Тепло нового дома

После школы Джонхан всё-таки уговорил Сунёна прогуляться. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие оттенки розового и оранжевого. Они шли вдоль небольшой речки, молча наслаждаясь тишиной. Джонхан, обычно уверенный в себе и лёгкий на подъём, сегодня выглядел задумчивым. Он то и дело бросал взгляды на Сунёна, но никак не мог решиться начать разговор. — Ты чего такой тихий? — наконец спросил Сунён, бросив на него короткий взгляд. — Просто думаю, — ответил Джонхан, пожав плечами. — О чём? — О том, как ты изменился за всё это время, — произнёс он, остановившись и опираясь о перила моста. — Когда ты только появился, ты был как будто… потерянным. А теперь ты стал увереннее, и смелее как то. — Это благодаря вам, — честно сказал Сунён, подходя ближе. — Сокмин, Сынкван… вы все помогли мне. Джонхан усмехнулся, посмотрев вдаль. — Только мы? — Ну… ещё Джихун с дядей, конечно, — добавил Сунён с лёгкой улыбкой. — А я? — тихо спросил Джонхан, не глядя на него. — Что ты? — Ты чувствуешь себя комфортно со мной? Или это просто… привычка? Сунён удивлённо посмотрел на него. — Почему ты спрашиваешь? Конечно, я чувствую себя комфортно. Ты всегда был рядом, когда мне это было нужно. Эти слова должны были успокоить Хана, но почему-то внутри становилось только тревожнее. Он хотел сказать что-то важное, признаться в том, что уже давно чувствовал, но не мог найти нужных слов. — Сунён, — начал он, выдыхая. — Да? Джонхан посмотрел на него, его взгляд был серьёзным, даже немного напряжённым. — Ты когда-нибудь задумывался, что мы можем быть… чем-то большим, чем просто друзья? Сунён замер, удивлённый внезапным вопросом. — Чем-то большим? — переспросил он, чувствуя, как сердце начинает колотиться быстрее. Джонхан замолчал. Этот момент был тем самым, когда он мог бы всё рассказать, но его накрыли сомнения. Что, если он испортит их дружбу? Что, если Сунён испугается или почувствует себя неловко? — Забудь, — быстро сказал Джонхан, резко отводя взгляд. — Я просто сказал ерунду. — Нет, подожди, — Сунён шагнул ближе. — Ты хотел что-то сказать, так скажи. Джонхан нервно провёл рукой по своим шелковистым длинным волосам, пытаясь скрыть растущее напряжение. — Это не важно, правда. Мы просто хорошие друзья, верно? — сказал он с натянутой улыбкой. Сунён растерянно смотрел на него, не понимая, что происходит. — Если ты так считаешь… — тихо ответил он, чувствуя странную пустоту внутри. Джонхан кивнул, стараясь выглядеть спокойным. — Конечно. Давай забудем об этом. После этих слов он начал идти вперёд, оставляя Сунёна стоять на месте. Сунён смотрел ему вслед, ощущая, что между ними что-то изменилось, но не мог понять, что именно. А Джонхан, шаг за шагом, убеждал себя, что сделал правильно. Он ведь не хотел разрушить то, что у них уже есть. Лучше быть просто друзьями, чем рисковать потерять Сунёна навсегда.

