Мечта, что могла стать реальностью🌸

***

      Ночь плавно перетекает в наступающий день, в закрытые шторы пытается пробиться зимнее солнце, совсем не греющее, но настойчиво лезущее. Проснувшись первым, Эндрю разглядывал шторы, скрывающие окна и утренний свет от солнца; в совсем крохотную щель между шторами просачивалась полоска света, которая не дошла бы до кровати при всём желании. Миньярд перевëл взгляд на Нила, ещё спящего, ещё не ушедшего из царства Морфея. Человек рядом будто излучал тепло, которого было гораздо больше, чем от солнца. Какое-то время Эндрю лишь наблюдал за спящим Нилом. Нил что-то бормочет во сне, едва заметно шевелясь. Эндрю скользит по нему взглядом, задерживается на волосах, небрежно растрёпанных по подушке, на расслабленных чертах лица. Он тихо выбирается из постели и идёт на кухню. С утра в доме прохладно, но Эндрю уже привык. Пока варится кофе, он согреется. Он ловко заправляет кофемашину, её тихое урчание заполняет тишину дома, затем ставит сковороду на плиту, начинает готовить завтрак, двигаясь по кухне плавно, привычно. Пока жарятся яйца, он вытаскивает из шкафчика три кружки: наполняет одну чёрным кофе для себя, вторую — для Нила, а третью оставляет пустой, зная, что Джозеф всё равно потребует туда молоко с какао. В этот момент в доме раздаётся звук открывающейся двери, шаги мягкие, неспешные. — Ты встаёшь раньше, чем будильник, — голос Нила ещё сонный, слегка хрипловатый. Эндрю молча кивает, отпивает кофе и ставит Нилу его чашку. Тот зевает, садится на один из стульев, подтягивая колени к груди. — Джозеф ещё спит? — спрашивает Эндрю, но это скорее констатация факта, чем вопрос. — Я разбужу, — отвечает Нил, прежде чем взять свою чашку и сделать первый глоток. — Ты готовишь завтрак? — Нет, я провожу ритуал жертвоприношения, — говорит Эндрю так, словно у него на сковороде не яйца, а люди с поджаренной кожей. На это Нил усмехается. Спасибо, что пить он не начал. — Будет что-то особенное? — Яичница, тосты, бекон, — перечисляет Эндрю, — На десерт люди, закрученные в шаурму. — Нил, желавший ответить и открывший уже рот для этого, запнулся, он не ожидал такого дополнения. — Традиционно... — Нил, помолчав, кивает и ставит кружку на стол. Он поднимается и уходит в спальню Джозефа, а Эндрю продолжает заниматься завтраком.

***

      Нил заходит в комнату сына, приоткрывая дверь так, чтобы в полумраке заиграли золотистые блики утреннего света. В комнате тихо, только ровное дыхание и лёгкое сопение раздаются из-под одеяла, сбившегося в кучу. — Джозеф, — мягко зовёт Нил, подходя ближе. Ответа нет. Только лёгкое движение под одеялом — малыш плотнее кутается, будто пытаясь спрятаться от нового дня. Нил усмехается и присаживается на край кровати. — Эй, спящий лис, пора вставать, пропустишь весь день. Джозеф шевелится, но не торопится выбираться из кокона из одеял. — Ещё пять минут, — раздаётся приглушённый голос. — Ты так говорил вчера. И позавчера, — напоминает Нил, чуть наклоняясь ближе. — Но сегодня я говорю серьёзно… Нил качает головой, поднимает угол одеяла и заглядывает внутрь. Там его встречают заспанные голубые глаза, наполовину спрятанные за подушкой. — Доброе утро, — ухмыляется Нил. Джозеф что-то невнятно бурчит и с силой зажмуривает глаза. — Если ты встанешь сейчас, то получишь какао с молоком. — …две минуты. — Нил поднимает бровь на такую фразу и весело хмыкает. — Две минуты без какао. Глаза Джозефа тут же распахиваются. — Это шантаж. — бурчит ребёнок, не согласный с таким. — Это воспитание, — отвечает Нил и, ухватив малыша под руки, с лёгкостью поднимает его вместе с одеялом. Джозеф издаёт возмущённый возглас, но через секунду уже смеётся, когда Нил раскручивает его, усаживая в объятия. — Всё-всё, я встал! — сдаётся он, зевая и потирая глаза. — Отлично. Теперь вперёд умываться, одеваться и завтракать, — приказывает Нил, легко встряхивая его. Джозеф тяжело вздыхает, но послушно сползает с кровати и направляется в ванную, покачиваясь из стороны в сторону, будто ещё не проснулся до конца. Когда он выходит уже более бодрый и в школьной форме, на кухне его ждёт Эндрю с кружкой горячего какао. — Держи, — коротко говорит Эндрю, протягивая напиток. Джозеф смотрит на него с благодарностью и берёт кружку. — Спасибо, пап, — машинально произносит он, прежде чем сделать глоток. Эндрю замирает, но быстро берёт себя в руки. Как бы он не пытался привыкнуть к такому обращению, до конца Миньярд не смог с ним смириться, подружиться. — Не облейся. Нил ловит это короткое мгновение: как пальцы Эндрю чуть крепче сжимают край тарелки, как что-то мягкое мелькает в его взгляде, прежде чем снова спрятаться за привычным спокойствием. Джозеф и правда уже делает глотки аккуратнее, а потом садится за стол.

***

      На кухне уютно потрескивает тостер, а в воздухе витает запах свежесваренного кофе и горячего какао. Эндрю молча стоит у плиты, переворачивая на сковороде омлет. Нил, зевая, наливает себе кофе и садится за стол, наблюдая, как Джозеф с полузакрытыми глазами обхватывает кружку с какао и мелкими глотками отпивает. — Проснулся? — лениво спрашивает Нил, прихлёбывая кофе. — Нет, — честно отвечает Джозеф с всё ещё еле-еле моргающими глазами. — Неудивительно, — замечает Эндрю, раскладывая еду по тарелкам. — Тебе бы раньше ложиться, а не вертеться по полчаса в кровати. Джозеф ворчит что-то невнятное, но берёт ложку и принимается за завтрак. Нил наблюдает за ними с лёгкой улыбкой. Год назад он и представить не мог, что будет начинать утро вот так — в тишине, прерываемой стуком ложек о тарелки, где Джозеф зевает и утыкается носом в кружку, а Эндрю подливает ему какао, молча, но с той заботой, которая уже стала такой привычной. — В рюкзак всё положил? — уточняет Нил, когда они почти доедают. — Да, — отвечает Джозеф. — Точно? — Ну… почти. Эндрю закатывает глаза. — Давай заканчивай и иди проверяй. Джозеф быстро запихивает в рот последний кусочек тоста, соскальзывает со стула и убегает в свою комнату. Нил допивает кофе, украдкой наблюдая за Эндрю, который сосредоточенно моет посуду. — Ты заметил? — вдруг говорит он. Эндрю бросает на него короткий взгляд, соображая, что может иметь в виду Нил. — Что? — Он уже не думает, прежде чем назвать тебя папой. Эндрю медленно кладёт тарелку в сушилку, словно обдумывая слова Нила. — Да, — наконец произносит он, пожимая плечами. — Заметил. Нил смотрит на него чуть дольше, чем нужно, и вдруг тянется вперёд, касаясь пальцами его запястья. — Это хорошо, — тихо говорит он. Эндрю на секунду задерживается, прежде чем продолжить мыть посуду, но в уголках его губ мелькает что-то похожее на улыбку. — Если ты сейчас расчувствуешься, я оболью тебя водой. Нил фыркает, но отстраняется, поднимая руки вверх в жесте капитуляции. — Ладно-ладно. — Иди собирай форму, пока не забыл. — Как скажешь, папочка, — ухмыляется Нил. Эндрю одаривает его убийственным взглядом, но Нил только смеётся и выходит из кухни. В этот момент возвращается Джозеф, гордо демонстрируя рюкзак. — Всё собрал! — Молодец. Одевайся, пора выходить. Джозеф натягивает куртку, Нил забрасывает на плечо спортивную сумку, и Эндрю, прихватив ключи, направляется к двери. Впереди их ждут школа, тренировка, возвращение домой. Обычный день, наполненный привычной теплотой.

