Искусство танца

Перед глазами, на фоне белого пространства медленно плывут неизвестные ему имена, в то время как он кружится в столь полюбившемся танце в последний раз. Он не знал, каким образом попал сюда, откуда играет эта чудесная музыка и откуда появляются эти имена. Всё, что ему сейчас хотелось, это танцевать. Танцевать всего лишь второй раз за жизнь. И что бы это никогда не прекращалось. Никогда. Он закручивается в очередной вихрь пируэта, и уходит за пределы экрана, только что бы вновь появится на другой стороне. Как же ему нравится танцевать! Кружиться, словно волчок под прекрасную музыку. Хочется, что бы это длилось вечно… Но вот, музыка начинает стихать, уступая место для другой мелодии, и он чувствует, что его время пришло. Закружившись, он уходит за пределы экрана, уже поставив точку в своей судьбе. Музыка замолкает, а глаза вновь застилает абсолютная тьма. ... ... ... Слышатся завывания ветра, в нос ударил лёгкий запах пыли и гнили, по чёрному телу пробежали мурашки. Он... Чувствует? Он чувствует! ОН ЧУВСТВУЕТ!!! - СТИМУЛЯЦИЯ!!! -прокричал он, что есть мочи, распахнув свои закрытые глаза- Он может чувствовать! Он чувствует каждое прикосновение своего тела, каждый порыв ВЕТРА! Он чувствует ЗАПАХ! Вместо абсолютной тьмы или колоды карт, в глаза бросились множество кусков камней. Плевать! Он чувствует! ОН ЧУВСТВУЕТ!!! Дыхание было прерывистым. Сам факт ощущения дыхания был просто невероятен! А осознание, что он где-то кроме всепоглощающей тьмы или колоды карт, да ещё и способен полноценно чувствовать, был просто великолепен!!! Он ущипнул себя. Он почувствовал боль! - СТИМУЛЯЦИЯ!!! -вновь прокричал он, вскочив на ноги- От осознания собственного положения хотелось кричать, что есть мочи! Рвать глотку в кровь, лишь бы насладится столь желанными ощущениями и чувством долгожданной свободы. Он просто разрывался от накативших ощущений! Хотелось трогать всё и вся вновь вернувшимся осязанием, вдыхать запахи возвращённым обонянием и разглядеть каждую мельчайшую деталь собственными глазами, которые наконец-то увидели что-то кроме бескрайней черноты и собственной зелёной шляпы! Он простоял так какое-то время, наслаждаясь каждым мгновеньем собственных вновь вернувшихся ощущений. Холод от очередного дуновения ветра, боль от попавшей пыли в глаза, запах подножной земли и какой-то гнили, свист всё того же ветра. Особое удовольствие получили глаза, что то и дело разглядывали окружение, высматривая самые мельчайшие детали, от мелких частичек грязи на камне и редкой жухлой травы, до еле заметных серых облаков на тёмном небе. - Небо… Красивое… -на выдохе прошептал он, стараясь как можно чётче разглядеть плывущие по тёмному небосводу еле заметные облака- Внезапно он почувствовал, как по его лицу скатывается что-то тёплое. Протерев это место испачканной в пыле рукой, он обнаружил несколько капелек слёз. - С… слёзы? –не веря собственным словам, произнёс он- Он не видел и не чувствовал свои слёзы с тех пор, как начался его экзамен сенсорной депривации. Наверное, невозможно сосчитать то количество слёз, что он пролил в чёрном пространстве в ожидании соискателя. Рвано вздохнув, он встряхнул с руки капельки и, схватившись за свою верную шляпу обеими руками, начал с ещё большим усердием осматривать окружение. То, что это был не Inscryption, было неоспоримым фактом. И даже если предположить, что один из переписчиков вновь захватил власть, то это тоже маловероятно, так как здесь нет обилия металла, пышной растительности или чего-либо магического. По запаху гнили можно было предположить, что Переписчица Мёртвых взяла власть в свои руки, однако отсутствие надгробий, каких либо костей или иной мертвечины говорило об обратном. Продолжив блуждать взглядом, глаза наткнулись на нечто