Трейлер Мансона
11 января 2025 г., 05:02
Эдди, покуривая очередной косяк, смотрел пустым взглядом в окно и о чем-то размышлял. Стив сидел рядом, их колени соприкасались. На тумбочке стоял небольшой ночник, освещавший небольшую гостиную Мансона. За окном шел дождь, выбивая по подоконнику незамысловатую мелодию. Пам-пам-пам. Будь Стив в хорошем настроении, он бы обязательно подколол Мансона едкой шуткой. Что-то вроде: «Даже дождь сочиняет мелодии лучше». Но Стив просто молчал. Он нервно поглядывал то на окно, то на тумбу, а именно на ночник.
— Че с лицом, Харрингтон? — спросил Мансон, улыбаясь во все тридцать два. Стив просто проигнорировал и отвернулся обратно к окну, нервно стуча пальцами по подоконнику. Неожиданно свет в помещении погас. Эдди пожал плечами, поворачиваясь к Стиву. Стив широко распахнул глаза и глянул на ночник, после вдруг резко сжал бедро Мансона, но тут же убрал руку и слегка покраснел; к его счастью, в темноте этого видно не было.
— Опа. А что же случилось? — Мансон ухмыльнулся, делая вид, что не понимает причину столь резкого изменения в лице дружка. Он дотронулся до плеча Харрингтона, сжимая. Стив дернулся и взвизгнул.
— Я уж думал, что Дастин лгал, когда говорил, что ты боишься темноты, чувак. — После собственных слов кудрявый громко засмеялся, хохоча во все горло. Стив, тяжело дыша, сел на подоконник, поближе к источнику лунного света, прикрыв лицо руками. Руки его слегка подрагивали, а дыхание было тяжелым и громким.
— Может, тебе налить? — Мансон приподнял бровь, кивнув на бутыль водки. Стив кивнул, на что получил усмешку Мансона. Кудрявый встал и налил приятелю стопку водки, протянув её вместе с куском ржаного хлеба. Стив не привык к таким закускам, так как обычно ел что-то подороже, но выбора немного. Стив залпом выпил стопку, закусив хлебом. Спустя пару минут его отпустило, а спустя еще пару стопок он и вовсе уснул. На утро он по-тихому встал и ушел домой, довольно глядя на солнце, которое освещало всё вокруг.
Спустя 3 дня. 21:00, 3 июня.
Харрингтон сидел в трейлере у Мансона, а тот смотрел на него с подозрительной ухмылкой. Стив прикуривал сигарету, глядя в окно. В этот раз он подготовился, взяв с собой свечи и зажигалку. Он второго раза не переживёт. Ближе к вечеру свет вновь выключился, шторы у Мансона в комнате были плотно задернуты. Стив попытался открыть их. — Там окно заклеено пакетами, выбили недавно. Ненавижу здешнюю алкашню, — сказал Мансон. Стив сразу же распознал в голосе насмешку. К сожалению, страх дал знать о себе, подав сигнал красный рукам: «Внимание, внимание! Пора начать трястись как сумасшедшие!». Руки, как по приказу, задрожали, а самому Харрингтону стало тошно от страха. Он подошёл к рюкзаку, пытаясь всем видом делать вид, что ему не страшно, пока Мансон лишь тихо ржал. Стив не обнаружил свечи и повернулся к Мансону, намереваясь спросить, нет ли у него свечи. Но свет от тонкой свечи опередил его. Мансон сидел и усмехался, держа в руках свечи Стива. — Не это ищешь, крутой мальчик? Неужели темноты боишься? Стив сжал зубы, но признаваться другу в глупом страхе желанием не горел, поэтому лишь тихо прорычал: — Нет. Мне вообще всё равно. Процедил он сквозь зубы, глядя на Мансона с презрением.Спустя пару месяцев. Конец лета, 31 августа. 19:00.
Темнеет раньше, чем пару месяцев назад. Стив сидит в трейлере у Мансона. Пусть Эдди уже заебал со своим отключением света, вечными издевательствами в попытках вынудить Стива признать свой страх, Стив все равно не горел желанием признавать это. Ему казалось это детским, возможно, все дело в его детстве. Отец всегда мечтал воспитать сына героем, который не боится ничего. Это и отразилось на Харрингтоне. Поэтому Стив прямо сейчас сидел в трейлере чертова Эдди Мансона, скуривая сигарету. Свет вновь отключился. Стив к этому привык, он подошел к рюкзаку, чтобы взять фонарик, который тот таскал каждый вечер, когда собирался навестить местного "фрика". Казалось бы, за это время страх должен уйти, Стив за последнее время часто встречался с ним лицом к лицу, но ничего подобного. Стив все так же боялся, прямо сейчас его руки тряслись, а сам он был на грани слез, как всегда. Слава Богу, в темноте этого не видно. Вдруг на талию легли сильные руки, обвивающие её вокруг. Стив на это заявление просто закричал и разрыдался. Он знал, что это Мансон, но все эти его "шутки" максимально иссушили Харрингтона. Он осел на пол и закрыл уши и глаза руками. Свет, разумеется, моментально включился, а спустя мгновение Стив мельком услышал голос Мансона. — Стив, эй, прости! Я не хотел! Ты в порядке? Всё хорошо, я рядом. Почему мельком? Да потому что у Стива в голове звучали свои голоса, которые говорили и твердили ему, что Харрингтону пиздец. Сейчас его утащат в темноту, сожрут, изнасилуют, убьют, расчленят, выпьют всю кровь и сдадут на органы. Голоса внутри вопили всё громче, стесняя самообладание Харрингтона в самый дальний угол, а на его место пришли паника и страх. Он уже вообще не слышал голос Эдди, а лишь слышал эти голоса, закрываясь руками и жмуря глаза. Он чувствовал касания рук Мансона, его кольца на своей коже, но сейчас Мансон — последнее, о чем он думал.Мансон сидел рядом и пытался как-то помочь Стиву, в мыслях он уже бил себя по башке, приговаривая, какой же он придурок, но вместе с этим понимал, что его вина сейчас Стиву в задницу не уперлась, Харрингтону нужно успокоиться. Эдди сидел перед дрожащим Стивом, который жмурил глаза и дышал через раз. — Стив, тише-тише... Я тут, всё хорошо, посмотри на меня. Мансону всё-таки удалось перехватить руки Стива, сведя их вместе, дабы Стив не царапал себя в истерике. Мансон притянул Стива поближе и тихо прошептал: — Вот так, умница... Эдди начал поглаживать его запястье, тихо, но уверенно говоря: — Так, а теперь дыши вместе со мной, договорились? Получив короткий кивок от Харрингтона, Мансон сделал глубокий вдох, дождавшись, пока Стив повторит, он подождал около четырёх секунд и выдохнул. Спустя пару таких подходов Стив начал дышать легче. Он всхлипывая хватался за одежду Эдди, но всё еще дрожал. Эдди гладил его, шепча успокаивающие слова. Вскоре паника ушла, оставив в Стиве лишь небольшую часть пустоты и уйму усталости. — Умница... Молодец... прости, что... я это устроил... — Всё хорошо... Только не надо так... Так больше... Это страшно... — Обещаю, больше ни разу в жизни. Стив прикрыл глаза и уснул. Эдди взял его на руки и положил на кровать, включив ночник. Он укрыл Харрингтона пледом, поцеловал в лоб и тихо прошептал: — Я люблю тебя, прости... Эдди, погруженный в свои мысли, даже не услышал тихого: «Я тебя тоже»