***

      Зимнее утро встречает их свежим воздухом и тонким слоем инея на лобовом стекле. Эндрю запускает двигатель, включив обогрев, пока Нил с Джозефом устраиваются в машине. — Холодно, — Джозеф ёрзает на заднем сиденье, натягивая шарф до самого носа, надеясь, что ему станет теплее. — Надо было надеть тёплые перчатки, — Эндрю бросает взгляд в зеркало заднего вида. — Они колются, — с притворным страданием сообщает Джозеф, показывая всё своё нежелание их одевать. Нил закатывает глаза. — Ты сам их выбрал, между прочим. — Ну, они были красивые… Эндрю коротко фыркает, выводя машину на дорогу. — Очередное гениальное решение. Джозеф делает обиженный звук, но в его голосе больше смеха, чем реального недовольства. — Я просто хотел, чтобы они подходили к шапке! — В следующий раз сначала проверяй, а потом покупай, — лениво советует Нил. — В следующий раз я просто попрошу вас их проверить, — решает Джозеф, забавно насупившись. Эндрю слегка качает головой, но ничего не говорит. — А вы после школы заедете за мной? — спрашивает Джозеф, вытягиваясь вперёд. — Да, я, — отвечает Эндрю, не отрывая взгляда от дороги. — А что вы будете делать без меня? Нил и Эндрю переглядываются. — Страдать, — будничным тоном сообщает Нил. — Плакать, — вторит ему Эндрю. Джозеф хихикает. — Ладно, тогда я постараюсь вернуться побыстрее. — Щедро с твоей стороны, — с лёгкой усмешкой говорит Эндрю. Несколько минут в машине царит тишина — уютная, спокойная. Радио тихо играет что-то фоновое, за окнами проносятся знакомые улицы. — Пап? — Хм? — откликается Эндрю, на секунду бросая взгляд в зеркало заднего вида. — Можно мне сегодня после школы посмотреть мультик перед сном? — Если сделаешь уроки, — сразу отвечает Эндрю. — А если быстро? — Джозеф. — Ну лааадно… Нил снова закатывает глаза. — Ты будто в тяжёлых переговорах участвуешь. — Я тренируюсь! — с энтузиазмом заявляет Джозеф. Эндрю выруливает к школьному двору, останавливая машину. — Всё, пошёл, — командует он. — Пока! — Джозеф быстро расстёгивает ремень и выбирается из машины, но перед тем, как захлопнуть дверь, резко выглядывает обратно. — Вы точно не будете без меня страдать? Нил сдерживает смех. — Переживём, — заверяет Эндрю. — Ну ладно, — Джозеф довольно кивает и убегает в сторону школы. Нил смотрит ему вслед, прежде чем перевести взгляд на Эндрю. — Тяжело тебе, да? — Это ты о чём? — О том, что он такой же упрямый, как ты. — Как я? — Эндрю приподнимает бровь. — Ну да, я-то упрямый по-другому, — с ухмылкой отвечает Нил. Эндрю лишь закатывает глаза, заводя машину. — Нам ехать или ты хочешь устроить психологический анализ на парковке? — Ладно-ладно, едем, — смеётся Нил. Они трогаются с места, направляясь к стадиону.

***

— У тебя вообще бывает режим «не язвить»? — спрашивает Нил, разглядывая Эндрю, пока тот сосредоточенно ведёт машину. — Нет, но у тебя вроде есть режим «не задавать глупые вопросы». Попробуй включить. Нил усмехается, устраиваясь поудобнее. — Тебе приятно осознавать, что Джозеф унаследовал твоё умение спорить? — Ещё бы, — Эндрю закатывает глаза. — Если бы он был таким же послушным, как ты в наши первые годы знакомства, мне бы было спокойнее. — Ага, послушным, — Нил хмыкает. — Ты сам себя-то слышишь? — Слышу. И я прав. — Ты просто не хочешь признавать, что я был прав чаще, чем ты. — Можешь повторить это в зеркало и поверить, если тебе так легче, — лениво отвечает Эндрю, сворачивая к стадиону. Нил довольно ухмыляется. — Ты уже отчаянно отмахиваешься от разговора. — Нет, я просто не собираюсь тратить силы на твои фантазии. Машина плавно останавливается на парковке. — Ну что, мистер «Я всегда прав», готов к тому, что сегодня я снова буду лучше тебя? Эндрю выключает зажигание, поворачивается к нему и молча поднимает бровь. — Окей, звучало самоуверенно, но… — Но? — Я, наверное, всё-таки снова буду лучше тебя. Эндрю глубоко вздыхает и открывает дверь. — Просто заходи уже внутрь. — Эндрю очень хотелось провести рукой по лицу. Нил только смеётся, следуя за ним. Стадион встречает их свежим, бодрящим воздухом и привычным ритмом жизни. Орлы уже собираются на поле, кто-то разминается, кто-то перекидывается мячом. Нил быстро натягивает перчатки и размашисто прокатывает плечами. — Надеюсь, ты не решишь, что сегодня можешь расслабиться. — Надеюсь, ты не решишь, что сегодня можешь надоедать мне своими комментариями. — О, ну это вряд ли, — ухмыляется Нил. Игра начинается. Всё сливается в одно: удары, крики, движение, напряжение в мышцах. Эндрю привычно чувствует поле, анализирует ситуацию на автомате. Он перехватывает мяч с точностью, которая заставляет Нила раздражённо щуриться. — Везёт, — комментирует он, перекрывая шум. — Это не везение, это талант, — парирует Эндрю. Нил со стиснутыми зубами запускает мяч с такой силой, что он чуть не сбивает игрока Орлов, стоящего на другой стороне. — Всё нормально?! — раздаётся чей-то голос. — Да, я просто кому-то доказываю, что он не настолько талантлив, — отзывается Нил, смерив Эндрю взглядом. — О, так ты уже сам признаёшь, что мне не нужно ничего доказывать? — Оставь свои дешёвые психологические уловки. — Эндрю лишь усмехается. Тренировка продолжается. Они работают до изнеможения, выкладываются на максимум. Нил ловит каждый шанс вывести Эндрю из равновесия, а Эндрю без особого труда обходит его уловки. После финального свистка они остаются на поле, тяжело дыша. — Ты держался неплохо, — признаёт Эндрю, вытирая шею полотенцем. — Это был намёк на то, что я проиграл? — Нет, это был намёк на то, что ты мог бы лучше. — И это говорит человек, который едва держится на ногах. — Я держусь прекрасно, — Эндрю делает шаг вперёд и слегка качается. — Проследив взглядом за «очень уверенным» шагом Эндрю, Нил фыркает. — Ага, конечно. Он бросает полотенце ему в лицо, прежде чем повернуться и двинуться к выходу. — Эй, а кто тут говорил, что он лучше меня? — Всё ещё я, — отвечает Нил, не оборачиваясь. Эндрю фыркает и идёт следом. — Ноги гудят, спина ноет, — Нил драматично откидывается на сиденье машины. — Если я не выберусь из этой машины через пять минут, знай: я погиб смертью храбрых. Эндрю молча заводит мотор. — Ты мог бы выразить хоть каплю сочувствия. — Я мог бы, но не хочу. — Как неожиданно, — Нил закатывает глаза. Эндрю не реагирует, сосредоточенно выруливая на дорогу. — Зато у меня есть хорошая новость, — продолжает Нил, глядя в окно. — Я сомневаюсь, но давай. — Завтра снова тренировка. Эндрю бросает на него ленивый взгляд. — Если бы ты был не таким мазохистом, я бы удивился. — А ты? — Что я? — Ты же тоже с радостью будешь снова убиваться на поле. Эндрю чуть пожимает плечами. — Ну, ты же знаешь. — Что ты ненавидишь всё на свете, но почему-то приходишь на каждую тренировку? — Именно. — Какое счастье, что я тебя понимаю. Эндрю хмыкает. — Вот именно. Они замолкают, погружаясь в комфортное молчание. В машине тихо играет радио, и Нил лениво следит за знакомыми улицами за окном. Когда они подъезжают к дому, Нил потягивается и кряхтит, явно привлекая к себе внимание. — Не думай, что я помогу тебе вылезти, — предупреждает Эндрю, выходя первым. — А я и не рассчитывал, — с лёгкой ухмылкой отвечает Нил. Через минуту они уже заходят в дом — Ты забираешь его? — уточняет Нил, развязывая кроссовки у входа. — Ага. — Хочешь, чтобы он подумал, что ты снова суровый и молчаливый? — Он уже знает, что я суровый и молчаливый. — Но ты не такой уж и молчаливый, когда мы вдвоём. Эндрю бросает на него взгляд, в котором читается: «Ты меня раздражаешь, но продолжай». — Так что, не хочешь сделать что-то неожиданное? — Например? — Например, купить ему что-нибудь по дороге? Эндрю задумчиво качает головой. — Что-то конкретное или просто так? — Просто так. — Ты так говоришь, будто он и так не купается в подарках. — Ну, ещё один не помешает. Эндрю закатывает глаза, но в итоге лишь берёт ключи и выходит из дома. Нил улыбается ему вслед.