необычное. Вернее, сейчас необычным было абсолютно всё, а потому глаза наткнулись на нечто выделяющееся средь серых тонов. Два довольно больших шатра цвета крови, от которых исходил алый свет и едва различимая среди завывания ветра музыка. Дыхание перехватило. Музыка… Незамысловатая мелодия, от которой захотелось пуститься в пляс прямо здесь и сейчас. Он никогда не слышал действительно живой музыки. По сравнению с данной мелодией, вся музыка, что он когда либо слышал в Inscryption, стала однообразной и давно приевшийся. Отряхнувшись от пыли, он пошёл к шатрам, стараясь держать себя в узде, не обращая внимания на окружение. Каждый порыв ветра обдавал волной прохлады, заставляя дрожать каждую частичку его тела толи от долгожданных ощущений, толи от непривычного холода. И даже пыль, что иногда попадала в подрагивающие глаза, не смогла заставить его остановиться. С каждым шагом, музыка всё усиливалась, заставляя его ноги подкашиваться от желания пуститься в пляс, а разум застилать предвкушением будущего танца. Даже несмотря на всего один инструмент и зацикленность мелодии, всё равно хотелось танцевать. Подбирать нужные данной мелодии движения и пируэты, кружиться и прыгать в такт и просто… быть свободным. Возле наибольшего из двух шатров, входы которых походили на большие завывающие лица, расположились странные, невиданные им доселе существа. Это слегка выбило его из колеи, заставив прекратить внимать прекрасной мелодии. Существа были странными. Они сидели на земле и наблюдали за его действиями. Тела покрыты красной хитиновой оболочкой, за которой, по всей видимости, скрываются крылья. На длинных сегментированных шеях расположились головы созданий, от которых отходили чёрные изогнутые назад отростки. Морд не видно, вместо этого хорошо различимы белые маски с исходящими от чёрных отверстий линиями. Также можно заметить шесть длинных, торчащих из под ткани лапок, что согнулись в удобном для себя сидячем положении. Он смотрел на них довольно долго. Он никогда не видел каких либо животных вживую – только в виде карт, а потому соблазн погладить диковинных существ возрастал с каждым мгновением. Животные, будто почуяв его намерение, переглянулись. Спустя пару секунд он обнаружил возле себя голову причудливого зверя, которую он наклонил, желая получить порцию поглаживаний. Он решил не отказывать себе в столь желанном удовольствии, а поэтому вскоре, чёрная как сама тьма рука начала поглаживать загривок (у них же есть загривок?) существа. Хитин на удивление оказался очень тёплым и приятным на ощупь. - Ты хороший –произнёс он, поглаживая существо и слушая звуки удовольствия, что напоминали нечто среднее между шелестом листьев и скрипом древесных половиц- Сородич, видимо, приревновал, так как спустя минуту поглаживаний, возле него оказалась вторая голова, практически полностью идентичная первой. Улыбнувшись глазами, второй рукой он начал поглаживать загривок уже второго существа. Ощущения были очень приятными. Ласка и урчание существ придавали умиротворение и успокаивали расшатанную экзаменом и пребыванием в форме карты психику. Музыка, что ушла на второй план, уже не вызывала таких будоражащих эмоций. На место безудержного желания пуститься в пляс, пришло желание - присесть и послушать мелодию, что он и сделал, сев прямо на холодную землю. Существа, что вновь уловили его желание, расположились немного позади, позволив облокотиться на них. На удивление, хитин на их телах был также очень тёплым, будто он стоит рядом с огнём. Тепло и прекрасная музыка в конец разморили его утомлённое эмоциями сознание, и он прикрыл глаза. На этот раз тьма не пугала, ведь благодаря теплу и музыке он отлично знал, что подобного ужаса больше не повториться. По крайней мере, хотелось в это верить.