- - -

Сунён никогда раньше не задумывался о том, что ему может нравиться в других людях. Всё его детство прошло в тени страха, боли и выживания. У него просто не было времени на подобные мысли. Но Джонхан... Джонхан оказался другим. С каждым днём Сунён всё больше ловил себя на том, что думает о нём. О его уверенности, о манере речи, о том, как тот легко улыбался, словно мир вращался вокруг него. Даже его привычка слегка прикусывать губу, когда он о чём-то задумывался, казалась Сунёну завораживающей. В этот день они сидели в комнате Джонхана. Уютное пространство, наполненное мягким светом, выглядело как идеальное отражение его хозяина — здесь всё было продумано и аккуратно. Джонхан устроился за своим столом, сосредоточенно что-то ища на ноутбуке, а Сунён сидел на полу, притворяясь, что изучает учебники. Но сосредоточиться было невозможно. Время от времени он украдкой смотрел на Джонхана. Его лицо было идеально. Чёткие линии скул, мягкая кожа и длинные ресницы, которые порой опускались, когда он погружался в свои мысли. "Как он может быть таким… красивым?" — неожиданно для себя подумал Сунён. Ему стало жарко. Он снова украдкой посмотрел на него, но на этот раз их взгляды встретились. — Что? — неожиданно спросил Джонхан, отрываясь от экрана и посмотрев на него. Сунён замер, как пойманный на месте преступления. — Ничего! — выпалил он, чувствуя, как лицо начинает гореть. Джонхан усмехнулся, откидываясь на спинку своего стула. — Ты пялился на меня минут пять, — заметил он, его голос был мягким, но с лёгкой насмешкой. — Что-то не так? — Нет… просто… — Сунён запнулся, не зная, как выкрутиться. Джонхан приподнял бровь, ожидая ответа. — Эмм.. ты когда-нибудь..целовался? — выпалил Сунён, сам не понимая, зачем он это сказал. Повисло напряжённое молчание. Джонхан медленно наклонил голову, его глаза были полны лёгкого удивления, а потом он рассмеялся. — Ты хочешь, чтобы я тебя научил? — спросил он, его голос звучал шутливо, но во взгляде мелькнул интерес. — Нет! То есть… да… но не в том смысле! — Сунён судорожно махнул руками, чувствуя, как жар охватывает всё его тело. Он спрятал лицо в ладонях, пытаясь скрыть смущение. — Боже, ты такой милый, — улыбнулся Джонхан. — Успокойся. Если тебе это действительно нужно, я могу помочь. — Ты серьёзно? — Сунён посмотрел на него широко распахнутыми глазами. — Почему бы и нет? Мы же друзья, — спокойно ответил Джонхан, поднимаясь со своего места. Его голос звучал легко, как будто это было самым обычным предложением. Сунён сглотнул, наблюдая, как Джонхан подходит ближе. — Ты уверен, что хочешь этого? — его голос стал мягче, взгляд — внимательнее. — Я… думаю, да, — наконец выдавил Сунён, чувствуя, как сердце бешено стучит в груди. Джонхан улыбнулся, опускаясь на уровень Сунёна, так что их лица оказались совсем рядом. — Хорошо. Тогда расслабься и доверься мне. Это не так сложно, как кажется. Сунён попытался расслабиться, хотя это оказалось почти невозможно. Он закрыл глаза, когда почувствовал, как Джонхан осторожно касается его губ своими. Поцелуй был лёгким, едва заметным, но для Сунёна это было, словно весь мир перевернулся. Его сердце, которое и так колотилось слишком быстро, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Через несколько секунд Джонхан отстранился, улыбаясь. — Видишь? Ничего страшного, — сказал он, легко касаясь плеча Сунёна. Сунён молчал, не зная, что сказать. Его голова была полна мыслей, но ни одна из них не могла сформироваться в слова. — Ладно, мне пора, — сказал Сунён, судорожно поднимаясь на ноги. — Увидимся завтра в школе. Он помахал рукой и вышел из комнаты, оставив Джонхана одного. Джонхан остался сидеть на полу рядом с местом где только что сидел Сунён, его пальцы бессознательно касались губ, которые всё ещё горели. "Что это было?" — подумал он, пытаясь осознать, что только что произошло. Он не мог понять, почему этот момент казался таким важным.