***

      День подходил к концу, и солнце уже опускалось ниже, окрашивая город в тёплые оттенки. Эндрю припарковался у школы, привычно оперевшись локтем на руль. Внутри здания ещё было шумно: дети выбегали из комнат, родители ловили их на ходу, кто-то громко обсуждал домашние задания, кто-то наперебой рассказывал про новый эпизод любимого мультфильма. Эндрю вышел из машины и прислонился к двери, сложив руки на груди. Через пару минут показался Джозеф. Он шагал с уверенностью, но, увидев Эндрю, заметно замедлился. — Где папа? — вместо приветствия спросил он, подозрительно сощурившись. — Дома, — коротко ответил Эндрю. Джозеф скрестил руки на груди, копируя позу Эндрю. — Что-то тут не так. — Например? — Обычно ты меня не забираешь. — Обычно не забираю. Сегодня забираю. Проблема? — мальчишка лишь качает головой, отрицая наличие какой-либо проблемы. Джозеф ещё секунду подозрительно смотрел на него, а потом хмыкнул: — Подождите, мистер папа, — Джозеф поднял палец вверх. — У меня важный вопрос. Эндрю вздохнул. — Давай. — Мы куда-то едем? — Домой. — Просто домой? — Просто домой. Джозеф сузил глаза, явно не до конца веря в это, но в итоге пожал плечами и полез в машину. — Ну ладно. Но если по дороге ты решишь, что мне нужно что-то сладенькое, я буду не против. Эндрю закатил глаза, но, когда они свернули в сторону кафе, Джозеф самодовольно улыбнулся. — Я знал. — Ты не знал. — Нет, знал! — Просто ешь своё сладкое и не болтай. Джозеф весело рассмеялся, устраиваясь поудобнее на сиденье. Когда они вернулись домой, мальчишка уже жевал последнюю вафлю и с сияющими глазами вбежал в дом. — Папа! Папа купил мне огромные сладкие вафли! Нил, который уже успел устроиться на диване, лениво приподнял голову. — Ого. Прямо так просто? — Да! Ну, не сразу. Сначала я его раскусил. Нил посмотрел на Эндрю с прищуром. — Ты дал себя раскусить? — Он не замолкал.  Джозеф закатил глаза. — Вообще-то я очень обаятельный. — Да уж, — протянул Эндрю.

***

      Эндрю сбросил куртку и выдохнул, слегка потянув шею. День был долгим, хоть и привычным, но всё же приятная усталость уже давала о себе знать. Нил следом помогал Джозефу расстегнуть куртку, а тот, едва выбравшись из неё, тут же направился вглубь дома, бросив через плечо: — Можно мультик? — Можно, — разрешил Нил, одновременно потянувшись и покосившись на Эндрю. — Но сначала переоденься. Джозеф на бегу закатил глаза, но всё же скрылся в своей комнате, а Нил с Эндрю обменялись короткими взглядами. — Хоть в чём-то ты строгий, — заметил Эндрю, направляясь в кухню. — Ты хотел, чтобы я ему всё разрешал? — Не знаю. Просто забавно. Нил хмыкнул, не став продолжать, и направился к шкафу, чтобы заодно переодеться. Когда все собрались в гостиной, Джозеф уже вовсю выбирал, что смотреть. Нил сел на диван, а Эндрю устроился рядом, вытянув ноги. — Вот этот! — наконец определился Джозеф и включил мультик. Он тут же занял место между ними, уютно устроившись с пледом. На какое-то время все действительно просто смотрели — вечерняя рутина, в которой не нужно было никуда спешить, не нужно было ничего решать. Только тихий свет экрана, мерцание лампы на тумбочке и запах чая с кухни. Но, конечно, долго так не продлилось. — Это уже скучно, — первым высказался Нил, когда на экране раз в третий раз повторилась одна и та же шутка. — Ты не понимаешь искусства, — отозвался Джозеф, но было видно, что он тоже уже начал отвлекаться. Эндрю вздохнул: — Нил, не мог бы ты хотя бы один вечер не критиковать детские фильмы? — Тогда давайте лучше в игру, — предложил Джозеф, не давая Нилу ответить. — Какую? — спросил Эндрю. — В карты! Нил усмехнулся: — Ты в кого такой азартный? — В себя! — гордо ответил Джозеф, уже лезя за коробкой с игрой. Настольные игры в их семье давно стали своеобразной традицией, особенно в такие вечера. Эндрю играл с хладнокровием, Джозеф — с горящими глазами, а Нил… Нил просто наслаждался процессом. — Ты жульничаешь, — заявил Нил, когда Джозеф неожиданно выложил слишком удачную комбинацию. — Неправда! — Подозрительно, — поддержал Эндрю. — Вы просто завидуете, — фыркнул Джозеф, сияя. — О, конечно. Когда игра уже подходила к концу, Эндрю внезапно встал: — Чай. — Я с тобой! — тут же подскочил Джозеф. Нил покачал головой, наблюдая, как они скрываются на кухне, а потом со вздохом начал собирать карты. Через пару минут Эндрю вернулся с кружкой, а Джозеф — с печеньем, гордо заявив: — Я помогал! — Мы знаем, — ответил Нил. — По крошкам на полу? — добавил Эндрю. Джозеф скрестил руки на груди: — Я очень аккуратно! — Конечно. Они посидели ещё немного, но Джозеф уже заметно клевал носом. Когда он в очередной раз зевнул, Эндрю без слов поднялся и перекинул его на руки. — Я сам… — сонно пробормотал Джозеф, но даже не попытался выбраться. — Конечно, сам, — хмыкнул Нил. Эндрю унес его в спальню, а Нил следом заглянул, проверяя, что тот устроился поудобнее. — Спокойной ночи, — пробормотал Джозеф, уже почти засыпая. — Спокойной, — ответили они одновременно. Когда дверь в детскую закрылась, в доме повисла приятная тишина. Эндрю и Нил вернулись в гостиную, но теперь уже без лишних разговоров. Эндрю взял книгу, Нил потянулся за телефоном. Они просто сидели рядом, в тепле и уюте, без лишних слов. А потом, как-то естественно, переглянулись, и Нил сказал: — Спать? — Спать, — согласился Эндрю. Так заканчивался их обычный день — тот, который, возможно, не выделялся чем-то особенным, но был по-своему идеальным.