***

Брумм стоял, и как обычно играл зазывающую мелодию. Не имеет значения, услышит её кто-нибудь, или же нет, но он будет продолжать играть эту мелодию. Сколько он уже её играет? Пожалуй, столько, сколько он себя помнит с момента попадания в Мрачную Труппу. Он является главой мрачных музыкантов, и одна из его обязанностей – играть данную мелодию. Он уже давно довёл свою игру до автоматизма. Пальцы перебирали клавиши на старой гармони, заставляя ту издавать уже давно разученную им мелодию. Зачем ему играть её сейчас? Ведь в этом богом забытом месте почти никто не ходит, а немногочисленные жители Грязьмута так и вовсе побаиваются подходить к жутким шатрам, так зачем он играет, мучая и без того уставшую гармонь, на выцветших клавишах которой можно разглядеть последовательность проигрываемых им нот? Пожалуй, он и сам не знает ответа на этот вопрос. Всё, что он знает, так это то, что он должен играть эту мелодию, в каком месте не остановилась бы Труппа. Многим эта мелодия кажется жуткой, кому-то по своему прекрасной, а кому-то вообще всё равно, как, собственно, и ему самому. Под эту музыку тебе не захочется пуститься в танец, не захочется слушать её каждый день, и уж тем более ты не захочешь её разучить. Всё, что тебе хочется – это найти источник музыки, а после разузнать о «жутких шатрах», ведь эта музыка и предназначена для данной цели – заманить, заинтересовать, пригласить. Брумм тихо икнул, почувствовав какие-то эмоции извне. Кто-то, кто услышал мелодию, не просто заинтересовался ею, а в самом деле был готов вот-вот пуститься в пляс! Как быстро наваждение появилось, почти так же быстро оно и исчезло. Вместо желания танцевать появилось желание слушать, слушать и слушать, будто эта мелодия была самым прекрасным, что когда либо слышал неизвестный. Когда же внимание к музыке ушло, Брумм прекратил игру и направился к выходу из шатра, дабы лично увидеть столь внезапного и необычного любителя музыки. Однако, когда он вышел, то слегка удивился. Двое Мрачных Извозчиков сидели рядом друг с другом и согревали чёрное как сама тьма тело. На лице едва можно разглядеть прикрытые глаза и ничего более. Руки, ноги, голова с зелёной шляпой на ней и всё, более никаких деталей. Брумм попытался подойти к телу, дабы проверить его состояние, однако направленные на него взгляды Извозчиков быстро дали понять, что сделать чего-либо ему не дадут. - Мр-м-м-м… я позову Маэстро.

***

Маэстро Труппы Гримм, за весь свой долгий цикл перерождения повидал много всего. Мрачная Труппа побывала во множестве миров, в большинстве которых провела Ритуал. Большинство миров отличались друг от друга, некоторые были очень похожи, а иные так вообще не поддавались какой-либо логике происходящего. Так что, увидев перед собой явно спящее чёрное, словно сама Бездна тело в зелёной шляпе, Гримм не сильно удивился. За весь свой цикл перерождений он видел и гораздо более странные, жуткие и в целом непонятные вещи, объяснения для которых порой не могли найти и их создатели. Но удивляло Гримма не само тело, а то, где оно находилось. Мрачные Извозчики очень редко подпускают к себе кого-то, кто не является членом Труппы, а тут, вдобавок, позволили, так сказать, уснуть на себе, выступая в роли подушки с обогревом. Но это ещё не всё. Ещё более странным это тело делало его нахождение не абы где, а в Халлоунесте. Если точнее, то на самой его вершине, но это роли не особо меняет. В этом мире нет полноценных гуманоидных созданий, лишь похожие на них прямоходящие жуки, да и то далеко не все. Был ещё вариант, что это был путешественник по мирам, однако эта теория почти сразу отпала, так как какой-либо энергий или технологий, предназначенных для подобного, у существа при себе не нашлось. И вообще, у него не было каких-либо вещей, кроме шляпы. Помотав головой, Маэстро решил помочь ему. В конце концов, Гримм не является бессердечным ублюдком, что оставит спящего разумного на холодной улице. По крайней мере, уж точно не в этом мире, и уж точно не тогда, когда разумный уснул прямо на пороге его шатра. Влезать в его сны он не стал, ведь сейчас есть и более важные дела, в виде завершения Ритуала. Он не должен пропустить возвращение Дитя. - Брумм, отнеси Шляпку в одну из гостевых комнат и уложи. Брумм кивнул и аккуратно, что бы не разбудить, взял спящее тело в руки. После прямого указа Маэстро Мрачные Извозчики лишь немного печально прочирикали, но как либо препятствовать не стали.

