.
10 января 2025 г., 22:09
За все время, которое он работал в этом месте, треугольник впервые видит ведущего таким взволнованным. Второй, один из немногих, кому более или менее доверял главный и подпускал к себе. Он видел его лицо, и в принципе почти всегда был рядом с фронтменом.
Солдат морщится от резкого запаха, который прям въелся в его маску. Даже через ткань треугольник чувствовал дорогущий парфюм ведущего. Он покорно стоял, ожидая команды, даже в мыслях не имея представления, куда так собирается командир.
Когда прибывали VIP-гости, ведущий не парился, как он выглядел и уж тем более чем от него пахнет. Треугольник подумывал, что, наверное, к ним приедет особенный гость, раз ведущий так взволнован.
Человек в чёрном костюме раз десять причесал свои волосы, фиксируя их специальным лаком, чтобы не дай бог, никакая волосинка не испортила его образ. Еще раз брызнув на себя парфюм, мужчина наконец аккуратно надел маску и еще долго стоял перед зеркалом, поправляя ее, чтобы та была идеальна. На самом деле, это выглядело даже немного забавно.
Треугольник хотел бы спросить, что их ждёт, но лишаться работы за год до возможного повышения, желания у него не было. Когда главный наконец собрался, он велел треугольнику с квадратом проводить его до идеально вымытого лимузина.
Парень в красном костюме идёт сзади всех, готовый, в какой-то непредвиденной ситуации, убрать помеху. Он крепко держит автомат, прижимая к себе. Треугольник задумывается, что, наверное, всё-таки, их ждет какой-то важный гость, и ему бы самому не мешало привести себя в порядок.
Господин уехал с квадратом, оставив солдата без поручения. Он мнётся, не зная, куда ему идти. Нужно ли ждать господина здесь? Или лучше пойти готовиться к предстоящим играм? Солдат видит другого квадрата, который наверняка знает, что ему делать.
Второй вежливо кланяется, отдавая дань уважения выше стоящему товарищу.
– Разрешаю тебе говорить, – искажённым голосом говорит человек в красном, задумчиво глядя на солдата; обычно тому все поручает лично ведущий, потому что тот является одним из любимых стрелков.
– Господин, – покорным голосом говорит треугольник. – Поручите мне что-нибудь, пока нет господина-ведущего.
Выше стоящий по званию в недоумении смотрит на сотрудника. Обычно работу он подкидывает кружкам, которые выполняют различную работу. У треугольников же, две задачи – охранять и убивать.
– Если ведущий тебе ничего не поручил, можешь идти отдыхать, пока есть время.
– Господин, – даже с искажением голоса в маске, треугольник звучит довольно жалобно. – Вы не знаете, кто к нам сегодня приедет? Просто господин-ведущий так тщательно собирался на какую-то встречу, что мне показалось, что придет кто-то очень важный.
Квадрат в недоумении покосился на солдата, вспоминая, что сегодня ведущий собрал всех квадратов, сообщая, что к нам возвращается победитель прошлых игр. Главный говорил о 456 с каким-то странным тоном, но работник не сильно вникал в это, считая, что его это не касается.
Сам 456 ему совсем не нравился. Просто странный дядька, который попал сюда из-за крупных долгов, выиграл, и решил вернуться. Ну не сумасшедший же ведь, а? Человек, который единственный верил в людей до последнего момента, пока его не предал какой-то там знакомый. Была б воля квадрата, он бы с миллиардами никогда бы не возвратился в это ужасное место.
Второй кажется ему каким-то жалким и мужчина совсем не понимает, как тот стал любимчиком у ведущего. Может, того тянет на жалких ребят?
– По-моему, он поехал за прошлым победителем игр, – спокойно говорит квадрат. – Но вас, я так думаю, это не касается, так что идите, пока есть возможность.
Треугольник вежливо кланяется, решая, что мини-отдых ему и вправду не помешает. Он направляется в свою комнату, все думая о том, чем же ведущего зацепил 456, раз тот лично поехал за ним, ещё и парясь о том, как он выглядит. Еще в его первой игре можно было понять, что главный по камерам смотрил лишь на него – солдат знает, о чем думает, ведь почти все время он был рядом с ведущим.
Парень думает, что ему бы не помешал отдых или повышение – сколько же ему можно работать простым стрелком? Хочется чего-нибудь более крутого. Он всегда хотел быть главным, отдавать приказы, но увы, в жизни все складывается не всегда так, как бы ему хотелось.