- - -

Сунён сидел, чувствуя, как его мысли кружатся вокруг одного события, которое он не мог оставить позади. Всё казалось таким новым и непонятным — поцелуй, который он так неожиданно пережил, и чувства, которые начали пробуждаться в его душе. Он пытался убедить себя, что всё это незначительно, что это просто случайность, но внутреннее ощущение подсказывало совсем другое. На следующий день он не мог сосредоточиться. Даже в школе, сидя на уроках, мысли постоянно возвращались к Джонхану. Его губы, его взгляд, его мягкая манера речи, нежные волосы, хитрые глаза — всё это вновь и вновь всплывало в голове, не давая покоя. "Ты не должен думать о нём так," — говорил себе Сунён, но не мог победить это чувство. Когда он наконец столкнулся с Джонханом после уроков, его сердце снова забилось быстрее. Джонхан был как всегда расслаблен, его улыбка почти невесомая, а глаза — полные спокойствия. Сунён, однако, почувствовал, как его нервы напряжены до предела. — Эй, Сунён, ты как? — спросил Джонхан, заметив его обеспокоенное выражение. Сунён глубоко вздохнул, стиснув зубы, чтобы не выдать своих волнений. — Нам нужно поговорить, — сказал он, почувствовав, как его голос дрожит. Джонхан удивлённо приподнял бровь, но без лишних вопросов последовал за ним в сторону школьного двора. — О чём хочешь поговорить? — спросил он, останавливаясь и внимательно глядя на Сунёна. — Я… — Сунён замолчал, его дыхание сбивалось, но он продолжил. — Я думал о вчерашнем. О том, что мы сделали. Джонхан спокойно посмотрел на него, не пытаясь скрыть своего любопытства. — Ты имеешь в виду поцелуй? Сунён почувствовал, как его лицо снова начинает гореть. — Да, — тихо сказал он. — И… я подумал, что, может, это было не просто так. Джонхан вздохнул, отойдя на шаг назад. — Сунён, слушай, — начал он мягко, но решительно. — Я не хочу, чтобы ты думал, что это что-то большее, чем просто… ну, урок. Сунён почувствовал, как его сердце сжалось. Он взглянул на Джонхана с болью в глазах. — Но я… мне это понравилось. Я не могу избавиться от ощущения, что чувствую нечто большее, чем просто дружба. — Сунён почувствовал, как его слова тяжело ложатся на сердце. Джонхан снова вздохнул, посмотрев на него с пониманием, но в его взгляде была тяжесть, которую Сунён не мог игнорировать. — Сунён… — Джонхан подошёл ближе и положил руку на его плечо. — Я понимаю, что это может быть запутанно. Ты… ты только учишься чувствовать такие вещи. Но я не могу быть для тебя кем-то большим. Я… — Он замолчал, как будто подбирал правильные слова. — Я просто запутался. Ты для меня важен, но не так, как ты, возможно, думаешь. Сунён стоял, чувствуя, как каждое его слово отдаляется, как что-то недосягаемое и больное. Он стиснул челюсть, чтобы не показать, как сильно это ранит. — Ты хочешь остаться друзьями? — спросил Сунён, голос его стал хриплым, как будто кто-то сжал его горло. Джонхан взглянул на него, его глаза были мягкими, но решительными. — Да, я хочу, чтобы мы остались друзьями. И я надеюсь, что ты тоже поймёшь, почему это правильно. Сунён кивнул, его глаза блестели от сдержанных слёз, но он молчал. Он хотел сказать что-то ещё, что-то, что бы выразило его чувства, но не мог найти слов. — Мы останемся друзьями, — произнёс он, даже не зная, на самом ли деле он в это верил. Джонхан похлопал его по плечу, как всегда, с той лёгкой искренней улыбкой, которая так его успокаивала. — Всё будет хорошо, Сунён, — сказал он, и в его голосе была та уверенность, которую Сунён так ждал. Сунён кивнул, даже не замечая, как быстро они вернулись к своим друзьям. И, несмотря на это обещание остаться друзьями, в его сердце всё ещё оставалась пустота. Вечером Сунён вернулся домой с тяжёлым сердцем. В голове звучали слова Джонхана, слова, которые были полны сострадания, но в которых скрывалась невидимая стена — стена, которую Сунён не мог переступить. Он так и не смог понять, почему его чувства к Джонхану не могли быть взаимными. Он был опустошён, как будто что-то важное и хрупкое сломалось внутри. Когда Сунён зашёл в дом, он почувствовал, как его шаги стали тяжёлыми. Он пытался не думать о случившемся, но это было невозможно. Всё казалось таким пустым и бесполезным. Джихун, сидящий на кухне и что-то перекладывающий на столе, заметил его сразу. — Сунён? Ты что-то не… — Джихун поднял взгляд и сразу заметил его тёмное выражение лица, и глаза, полные боли. Сунён не мог больше скрывать своих эмоций. Он опустил голову, не в силах сдержать слёзы. Всё, что произошло за эти последние часы, накопилось в груди, и больше не оставалось сил держать это внутри. Он сел на диван, и слёзы стали стекать по его щекам. Джихун молча подошёл и присел рядом. Он не задавал лишних вопросов, просто подставил своё плечо, давая Сунёну возможность опереться на него. Его чёрная футболка мгновенно стала влажной от слёз, но Джихун не переживал. Он ничего не говорил, просто сидел с ним, давая время успокоиться. В этом молчании была своя поддержка, и Сунён чувствовал её всем своим сердцем. Когда слёзы наконец иссякли, Сунён вздохнул и вытер глаза рукой. Он не знал, как начать говорить о том, что произошло, но когда его взгляд встретился с Джихуном, он понял, что хочет поделиться всем. — Это… моя первая любовь. Я думал, что что-то значу для него. Он поцеловал меня, а потом… сказал, что это ничего не значит. Что мы просто друзья. И я… я не понимаю. Я думал, что между нами было что-то большее. Джихун молча выслушал его, не пытаясь перебить. Он знал, что Сунёну нужно было просто выговориться, и он был готов быть рядом. — Я… просто не ожидал, что будет так больно, — продолжил Сунён, чувствуя, как слова всё-таки выходят через слёзы. — Я ведь даже не знал, что могу так чувствовать. А теперь… я не знаю, как с этим справиться. Джихун тихо вздохнул, положив руку на его плечо. Он был чуть младше самого Сунена, но гораздо более зрелый в вопросах чувств, хотя и сам не особо любил говорить о чувствах прямо. Но он знал, что слова могут помочь, но иногда важнее просто быть рядом и поддержать. — Сунён, — начал он спокойно, — это нормально. Всё, что ты чувствуешь, это нормально. Ты переживаешь, потому что тебе важно, что чувствуют другие. Не каждый человек может сразу понять, что он на самом деле чувствует, и не все умеют выражать свои чувства правильно. Не всегда получится всё, как ты хочешь. Но это не значит, что ты не заслуживаешь любви. Сунён взглянул на Джихуна, его слова были полны мудрости, Сунён чувствовал, что Джихун понимает его лучше, чем кто-либо другой. — Ты, наверное, прав… — прошептал Сунён, чувствуя, как тяжесть в груди немного отпускает. — Я не знал, что можно так переживать из-за человека. — Ты переживаешь, потому что ты хороший человек. Ты умеешь любить, а это самое важное, — сказал Джихун с искренним тоном. — Понимание приходит со временем. Не торопись. Ты будешь в порядке. И помни, я всегда буду рядом. Сунён кивнул, чувствуя, как его сердце становится легче. Слова Джихуна проникали глубоко в душу, и постепенно ему становилось легче. Это было не просто — переживать боль, но знать, что есть человек, который рядом, который поддерживает, помогает не только словами, но и своим присутствием.