***

      Эндрю проснулся раньше обычного. Не резко, не тревожно — просто открыл глаза, осознавая, что уже не уснёт. В комнате было темно, только тонкая полоса света пробивалась через шторы, намекая, что утро близко. Тишина. Спокойствие. Нил лежал рядом, дышал ровно и спокойно. Лицо расслабленное, немного повернуто в сторону. Даже во сне он выглядел упрямым. Эндрю скользнул взглядом по его ресницам, по чуть приоткрытым губам, по острому углу скулы. В мягком полумраке всё казалось тише, чем обычно. Словно утро боялось разрушить этот момент. Эндрю не двигался, просто смотрел. И в этот момент его вдруг накрыла мысль, неожиданная и слишком огромная, чтобы её игнорировать: это моя жизнь. Он не задавался вопросом, как так вышло. Не пытался разобрать, в какой момент это случилось. Оно просто было. В доме, который больше не был просто временным пристанищем. В кровати, которая больше не казалась чужой. Рядом с человеком, с которым он никогда не думал, что сможет быть вот так — не через насилие, не через борьбу, а через что-то настоящее. Эндрю глубоко вдохнул, затем бесшумно выбрался из-под одеяла. Комнату наполнил лёгкий прохладный воздух, когда он поднялся. Нил не пошевелился, но Эндрю знал, что если бы он разбудил его, то услышал бы недовольное ворчание. Он прошёл на кухню, привычным движением включил кофеварку. Машина загудела, запуская процесс, а он, сложив руки на груди, прислонился к столешнице. Теперь, когда он остался один в утренней тишине, мысли в голове завращались быстрее. Он собирался сделать это. Правда собирался. Сказать эти слова. Сделать этот шаг. Выйти из зоны комфорта настолько, что назад дороги уже не будет. И всё же — внутри него не было паники. Не было даже сомнений. Было просто знание. Он хочет этого.

***

      Нил проснулся от едва слышного звука кофемашины. Он не сразу открыл глаза, позволил себе несколько секунд просто полежать, прислушиваясь. В комнате было ещё темно, но он знал — Эндрю уже не было рядом. Этот факт его нисколько не удивил. С тех пор как они начали жить вместе, Нил привык к тому, что Эндрю мог вставать первым. Иногда это случалось случайно, иногда потому, что Эндрю просыпался сам, иногда — потому что ему нужно было сделать что-то важное. Но чаще всего — просто так. Нил потянулся, зарываясь лицом в подушку, и вдохнул знакомый, родной запах. Ему не хотелось вставать. В уютном полусонном состоянии ему казалось, что если он просто останется так ещё на пару минут, то утро ещё не наступит окончательно. Но за дверью уже послышались шаги. — Вставай, — сухой голос Эндрю прозвучал рядом. Нил вздохнул, закрыл глаза ещё на пару секунд. — Не хочу, — пробормотал он. — Никого не волнует, — привычно парировал Эндрю. Нил приоткрыл один глаз. Эндрю стоял у двери спальни, скрестив руки на груди, с таким видом, будто уже пожалел, что вообще решил его будить. — Это угроза или обещание? — сонно уточнил Нил. Эндрю склонил голову на бок, выдыхая: — Это констатация факта. Нил снова закрыл глаза. — Тогда давай ещё пять минут. Он услышал шаги, а потом почувствовал, как что-то тяжёлое плюхнулось ему на ноги. Нил дёрнулся и резко сел. — Ты только что кинул в меня подушку?! Эндрю уже успел отвернуться, направляясь обратно на кухню. — Ты не уточнял, каким способом тебя разбудить. Нил раздражённо выдохнул, но, несмотря на это, невольно улыбнулся. — Подожди, я сейчас… — Давай быстрее, у тебя ещё сын есть, которого нужно поднять. И Нил тут же вспомнил, что да — ему действительно пора вставать. Он провёл рукой по лицу, стряхивая остатки сна, и, наконец, встал. Когда он вошёл на кухню, кофе уже был готов. Эндрю стоял у плиты, методично разбивая яйца в сковороду, и выглядел так, будто готовился совершить преступление, а не готовить завтрак. — Твой кофе, — бросил он, не оборачиваясь. Нил взял чашку и сделал глоток. — На удивление ты не такой ворчливый, как обычно, — заметил он. Эндрю скользнул по нему взглядом. — Ты просто ещё не успел меня побесить. Нил усмехнулся, поставил чашку и направился к комнате Джозефа. Теперь была его очередь будить кого-то.

***

      Нил тихо открыл дверь в комнату сына. Внутри было полутемно — плотные шторы заглушали первые лучи солнца, а в углу мерцал ночник с мягким, тёплым светом. Джозеф спал, уткнувшись носом в подушку, раскинув руки в стороны, как будто ему снился особенно приятный сон. Нил присел на край кровати и осторожно коснулся его плеча. — Джозеф, — позвал он. Ребёнок не шелохнулся. — Пора вставать, малыш. Джозеф что-то пробормотал во сне, нахмурился и попытался закопаться глубже в одеяло. Нил усмехнулся. — Давай, тебе нужно в школу. — Н-не хочу, — простонал Джозеф, не открывая глаз. — Никого не волнует, — автоматически ответил Нил, повторяя слова Эндрю. Ребёнок дёрнулся, а потом, наконец, приоткрыл один глаз. — Ты… ты как папа сказал, — пробормотал он. Нил улыбнулся. — Ну, это работает, не так ли? — Нет, — пробурчал Джозеф и снова уткнулся в подушку. Нил вздохнул, погладил его по волосам, потом склонился ниже. — Но если ты сейчас встанешь, то у тебя будет время спокойно позавтракать. И ты сможешь выпить какао. Джозеф на секунду замер, будто обдумывая сделку, а затем медленно повернул голову к нему. — С маршмеллоу? Нил сделал вид, что задумался. — Возможно… — С маршмеллоу, — повторил Джозеф, теперь уже более настойчиво. Нил кивнул. — Тогда давай поднимайся. Джозеф потянулся, зевнул, но, наконец, сел. Его волосы торчали в разные стороны, глаза ещё были сонными, но он уже не выглядел таким категорично настроенным против подъёма. — Ну вот, — сказал Нил, — теперь пошли умываться, а потом на кухню. Джозеф слез с кровати и, чуть покачиваясь, побрёл в ванную. Нил последовал за ним, чтобы удостовериться, что ребёнок действительно умоется, а не просто поплещется водой ради вида. Когда они пришли на кухню, на столе уже стоял завтрак, а Эндрю, как всегда, выглядел так, будто всё это происходящее его утомило ещё до того, как начался день.

