Я обрела жизнь

Повышенная влажность не дает нормально дышать, но я пока что не пытаюсь даже оглядеться. Что произошло? Я не знаю. Что это за место? Я не знаю. Если честно, то и не хочу знать. Подняться получается с трудом. Хочется отдышаться, но воздуха не хватает. Хочется бежать отсюда, но я не понимаю куда и потому, стараясь издавать как меньше звуков, небольшими шажками иду прямо. Ничего нового я тут не вижу. Все тот же туман и все тоже алое небо над головой. Хотя я даже не уверена, что это небо. Ощущение будто я в желудке или я и правда… Даже когда мои ноги входят в кровавую реку, а чьи-то руки хватают меня, я продолжаю идти. Они кричат все громче, а я дышу все тише. Берегов у этой реки нет, но она все равно держит форму. Она знает, что ее не изолируют, а потому делает это сама. Когда я достигаю суши, дышать становится легче, но я все еще не могу сделать глубокий вздох. Я продолжаю идти. И иду до тех пор пока не врезаюсь в какую-то девочку. Откуда она здесь? - Ты знаешь где мы? – У меня все это время был голос? Но она не отвечает. Вместо этого она берет меня за руку и мы оказываемся в квартире моих родителей. На стене наши общие фото, в коридоре наша обувь – все как и было раньше. От изучения обстановки меня отвлекает толчок от той девочки, что привела меня сюда. Она подводит меня к повороту на кухню, а после жестом приказывает мне молчать. Секунды три ничего не слышно, но вдруг до нас доносятся голоса родителей. Они явно недовольны. «У нее нет друзей и интересов, что с ней будет? В ее жизни нет ничего лишнего, так что успешной станет. Она лишь позорит нас. Только и делает, что молчит и глаза в пол опускает, пока с ней разговаривают. Просто себе на уме и кто знает что у нее на нем. Успокойся!» Я не могу разобрать кто владелец каких-то фраз, но мне это и не надо. Эти мысли были в головах обоих родителей с момента моего рождения, так что потребности слушать дальше у меня нет. Меня это больше не задевает. Я снова иду по алому пространству, но теперь дышится еще легче. Будто скидываю груз. Туман расходится передо мной, указывая путь. И я ему повинуюсь, хоть и предчувствие беды никуда не ушло. Оно засело в моем подсознании и своими щупальцами скрутило внутренности. Но я не чувствую страха. Я не чувствую ничего, кроме приближающегося кошмара. Не знаю сколько длился мой путь. Может час, а может год. Я не чувствую течение времени. Но вот я вижу нечто новое на горизонте. Стол, два стула и самый близкий, но почти незнакомый человек. - Лэйн – его голубые глаза горят, а легкая улыбка изгибает губы, образуя небольшие морщинки на его лице. Словно не было его смерти, словно не было мучительно долгих ночей, когда каждая встреча вспоминалась ножом в груди, но уже в ее, словно отсутствие Бориса было лишь кошмаром, что наконец закончился, словно жизнь наконец продолжилась. Слова застряли в горле, но прикосновения говорили громче любых сладких речей. Очерчивая его нижнюю губы большим пальцем, я вспоминаю тот прощальный поцелуй. Прикасаясь к его бледной коже, я вспоминаю его румянец в нашу первую встречу в лесу. Встречаясь взглядом со взглядом его голубых глаз, я вспоминаю наш диалог в его кабинете. Проводя пальцами по его торсу, я вспоминаю бинты на его теле и наш диалог в тайной комнате его деда. Ощущая, исходящий от него, аромат морозной свежести, я вспоминаю запах крови и гниения в момент его смерти. - Я так ждал нашей встречи, Лэйн. – Одной лишь фразой он вызывает во мне бурю эмоций и ни одна из них не относится к негативным. Его прикосновение ко мне разливается теплом по всему телу и я наконец нахожу способ вытолкнуть слова из себя. - В этот раз я не хочу тебя оставлять. - Но смотришь так, будто стараешься запомнить. - Я все это время боялась забыть. - Может присядем? – Не дожидаясь моего ответа, подводит к столу и отодвигает стул. Даже сейчас он самый галантный мужчина из всех, кого я встречала. Наши бокалы наполнены вином, а на тарелках нас дожидаются ароматные стейки. - Я хотел пригласить тебя на настоящее свидание с момента нашей первой встречи, но не хотел, чтобы оно прошло тут. – Он очерчивает взглядом окружение и снова возвращается ко мне, словно пытаясь разгадать понимаю ли я где мы. - Борис, где мы? Что это за место? - И не жизнь, и не полная смерть. Тут был только я… – Он делает глоток и облизывает пересохшие губы. – До этого момента. Мой взгляд теряет ясность и я погружаюсь в воспоминания, пытаясь найти свою смерть. Корабль, мародеры, обыск кабинетов, шкафчик. Осознание собственной смерти сдавливает горло и путает мысли. Я вспоминаю свою смерть до малейших подробностей. Каждый удар и каждый перелом, что следовал за ним. Внутреннее и внешнее кровотечения. Металлический привкус во рту и осознание неизбежного конца. Я умерла. Руки Бориса выводят меня из подобия транса. Его пальцы движутся вдоль шеи, пока я, затаив дыхание, жду его следующих действий. - Ты сохранила его. – Вкрадчивый шепот вызывает табун мурашек, пока его руки затягивают ожерелье на моей шее. Легкое удушение, его теплое дыхание за ухом и возбуждение – это все, что я чувствую. Он поднимает меня на ноги, а затем прижимает к столу, очерчивая руками мои изгибы и покрывая мою шею поцелуями. Я ощущаю как он вдыхает мой аромат – также жадно как изголодавшийся зверь обнюхивает свою добычу. - Если бы ты только знала как я ждал этого момента. Я не умерла. Я заново обрела жизнь. Борис вдохнул в меня ее вместе с поцелуем.