Взгляд сквозь маску

      Тусклый свет от настольной лампы мягко падал на стол, создавая уютный островок среди мрака старой библиотеки. Лэйн, сидя на краю деревянного стола, аккуратно смачивала тряпку в воде. Красные разводы мгновенно расползались по поверхности, превращая прозрачную воду в багряный оттенок. Её движения были спокойны, но в этом спокойствии читалось странное напряжение, от которого ей самой становилось не по себе.       Каин сидел напротив, неподвижно, с опущенным взглядом. Его белоснежные крылья были слегка приподняты, перья дрожали при каждом касании влажной тряпки к его коже. Он чувствовал, как напряжение нарастает в нём с каждым прикосновением, но не уходил, хотя прекрасно понимал, что мог бы просто оттолкнуть её руку и оставить эту сцену позади. Однако почему-то он не сделал этого.       — Ты можешь уйти, если это так раздражает, — тихо сказала Лэйн, не поднимая на него взгляда. Её голос был ровным, почти холодным, но Каин уловил в нём лёгкую дрожь. Он не ответил, только слегка повёл плечом, от чего влажная тряпка соскользнула на пол.       Она вздохнула, подняла тряпку и снова окунула её в воду. Её движения выглядели механическими, но сама Лэйн знала, что это не так. Какое-то странное, доселе неведомое чувство засело глубоко внутри. Забота? Волнение? Нет, она отказалась от этой мысли сразу, отодвинув её куда-то вглубь сознания.       — Если бы я хотел уйти, я бы это сделал, — наконец ответил он. Его голос был ровным, как лёд, но в нём чувствовалась скрытая острота, почти как укор.       Лэйн подняла на него взгляд. Карие глаза встретились с его холодными голубыми, и на мгновение в комнате стало слишком тихо. Она снова опустила взгляд, избегая того, что было на поверхности его глаз. Её пальцы продолжали вытирать кровь с его руки, теперь чуть более осторожно.       — Тогда зачем ты сидишь? — она вложила в слова больше отстранённости, чем чувствовала. Не оборачиваясь, она надеялась, что её голос звучит достаточно равнодушно.       Каин нахмурился, не в силах ответить. Он сам задавал себе этот вопрос. Зачем он здесь? Зачем позволил ей сидеть так близко, прикасаться к нему, чувствовать тепло её пальцев через тряпку? Её забота выбивала из него привычный ритм.       — Ты слишком настойчива, — наконец бросил он, поднимая взгляд на её лицо. — Это странно для тебя.       Её рука замерла, на мгновение остановившись на его запястье. Она почувствовала, как кровь приливает к лицу, но быстро проглотила это ощущение. Она должна была ответить что-то резкое, чтобы всё вернуть на место, но вместо этого слова застряли в горле.       — Это просто работа, — выдавила она, но звучало это неубедительно даже для неё самой.       Каин усмехнулся, но в усмешке не было тепла. Он чувствовал её напряжение, её попытки закрыться за привычной стеной. Эта холодность обжигала, но он ничего не мог с этим поделать. Каждый раз, когда влажная тряпка касалась его кожи, его крылья едва заметно вздрагивали, выдавая его. И это бесило.       — Тогда заканчивай быстрее, — сказал он тихо, голос резанул по воздуху, но взгляд оставался прикованным к её лицу.       Лэйн снова подняла глаза. На этот раз её холодная маска была почти идеальной. Почти. Она почувствовала, как внутри что-то сжалось от его слов, но привычка защищаться от боли была сильнее.       — Сиди тихо, если не хочешь остаться грязным, — бросила она, вернувшись к своему занятию, стараясь звучать отстранённо.       Каин молчал, но не мог оторвать взгляд от её лица. Что-то внутри него шевелилось, что-то, что он не мог объяснить. Он должен был просто уйти, оставить её с этим странным напряжением. Но он не двигался.       