***

Ему никогда не снились сны. До этого момента он и спать то не мог. Когда он закрывал глаза, то попросту не мог почувствовать этого, не видя разницы. Он не мог увидеть или услышать себя, почувствовать прикосновения. В бескрайней пустоте не было ничего, кроме него самого и безграничной тьмы. Сейчас же, после невероятно долгого напряжения и информационного голода, его мозг начал работать на полную, получая сигналы от давно неактивных органов чувств. Да, во время своего бытия картой, он мог видеть и чувствовать боль от получения урона, однако с каждой смертью на игровом поле его разум всё сильнее и сильнее приходил в упадок, делая его всё безумнее. Сейчас же, он был как никогда спокоен. Ему впервые снился сон. Несмотря на вновь окружающую его тьму, он мог явственно ощущать, что эта тьма – не реальна, что это всего лишь иллюзия, фальшивка. Не было того самого чувства одиночества и отчаяния, было лишь спокойствие и понимание, что эта тьма – не реальна, что это всего-лишь сон, созданный его неокрепшим разумом, ведь так, да? Но… что, если это не сон? Что, если он наконец-таки смог уснуть и ему всё это просто приснилось? Приход Соискателя, бытие картой, последний танец и то странное место… Он ущипнул себя и… ничего не почувствовал. Отчаяние вновь схватило его в свои липкие объятия, заставляя раз за разом щипать себя и надеяться почувствовать хоть что-то… но всё оказалось бесполезно. Он свернулся в позу эмбриона. Его глаза задрожали и он не заметил, как из них полились слёзы. Всё это был лишь сон. Всего-лишь сладостная иллюзия, которую изобразил его разум в попытках почувствовать хоть что-то. - Всего лишь… сон… Он не знает, как долго так валялся. Минуты, часы, дни, года… здесь это не имеет значение, ведь и само время в этом месте теряет свой смысл, заставляя его разум ещё сильнее сходить с ума. Но в один момент… он почувствовал тепло на своей спине. Резко вскочив и обернувшись, он увидел небольшой огонёк, что немного разгонял тьму и согревал. - Сти… стимуляция… Он подошёл поближе к огоньку и приблизил к нему свои руки, ощущая ещё большее тепло. Сейчас этот огонёк казался тем единственным, что оттягивало его от падения в пучину отчаяния. Маленький, тёплый огонёк ярко-алого света, что согревал его и даровал некое спокойствие. Вдруг, огонёк начал разрастаться. С каждой секундой он становился всё больше и больше, в итоге заменив собой всю окружающую тьму. Но… он не чувствовал боли. Лишь приятное, согревающие тепло со всех возможных сторон, что даровало ему умиротворение. Этот огонь был везде, где был его взгляд. Куда-бы он не посмотрел, всюду был огонь, и даже у него под ногами! Но внезапно, огонь потух, на мгновенье вновь погрузив окружающие пространство во тьму. А затем он проснулся.