***

      Эндрю стоял у плиты, лениво помешивая омлет. На плите уже стоял подогретый тостер, а рядом дымились две кружки кофе для него и Нила, какао для Джозефа. Когда Нил с сыном вошли на кухню, Эндрю лишь скользнул по ним взглядом и вернулся к готовке. — Ты всё-таки поднял его, — прокомментировал он. — Да, — Нил взял кружку с кофе и сделал глоток. — Пришлось применить особые методы убеждения. Джозеф, который всё ещё потирал глаза, но уже выглядел более бодрым, уселся за стол и потянулся к своей кружке. — Он сказал, что даст мне какао с маршмеллоу, если я встану, — сообщил он, прихлёбывая напиток. Эндрю перевёл взгляд на Нила, поднял бровь. — Торгуешься с ребёнком за пробуждение? — Работает же, — Нил усмехнулся и сел напротив Джозефа. — Должен был просто сказать «никого не волнует». — Я сказал, — пожал плечами Нил, отламывая кусочек тоста. — Но этот метод сработал лучше. Эндрю покачал головой, но не стал спорить. Он разложил на тарелки омлет и поставил их на стол. — Ешьте. Джозеф взял вилку и сделал пару аккуратных укусов, прежде чем задать свой традиционный утренний вопрос: — А что мы будем делать после школы? — Эндрю тебя заберёт, — ответил Нил. — А потом? — А потом приедем домой, — подал голос Эндрю, поднося кружку к губам. — А потом? — Ты всегда столько вопросов задаёшь утром? — хмыкнул Эндрю. — Да, — без тени сомнения ответил Джозеф. Нил усмехнулся. — Вечером будем дома, что-нибудь посмотрим или поиграем, а потом —спать. — Можно настольную игру? — Можно, — согласился Нил. — А в прятки? Эндрю фыркнул. — Тебе уже не пять, чтобы в прятки играть. — Но мне нравится! Нил бросил взгляд на Эндрю. — Значит, сыграем в прятки. — Ты на его стороне? — лениво поинтересовался Эндрю. — Мы живём вместе, так что да, — Нил улыбнулся. — Ага, — подтвердил Джозеф, довольно жуя завтрак. Эндрю лишь закатил глаза и сделал ещё глоток кофе. Когда завтрак был закончен, началась привычная утренняя суета: Джозеф натягивал куртку, Нил проверял его рюкзак, а Эндрю пошел прогревать машину. — Всё взял? — уточнил Нил у сына. — Да! — Пенал? — Да! — Бутылку с водой? — Да-а-а, — протянул Джозеф, уже торопясь к двери. — Точно? — Пап, да! Джозеф вышел к Эндрю и вскоре машина уже плавно выруливала со двора, направляясь к школе. В машине было тихо, если не считать негромкой музыки, что лилась из динамиков. Джозеф, пристёгнутый на заднем сиденье, болтал ногами в воздухе и разглядывал пейзаж за окном. Эндрю вел машину спокойно, одной рукой на руле, другой переключая передачи. — Ты точно приедешь за мной? — спросил Джозеф, не отрывая взгляда от окна. — Я что, хоть раз тебя забывал? — лениво поинтересовался Эндрю. — Нет, но… — Джозеф замялся. — Просто проверяю. Эндрю бросил взгляд в зеркало заднего вида. — Если боишься, что тебя придётся оставить в школе, могу не приезжать. — Неееет! — тут же воскликнул Джозеф, а потом добавил с улыбкой, — Я буду ждать. Эндрю, останавился у школы. Джозеф отстегнул ремень и схватил рюкзак, но, прежде чем выскочить, обернулся к нему. — Пока, пап! — Пока, хорошего дня. Джозеф кивнул, захлопнул дверцу и побежал ко входу, размахивая рукой в прощании.

***

      Эндрю остановился у обочины, следя, как Джозеф с довольной улыбкой направляется к школе. Тот оборачивался, подмигивал, делая шаги всё дальше от машины, и Эндрю, улыбнувшись, помахал ему на прощание. Как только сын исчез за дверью, Эндрю выдохнул и достал телефон. Нужно было поговорить с Рене. Он быстро нашел её номер и набрал. Пару гудков, и Рене ответила. — Привет, Эндрю! Как ты? Всё в порядке? — Привет. Джозеф в школе, всё хорошо, но… мне нужно с тобой поговорить, — его голос стал серьёзным. — У тебя есть время сегодня встретиться? Это важный разговор. — О, что-то серьёзное? Конечно, можем встретиться. Ты где? — Я у школы. Можем в кафе встретиться, если не слишком поздно? Хочу обсудить кое-что, — Эндрю немного помолчал, пытаясь собрать мысли. — Я собираюсь сделать Нилу предложение. Нужно выбрать кольцо, но я не уверен, как это сделать правильно. Может, ты поможешь? Рене замолчала на пару секунд, как будто оценивая информацию. — Подожди, ты серьёзно? Ты готов? Вау! Конечно, я помогу, — Рене резко заговорила, — Давай встретимся через пару часов, я буду в центре города, — Уокер уже продумывала вслух детали встречи, — Идеально. Я тебе помогу выбрать кольцо, расскажи, какой у тебя план. Всё сделаем как нужно! — Отлично, встречаемся через два часа, — Эндрю почти не верил в свои слова, но это было настоящим. И, что более важно, он был готов. — Тогда до встречи! Не переживай, у нас всё получится. Он завершил звонок, положил телефон на сиденье и несколько минут сидел, глядя в окно. Мысли о будущем, об ответственности, об этом шаге начинали захватывать его целиком. Всё стало очень настоящим, и в какой-то момент Эндрю понял, что именно в этот день начинается что-то совершенно новое.

***

      Через пару часов Эндрю встретился с Рене в уютном кафе в центре города. Он уже подъезжал, когда заметил её за столиком у окна, она сидела с чашкой кофе, листая каталог ювелирных украшений на своём планшете, заметив его, помахала ему рукой. — Ты как всегда вовремя, — подметила Рене, когда Эндрю присел напротив. — Я тут думала, что ты забудешь, что мне нужно кофе, а ты даже с этим успел. Эндрю не мог не улыбнуться. Она всегда знала, как сделать разговор лёгким, даже когда дело касалось серьёзных вещей. — Не забуду, — сказал он, опуская взгляд на её планшет. — Так что, как ты? — Да, всё нормально. — Рене сделала глоток кофе, отложив планшет. — А вот у тебя, похоже, вопрос посерьёзнее. Так что ты меня вызвал? Что там с предложением? Эндрю глубоко вздохнул и, немного замявшись, заговорил: — Я действительно собираюсь сделать Нилу предложение. Это не просто идея, это… реальность. Но я не знаю, с чего начать. Ты меня знаешь, я не самый романтичный человек. Не умею такие вещи красиво устроить, — помолчав, Эндрю повторился, — Ну, ты знаешь меня, Рене. Мне нужно кольцо, я не хочу ошибиться. Рене с удивлением посмотрела на него. — Ты?! Серьёзно? — она рассмеялась, но не с издёвкой, а с искренним удивлением. — Это что-то новое! Но да, конечно, я помогу тебе. Давай выберем кольцо, чтобы он был в восторге. У тебя есть какие-то предпочтения? Тебе нравится что-то конкретное, или ты хочешь, чтобы я тебе порекомендовала? Эндрю задумался на минуту. — Я хочу что-то простое, но значительное. Не слишком пышное, но… особенное. Чтобы Нилу понравилось, чтобы это было именно для нас двоих, а не просто «стандартное кольцо». Рене кивнула, улыбаясь. — Я тебя поняла. Пошли, у меня есть пару мест, которые подойдут для такого случая. Поймём, что лучше. Они встали, и Рене повела Эндрю в один из ближайших ювелирных магазинов, который славился качественными, но не слишком дорогими изделиями. Он пытался сохранять спокойствие, но внутри всё клокотало. Он не знал, как Нил воспримет его предложение, не знал, что будет дальше, но Эндрю чувствовал, что это именно тот момент, когда он не может отпустить свою мечту. Когда они зашли в магазин, Рене взяла его под руку и сразу направила в отдел с кольцами. — Ну, давай посмотрим. — Рене начала рассматривать экспонаты. — Вот это, например, совсем не плохо. Сдержанное, но изысканное. Как тебе? Эндрю взглянул на кольцо. Простое, с минималистичной вставкой, серебро, с блеском. Это казалось именно тем, что он искал. — Это прекрасно, — сказал он, слегка улыбаясь. — Но мне нужно не просто кольцо. Я хочу, чтобы Нил почувствовал, что это… что это важный момент для нас. — Ты прав, — подтвердила Рене. — Нужно что-то особенное. Так что давай возьмём лучшее. Они продолжали искать, выбирая кольца, обсуждая их как ценители, но всё равно Эндрю чувствовал, что это именно то кольцо, которое он хотел. Оно не было слишком броским, но в нем была та простота и чистота, которые идеально подходили их отношениям. Через некоторое время Эндрю принял решение. Он показал Рене свой выбор, и она лишь кивнула с улыбкой, подтверждая, что это оно. Это было кольцо, которое он хотел подарить Нилу. — Думаю, это оно, — сказал Эндрю, чувствуя, как в груди стало немного спокойнее. — Пора возвращаться. Рене одобрительно кивнула. — Эндрю, ты сделал правильный выбор. А Нил будет на седьмом небе от счастья. Ты ведь уже готов, правда? Он посмотрел на кольцо и, наконец, почувствовал, как этот момент стал настоящим. И пусть всё ещё было немного волнительно, но теперь он был уверен — это был его выбор. Эндрю был готов сделать шаг, который изменит всё.

