Волки среди нас

      – Я ничего не понимаю.       Хосок готовил завтрак и слушал, как Джин рассказывал о вчерашнем происшествии.       – Я тоже, хён! Этот Тэхён не умолкал всю дорогу. А его брат сказал, что долгое время он вообще ни с кем не разговаривал, но после встречи со мной болтал весь вечер. Разве такое возможно?       – Не знаю, Джин. Я же говорил тебе, что не общался с ними. Времени не было, да и они сами, кажется, не очень разговорчивые. Чимин говорил, что лучше к ним не лезть – они какие-то странные. В общем, немного... не такие, как мы.       Хосок замялся и, чтобы заглушить неловкость, включил воду в раковине.       – Инопланетяне, что ли? – фыркнул Джин, пытаясь обратить все в шутку.       Но внутри поселилось странное, тревожное чувство. Почему Тэхён смотрел так, будто видел в нем что-то, чего не видел никто другой?       – Хм, – Джин нахмурился, потирая висок. – Я все равно пообещал этому болтуну встретиться снова. Вдруг он опять будет ждать у дороги?       – Кстати, – Хосок резко развернулся, уперев руки в бока. – Молодой человек, вам преподать урок правил дорожного движения? Страшно представить, что было бы, если бы Тэхён не остановил тебя.       – Ну, хён, я просто еще не привык. Это вышло случайно.       – Случайно? Если ты будешь витать в облаках, я запрещу тебе работать и запру дома!       – Вот уж нет! Нам нужны деньги! Ты и так весь год работал без выходных, а Чимин-хён прав… ой…       – В чем он прав? – Хосок вопросительно приподнял бровь.       Джин замялся, потупив взгляд, и принялся ковырять заусенец на пальце.       – Я случайно подслушал ваш разговор…       – Опять «случайно»? Не слишком ли много случайностей для одного человека?       – Ты не должен так много работать! И Чимин-хён… похоже, вы с ним очень близки. Я не хочу мешать вам или усложнять тебе жизнь. Ты еще не старик, чтобы закапывать себя на работе. Я буду тебе помогать!       – Так, стоп, – голос Хосока стал строгим, а во взгляде промелькнула тень раздражения. Джин редко видел его таким – весь вид старшего не предвещал ничего хорошего. – Мне хватает одного Чимина, который капает на мозги. И наши отношения тебя не касаются.       – Я знаю, извини, – Джин виновато опустил голову.       Хосок тяжело вздохнул и подошел к младшему, пригладив его волосы:       – Ты не усложняешь мне жизнь, Джин. Просто иногда я забываю, что теперь не один. Я постараюсь сократить свои смены, и мы вместе превратим этот страшный домишко в настоящий уютный дом. А насчет твоего мальчика... Ты не обязан присматривать за ним. Если он начнет тебе докучать, мы что-нибудь придумаем. А теперь собирайся – пора идти в кафе.       – Хорошо.       Джин постепенно привыкал к своей работе. Постоянные клиенты уже начали улыбаться ему, иногда даже оставляли чаевые. Никто не сомневался, что он младший брат Хосока, хоть они и не были похожи друг на друга. Его научили готовить кофе на большом аппарате, и теперь Джин мог самостоятельно делать разные напитки с сиропами, которые пользовались популярностью.       Сегодня был выходной день, и к вечеру посетителей стало больше, но, как обычно, Джина отправили домой после шести. Подойдя к дороге, он заметил знакомую кудрявую макушку. Тэхён стоял, нетерпеливо переминаясь на месте, словно преданный щенок, ожидающий хозяина. Джин невольно улыбнулся.       – Привет.       – Ты пришел! – обрадовался Тэхён и неожиданно бросился в его объятия. Он задержался всего на мгновение, глубоко вдохнул и тут же отступил на шаг. – А это тебе.       В протянутой ладони лежали две карамельные конфеты.       – Спасибо, – Джин взял сладости, чувствуя, как от этого жеста у него потеплело на сердце. – У меня для тебя ничего нет.       – Да не за что! А мне ничего не нужно, у меня есть ты, и это главное. Конфет у меня много, но я люблю только этот вкус. Он апельсиновый, напоминает Новый год.       Тэхён принялся рассказывать, как сильно любит зиму и пушистый снег. Попутно он взял Джина за руку и осторожно перевел его через дорогу, продолжая говорить обо всем на свете.       Так Джин узнал, что Тэхён родился тридцатого декабря.       – Мой день рождения? – Джин задумался. Он не помнил настоящей даты рождения, как и многое другое из своего прошлого. Но рассказывать об этом было ни к чему, и он назвал дату, которую ему назначили в приюте: – Первое декабря.       