- - -

На следующий день Сунён проснулся с ощущением облегчения, которое он не мог объяснить. Вроде бы ничего не изменилось, но теперь слова Джихуна продолжали звучать в его голове, и это помогало ему смотреть на всё с другой стороны. Он не знал, сколько времени пройдет, прежде чем он сможет полностью забыть о Джонхане, но знал одно: в тот момент, когда он был рядом с Джихуном, ему стало легче, и это было важно. Школа прошла относительно спокойно. Сунён старался не думать о случившемся, а его друзья заметили, что он выглядит немного лучше, чем вчера. Сокмин, Сынкван и Джонхан все подходили к нему, но он старался не говорить о том, что его мучило. На уроках он больше погружался в учёбу, хотя и чувствовал себя немного потерянным, как будто что-то не хватало. Но тем не менее, он чувствовал благодарность за то, что у него были друзья, за то, что рядом был Джихун. Вечером, когда Сунён вернулся домой, он обнаружил, что Джихун уже пришел со школы и сидит в гостиной, также что-то смотря на своём телефоне. Он был одет в простую белую футболку и трениках, сидя с удобством, которое Сунён всегда находил таким расслабляющим. — Эй, ты дома, — сказал Джихун, заметив его, и его лицо озарилось улыбкой. — Как ты? — Лучше, — ответил Сунён с лёгким облегчением в голосе. — Всё не так уж плохо. Джихун посмотрел на него с интересом, но не стал задавать лишних вопросов. Он просто кивнул. — Я рад, что ты чувствуешь себя лучше. Всё будет в порядке. Ты же знаешь, да? Сунён не мог не почувствовать благодарность за его слова. Джихун всегда знал, как сказать нужное слово в нужный момент. Это было так просто, но так ценно. — Да, я знаю, — ответил он, улыбаясь. — Спасибо, Джихун. Ты правда мне очень помог. Джихун поднимался с дивана и подошёл к нему. Он по дружески похлопал его по плечу, как бы подтверждая свои слова. — Ты не один. И не забудь, что ты всегда можешь поговорить со своей семьёй. Я всегда рядом. Сунён, несмотря на свою немного смущённую улыбку, почувствовал, как его сердце наполняется теплом. Джихун был больше, чем просто сводный брат. Он был тем, кто понимал, кто поддерживал, кто делал его жизнь лучше. — Ты правда удивительный, — сказал Сунён, не зная, как ещё выразить свою благодарность. — Мы все удивительные по-своему, — ответил Джихун с лёгкой усмешкой. — Но ты, Сунён, ты особенный. И я горжусь тем, что могу быть рядом с тобой. Эти слова, простые, но искренние, были тем, что Сунён так долго искал. Он почувствовал, как его сердце наполняется уверенностью. Да, было больно, да, чувства к Джонхану оставались, но с каждым днём он становился сильнее. С Джихуном рядом он знал, что не одинок. И это для него было важнее всего.