***

      После того как Эндрю выбрал кольцо, он решил сразу приступить к организационным моментам. Для него было важно, чтобы всё прошло идеально, чтобы этот момент стал для Нила незабываемым. Не хотелось упускать ни одной детали, и поэтому Эндрю взял в руки телефон, чтобы обзвонить Лисов Этим людям можно было доверять. После обзвона Лисов, Эндрю сразу же приступил к планированию, разделив всё на несколько этапов, чтобы ничего не упустить. 1. Аренда стадиона Он позвонил в администрацию стадиона и договорился об аренде. Стадион будет арендован целиком, чтобы создать атмосферу интимности среди большого пространства. 2. Салюты Он обратился к компании, специализирующейся на организации фейерверков и салютов. Объяснил, что хочет устроить масштабное шоу в честь предложения. Эндрю настоял на том, чтобы салюты были яркими, он также заказал несколько дымовых шашек, чтобы создать особую атмосферу и подчеркнуть значимость момента. 3. Украшения Эндрю потратил несколько часов на выбор украшений. Он знал, что хочет создать атмосферу уюта и тепла. Он выбрал нежные огоньки и цветочные гирлянды, которые создадут романтичную атмосферу на стадионе. Несколько зон с мягкими креслами и пледами, где гости смогут расслабиться и наслаждаться моментом, стали частью его планов. 4. Музыка Музыка должна была стать важной частью вечера. Эндрю договорился с группой музыкантов, которые будут играть живую музыку. Для этого они подготовят набор спокойных и романтических композиций, а в момент самого предложения включат песню, которая будет для Нила и Эндрю особенной. В этой песне было что-то важное для них обоих, и Эндрю решил, что это будет их личная мелодия. 5. Гости и их участие Планирование того, как они будут участвовать, тоже было важной частью. Все Лисы были вовлечены в организацию и должны были принять участие в сюрпризе. Каждый получит свою роль: кто-то ответит за украшения, кто-то за организацию света и музыки, кто-то позаботится о логистике, чтобы всё прошло без сбоев. Но главное — каждый должен был быть готов в момент, когда Нил скажет «да». Эндрю даже предусмотрел, что в нужный момент все должны будут устроить настоящий фейерверк эмоций — хлопушки, громкие крики, и, конечно же, громкий залп в честь того, что момент стал историей. Эндрю ещё несколько раз пересмотрел список задач и подумал о Ниле. Всё это было для них двоих, для их будущего. Это был не просто подарок, это был момент, который навсегда останется в их памяти, момент, когда они наконец станут семьёй.

***

      Когда все приготовления были завершены, Эндрю взглянул на часы и понял, что пора забирать Джозефа со школы. Он быстро собрался и выехал, оставив все мысли о предстоящем важном дне на потом. В голове всё ещё крутились детали, но сейчас нужно было сосредоточиться на простых вещах. Забрав сына, он отправился домой. Джозеф, как всегда, весело болтал о том, что происходило в школе, задавая вопросы и рассказывая какие-то мелкие новости. Эндрю слушал его, иногда поддакивая, иногда вставляя пару комментариев. Все-таки такие моменты были дорогими. Когда они добрались домой, обстановка была уютной, знакомой. Вечер прошел спокойно — они смотрели телевизор, играли в настольные игры или просто болтали. Джозеф заснул, а Эндрю с Нилом повалялись ещё какое-то время и тоже ушли спать.

***

      Это был обычный, на первый взгляд, утренний момент, но Эндрю чувствовал, как сердце бьется чуть быстрее. Сегодняшний день был не таким, как все предыдущие. Он стоял у плиты, готовя завтрак, одновременно слушая, как Нил разговаривает с Джозефом, собрав его к школе. Джозеф, всегда активный и веселый, бегал по кухне, обыскивая полки в поисках чего-то вкусного. Он с энтузиазмом делился своими планами на день, не дождавшись ответа от родителей, болтая о том, как сегодня снова будет играть в футбол с друзьями. — Ну, Джоз, ты уверен, что не забыл ничего важного? — спросил Нил, застегивая рубашку и кидая взгляд на сына. — Помни, что сегодня физра. — Я всё, пап! — Джозеф весело махнул рукой. — У меня всё есть! Эндрю только усмехнулся, когда Джозеф взял свою спортивную сумку и скинул её на стол. Он передал ему бутерброды и пакет с фруктами. Джозеф подхватил рюкзак и был готов к уходу. Завтрак прошел быстро, без суеты. Вроде бы обычное утро, но Эндрю знал, что этот день станет особенным, и его мысли не покидало чувство волнения. Эндрю с Нилом выходили из дома, Джозеф уже в своей куртке, готовый к отправлению. Он сидел на заднем сиденье машины, увлеченно что-то рассказывал, не замечая, как время летит. Эндрю настраивал навигатор, в то время как Нил вел машину, его руки уверенно крутили руль, а глаза с любовью следили за Джозефом в зеркале заднего вида. — Ты точно не забудешь, что сегодня у тебя физра? — Эндрю наклонился вперед, обращаясь к Джозефу. — Не-не! — Джозеф отмахнулся и ухмыльнулся. — Всё нормально! Я сегодня первым забью гол! — Ты и так всегда первым забиваешь, — подколол его Нил, улыбнувшись. Эндрю рассмеялся в ответ, чувствуя, как напряжение уходит, несмотря на всё, что он задумал. На улице было морозно, но воздух чист и свеж, и это наполняло день легким ощущением надежды. Ещё немного, и всё будет как надо. Дорога до школы была короткой, и спустя несколько минут они подъехали к зданию. Нил припарковался, Джозеф быстро выскочил из машины, заверив родителей, что не забудет ничего важного, и побежал к своим друзьям. Эндрю и Нил остались в машине, наблюдая за тем, как Джозеф входит в школу. После того как Нил и Эндрю отвезли Джозефа в школу, они направились к стадиону. Машина двигалась по привычному маршруту, а разговоры между ними были легкими и беззаботными — как обычно перед тренировкой. Ничего необычного. Всё шло по плану. Тренировка прошла, как и обычно: с напряжением, динамично и с полной отдачей. Орлы снова продемонстрировали отличную командную игру. Эндрю был доволен результатом, его лицо оставалось сосредоточенным, но внутренне он чувствовал, что всё идёт правильно. Это был привычный день. После тренировки они поехали обратно, чтобы забрать Джозефа из школы. Эндрю немного размышлял о том, как будет выглядеть вечер, но в целом, всё шло так, как он и планировал.

