Как исправить Средиземье

Как и всякий уважающий себя мир, благородное Средиземье было представлено целой Мультивселенной, в фрагментах которой события происходили по-разному. Где-то события отличались существенно, где-то — незначительно. Где-то после нуменорской катастрофы Валинор оказывался перенесён на отдельную планету в пустоте, а где-то все эльфы погибали и оказывались в мире духов, где и оставались до конца времён. И тем не менее, какие бы странные гости не посещали Средиземье, как бы не менялась история, некоторые краеугольные камни были одними и теми же практически везде. Мелькор начнёт Диссонанс и учинит Искажение. Феанор отправится в Исход и сразится с родичами в Альквалондэ, и будет за это проклят безжалостным валой. Война Гнева состоится и Моргот будет связан и изгнан из мира. Саурон начнёт ковать и создаст Кольца из собственной крови. Но из всех четырнадцати миллионов вариантов был единственный, в котором всё было иначе, и большей части бед удалось избежать.

***

Конечно, Мелькор всё равно начал свой Диссонанс. Без этого не было бы Арды, не было бы развития и жизни — в которой обязаны быть опасности и препоны, чтобы мотивировать возноситься выше и их преодолевать. Но вот потом… потом всё происходило совершенно иначе. Великий эльф Феанор, величайший из великих — нолдор — ещё в Амане встретил другого эльфа из Первого Дома. Этот эльф — о как благороден и спокоен он был, какой внутренней мудростью был наделён, — быстро стал ближайшим к Феанору, и Феанор без колебаний назвал его бы своим братом, а вовсе не надутого Ноло или тем более младшего, не особенно решительного, брата. Если в Феаноре зарождалось какое-то желание, то немедленно он советовался с эльфом, внешне напоминавшим самого Феанора — мощный профиль, длинные чёрные волосы, и неистощимая любовь ко всем эльфам, которых он считал детьми, за что его называли Отцом. И когда Мелькор проявил свою пакостную сущность, атаковав Финвэ и своровав Сильмариллы, Феанор хотел было собраться в большой поход и почти уже учинил Альквалондэ, но решил посоветоваться в последний раз — и мудрый эльф разъяснил ему, что не должно убивать родичей, ведь того добивается подлый Моргот. Тогда Феанор смирил свою ярость, и решил помыслить, а не переть, хоть попытка Мандоса выйти и начать проклинать и разъярила его. Вскоре состоялось публичное слушание. И тогда Валар согласились, что не должно злодею во мраке рыскать и порабощать то немногое живое, что было в Средиземье, и повелели тэлери отдать корабли на благое дело. Сели в них могучие нолдор и вместе с парой прославленных лидеров, что пользовались высочайшим почтением среди них, направились в Средиземье. Ох и несладко пришлось Морготу, когда единым фронтом нолдор выступили под руководством прославленного военачальника Феанора — все три Дома признали его своим господарем и пошли защищать Средиземье от тьмы.

***

Но и это было не всё. Конечно, это было не всё. Пока в Валиноре пребывал великий эльф Феанор и создавал свои могучие сильмариллы и величественные палантиры, наблюдал за его несгибаемой волей ещё один айну, который было хотел уже твёрдо и чётко выступить на стороне морготовой, разочарованный в том, что его теории не подтвердились, хотя все расчёты были верными, и подкативший Мелькор быстро уговорил его отправиться к себе в Утумно, пообещав что он-то вопросы те решит — наврал, конечно. И когда Феанор пребывал на собрании Валар и прочих айнур, решавших судьбу Исхода, сей айну также наблюдал за происходящим — и увидел несгибаемую волю Феанора, его мощные моральные принципы и подлинный авторитет. И померкли на фоне величайшего эльфа все обещания показать балрогов и даровать власть над огнём — понял тогда Саурон, а именно это был айну, что Мелькор весьма подл, ведь желал он чтобы эльфы занялись убийством друг друга, и не было это Порядком. Тогда Саурон решил, что поступит к Феанору в ученики — конечно, не в ремесленном деле, в котором майа всё ещё предполагал обойти прославленного эльфа и создать нечто ещё более впечатляющее, чем Сильмариллы, но в принятии решений. И если хотел что-то учинить Саурон, например выковать Кольцо, чтобы установить в мире абсолютный Порядок, то сначала спрашивал он Феанора, хорошая ли то идея, а если Феанор сомневался — то спрашивали Отца — и уж тот спокойный и мудрый эльф, который казалось даже на неприкрытую ругань в свой адрес спокойным и не терпящим возражения голосом поправит — точно скажет, как надо. И не стал покидать Саурон Амана, и остался там как мастер-кузнец. Так Мелькор лишился и раздора в стане эльфов, и своей правой руки — был он вынужден полагаться на Готмога, а тот конечно умел помахивать кнутом и гореть, но изобретатель и завершатель дел из него был так себе — сроки горели, прямо как сам балрог. И легко потерпел поражение Моргот, и устоял Белерианд, ведь не потребовалось вмешательства Стихий — хватило только нолдор, что действовали единым фронтом.