Юношу плечом задевает другой треугольник, вынуждая остановиться и вырваться из своих мыслей. Он осматривает солдата, пытаясь понять, какой у него номер – тот был явно молодым новичком, потому что его выдавала уж слишком гордая походка, как будто-то тот главарь банды.
– Поаккуратнее, – серьёзно говорит второй, надеясь, что его воспримут всерьёз. Он прекрасно знает об отношении к себе некоторого персонала и ему остаётся лишь надеяться, что хоть новички зауважают его.
– Опа, – шутливым тоном говорит товарищ. Парень уверен: если бы у того не было бы маски, можно было бы четко рассмотреть, что тот нахально улыбается. – Ты же второй, верно?
Треугольнику не нравится такой тон. Он морщится, хоть через маску это и не заметно, и пытается сдержаться от колкого замечания в сторону юного глупца.
– Во-первых, сбавьте тон. Во-вторых, без разрешения и надобности простым солдатам запрещается даже переговариваться между собой, – словно читая лекцию, говорит второй.
Он уверен, что долго этот дурачок тут не протянет. Обычно выживают умные и хитрые, которые знают, в какой момент нужно заткнуться. Главный нетерпит неподчинение, особенно со стороны обычных рабочих.
– Ой, да бросьте. Кроме вас, господин второй, пока главного нет, никто не следует этим дурацким правилам, – ехидно говорит треугольник, пытаясь вывести старшего солдата на спор.
Второй решает не тратить силы на какого-то дурачка, который пытается его чем-то задеть. Он молча продолжает идти дальше в свою комнату.
Единственное, чего сейчас желает солдат – так это хорошенько выспаться, не о чем не беспокоясь – ведь когда прибудут игроки, настанет самая настоящая головная боль.
– А правда, что вы отсосали у ведущего, чтобы стать его почти что охранником? – с насмешкой кричит ему вслед пятьдесят шестой – он наконец вспомнил номер этого наглеца.
Парень сжимает кулаки, ускоряя темп. Вступать в перепалку с младшим солдатом желания у него совершенно нет. Он просто уходит, оставляя дурачка одного.
***
После прибытия игроков все стало только хуже. Наверное, главный начинает понемногу сходить с ума, потому что приказывать солдатам ни в коем случае не убивать 456 – дает только больше поводов для глупых сплетен, которых и так полно. Но самое обидное то, что его, уважаемого солдата номер два, чуть ли не лучшего стрелка на этом острове, отправляют подстреливать игроков в дурацкой игре тише едешь, дальше будешь. Треугольник давно не стрелял в игроков, предпочитая охранять вход в администрацию или быть рядом с ведущим. Это было очень оскорбительно. Парень давно выучил правила всех игр. Он привык к смертям людей, не придавая этому большого значения – подумаешь, помер какой-то бомж или крупный должник. От таких уродов наоборот нужно чистить мир, что, в принципе, они и делают. Треугольник занимает свою позицию, дожидаясь команд от куклы. Он впервые за три года видит 456. Мужчина точно изменился и проигрывать в этой игре он тоже ненамерен. За него говорит суровый взгляд, движения, поступки. Парню становится смешно от того, как люди, словно мелкие букажки, в ужасе начинают разбегаться в разные стороны. 456 пытается их остановить, но все тщетно – страх давно овладел разумом, не позволяя нормально оценивать обстановку. Кукла называет все больше номеров, но второй не спешит выполнять свою работу, предпочитая быть просто наблюдателем. Тем более, более амбициозные сотрудники стараются убить как можно больше игроков, пытаясь доказать, что они лучше всех. Юноша замечает движения 456, хотя кукла смотрит прямо на игроков, словно не замечая мужчину. Тут то треугольник понимает, что ведущий всерьёз намерен оставить бывшего победителя в живых. По хорошему того бы уже давно за лишнее движение убили, но ничего не происходило. Второму становится смешно. Такое на его памяти почти что впервые, не считая того, когда сам создатель решил повеситься в играх. Но то, что ведущий заботится об игроке – это точно первый случай. Солдат делает два быстрых выстрела, попадая сразу в двух людей, которых ждет мгновенная смерть. Он чувствует себя прекрасно, представляя, как новички кусают локти, ведь не каждый попадает в одного человека с первого раза, а тут сразу в двух. Игра заканчивается довольно быстро. 456, конечно же, проходит, как и многие другие игроки. На удивление, в этот раз людей осталось довольно много, и все благодаря мужчине, которого считают за сумасшедшего.***