***

      Когда Эндрю и Нил вернулись домой с Джозефом, день почти подошёл к своему завершению. Джозеф, уставший, но довольный, Эндрю и Нил, оставив свои сумки и вещи, обменялись парой слов, как всегда, легко и без напряжения. В какой-то момент Эндрю, наблюдая за Нилом, как-то по-особенному, загадочно взглянув на него, сказал: — У меня есть для тебя сюрприз. Нил, подняв брови, немного удивлённо посмотрел на него. Он не был уверен, что именно Эндрю задумал, но это было типично для него — порой делать что-то неожиданное. Эндрю подошёл, нежно, но уверенно положил руку ему на плечо и добавил: — Ты ничего не говори, просто доверься мне. Эндрю тихо взял Нила за руку и подошёл к нему, распаковывая какой-то свёрток. Нил поднялся и без лишних слов принял от него мягкую повязку для глаз. Эндрю, с небольшим юмором, но с тем неуловимым теплом в голосе, попросил: — Завяжи глаза. Это для твоего же удовольствия. Нил послушно закрывает глаза, чувствуя, как завязка мягко и аккуратно прижимается к его лбу, скрывая весь вид. И вот, в полной темноте, он ощущает, как Эндрю обходит его, а затем мягко, с нежностью усаживает его обратно в машину. Он слышит, как Эндрю садится за руль, и уже понимает, что их день ещё не завершён. — Мы едем, — тихо говорит Эндрю, и с этими словами они выезжают в сторону стадиона, не раскрывая Нилу, что его ожидает дальше. В машине повисла легкая атмосфера ожидания, но и лёгкое волнение, которое витало между ними. Эндрю знал, что момент, когда Нил увидит, что его ждёт, будет действительно важным. И хотя всё оставалось скрытым за повязкой, внутри Эндрю всë было спокойно и решительно. В конце концов, это был его самый важный сюрприз для Нила.

***

      Когда машина наконец остановилась и Эндрю аккуратно припарковал её на парковке у стадиона, Нил почувствовал, как волнение начала медленно нарастать. Он не знал, что ожидать, и хотя он доверял Эндрю, неизвестность всегда пробуждала в нем ощущение лёгкой тревоги. Времени размышлять у Нила не было. Эндрю мягко приоткрыл дверь и помог Нилу выйти из машины, поддерживая его за плечо. — Мы здесь, — сказал Эндрю с лёгким тоном, который, казалось, скрывал его собственное волнение. — Подожди немного. Эндрю вел его по знакомой, но теперь немного изменённой территории стадиона. Он чувствовал, как каждый шаг, каждый звук вокруг становится частью нечто бóльшего, скрытого от Нила. Его сердце ускоряло ритм, и всё внутри него словно замерло в ожидании того, что предстояло. Нил старался удержать равновесие, пока он шёл, но с каждым шагом на его лице появлялось всё больше сомнений. Он не мог понять, почему всё было так загадочно. Только когда Эндрю, мягко приобняв его за плечо, остановился в центре поля, Нил понял: это место — его особенное. В этот момент Эндрю наконец ослабил повязку на глазах Нила и в тот же момент, как она спадала, его глаза встретились с тем, что было приготовлено для него. Стадион был переполнен огнями. В воздухе висела какая-то особенная атмосфера. На его глазах стояли все Лисы и Джозеф, которого забрали из дома, с улыбками на лицах, которые были полны радости и какого-то тайного одобрения. Всё было идеально: разноцветные огоньки вокруг, музыка, которую Нил не сразу узнал, и салюты, которые выглядели так, будто мир сейчас весь был для них двоих. Эндрю, став на одно колено перед ним, посмотрел в глаза Нила с такой искренней решимостью, что Нил ощутил, как его сердце начинает биться быстрее. Его дыхание слегка сбивалось от волнения. Всё вокруг, как будто, затихло. Тот момент, когда их взгляды встретились, когда Эндрю говорил слова, которых Нил не ожидал услышать, заполнил пространство между ними. — Нил, — начал Эндрю, его голос дрожал, но был полон любви и уверенности. — Мы прошли через многое вместе, но для меня самое важное… это быть с тобой всегда. Ты — всё, о чём я мог мечтать и гораздо больше. Каждый день с тобой — это как подарок. Я хочу, чтобы мы были вместе, чтобы твоя рука всегда была в моей. Ты — мой дом, Нил. Согласишься ли ты стать моим спутником навсегда? Нил стоял неподвижно, его сердце словно выскочило из груди. Он не знал, что думать, что сказать. Это было неожиданно, волнующе и невероятно красиво. Внутри него росло одно чувство, которое было важнее всего на свете: он хотел этого. Он знал, что это именно тот момент, когда он мог сказать то, что чувствует. — Да, — выдохнул он, едва сдерживая эмоции. — Да! — повторил он громче. В тот момент, когда его слова прозвучали, Лисы с Джозефом начали взрывать хлопушки, и салюты осветили ночное небо. Ритмичные взрывы, яркие вспышки в воздухе, музыка, играющая на фоне… Весь мир казался таким живым, таким радостным. Это был момент, когда всё вокруг замирало и одновременно взрывалось от эмоций. Эндрю не мог сдержать улыбку, когда он аккуратно взял кольцо и надел его на палец Нила. — Он сказал да! — кричал Эндрю, его голос звенел от счастья. Он поднялся и, не раздумывая, поцеловал Нила, целуя его так, как будто мир перестал существовать. Всё было настолько невероятно, что Нил даже не мог поверить, что это действительно происходит. Они стояли среди огней, в объятиях друг друга, забыв обо всём на свете, пока шум Лисов и музыка продолжали наполнять воздух. В тот момент было только они, их любовь и обещания, которые теперь стали реальностью.

***

      После того как все хлопушки стихли, а последние огоньки салютов затухли, Нил и Эндрю остались стоять в центре стадиона, все ещё не веря в происходящее. Они не могли сдержать улыбок, их руки крепко сцеплены, как будто это был момент, когда они смогли наконец-то отпустить все свои страхи и переживания, и просто быть вместе. Но их счастье ещё не было завершено. Все Лисы начали подниматься со своих мест и двигаться к ним. Лица их были полны радости, а в глазах сверкали искренние улыбки и восхищение. Они окружили пару, поздравляя их с этим важным моментом в их жизни. — Ты всё-таки смог, Эндрю, — засмеялся Аарон, — Нил, ты не представляешь, как мы рады за вас. — Поздравляю! Это было потрясающе, — добавил Кевин, поднимая тост с бутылкой шампанского, который кто-то успел принести. Он улыбался так, что казалось, что вся эта радость на самом деле была его личной победой. — Нил, теперь ты точно счастлив! — прокомментировал Мэтт, обнимая обоих и слегка покачивая их от счастья. — Мы всегда знали, что вы идеальны друг для друга. Дэн не стала отходить от своей любимой манеры — она просто подошла, положил руку Нила на плечо и сказал: — Ты заслуживаешь этого, парень. Так держать. Мы все это видели, и мы гордимся тобой. Никки, кричащий громче всех не мог скрыть радости, когда подошёл к Нилу и Эндрю: — Это круто. Молодцы, ребята. Не перестаю верить, что все у вас будет только хорошо. А Элисон с Рене подошли чуть позже, с бокалами в руках, их глаза сверкали, а на губах была игривая улыбка. Рене, подходя ближе, с сарказмом, но с доброй улыбкой сказала: — Ну что, я предлагаю забрать этого маленького ангела домой, чтобы у вас было время насладиться этим моментом вдвоём. Элисон взглянула на Джозефа, который радостно кружил вокруг, его лицо было таким же счастливым, как и у его родителей. — Конечно, — подхватила Элисон. — Пусть Джозеф проведёт ночь с нами, а вы, — она сделала паузу, взглянув на Эндрю и Нила с едва заметной насмешкой, — можете спокойно наслаждаться новым этапом в вашей жизни. Рене рассмеялась, а Элисон только хитро подмигнула. Джозеф, не понимая всех тонкостей, с радостью согласился на предложение девушек. Он не мог дождаться, чтобы увидеть, что будет дальше, а поездка с Рене и Элисон обещала быть весёлой. Он обнял родителей, сказал им, что скоро вернётся, и уже с радостью побежал в сторону их машины. — Поздравляем ещё раз! — крикнул Аарон, и в этот момент все Лисы снова разразились аплодисментами и криками радости. Нил и Эндрю оставались стоять, чувствуя, как тепло этого момента проникает в каждый уголок их сердца. Всё, что казалось таким долгим и трудным, теперь было так просто и естественно. Всё было правильно, и впереди их ждало множество счастливых дней.