***

Евгений приоткрыл подло скрипнувшую дверь, и быстро вошёл в комнату. Будучи лишь Мрачным Учеником, у него не так уж и много обязанностей, что в купе с миром, в котором они остановились для проведения Ритуала, рождало довольно много свободного времени, которое можно было куда-то потратить. Он – один из немногих, кто выходит за пределы Царства Кошмаров не только ради лицезрения Танца и сбора Пламени Грёз. Будучи относительно молодым членом Мрачной Труппы, он ещё не утратил интерес к миру за пределами шатра. Ему нравилось лицезреть картины разных миров. Их жители, уровень развития, магия, искусство… всё это его интересовало, и, будучи не так сильно заинтересованным в повышении до Мрачного Мастера, он по возможности старался изучать всё это. Да, он тоже собирал Пламя Грёз, ведь, в конце концов, ради этого он и состоит в Труппе, однако таких же как он – более сотни, а в павшем королевстве осталось так мало жителей, что хватило всего трёх, давая ему целое море свободного времени. Когда у него заканчивались книги или он просто был не в настроении для чтения, он предпочитал прогуливаться по шатру или окрестностям возле него, однако сейчас был не самый подходящий мир для подобного. Вот ему и оставалось, что гулять по шатру в поисках чего-то интересного, пусть он и обошёл его вдоль и поперёк уже десятки раз. Помимо сцены и небольшой комнатки для масок, были и другие комнаты, которые почти никогда не использовали. В одну из них он как раз и вошёл, почуяв кошмар. Комната представляла из себя гостевую спальню в алых тонах с многослойной пылью. У стенки стоит двухместная кровать с балдахином, есть пара диванчиков с кожаной обивкой, стол и шкаф из какой-то явно дорогой древесины и люстра, свечи которой истлели сотни лет назад. Подлетев поближе к кровати, он увидел источник кошмара. Чёрное словно тьма тело, на лице которого видны лишь закрытые глаза, было укрыто пыльным одеялом. На соседней подушке лежала зелёная шляпа, что на фоне алой расцветки шатра в целом и этой комнаты в частности, довольно сильно выбивала из колеи своим цветом. Однако негодования по поводу цвета шляпы были прерваны тихим всхлипом. Взглянув на лицо лежащего, Евгений увидел, как из его глаз тонкими линиями сползают слёзы. Только сейчас он заметил, что лежащий свернулся в позу эмбриона. Вздохнув, взвесив все за и против и прикинув, как сильно ему надают по шапке за это, он пожал плечами. Практика в вытягивании Пламени Грёз у него уже была, однако то были люди и несколько дварфов, и как может себя повести разум этого существа, ему было неизвестно. Окончательно решив для себя, Евгений призвал свой Мрачный Посох и начал вытягивать кошмар. Он ожидал многое. От ужасов вроде попытки убежать кривыми ногами от маньяка, до преследующих его друзей или членов семьи, перед которыми он как-либо виноват. Однако, вместо хоть какой-то картинки, он увидел лишь непроглядную тьму. И посреди этой тьмы лежит этот разумный и плачет. По его телу пробежал дрожь. За свою жизнь в Труппе он уже успел повидать различные кошмары, однако подобное видит он впервые. Мотнув головой, он решил больше не медлить, начав плавно и не спеша, дабы ничего не повредить, сжигать этот сон, методично вытягивая Пламя Грёз. Всхлипы прекратились, а тело, наконец, расслабилось. Завершив процедуру спустя десять минут, Евгений получше укрыл его одеялом и полетел к выходу из комнаты, однако не успел он открыть дверь, как со стороны кровати послышалось шебуршение.

