцзи лишь окинул того пристальным взглядом и ученик выдержал, лишь хлопая глазами. А потом он почувствовал нежное касание чужих пальцев к своим и резко выдернул руку. – Вэй И… – он запнулся. – Мо Сюаньюй… – голос предательски вздрогнул. – Чего? - того ничего не смущало. – Лаоши, слышали слухи обо мне? Так вот это не просто слухи... Только говорят что я сплю со взрослыми дядьками, это уже лишь слухи. Но я совсем не против с ва… – Ты! – Лань Чжань не дал тому закончить. – Что за бред ты несешь? Забыл кто я? Сейчас же уходи к себе домой. – Учитель, почему не называете меня по имени? – тот, казалось совсем его слушал. – Вам не нравится мое имя? Какое имя тогда вам нравится? Вэй Ин? Лань Чжань резко обернулся в наглое лицо, только что произнесшего эти слова. Взгляд потяжелел, становившись холоднее льда. Лицо сидящего приняло испуганное выражение, поняв, наконец, что вышел за рамки дозволенного. –Вы говорили во сне… –Убирайся сейчас же. – голос не был громким, но достаточно убедительным. Мо Сюаньюй дрогнул всем телом, но встать и убежать прочь из кухни смог.

***

Это было довольно эгоистично, но Лань Чжань не хотел больше ни ввязываться в дела Мо Сюаньюя, ни видеть его. Однако, как не хоти, он был ответственен за каждого ученика и все-таки обязан был нанести визит к нему домой. После проверки тетрадей, он взял с полки папку с его данными и его опекунов, адрес и … Дрожь прокатилась по всему телу, пробираясь до самых костей. Его внимание обратилось в день рождение. Месяц, и день, и год тот же. Дата, ставшая черной в его календаре последние 20 лет, словно тень; прямо сейчас высветилась перед его глазами будто издевка, будто дьявол таким образом карал его за грехи и смеялась над ним. Ноги подкосили. Как это возможно? А может это он сходит с ума и придумал все, и сейчас он не в здании школы, а лежит в усмирительной комнате какой-нибудь психушки? Может это часть его очередного кошмара? Голова с треском разболелась и он упал, опираясь на стол. Тетради, лежавшие в идеальной стопке оказались разбросаны по полу. Неизвестно, сколько минут ему понадобилось чтобы взять себя в руки и встать. Он тут же принялся собирать тетради, и в руки ему попалась фотка, вероятно упавшая с чьей-то тетради. Прежде чем он успел опомниться, он развернул ее. На него смотрел юноша, махая рукой в камеру, с лучезарной улыбкой на лице. Конечно же, он сразу узнал его. Фото, сделанное в его день рождении. Вэй Ин. Мо Сюаньюй. В это время у них шла физическая культура. Когда классный руководитель спросил где его ученик находится, физрук указал в раздевалку, замечая нотки злости в тоне учителя и догадываясь, что тот что-то натворил. Когда дверь распахнулась без стука и сразу с грохотом закрылась, бедный ученик испугался и увидев вошедшего, испугался еще больше. Лань Ванцзи схватил того за грудку его толстовки, заставив подняться. – Кто ты такой? – Л-лань Чж… Учитель? О чем вы? – Тебя кто-то послал? Зачем ты это делаешь? Что ты обо мне знаешь? Отвечай. – Я не понимаю… Лань Ванцзи поднял фото перед его лицом. Глаза того распахнулись: – Я ничего не знаю, честно… – Врешь! – Ладно, ладно! – долго выпрашивать правду не пришлось. – Я просто… подумал что фото красивое и… простите, пожалуйста. Я не знал что оно… он вам так дорог. Ванцзи высвободил руку. – Это он? – осторожно спросил тот. – Вэй Ин? Вы любили его, правда? Ванцзи не ответил. – Вы все еще любите… Ну и где он сейчас? Бросил вас? –Замолкни сейчас же. МоСюаньюй вдруг расхохотался. Ванцзи же смотрел на него, не понимая что на него нашло. Приступ хохота не длился долго, Сюаньюй со всхлипом умолк. – Мне не смешно совсем. Не знаю что происходит. Я не знаю что происходит со мной, учитель. Помогите. Последние слова он высказал смотря прямо ему в глаза и хватая плечи: – Только вы сможете мне помочь. И только я смогу вам помочь. Я же вижу все! Вижу как вы на меня смотрите! А человек на фото… Разве я на него не похож? Чем я хуже него? Ванцзи был шокирован его словами. Как он на него смотрел? Не более чем с желанием помочь! – Не говори ни слова больше. Ты не знаешь что несешь. – Нет! Не замолкну! Не отвергайте меня! Почему? Я же все видел… – Сюаньюй, что он тебе сделал? Скажешь наконец? – Речь не о нем, а о вас! Я… Я люблю вас, Лань Ванцзи! Не отвергайте меня! – Я твой учитель, не более. – Учитель Лань! – вдруг он упал на свои колени, обхватил ноги Ванцзи руками и разрыдался. – Пожалуйста… – Тише, тише…– как ребенка успокаивал его Ванцзи, опустив одно колено в пол после того как распутал его пальцы и убрал его руки от своих ног. – Мо Сюаньюй. То что ты испытываешь ко мне… неправильно. Тело перед ним издал только всхлип. – Я не могу дать тебе любовь, которую ты желаешь. Но… однажды ты встретишь человека которого ты искренне полюбишь и который будет любить тебя в ответ. Лань Чжань еле держался чтобы самому не испустить слезу. Скажи кто-нибудь эти слова ему сейчас, послал бы куда подальше. Однако, то что Мо Сюаньюй спутал с любовью было лишь его недостатком. Мо Сюаньюй на это ничего не ответил. – Пойдем, встань. Я отпускаю тебя домой. – Нет! Не хочу я домой. – он поднял голову. Все его тело дрожало. Ванцзи стало жаль этого юношу. Родные родители были давно мертвы, а дядя и тетя, видимо не очень его любили. В итоге он отнес его в медпункт. Сюаньюй уже успокоился, а Ванцзи расспросил о его ранах медсестру и ушел когда убедился что все заживает и в относительном порядке.

***

Лань Чжань принял решение уйти из этого города . Убежать, так же как убежал из родного города. Убежать сразу, когда понимает что что-то будет напоминать о нем. Поначалу он хотел остаться и убедиться что все с ним будет в порядке. Потом все же решил что не может. Даже если в этом молодом теле дышала душа его любви, этот человек остается Мо Сюаньюем, а не Вэй Ином. Даже если он понимает что перед ним Мо Сюаньюй, думать он будет о Вэй Ине. Он переехал сюда, надеясь оставить прошлое в прошлом. Но прошлое не спешило отпускать его. Может он прожил последние 20 лет, чтобы найти его душу? А может и правда их всегда тянуло друг к другу.