Гарри Поттер и Драко Малфой: Запретный Альянс

Солнечный луч прорезал занавески спальни Гриффиндора, пробуждая Гарри от неспокойного сна. Воспоминания о поцелуе с Драко, о его нежном шепоте, о запретной близости, все еще витали в воздухе. Он чувствовал себя одновременно виноватым и счастливым, потерянным и найденным. В комнату вошли Рон и Гермиона, их лица были серьезными. Рон, как всегда, был немногословным, но его нахмуренные брови говорили сами за себя. Гермиона, наоборот, была наполнена тревожным волнением. "Гарри," начала Гермиона, голос ее был тихим, но твердым. "Мы видели тебя вчера вечером в Запретном лесу. С Малфоем." Гарри сглотнул. Он ожидал этого. Ложь была бы слишком очевидной. "Да," ответил он, чувствуя, как его горло пересыхает. "Мы говорили." "Говорили?" Рон фыркнул. "О чем? О том, как здорово было почти убивать друг друга несколько лет назад?" "Это не так просто," ответил Гарри, пытаясь подобрать слова. "Мы… мы поговорили о многом. О войне, о наших семьях, о… о прошлом." Гермиона смотрела на Гарри с беспокойством, пытаясь понять, что происходит. "Гарри, я знаю, что ты чувствуешь вину за все, что произошло, но Малфой… он остается Малфоем. Нельзя забывать, на чьей он был стороне." "Я знаю," прошептал Гарри, опуская голову. "Но… он не такой, каким кажется. Он страдал, Гермиона. Так же, как и мы." "Страдал?" Рон рассмеялся безрадостно. "Ты серьезно? Парень, который задирал тебя с первого дня в Хогвартсе? Который помогал Пожирателям смерти? Он страдал? Забавно." Гермиона, видя, как близка к разрыву их дружба, попыталась смягчить ситуацию. "Рон, давай не будем торопиться с выводами. Может быть, Гарри увидел в Драко что-то… что-то неожиданное." "Что-то неожиданное?" Рон саркастически усмехнулся. "Может быть, Гарри влюбился в него?" Гарри резко поднял голову. "Нет!" "Тогда объясни, почему вы проводите ночи в Запретном лесу?" спросила Гермиона, ее голос был полон боли. Гарри молчал. Он не мог объяснить им свои чувства к Драко. Он не мог объяснить, почему он чувствовал себя таким потерянным без него, почему его сердце билось быстрее при одной мысли о Драко. Его молчание было ответом само по себе. Он понимал, что его дружба с Роном и Гермионой, кажущаяся нерушимой, оказалась на грани краха. Их недоверие, их неспособность понять его чувства, разрывали его на части.