Лэйн выжала тряпку, и капли воды упали на деревянный стол, образуя темные пятна на потрескавшейся поверхности. Её движения были размеренными, но руки едва заметно дрожали. Она не знала, что её больше беспокоило: его раны или её собственные мысли. Мысли, которые она изо всех сил старалась отогнать.       Каин продолжал молчать, но его присутствие ощущалось слишком остро, будто само пространство вокруг них стало теснее. Его крылья оставались слегка расправленными, неестественно неподвижными. Лэйн снова провела тряпкой по его руке, стирая последние следы грязи, и почувствовала, как напряжение в его теле передалось её пальцам.       — Ты всегда такая? — внезапно произнёс он, голос хриплый, с лёгким оттенком раздражения.       Лэйн подняла взгляд, не ожидая услышать этот вопрос.       — Какая? — холодно отозвалась она, хотя внутри всё затрепетало от его пристального взгляда.       — Закрытая, словно замок, — сказал он, чуть наклонив голову. Его голубые глаза блеснули в свете лампы, и Лэйн почувствовала, как её дыхание слегка сбилось. — Но при этом почему-то помогаешь. Это… странно.       Она отвернулась, сосредоточившись на тряпке, хотя казалось, что кожа на его руке горит у неё под пальцами.       — Я просто не люблю, когда кровь пачкает всё вокруг, — ответила она слишком быстро, стараясь звучать безразлично. Но голос дрогнул, выдав неуверенность, которую она так старательно скрывала.       Каин усмехнулся. Это была короткая, почти бесшумная усмешка, лишённая злости, но полная скрытого смысла.       — Ложь не в твоём стиле, Лэйн.       Она замерла. Её пальцы сжали тряпку чуть сильнее, чем нужно, и вода потекла по её руке. Слова Каина пронзили её, будто он видел её насквозь. Она подняла на него взгляд, в котором мелькнуло что-то похожее на вызов.       — А ты, значит, эксперт? — бросила она с напускной резкостью.       Каин наклонился чуть ближе, опираясь локтями на стол. Его крылья чуть подались назад, словно закрывая их от внешнего мира. Лэйн почувствовала, как тепло от его тела стало ощутимым, почти обволакивающим.       — Нет, но я знаю, когда человек пытается убежать от того, что чувствует, — сказал он тихо, но его слова прозвучали слишком близко, слишком лично.       Её сердце заколотилось. Она отвернулась, снова опустив взгляд на его руку, хотя там уже почти не было крови.       — Ты ничего не знаешь обо мне, — выдохнула она.       Каин молчал, но Лэйн ощутила, как его крылья снова вздрогнули, едва заметно. Тишина заполнила пространство между ними, густая и давящая. Её слова звучали как защита, но в них была скрыта трещина, которую она не могла игнорировать.       — Возможно, — наконец произнёс он, голос стал тише, почти шёпотом. — Но ты тоже не знаешь, почему не хочешь остановиться.       Её руки замерли. Лэйн сжала тряпку так сильно, что костяшки побелели. Она не ответила. Просто продолжала делать вид, что занята, хотя её мысли были слишком громкими. Он прав. Но признать это означало бы разрушить ту стену, за которой она пряталась.       Каин наклонился ещё ближе, его голос был едва слышным:       — Лэйн, если ты так боишься своих чувств… зачем ты всё ещё здесь?       Её глаза метнулись к его лицу, и в них промелькнула смесь гнева и растерянности. Она не нашла, что сказать. Вопрос повис в воздухе, как незримая нить между ними, и каждый из них боялся сделать следующий шаг.       Лэйн глубоко вдохнула, заставляя себя взять под контроль эмоции, которые так внезапно вспыхнули. Она опустила взгляд на тряпку в своих руках, словно именно она могла дать ей ответы. Слова Каина пронзили её, как стрела, и она почувствовала, как внутри всё сжимается. Почему она не ушла? Почему её руки до сих пор стирают кровь с его ран? Она не знала.       — Потому что у тебя слишком много крови, — наконец ответила она резко, чтобы скрыть собственную растерянность.       