Тэхён вдруг внимательно посмотрел на него и тихо повторил эту дату, словно запоминая ее. Затем он снова взял Джина за руку и просиял.       – Я так рад, что ты тоже родился в декабре! – Тэхён шел вприпрыжку. – Многие не любят зиму из-за холода, но я не из таких. Зимой светло и свежо. Это лучшее время года, ведь родился не только я, но и ты. Теперь я люблю зиму еще больше. Здорово, правда?       Джин лишь кивнул, когда на него посмотрели большие, полные радости глаза.       – Разница между нами всего три года. Но разве это разница? Намджун на семь лет старше меня, но иногда ведет себя совсем как маленький. Он вообще готовить не умеет, и даже когда просто ходит, вечно бьется об углы.       Тэхён продолжил говорить о брате, но его взгляд постоянно цеплялся за мельчайшие детали вокруг. Казалось, он замечал все – от пролетевшей мошки до необычного камушка у тропы.       – А у тебя есть родители? У меня их больше нет. Они умерли несколько лет назад, но я никогда их не забуду. Зато Намджун и его друзья – теперь моя семья.       – Я... – Джин замолчал, прежде чем ответить. Возможно, легкость, с которой Тэхён произнес эти тяжелые слова, подтолкнула его тоже быть честным. – Я не помню. Я был в приюте. А Хосок, хозяин дома напротив твоего, взял меня под опеку.       Тэхён внезапно остановился и серьезно посмотрел на Джина.       – Ты был в приюте?       Джин молча кивнул.       – Наверное, это было ужасно, – тихо произнес Тэхён. Он подошел ближе и осторожно провел большим пальцем по руке Джина.       Джин вспомнил последний год. Время, когда без Хосока у него практически не было никакой поддержки. Единственным лучиком света оставался Чонгук, тайком пробиравшийся к нему в комнату, чтобы утешить, заклеить пластырем новые синяки и ссадины. Слова застряли комом в горле, превращаясь в глухую боль, которую он так долго подавлял.       Тэхён, заметив, как сжаты его кулаки, шагнул вперед и крепко обнял. Из глаз полились слезы – беззвучные, но такие искренние, словно Джин передал ему всю свою боль.       – Мне очень жаль, – прошептал Тэхён.       Джин провел ладонью по хрупкой спине Тэхёна и слегка коснулся подбородком лохматой макушки. Тэхён был ниже почти на голову, но его объятия ощущались крепче любых стен. Он изо всех сил старался показать свою поддержку.       – Все в порядке. Я не был одинок. У меня был Чонгук, он примерно твоего возраста.       – А где он? Тоже живет в твоем новом доме?       Тэхён отстранился, но тут же снова взял Джина за руку и повел его дальше по тропе. Второй рукой он торопливо вытирал остатки слез.       – Нет, – покачал головой Джин. – Чонгук остался в приюте, но мы вернемся за ним, когда он подрастет. Ему нужно закончить учебу. Кстати, а ты почему не в школе?       – Я на домашнем обучении, – ответил Тэхён, и его голос слегка дрогнул.       Джин понял, что эта тема была болезненной для Тэхёна, и не стал расспрашивать о подробностях. Тэхён рассказывал обо всем сам, и Джину не хотелось лезть в чужую душу. Он тоже не любил лишние вопросы, потому что зачастую не знал, как на них ответить.       Тэхён вдруг оживился:       – А ты знал, что у сороконожек вовсе не сорок ног?       С тех пор этот шумный мальчик каждый день встречал Джина после работы. Он всегда приносил пару карамелек, рассказывал о фильмах и комиксах, а иногда делился забавными историями из жизни брата. Хосок не раз предлагал поговорить с соседом, если Тэхён будет слишком докучать, но Джину это не мешало. Ему даже нравилось: не нужно было прилагать никаких усилий – он просто шел рядом, порой поддакивал или кивал, встречая радостный блеск в больших глазах Тэхёна.       Тэхён все чаще приглашал его к себе домой на ужин, но Джин отказывался. Ему было неловко из-за того разговора с Намджуном. Чимин рассказал Хосоку, что Намджун замкнулся в себе после какого-то несчастного случая. Несмотря на все заверения, что Намджун на самом деле довольно милый, Джин никак не мог побороть свой страх.       – Тэхён, я не пойду, – твердо сказал он, когда Тэхён в очередной раз потащил его в сторону своего дома.       – Но это всего лишь ужин! Мы можем заказать пиццу или сделать рамен. Ну, пожалуйста! – Тэхён крепче сжал его руку, почти умоляя. – Я покажу тебе комиксы, которые читал.       – Мне неудобно, я никого там не знаю, и…       – Там только Намджун и Юнги-хён. Юнги-хён может выглядеть сурово, но он добрый. Ну же, пошли!       