Второй и представить не мог, что ведущий лично решит присоединиться к смертельным играм, отдав приказ простым рядовым не трогать 001 и 456, оставив за главного одного из квадратов, выдав тому черную форму. Это было удивительно, и среди сотрудников стали ходить шепотки, которые быстро заткнуло начальство, угрозой увольнения. Второй тысячу раз пожалел, что назвал расстрел игроков – унизительным занятием. Встретил он свой позор тогда, когда его отправили охранять ночью туалеты и следить за тем, чтобы никто без разрешения не выходил. Вот тогда треугольник почувствовал себя действительно униженным, растоптанным в грязь. Мало того, что он остался без сна, так еще он как дурак стоит и нюхает вонь из туалетов. Сегодня решили поиздеваться походу над всеми – недалеко от себя второй наконец заметил первого. Они были одними из главных солдатов, которые рассматривались как представители, которые в скором времени могли стать квадратами. Они, два первых номера, всегда охраняли ведущего от посторонних, но никак не туалеты. – «Я буду жаловаться! Беспредельщина!» – возмущенно думал треугольник. Как бы он не уважал выше стоящих, это был беспредел. Он, даже будучи двухсотым, туалеты не охранял. – Первый, а ты как тут оказался? – тихо спрашивает солдат номер два, боясь, что игроки могут его услышать. Он понимает, что нарушает главное правило, но возмущение взяло верх над ним. Отношения с первым у них более-менее, хоть нотки соперничества в них присутствовали. Юноша честно уважал первого, считая, что более достойного солдата на роль первого пока не нашлось, конечно, кроме него самого. Иногда он сладко представляет, как становится первым, потом квадратом, а потом и вовсе замом ведущего, как черным квадрат. Вот тогда бы уже он над всеми смеялся. – Так же, как и ты, – недовольно прошипел солдат, будучи не в восторге от своего задания. – Это все из-за 456, я уверен, – угрюмо говорит товарищ, облакачиваясь на стенку – ночка предстоит нелёгкая. – Причем тут 456? – удивленно спрашивает юноша, не совсем понимая смысл слов человека напротив. Да, конечно, у треугольника иногда проскальзывала мысль о том, что ведущий положил глаз на игрока – даже будем честны, он думает об этом целый день. Но причем тут они? – Ты реально тупой? Тут даже дебилу понятно, что ведущий неровно дышит к 456, – с издевкой говорит солдат. – Влюбился он, а страдаем мы. – Так а причем тут мы? – вновь спрашивает второй, чувствуя себя каким-то дурачком. Он сам прекрасно понимает, как выглядит со стороны, но поделать ничего не может. – При том, что он хочет держать нас поближе к себе, – устало тянет первый, медленно скатываясь по стенке. – Ну либо же, черный квадрат нам за что-то мстит, – мужчина садится на корточки, прикрывая глаза. Теперь шестеренки в голове парня закрутились быстрее, и он наконец понял, почему ведущий сегодня поручает им совершенно другие задания. Наверняка товарищ прав: главный доверенные лица хочет держать поближе к себе. Не может же он выстроить квадратов, вместо солдатов, и заставлять их тут сидеть. Хотя, это была бы и не плохая идея. Второй прижимает винтовку к себе, как мягкую игрушку, и закрывает глаза, надеясь, что хоть ненадолго, но сможет погрузиться в сон.***
Парень просыпается по среди ночи от яростного стука в дверь. Он спешно оглядывается по сторонам, и подмечает, что все, кроме него спят, даже квадрат. Треугольник недовольно пыхтит себе под нос, что лично пристрелит урода в следующей игре, который посмел разбудить именно его. Юноше снился прекрасный сон – его погибшая сестра была жива, и они вместе играли на полянке. Такое он точно прощать не собирается. Солдат подходит к двери и отодвигает маленькое окошко, позволяющее видеть того, кому не спится по ночам. Он тут же замирает в оцепенении, видя перед собой потемневшие от злости глаза ведущего. – Вы там уснули что ли?! – яростно шипит глава. Треугольник тысячу раз пожалел о том, что уснул и так долго шёл к двери, заставляя главного ждать. – Второй, это ты что ли? – еще тише говорит игрок 001. Юношу начинает потряхивать от ужаса. – Я в тебе разочарован. Второй готов провалиться сквозь землю, лишь бы не слышать эти ужасные слова. Его трясет, сердце бешено