Каин посмотрел на неё внимательно, пытаясь прочитать за её словами что-то большее, но Лэйн уже закрылась, натянув на лицо привычную маску. Однако её пальцы всё ещё осторожно касались его кожи. Это противоречие злило его, но больше злило то, что он сам не мог отвести взгляд.       — Если бы дело было только в этом, ты бы закончила уже минут десять назад, — произнёс он, откидываясь на спинку стула. Его голос был тихим, почти ленивым, но в нём читался вызов.       Она остановилась, чувствуя, как в груди поднимается волна гнева. Не на него — на себя. Лэйн бросила тряпку в воду с таким усилием, что капли разлетелись по столу.       — Ты думаешь, мне это доставляет удовольствие? — спросила она, пристально глядя на него. Её голос был низким, почти шепотом, но в нём звучала странная смесь боли и раздражения.       Каин не отвел взгляда. Наоборот, он наклонился чуть вперёд, его лицо стало ближе. В мягком свете лампы белоснежные пряди его волос казались почти серебряными.       — Не знаю. А доставляет? — спросил он, голос был обжигающе спокойным.       Лэйн почувствовала, как что-то внутри треснуло. Она ненавидела, как он умел ставить её в тупик, выбивать из привычной холодности. Она всегда гордилась своей способностью держать эмоции под контролем, но сейчас этот контроль таял, как лёд под весенним солнцем.       — Ты неисправим, — бросила она, отвернувшись. Но вместо того, чтобы уйти, она снова взяла тряпку и окунула её в воду.       Каин молчал. Он видел её борьбу — то, как она пыталась подавить в себе что-то, что он тоже не мог объяснить. Её отстранённость, её холодность ранили его, но он знал, что это её щит. И всё же каждое её движение, каждое осторожное прикосновение говорили о чём-то другом. О том, чего она сама, возможно, боялась больше всего.       — Почему ты так боишься себя? — спросил он вдруг.       Её рука остановилась, замерев на полпути к его ране. Этот вопрос прозвучал так тихо, что Лэйн на мгновение подумала, что ослышалась. Она медленно подняла на него глаза. В них снова вспыхнул гнев, но за ним скрывалось нечто большее — растерянность, уязвимость.       — Я не боюсь, — ответила она, но голос прозвучал неубедительно.       Каин наклонил голову, внимательно глядя на неё. Его голубые глаза, обычно холодные и отстранённые, теперь казались теплее, мягче. Он знал, что её слова — ложь.       — Тогда докажи, — произнёс он просто.       Лэйн сжала губы, чувствуя, как её сердце забилось сильнее. Она отвернулась, чтобы скрыть этот внезапный всплеск. Её пальцы дрожали, но она заставила себя продолжить. Она вытерла последние следы крови с его руки и опустила тряпку в воду, как будто это был её способ сбежать от разговора.       — Готово, — сказала она холодно. Её голос снова стал привычно ровным, но она знала, что он почувствовал трещины в её маске.       Каин поднялся, расправляя крылья, которые мягко колыхнулись в тишине библиотеки. Он смотрел на неё сверху вниз, и на его лице появилась та же отстранённость, что всегда выводила её из себя.       — Ты знаешь, что у нас, бессмертных, быстрая регенерация? — сказал он, и в его голосе прозвучала странная смесь упрёка и лёгкой насмешки. — Через час на мне не останется и следа.       Лэйн замерла, всё ещё держа тряпку в руках. Его слова отозвались неприятным холодом в груди, но она быстро смахнула это чувство.       — Тогда зачем ты сидел и позволял мне это делать? — бросила она, не поворачиваясь. Её голос звучал холодно, почти колючий, но где-то глубоко внутри проскользнуло сожаление, которое она поспешила подавить.       Каин не ответил сразу. Он молча смотрел на неё, словно пытаясь найти ответ, которого, возможно, не знал сам. Его глаза сузились, а тонкая линия рта слегка дрогнула.       — Сам не знаю, — наконец произнёс он тихо. Его крылья чуть вздрогнули, словно выражая больше, чем он сам готов был сказать.              Лэйн напряглась, но всё же заставила себя медленно повернуться. Она встретила его взгляд, в котором мелькнуло что-то, чего она не смогла прочитать. Её пальцы невольно сжались на краю стола, а сердце вдруг заколотилось сильнее.       — Тогда уходи, — сказала она едва слышно. Эти два слова дались ей с трудом, но она вложила в них всё своё желание сохранить дистанцию.       Каин не двинулся. Его взгляд скользнул по её лицу, задержался на её дрожащих пальцах, но он ничего не сказал. Вместо этого он просто развернулся и направился к выходу. Шаги ангела стихли за дверью, оставив её наедине с пустотой и странным ощущением, будто она только что оттолкнула что-то важное.       Только тогда Лэйн позволила себе закрыть глаза и глубоко вздохнуть. Её руки всё ещё дрожали, а внутри продолжало нарастать странное чувство — смесь облегчения и тоски.       Лэйн осталась сидеть за столом, опустив взгляд на тряпку, которая всё ещё лежала в миске с мутной красноватой водой. Её пальцы невольно сжались на краю миски, и внутри всё сжалось от странного чувства, которое она никак не могла определить. Зачем она это делала? Почему её вдруг так задел его уход?       Она выпрямилась, взяла тряпку и выжала её с механической аккуратностью, стараясь переключить внимание на простое действие. Но даже это не помогло — перед глазами снова встал его взгляд, в котором на мгновение мелькнула мягкость, прежде чем он вернул себе привычную маску равнодушия.       Лэйн тряхнула головой, словно пытаясь вытряхнуть эти мысли, но они лишь сильнее застревали в голове. Она не понимала, что её тревожит больше: то, как он смотрел на неё, или то, как внутри всё сжалось от его слов.       Её взгляд невольно упал на следы, которые он оставил — несколько капель крови на столе, едва заметные, но всё же слишком яркие на фоне потемневшего дерева. Лэйн вздохнула и взяла чистую тряпку, чтобы стереть их, но, сделав пару движений, вдруг замерла.       Почему я так беспокоюсь о нём?— пронеслось у неё в голове, и этот вопрос больно кольнул. Она всегда была рациональной, всегда следовала логике, но рядом с Каином все её принципы словно переставали работать. Его холодность, его сарказм — всё это должно было отталкивать, а не заставлять её оставаться. Но вместо этого она… заботилась.       Она бросила тряпку на стол и закрыла лицо руками. В груди разлилось чувство усталости и бессилия. Почему-то это простое прикосновение к его ранам казалось ей более значимым, чем должно быть.       Тем временем в коридоре Каин остановился, не доходя до конца. Его шаги замерли, и он ненадолго прижался спиной к стене, закрыв глаза. Ему казалось, что воздух вокруг него стал плотнее, а собственные мысли слишком громкими.       Почему он не ушёл сразу, как только она начала заниматься его ранами? Почему позволил себе сидеть там, наблюдать за её сосредоточенными движениями? Почему вообще пришел к ней? Он всегда был независимым, привык полагаться только на себя, но рядом с ней...       Каин стиснул кулаки, чувствуя раздражение, которое смешивалось с чем-то совсем не знакомым, от чего внутри всё сжималось. Её прикосновения, её мягкий, хоть и холодный голос, её желание помочь, которое она так старательно прятала за маской... Это выводило его из равновесия.       — Чёрт... — тихо прошептал он себе под нос, расправляя плечи.       Он знал, что должен просто забыть об этом моменте, но вместо этого продолжал стоять в пустом коридоре, слушая, как где-то в глубине библиотеки раздаётся тихий звук — будто Лэйн всё ещё что-то делала за тем самым столом.       Каин бросил взгляд назад, в сторону двери, за которой она осталась, но вместо того, чтобы вернуться, он шагнул вперёд.