***

      Вечер тянулся плавно, окутывая их тёплым, неспешным течением. В комнате царил полумрак, мягкий свет лампы ложился золотистыми бликами на кожу, подчеркивая каждый изгиб, каждую тень. Тишина, нарушаемая лишь редкими звуками их дыхания, создавалась не неловкостью, а тем особенным моментом, когда слова становятся лишними. Эндрю первым протянул руку, медленно, словно давая Нилу время отступить, если тот захочет. Но он не отступил. Он только наклонился ближе, позволяя этим прикосновениям вести себя дальше. Их губы встретились осторожно, изучающе, но всего на пару мгновений, потому что следующая секунда была наполнена жадностью. Глубокий поцелуй, от которого закружилась голова, язык, скользящий навстречу, и ощущение, будто их обоих засасывает в вихрь этого момента. Нил чувствовал, как горячие, уверенные пальцы Эндрю скользят по его коже, изучая, запоминая, оставляя за собой едва заметную дрожь. Он выгибался навстречу, поддавался, желая ощущать его ближе. Тепло быстро разливалось по телу, пробираясь в каждый нерв, вызывая мурашки, заставляя сердце колотиться чаще. Они двигались неторопливо, почти лениво, будто растягивая этот момент, смакуя каждое касание, каждый взгляд. В этих прикосновениях было желание, оно казалось не таким как обычно, чем-то более важным, похожим на доверие, абсолютное принятие друг друга, понимание без слов. Когда Эндрю провёл губами по шее, оставляя после себя едва заметные поцелуи, Нил зажмурился, прикусил губу, а потом тихо выдохнул его имя. Это имя прозвучало в темноте комнаты так тихо, так призывно, что Эндрю задержал дыхание. На секунду он остановился, будто запоминая этот момент, а затем снова наклонился, оставляя тёплые поцелуи вдоль ключицы. Их дыхание постепенно становилось тяжелее, движения — смелее, жаднее, но при этом всё ещё наполненные вниманием друг к другу. Они чувствовали друг друга каждой клеточкой тела, в полной мере осознавая близость, которую не могли позволить себе с кем-то ещё. Когда напряжение стало почти невыносимым, когда их ритмы слились в единое целое, Нил запрокинул голову, губы приоткрылись в беззвучном выдохе. Эндрю следил за ним, за выражением на его лице, за каждым лёгким движением, и именно этот момент — момент полного доверия, полного растворения друг в друге — пробежался жаром по его спине. Последние секунды были наполнены чем-то почти священным. Они держались друг за друга крепче, дыхание сбивалось, кожа горела, а затем наступил тот самый пик, когда мир на мгновение перестал существовать. А после осталась только тишина. Глубокая, умиротворённая, наполненная тихими, сбившимися вдохами. Эндрю лениво провёл пальцами по спине Нила, зарываясь носом в его волосы. Тот тихо вздохнул, не размыкая объятий. Спешить было некуда. Говорить тоже не хотелось. Они просто лежали рядом, наслаждаясь ощущением близости, позволяя себе раствориться в этом чувстве. Потому что сейчас они были только вдвоём. И этого было более чем достаточно. Согревая друг друга, они остаются вместе, наслаждаясь этим моментом, зная, что в их отношениях есть что-то большее, чем просто страсть. Это то, что они построили вместе — любовь, которую они живут и которую готовы продолжать разделять.

***

      Утро началось тихо. Эндрю проснулся первым — не из-за будильника, не потому что надо было куда-то спешить, а просто так, по привычке. Он некоторое время просто лежал, вглядываясь в полуразмытые очертания комнаты, ощущая тепло рядом. Нил спал, повернувшись к нему, его дыхание было ровным, спокойным. На губах играла едва заметная тень улыбки, как будто даже во сне он чувствовал себя в безопасности. Эндрю медленно провёл пальцами по его щеке, откинул прядь рыжих волос со лба. Ощущение было странным — он никогда не думал, что сможет чувствовать себя так… правильно. Что сможет просто лежать вот так, рядом, не ожидая подвоха, не готовясь к удару. Но прежде чем он успел утонуть в этих мыслях, тишину нарушил звук хлопнувшей двери. Эндрю дёрнулся, а через пару секунд послышался знакомый голос: — Я дома! Он услышал, как Нил глубоко вдохнул и потянулся, а потом приоткрыл сонные голубые глаза. — Джозеф вернулся, — пробормотал он с улыбкой. Эндрю не ответил, только кивнул и медленно поднялся с кровати. Время валяния в постели закончилось. Когда они спустились вниз, Джозеф уже вовсю болтал, рассказывая, как прошел его вечер у Рене и Элисон. Он сидел на кухне, размахивая руками, а рядом с ним стояла тарелка с бутербродами, которые он явно не собирался есть, пока не выговорится. — …а потом мы смотрели мультик и там был такой огромный пёс, вы не представляете. Эндрю сел за стол, наблюдая за тем, как Нил привычно разливает всем чай, как Джозеф болтает, а его голубые глаза горят от эмоций. — Значит, хорошо провёл время? — спросил Нил, ставя перед сыном чашку. — Да! — Джозеф кивнул и взял бутерброд. — Но дома всё равно лучше. Он посмотрел на них с такой неподдельной радостью, что Эндрю на секунду замер. Дома. Это слово врезалось в сознание, заставляя сердце сжаться и тут же развернуться теплом. После завтрака они все перебрались в гостиную. Джозеф устроился на диване, раскинувшись поперёк, Нил рядом с ним, а Эндрю — в кресле напротив, лениво наблюдая за тем, как они о чём-то спорят. — Нет, пап, ты не понимаешь! Это не просто игра, это настоящий экстрим! — Джозеф говорил с жаром, пытаясь убедить Нила в чём-то явно важном. — Поверь, я знаю, что такое экстрим, — усмехнулся тот, и Эндрю только фыркнул, едва сдерживая ухмылку. Джозеф закатил глаза, но потом резко развернулся к Эндрю: — А ты что думаешь? Эндрю приподнял бровь: — Думаю, что ты чересчур болтливый. Джозеф на это только закатил глаза, но Эндрю уловил мельком, как в уголках его губ мелькнула довольная улыбка. Он откинулся в кресле, наблюдая за тем, как Джозеф снова начинает болтать, как Нил смеётся, как тёплый свет солнца заливает комнату, создавая атмосферу уюта. И тогда Эндрю поймал себя на одной мысли. Он всегда думал, что мечтают только дураки. Но теперь у него было всё, чего он хотел и в чём нуждался. Он знал, что не позволит этому исчезнуть. Мечта, что могла стать реальностью. И что ею стала.