стучит в груди, чуть ли невыпрыгивая оттуда. Ведущий стоит за дверью, явно ожидая, что ему откроют. Треугольник сглатывает, понимая, что они попали – другие работники крепко спали, даже не собираясь просыпаться. Времени не раздумья нет. У него нет возможности разбудить хотя бы одного сотрудника – глава долго ждать не будет. Но и подставлять он никого не хочет. – «Что же делать...» – в голове хаотично возникают бредовые мысли, которые нет возможности осуществить в реальности. Юноша сглатывает тяжелый ком в горле, предвкушая вкус собственной крови у себя во рту. Вот так и закончилась его служба в этом месте. – Господин, все в порядке? – слышится тихий голос за дверью. У треугольника как отлегло. Он спокойно выдохнул, понимая, что ведущий при чужаке рисковать не будет. – Не беспокойтесь, мне просто нужно в туалет, – голос господина стал мягким и бархатным, словно это говорил вовсе не он. Треугольник чуть не подавился собственной слюной, услышав это. Ему стало жутко смешно от того, каким же хорошим и добрым притворяется глава. Юноша даже догадываться, кто к нему подошел. – Господин треугольник, – аккуратно постучав в дверь, говорит игрок 456. Он старается быть вежливым, хотя в душе питает дикую ненависть ко всем сотрудникам на острове. Юноша даже может понять мужчину – будь бы он на его месте, наверняка, чувствовал себя так же. – Можете пропустить моего друга в туалет? Второй выглядывает в окошко, и показывает крестик руками, как бы говоря нет. Ему приходится пользоваться языком жестов, потому что говорить с игроками разрешено только квадратам. – Тогда позовите свое начальство. Думаю, я смогу им все объяснить, – вежливо просит 456. Треугольник нервно смотрит на фронтмена, надеясь, что тот каким-нибудь образом покажет, что ему делать. Мужчина пожирающим взглядом смотрит на подчинённого, готовый вот вот убить его. По нему видно, что тот очень зол, хоть и старается выглядеть спокойным. Второй захлопывает окошко, на что слышит возмущенный голос 456. Треугольник спешит разбудить товарищей, уже понимая, что собственный конец уже близок. Он перебудил всех, кого только мог – все поднялись на уши, осознавая, что их тоже могут уволить. Квадрат, который был с ними, медленно подошел к окошку и открыл его, надеясь, что там уже никого нет. К сожалению, ведущий стоял на том же месте, терпеливо ожидая, когда ему откроют. Тихий скрип и дверь медленно открывается, открывая вид на дрожащий персонал. Главный быстро заходит, захлопывая дверь, не беспокоясь о том, что его может кто-то услышать. – Вы, случайно, жить расхотели? – хватая квадрата за горло, злобно шипит ведущий. Он бьет по маске человека в красном, отпихивая того в стенку. Сказать, что господин в гневе, ничего не сказать. Первый и второй нервно сжимают винтовки, стараясь вовсе не двигаться, чтобы гнев начальства не перешел к ним. – Какого черта, я должен ждать, пока вы откроете мне дверь, а?! – чуть ли не кричит ведущий. Он почти сразу же затыкается, поправляя одежду, понимая, что все таки 456 мог вернуться и сейчас возможно подслушивает, дожидаясь, когда друг вернётся в целости и сохранности. – Господин, – мямлит бедный квадрат. Его голос прерывается, когда игрок 001 бьет того в грудь, извлекая только обрывистые хрипы. – Считайте, что это было предупреждением, – говорит ведущий, на что треугольники облегчённо выдыхают, понимая, что их беда пока не коснулась. – Надеюсь все помнят, какая завтра игра. Чтобы команда, в которой буду я, играла последняя, всем ясно? И только попробуйте еще раз накосячить, – сквозь зубы говорит фронтмен, темными глаза смотря на второго, явно намекая на его растерянность. Не дождавшись ответа, главный уходит, еще раз кинув разочарованный взгляд на второго. Он вновь громко захлопывает дверь, чтобы все точно поняли серьёзность его намерений.***