***

Открыв глаза, он моментально понял, что это был всего лишь сон. Всего лишь страшный и неправдивый сон, в котором он побывал. Вслед за осознанием плохого сна, пришло и осознание смены обстановки. Вместо тех странных и тёплых существ, на которых он уснул, он лежал в кровати. По виду довольно старой и каким-то образом до сих пор не развалившейся кровати, каждый миллиметр которой покрывает многослойная пыль, отчего… - Апчхи! От души чихнув, он машинально протёр рукой под своим несуществующим носов, при этом ощущая уже засохшие дорожки слёз. Наконец оглядевшись, ему на глаза тут же попался… попалось? Попалась? Он не мог определить кто или что это, так как до этого никогда не видел подобного. Странное на вид существо, что ростом едва ли достанет ему до пояса и одетое в маску с чёрными узорами, парило у выхода из комнаты и держало единственный источник света в комнате – причудливый длинный факел с алым как всё вокруг огнём. - Ну… здравствуй, наверное. –первым нарушило тишину существо, при помощи своего будто неестественного, искажённого детского голоса- - При… вет? –заторможено ответил он, собираясь приподнять свою шляпу в знак приветствия, однако обнаружив отсутствие оной на своей голове- Сердце будто пропустило пару ударов. Быстро оглядевшись по сторонам, он нашёл свою шляпу на соседней подушке и тут же одел её, будто вернув часть себя. - Полагаю, ты совершенно не отсюда, не так ли? –спросило существо, подлетая поближе к нему, заставляя поморщится от переизбытка света- - Д-да. Я был в совершенно другом месте, но как-то оказался здесь. –проговорил он, осматривая существо- - Ну, такое бывает –ответило оно, протягивая свою маленькую руку- меня зовут Евгений, а тебя как? Этот единственный вопрос ввёл его в ступор. Сколько он себя помнил, его всегда называли Одиноким Чародеем, но это было скорее его прозвищем, нежели полноценным именем. Получается, у него никогда не было имени? Или он его просто забыл? Пусть он и проходил экзамен, но память всегда оставалась при нём. Имена, лица… если подумать, то у него не было детства. Хотя, это неудивительно, осознавая, что Inscryption – игра. Поняв, что молчание затянулось, он спешно протянул свою руку, что была в разы больше руки Евгения. - Меня зовут… Одинокий Чародей. Несмотря на необычное «имя», Евгений отреагировал как-то до обидного равнодушно. - Интересное имя –сказал он, немного отлетев от Чародея- полагаю, ты из другого мира, да? Одинокий Чародей широко раскрыл глаза, удивляясь равнодушностью, с которой говорит его собеседник. Немного помолчав, он всё же ответил.- Д-да, из другого… - Извини, если задену за больное, но что последнее ты помнишь перед перемещением? Чародей грузно вздохнул. - Я… я танцевал. - Танцевал? - Да, танцевал. Я танцевал и слушал музыку в каком-то белом пространстве, в котором ещё плыли чьи-то имена. - Хм… -на сей раз собеседник соизволил удивиться- белое пространство и имена?.. необычно… я бы даже сказал крайне необычно. Что было потом? - П-потом… потом я закружился в танце и снова попал в чёрное пространство. А потом я просыпаюсь и… и уже вот тут. - Понятно –ответил Евгений, решив проигнорировать оброненное Чародеем слово «снова», дабы ещё сильнее не вгонять его в тоску- понятно, что ничего не понятно, но довольно таки интересно –задумчиво проговаривал он- Чародей пару минут наблюдал за Евгением, что летал туда-сюда, что-то не слышимо бубня. - Ч-что мне теперь делать? –прервал Чародей бубнёж факелоносца- - Ну что-что… осваиваться в новом мире, конечно же!

***

С того момента прошло довольно много времени. После пробуждения, Евгений провёл ему экскурсию по шатру и рассказал о Мрачной Труппе. Странники, что путешествуют по увядающим мирам для исполнения Ритуала. На тот момент всё это было очень необычно и удивительно. Когда же он увидел сам Ритуал, все эти всполохи огня и сражение, что являло собой смертоносный танец под невероятную музыку… Он захотел вступить в Мрачную Труппу, и ему позволили. Конечно, он не сразу начал выполнять какую-то действительно важную работу. Поначалу это был «испытательный срок», где он обучался основам у Евгения и некоторых других членов Труппы, но потом… Он никогда не забудет свой первый танец, что являлся обрядом посвящения. Музыка, что проникает в твоё сознание. Движения, что извергает твоё тело в порыве эмоций и чувств. Магия, с которой ты будешь идти рука об руку до конца жизни. Пламя, что отныне является частью тебя. Да, это было прекрасное чувство. Разум, тело и магия слились в едином порыве, дабы ты смог показать свою сущность, свои эмоции и свою душу… А ещё, он смог увидеть другие миры. Ох, сколько детской радости в глазах у него было при виде почти каждого из них. Такие необычные, прекрасные и… увядающие. Пускай все миры, что посещала Труппа, были едва живыми, и в них едва ли оставалась пара тысяч разумных, он всё равно любил любоваться ими. Изучать местную магию и технологии, открывать для себя что-то новое. Но шло время, летели века. Миры становились для него всё более блеклыми и однообразными. Всё меньше жизнерадости и интереса было в его глазах. Даже танцы не могли помочь. И таким образом, в одном из миров, на одном из его безграничных каменистых утёсов, были произнесены слова: - Я отрекаюсь от пламени. На месте, где некогда стоял Одинокий Чародей, осталась лишь кучка пепла и зелёная шляпа, что была тут же подхвачена ветром и унесена им в неизвестном направлении.