cat’s love

Глубоко копаясь в своих мыслях: грядущих, навязчивых. Люди часто заблуждаются в собственном ходе мыслей. Никто не знает как будет верно, а как нет, не знает что будет завтра или что будет через минуту. Они просто живут. Многих устраивает то, что есть. То, как они живут, чем дышат, как думают и что чувствуют. Человеку легко запутаться в своих мыслях где-то там далеко в голове. В тех мыслях, в которых заблуждались и не находили ответа. Чаще всего просто забивали на это и продолжали жизнь без решения вопроса или той же проблемы. Но это никогда не считалось чем-то ужасным или постыдным. Не каждому человеку быстро удавалось найти пазлы и собрать себя по маленьким частям, раскрывая для себя новые факты и убеждения, стороны личности и качества. Для этого потребуется целая жизнь. И только из-за этого, людям всё равно что творится у них в голове. Почти 8 миллиардов человек проживают каждый день по-разному. Каждый думает о своём, каждый плачет по своемý. У кого-то умирают родные, у кого-то дни рождения. А кого-то насилуют без согласия. Самым ужасным в мире всегда будет считаться не незнание куда поступать, не феминизм и уж тем более не ориентации людей. Самым отвратительным будет считаться насилие в любом его виде. И грязными будут не окна квартир или машины, а сексуальное насилие. Что ощущали люди, которые подверглись этому? Ответ явен — мерзость и отвращение. Следы на своем теле не отмыть, как только не старайся тереть мочалкой в дýше. Как же сложно. Жить в бесконечном страхе, что тебя снова изнасилуют. До конца жизни мечта будет единственна, чтобы все те, кто делал это — вымерли. Минхо проснулся посреди ночи из-за боли в спине. Оглянувшись, заметил, что находится в машине за рулем, где-то на очень темной трассе. На другом сидении лежала пачка любимых Минхо сигарет. Машина была не заведена, с закрытыми дверьми. Он нервно ищет телефон в этом бардаке. Тревожность зашкаливает. Какие-то вещи падают, тесно и темно. Минхо матерится под нос и наконец находит его. Что? 1 сообщение «Ты че, ахуевший? Ты думал если появляться в своей мусорке не будешь то мы просто вот так оставим? А ты не изменился, такой же идиотина)». На часах ровно четыре утра. В глазах Минхо — ужас. Почему не отстанут? Почему он им нужен? Зачем? — Как же они заебали. - возмутился Ли и завел машину. Минхо было очень холодно. Почувствовал, как дышать стало сложно, потому что нос забит, виски пульсируют и предательски ноют. Одежда его была влажная и на секунду он забыл почему. А, точно. Он же спас парня из реки. И Минхо до сих пор задавался вопросом: Откуда этот Джисон знает это место? Там не ходили люди! Ладно, не суть. Сейчас это не имеет смысла. И пальто, тоже не имеет особого смысла, которое сейчас у Джисона, хотя согреться в нем было бы неплохо. В машине включился обогреватель, и Минхо подумал, что он в раю. Но нет. Рай был слишком далеко от его жизни. Он не расслабляясь выехал на трассу и поехал прямо к своей квартире, одновременно молясь, чтобы все было хорошо. Даже если надежды и молитвы иссякли еще в гнилом прошлом. В голове Минхо было пусто. Будто он просто ехал прямо. На теле неприятно ощущаются следы, после внезапных воспоминаний. И одежда прилипает к коже. Некомфортно. Пиздец как некомфортно. Ему даже сигареты в рот не лезли. Ли припарковался перед подъездом в свою квартиру. На улице еле-еле светало, но всё также мрачно темно. Дует прохладный ветер, чувствуется ему, что он конкретно заболеет. Звуки набирания пин-кода и он наконец поднимается на лифте. Ключи проворачиваются в дверной скважине, сердце Минхо запредельно громко стучит. Нет. Они оставили дверь открытой. Он медленно открывает дверь и заходит в свою квартиру. Нет. Почему? Минхо прошел по коридору в зал и перед глазами был ужас. Слезы навернулись. Везде разбросаны его вещи. Его рисунки порваны и измазаны чем-то. Картины в рамках разбиты и стёкла валяются на холодном полу. Матрас кровати порван и одеяло порезано. Окна открыты нараспашку, в комнатах дикий мороз. Руки Минхо дрожат. Мурашки пробегаются скользко по телу, соленые слезы капнули по щекам. Бардак. Катастрофа. На белом кафеле фломастером написано что-то. Минхо подходит ближе и садится на колени, читает. «Пока мы тебя снова не выебем, ты будешь жить в страхе» Истошный крик раздался по всей квартире. Минхо задыхается. Всхлипы и рваные вздохи. Он даже не почувствовал, как случайно порезал себе колено осколком стекла. Слезы заглушили боль. Он был зол. Он плакал, потому что был слишком зол. И сейчас никакая река, никакие сигареты и машина не смогут ему помочь.