Вторая игра прошла почти без происшествий. Конечно, игрока 456 следовало бы убить за то, что он нагрубил одному из кругов, но они оставили это незамеченным. Треугольник готов был похлопать ведущему, когда тот пытался выиграть в выбранной игре. Все знают, что глава – левша, но тут он решил то ли поиздеваться над всеми, включая стражников, ведь если б команда проиграла, выкручиваться пришлось бы именно им, либо же над товарищами по команде. А еще солдат просто поплыл от того, как же фронтмен прижимался к 456, а тот этого даже не замечал, будучи увлеченным игрой. Это было очень заметно, особенно постоянный взгляд 001 на 456. Оставалось только дождаться того, когда другие игроки и сам как-там-его-сон заметят, как ведущий неровно дышит к 456. Но в любом случае, все прошло удачно. Второму в этот раз повезло – за игрой он наблюдал по камерам, в главной комнате. Но вот наблюдать за голосованием, к сожалению, доверили именно ему – это один из самых долгих и скучных моментов. Треугольник стоял ровно, стараясь не дышать. Он с презрением смотрел на игроков, которые выбирали кружки – такие уроды не должны жить. Секунды казались вечностью, особенно, когда кто-то стоял долго над кнопками, не решаясь выбрать одну из сторон. Было видно сразу – победят кружки, даже при том, что ведущий проголосовал в этот раз за крестик. Ну и ладно. Второй честно отстоял все мучения, надеясь, что в следующей игре большинство передохнет. Все же, повышение бы не помешало.***
Третья игра была интересна. Парень дождаться не мог, когда выпадет число два, чтобы посмотреть, что будут делать 001 и 456 одни в комнате. Это было единственным, ради чего он наблюдал за игрой по камерам. – Может, поскорее сделаем число два? – предложил один из треугольников, будучи приятелем черного квадрата. Тот странно покосился за сотрудника. – Интересно же, как 456 и ведущий засосутся в одной комнате, – ответил на немой вопрос солдат. Эти мысли играли в голове у каждого присутствующего охранника в комнате. Конечно, второй не особо понимал, как главному мог понравится простой игрок, тем более, у которого, как известно, была дочь, но это уже не их дело. Солдат внимательно наблюдал за происходящим, и немного расстроился, когда появилась цифра три – игрок 001 отпустил любимого с какими-то уродами. Почти за секунду до расстрела, глава зашел один в пустующую комнату, как будто так и должно быть. Он посмотрел в камеру с таким презрением, что у второго по спине пробежались мурашки. Конечно, никто его за это не расстрелял. И вот она, заветная цифра два. Люди перемешиваются с друг другом, второй теряет из виду ведущего, но внимательно смотрит на 456. Какого же было разочарование, когда главный убежал с каким-то еще более уродливым игроком. Похоже, господин слегка перепутал игроков. Ну что ж, бывает всякое, а может, он сделал это специально. Например, чтобы наедине понаблюдать или устранить соперника, который забирал все внимание 456. Треугольник может предположить, что глава – жуткий собственник. Охранники грустно повздыхали, будучи явно разочарованными. – Дальше не интересно смотреть. Я надеялся на какой-то экшен,– уныло сказал один из солдатов, и многие подхватили эту идею, отходя от монитора. Юноша был согласен с товарищами, но от компьютеров все равно не отошел, в надежде, что может всё-таки случится что-то интересное. Но, увы, на этом игра закончилась и все разошлись.***
Второй понял, почему их не наказали за происшествие в туалете – на этот раз, именно им, присутствующим в тот злополучный момент, выпала честь штурмовать игроков на "дополнительной игре". Солдат был невыспавшийся, что только еще больше усугубляло его положение. Уже стоя перед дверью, которая должна была вот вот открыться, парень почувствовал что-то неладное. Вот он всем нутром чуял, что сейчас что-то случится нехорошее, но тщательно проигнорировал это чувство. Он зашел слишком далеко, чтобы вот так сбежать поджав хвост. Перепуганные игроки в ужасе смотрят на прибывших охранников. Они становятся на колени, умоляя пощадить. Второй в ужасе застывает, когда видит мертвые тела 456 и 001. Он не верит в происходящее – не мог же их господин так просто умереть. Солдаты переглядываются между собой, выбирая, кому же достанется та самая честь проверить ведущего. Вот же чуйка и не подвела – и правда случилась трагедия. Как же теперь они будут без главного? Хотя, возможно, это даже и к лучшему – их всех распустят по домам. Юноша решает, что ему, как доверенному лицу, нужно брать все в свои руки и самому подойти к фронтмену. Он с замершим сердцем подходит к главному, стараясь вовсе не дышать в его сторону. Второй понял, что ни отпуска, ни повышения ему не видать. Ведущий скрутил его как игрушку, и последнее, что услышал треугольник – глухой выстрел.
