Цветок для смерти

Куда не смотри, это место так и окутано тьмой. Застрять в этом месте было бы даже хуже смерти, ведь здесь невозможно умереть. Он сливается с этим местом со своей черной мантией, пряча и голову. Лезвие косы не мелькает на глаза, отблёскивая солнечным светом, а лишь просто сливается во тьме. На черепе имеются пару впадин, внутри которых мигают пару белых огоньков. В самом деле, смерть с косой собственной персоной. Посреди этого темного пространства имеется лишь одно место, привлекающее внимание светом, взявшимся откуда не пойми, оно будто приглашает прийти сюда, увидеть траву под ногами и даже не думать о том, как оно здесь растёт. Может, это место можно было бы назвать восьмым чудом света, но в таком случае таковым можно было бы легко назвать и барьер, удерживавший долгие-долгие века расу монстров под горой Эббот. Он помнит это как будто то было вчерашним днём. Он пришёл в это место, в экран загрузки и словно увидел ангела, окутанный лучами света и защищённый ими от всей тьмы вокруг. Скелет в светлых одеяниях, но сокрывающий свою личность под трикотажностью красной ткани, оборванный в местах, шарф. Красный шарф, цветом напоминающий кровь и всё, что с этим связано, но для него этот цвет казался просто ангельским. Даже не смотря на кровавый след в виде удара ножом проходяший с груди до пояса, всё равно, этот образ прекрасен. Каково было его удивление, когда его касание не прекратило существование этого скелета, а наоборот даже усилило, ведь это скелет, как и он сам, был просто голоден прикосновениями. Хотелось держать его руку хоть вечность. Каждая фаланга излучала тепло, подобно солнечным лучам, а их разговор, подчастую фривольный, было на вес золота, ведь не каждый день можно непринужденно обсуждать с кем-то то, насколько хороши хлопья Темми. Он говорит, что на вкус они как картон, да и лечат одно здоровье, после чего хихикает, когда слышит каламбур с этим, прячет лицо шарфом и выдумывает из воздуха каламбур в ответ, после которого оба заливаются смехом. Сейчас же он стоит, взгляд нацелен в пустоту. Может показаться, что он потерял этого скелета, но на самом деле он знал где найти и всё равно ноги повели его сюда. Хотел побыть здесь хоть несколько минут, вспомнить что было. И даже с осознанием того, что он более не может встретиться с этим скелетом, всё равно находится здесь было в радость, на несколько минут, после чего то стало невыносимо тяжелым. Из его уст вырвался вздох, усталый безусловно, но так же и смиренный, после чего чёрные крылья сделали пару взмахов, словно они жили своей жизнью, отдельной от него. Несколько перьев выбились и исчезли в темноте, а затем он и сам пропал. Солнце погружалось в свое гнездо, крася небо оттенками лениво розового и алого. На улице темнело, но это было невероятно для монстров, недавно нашедшие выход на поверхность, где был мир с людьми. Весь этот мир был чудом для них: в первый раз увидеть солнце, увидеть мир, окрашенный всеми цветами палитры, где о границах не было и речи. Риперу вошло в привычку наблюдать сдалека за одним скелетом, за тем скелетом, с которым он раньше проводил довольно много времени. Пытался заканчивать дела как можно раньше, чтобы встретиться, разговаривать без конца, ведь времени у них было много, слишком много даже для монстра. И они проводили это время с удовольствием, а сейчас же Рипер находил простую усладу оттого, что он был где-то далеко, но ближе чем ему стоило позволять себя. Это давало его тоскливой душе покой, даже если он знал что теперь лишён единственного, кого мог спокойно обнимать, чьи руки мог держать в своих. Впрочем, сегодня он снова занимался этим. Весь день этот скелет был с кем-то в компании, с братом, с друзьями и с самим собой, в конце концов. Улыбался, шутил, говорил о сне как о самом важном плане на этот день и гулял. Солнечные лучи освещали его черты весь день, непринуждённую улыбку на лице и такую сансовскую походку. Иногда Рипер ловил себя на мысли о желании подойди ближе, послушать его голос и даже... сказать что-то, напомнить о себе. А затем так же мгновенно отмахивался от этих идей, которые он считал просто нелепыми. Он ведь был самой смертью и твердил себе, что такие желания в сущности присуще смертным, чьи жизни для него коротки. Он сделал глубокий вздох, увидев скелета одного, уединившимся с самим собой когда день клонил к вечеру. Глаза смерти охватил восторг от вида фигуры среди цветущего сада с колючими розами, пахнущими соблазнительным запахом. А сам этот скелет среди роз был самым благовидным, но так же одновременно был подобен той самой розе, у которой нет шипов. – Гено... – это слово само вылетело с его уст, он был слегка одурманен красотой. Как лебедино-белое свечение фонарей заливало этого скелета светом, словно утренняя роса траву. Кажется Гено не услышал его голос, он был погружен в атмосферу покоя в саду. Он сделал пару шагов к кусту и аккуратно взял одну из роз и преподнес к лицу. В этот момент Гено чувствал себя живее всех живых, кто мог ощутить запах и наслаждаться моментом сполна. А душа Рипера в данный момент сворачивалось наизнанку от эмоционального коктейлья, что смешивалось внутри него и давило на самое больное. Он шумно выдохнул и отвернулся, зная что ему давно нужно было уйти и прямо сейчас он это собирался сделать. – Эй. – Этот внезапный голос мгновенно сбил Рипера с толку и он застыл на месте, как если бы его ноги были вбиты в землю. В голове сразу возникло слишком много мыслей и сомнений, но ему стоило больших усилий, чтобы отогнать их всех. В конце концов Рипер обернулся: глубоко внутри он надеялся, что это обращение не к нему или же что вообще послышалось. – И долго ты ещё собирался следить за мной? – слова явно были в сторону Рипера, да ещё и этот взгляд... который смотрел на него одного. Рипер нервно сглотнул, а улыбка на лице и вовсе отказывало появляться, как бы он не пытался. – Я... эм... – разные варианты ответа вертелись в его разуме и при этом он ничего не мог сказать. – Ты же занимаешься этим не в первый раз, разве так сложно было подойти и сказать что ты не ушёл? – говорит Гено отчётливым голосом и ровными шагами он стал приближаться к смерти, на что последний опешил. – Гено... – Нет, я не забыл про тебя, я просто хотел чтобы ты сам подошёл. Рипер хотел обнять Гено, так хотел, но он лучше чем кто-либо другой знал, что лучше уж попытается убить себя, чем сделает это. И Гено остановился прямо перед смертью, это не будоражило, это не пугало, скорее вызывало непоерлебимую хмурость на лице. Единственная глазница бегала по профилю смерти перед собой, впитывая детали как губка воду. – И я... – выражение Гено смягчилось, когда он прикрыл глазницу, думая над словами, – ждал и скучал. – Этих слов хватило, чтобы стереть все лишние мысли с головы Рипера. – Гено, я тоже скучал, но разве я мог просто подойти и взять тебя за руку? – его голос звучит шепотом в тишине, обнажая нотки неуверенности. – Нет, не мог, – полсе этих слов Гено улыбнулся. – Но ты мог бы хотя бы заявить о себе. Разве это так плохо? – он поднял руку, протягивая ему розу. Алая роза мерцала на руке у Гено словно символ надежды, которой Рипер был обделён.