Джин открыл рот, чтобы снова возразить, но застыл, услышав скрип открывающейся двери. На пороге стоял Намджун с растрепанными волосами и немного усталым взглядом.       – Не расстраивай моего брата, Джин. Раз уж ты почти пришел, заходи.       – Видишь? – Тэхён повернулся к нему с широкой квадратной улыбкой. – С братом ты уже знаком.       Джин сидел за столом рядом с Тэхёном, который, похоже, решил взять на себя роль заботливого хозяина. Он подвинул стул так близко, что его локоть почти касался руки Джина, и перекладывал кимчи и рисовые лепешки со своей тарелки на чужую, не принимая отказов.       Во главе стола сидел Намджун. Его светлые волосы мягко переливались в свете вечерних ламп, придавая ему спокойный и непринужденный вид. Несмотря на разный цвет волос – у Тэхёна они были каштановыми, с рыжеватым отливом на солнце, – между ними было что-то общее. Джин уловил это в мелочах: в легком прищуре глаз, в том, как оба слегка оттягивали мизинец, держа палочки, и в том, как Тэхён неосознанно повторял за братом. Стоило Намджуну взять соус, Тэхён тут же тянулся за ним, причем добавлял его и в тарелку Джина, безоговорочно доверяя вкусам старшего брата больше, чем своим собственным.       Напротив него сидел невысокий парень с тяжелым взглядом и поджатыми губами. Тэхён представил его как Юнги. Первым делом Юнги глубоко вдохнул воздух рядом с Джином и, чихнув, замер с озадаченным выражением лица. Джин слегка напрягся. Неужели все в этом доме обладали острым обонянием?       Кем Юнги был для семьи, оставалось загадкой. Он выглядел как робот, двигался размеренно, ел механически, не поднимая глаз. Однако Тэхёна это, кажется, нисколько не смущало. Он то и дело просил Юнги подвинуть поближе сладости или рисовые лепешки, как будто тот был неотъемлемой частью их маленькой семьи.       За столом говорил только Тэхён. Остальные молча ели, а Джин чувствовал себя не в своей тарелке. Кусок не лез в горло, но Тэхён не замечал этого и подкладывал ему новую порцию еды.       – Хорошо, что ты зашел, – сказал Тэхён, улыбаясь. – Видишь, у нас не страшно, даже уютно. Мы недавно сюда приехали. Все надеялись, что мне станет лучше. Но мне стало лучше не из-за того, что мы здесь. А потому что я встретил тебя. Понимаешь?       Джин нервно сглотнул и кивнул, не зная, что ответить. Он совсем не понимал, о чем говорил Тэхён, но чувствовал, что для него это было важно. Ему хотелось поддержать разговор, но он боялся сказать что-то не то.       В этот момент входная дверь открылась. Знакомая фигура быстро прошла в гостиную, и звонкий голос Чимина, словно луч света, озарил все вокруг:       – О, Джин! Тэтэ все-таки затащил тебя к нам! – Чимин приподнял брови и потянул носом воздух. – Обстановка напряженная.       Он подошел к столу и взъерошил волосы Тэхёна, который тут же ему улыбнулся.       – Я его не тащил, его позвал Намджун, а Джин согласился.       – Хён, – подал голос Намджун. В его тоне слышалась строгость. – Для тебя он Джин-хён.       – Нет, он мой Джин, – с вызовом заявил Тэхён. – Хёны – это Чимин и Юнги, а Джин… Джин просто мой.       Намджун закатил глаза, и на мгновение его суровый фасад треснул, уступив место усталости.       – Тэхён, где твои манеры?       – Как у вас тут весело, – сказал Чимин, ухмыляясь, и направился в сторону кухни. – Я помою руки и вернусь. Юнги-хён, накрой и для меня, пожалуйста.       – Сам накрой, ты не в гостях, – отозвался Юнги, не отрываясь от своей тарелки.       – Какой же ты милый, – с притворной нежностью пропел Чимин, слегка подталкивая Юнги локтем.       С его приходом напряжение за столом стало медленно спадать. Джину тоже стало спокойнее. Даже Юнги и Намджун выглядели более расслабленными, хотя их взгляды время от времени задерживались на Джине.       – Как там Хосок? – поинтересовался Чимин. – У меня на этой неделе совсем не было времени заскочить к нему на работу. Кстати, Юнги-хён – хозяин кафе, в котором вы работаете.       – Спасибо за возможность поработать на вас, – Джин попытался поклониться прямо за столом, но это оказалось неудобно. Да и Юнги лишь нахмурил брови. – Хоби-хён обещал взять выходные, чтобы помочь мне с чердаком.       – Ах да, он говорил, что ты пока ютишься на диване.       – На диване?! – Тэхён резко поднял голову, а его голос прозвучал почти возмущенно. – Если тебе негде спать, ты можешь прийти ко мне! У меня большая кровать.       – Тэхён, я тебя умоляю, – простонал Намджун, проводя рукой по глазам, словно искал в себе остатки терпения.       Чимин захихикал, явно наслаждаясь ситуацией, а Юнги лишь тихо фыркнул.       – Хочешь секрет? – Тэхён, проигнорировав недовольный взгляд брата, наклонился ближе к Джину и зашептал: – Мне иногда снятся кошмары. Порой они настолько реальны, что кажется, будто все это правда. Раньше у меня была маленькая кровать, но она напоминала мне ту, где я был... там, куда я никогда больше не хочу возвращаться.       Джин вздрогнул, почувствовав, как под столом Тэхён осторожно взял его ладонь.       – Я стараюсь не бояться, ведь я больше не там. Но иногда так сложно отличить сон от реальности... А у тебя бывают кошмары?       – Я… – Джин замялся, заметив, как все вокруг притихли. Теперь даже Юнги и Намджун слушали их разговор с особым вниманием. – Когда снится плохой сон, я напоминаю себе, что никто не может навредить мне во сне. Потому что это всего лишь сон, этого нет в реальности.       – Хорошо, что твоих кошмаров нет в реальности, – тихо отозвался Тэхён и, отпустив его руку, продолжил есть.       Было ли это разочарованием? Или Тэхён просто решил закрыть начатую им тему? Джин сидел, уставившись в тарелку, и чувствовал, как в голове крутятся вопросы, на которые он не мог найти ответов.       После ужина Тэхён потянул Джина на второй этаж, чтобы показать свои полки с комиксами. Он с восторгом рассказывал о каждой серии, зачитывал вслух любимые моменты и даже пытался изобразить голоса персонажей, что вызвало у Джина смех.       Джин даже не заметил, как пролетело время. Когда он случайно взглянул на часы, то с удивлением обнаружил, что уже давно за полночь. Тэхён, казалось, совсем не хотел отпускать гостя, но ему пришлось уступить.       Когда они спускались вниз, до них донесся разговор Намджуна и Чимина из гостиной.       – Мы с Юнги тоже не понимаем, – голос Намджуна звучал немного напряженно.       – Если Тэхёну стало лучше, значит, в этом парне и правда что-то есть.       – Конечно, есть! – внезапно выкрикнул Тэхён. Он потянул Джина за руку и быстрым шагом спустился на первый этаж. – Как вы этого не чувствуете? Намджун, Чимин-хён, это же мандарины и имбирь! Такой запах нельзя не заметить! Он...       Тэхён осекся, глядя на Джина, словно чуть не выдал что-то важное.       – Извините, я не понимаю… – Джин вопросительно посмотрел на присутствующих.       – Не бери в голову. Идем, я тебя провожу, – быстро отозвался Чимин.       – Я тоже! – Тэхён побежал за обувью, но строгий голос брата остановил его.       – Уже поздно, ты останешься дома. Чимин не будет провожать тебя обратно. Встретишься со своим Джин-хёном завтра, – сказал Намджун, делая акцент на уважительном обращении.       – Сам ты хён, – пробурчал Тэхён, вложив Джину в руку две карамельки. – Увидимся завтра.       На улице было прохладно, ночь затянуло облаками, и тусклый свет фонарей освещал дорогу к дому Хосока. Джин держал карамельки в руке, чувствуя, как они начали таять от тепла его ладони.       – Не обращай внимания на Намджуна и Юнги, – сказал Чимин, положа руку на плечо Джина. – Они иногда ведут себя как старики. На самом деле мы очень рады, что ты появился. После того, что случилось с Тэхёном… Это сильно нас подкосило. Особенно Намджуна.       – Что случилось? – Джин почувствовал неловкость, задавая этот вопрос. Но тайны вокруг семьи Тэхёна начинали раздражать его. Казалось, что он упускал что-то важное.       Чимин задумался, прежде чем ответить.       – Это не моя история. Если хочешь узнать, лучше спроси Намджуна.       – Не думаю, что он мне что-то расскажет.       – Возможно. Но не принимай это на свой счет. Намджун просто очень осторожен с людьми. Ты помог его брату, и уже за это он благодарен тебе. Хотя вряд ли признается в этом даже себе.       Когда они подошли к крыльцу, Чимин остановился и бросил быстрый взгляд на дверь.       – Передай привет Хосоку, – сказал он с легкой улыбкой.       Джин кивнул и, прежде чем Чимин успел уйти, спросил:       – А где ты живешь? Ты… родственник Тэхёна и Намджуна?       Чимин усмехнулся. Его улыбка стала загадочной.       – Можно и так сказать, – ответил он, пожав плечами. – Мы с Юнги живем недалеко от кафе, в одном доме, но часто бываем у братьев. Можешь считать нас всех одной семьей. А судя по Тэхёну, ты тоже уже стал ее частью.