Просьба о ночлеге

Остаться на территории “Варты”, после всего случившегося, показалось чем-то само собой разумеющимся. Вольные сталкеры относились к нему неплохо, тем более, что далеко не все знали, что по итогу случилось с Косым. Но лечь спать среди этих людей он побоялся. Тем более, видя, что капитан не имеет ничего против конкретно этого сталкера, его подчинённые довольно быстро сменяются враждебность на аккуратную заинтересованность. Всё же, ничто человеческое им не чуждо, что бы не болтали на эту тему сталкеры. А болтали о них многое. После некоторого общения его даже пригласили выпить. И он согласился. Скиф не то, чтобы собирался заводить друзей, но был бы не против завести пару товарищей. Отчего-то общаться с вартовцами казалось проще. А потому выпить пару бутылок пива не показалось чем-то опасным. Не отравят же его, в конце концов. Тем более, разве он на самом деле сильно опьянеет? Глупостей наделать уж точно не успеет. Ему провели краткую экскурсию по зданию бывшей школы: тут мол капитан (“На глаза без повода лучше не попадаться, особенно когда он вот как сейчас стоит.”), тут казармы (“Ночлег ищешь? Ну посмотрим попозже, может кто уступит из ночных, не помню, есть ли пустые койки.”), а вот столовая (“Тут и остановимся. Экскурсия окончена.”). Ему даже нашли банку тушёнки, устроив перед попойкой небольшой ужин. Скиф прославился двумя бутылками водки, что приняли очень благосклонно. Он бы всё равно их продал или оставил где, а тут и новым знакомых радость и он от лишнего груза избавился. Вартовцы, в своей сути мало чем отличались от обычных сталкеров. Со стороны Скиф этого не замечал, но сейчас видел, что стоит этим парням переодеться и сесть у горящей бочки на улице или в баре Колдуна и он бы не заметил разницы. А может быть просто все в Зоне любят травить байки перемежающиеся с анекдотами. И перемывать кости всем окружающим. Перемывать кости вартовцы, пожалуй, любили чуть больше, чем замеченые за этим делом сталкеры. За последний час Скиф узнал столько подробностей о людях, о которых раньше не знал ничего, что начинала кружиться голова. Обсудили всех: вольных, особенно пройдясь по Колдуну, Рихтеру и некоему Мухомору, сослуживцев, обойдя стороной, кажется, только друг друга, и, конечно же, командование, выстроив пару теорий об отношениях Коршунова и Зотова от вполне безобидных, вроде того, что Зотов и правда хорош в деле, до того, что он хорош “в деле” лишь в том смысле, что пробился вверх только ложась под командование. Тема разговора уже успела сменится, вновь вернувшись к кому-то из неизвестных Скифу солдат, а парень никак не мог отойти от факта, что Зотов предпочитал мужчин и, кажется, это не было большим секретом. Что-то внутри заинтересованно поднимало голову и вертелось, не давая сосредоточиться. ××× - Прохлаждаетесь? - спрашивает капитан, появляясь почти из ниоткуда. Несколько ребят вздрагивают. “Не ходили в Зону”, - вдруг понимает Скиф и сам не знает почему. Он ведь и сам только недавно пошёл в Зону. Пусть вышло это у него и довольно феерически. Но он всё же слышал шаги, капитан явно не скрывался, даже наоборот, предупреждал о своём приближении. Скиф не узнал его, но это было понятно: они не так много общались. Только по делу и вокруг всегда было либо слишком шумно, чтобы можно было отличить шаги, либо Зотов и вовсе почти не ходил, стоя за свои столом в главной комнате на первом этаже. - Так дежурство только утром, капитан, а мы скоро по койкам, - улыбается сидящий напротив Сашка. Скиф уже не помнил ни его звания, ни фамилии. Это был просто “Сашка” и все его звали так. Зотов усмехается по-доброму и Скиф в этот момент понимает, что в открытую рассматривает его. Раньше он как-то не сильно обращал внимание на детали - запомнил лицо и примерный рост и ладно, в толпе отличит. Оказывается, Зотов был по своему красив. Женщины, с которыми он общался, обычно называют это словом “притягательность”. Притягательность была величиной странной, но Скиф сейчас как никогда понимал о чём это. С серьёзым, но совершенно обычным лицом, жилистый, капитан привлекал его взгляд. Без форменной куртки даже казался меньше, чем раньше. В плечах точно сильно меньше самого Скифа и это почемуто будоражило. - Нам бы это, сталкера куда-нибудь пристроить, - говорит не особо разговорчивый вартовец. Кажется, старшина, но Скиф не помнил ни его имени, ни фамилии. Он вообще плохо запоминил что-то кроме лиц сегодняшней компании. - А что у сталкера нет места чтобы, - Зотов делает небольшую паузу, будто подбирает слова, но Скиф отчего-то уверен, что он просто так смеётся, - Пристроиться? - После того, как я отдал сенсоры Варте? Да я для половины местных теперь предатель, - он, конечно, преувеличивал. И, даже если и нет, то с ним бы ничего всё равно не случилось. По крайней мере, со слов Бати. Бате можно было верить, но ночевать ему не в его доме. - Ладно, подойдёшь ко мне потом, что-нибудь придумаем, - закатывает глаза капитан, собираясь уходить. Конечно, у него есть дела поважнее, чем болтать с пьяными подчинёнными. Но он не успевает уйти до того, как Скиф делает глупость: - Даже не выпьете с нами, капитан? Кто-то за столом закашлялся, подавившись от его наглости, но Скиф даже не посмотрел в ту сторону. Он был сосредоточен на Зотове, на его движениях, на его лице. Скифу было плевать на субординацию, он не был частью Варты. Он уже сделал кучу не положенных ему по званию вещей. И планировал продолжить. Но, судя по всему, на собственную сохранность ему тоже было плевать. Зотов останавливается, дёргано прервав прошлое движение, и поворачивается с почти что неверием на лице. Наверное, эта реакция должна была напугать Скифа, но только удивила. Неужели за всё это время никто не делал подобного? Ни одного “бессмертного” новичка, забившего на субординацию в свободное время? Судя по цепкому взгляду, как оказалось, карих глаз, Скиф был такой один. Уникум. - Не пью водку, - после бесконечной паузы наконец отвечает Зотов. Скиф снова сначала делает, а потом думает. Стратегия “не делать глупостей” накрылась медным тазом. Он пожимает плечами и протягивает свою бутылку, дном вперёд, отчего его движение отдалённо напоминало то, как передают нож из рук в руки. По крайней мере, сталкеру так казалось. Зотов, к его удивлению, весело фыркает. - Отдыхайте, - ни к кому конкретно не обращаясь, прощается. В этот раз никто не собирается это останавливать. Скиф провожает его взглядом до поворота и отворачивается, делая пару глотков пива. И что он только что сделал? - Ты, Женя, тот ещё везунчик, - через стол хлопает его по плечу Сашка. Возможно, его даже пощадят и пустят на ночлег. Положен же какой-то приз за способность вызвать улыбку у такого непробиваемого человека? - Дуракам везёт, - негромко ворчит Сергиенко, разливая водку. И Скиф полностью с ним согласен. *** - Пришёл таки, - вместо приветствия говорит Зотов. Было ещё не поздно, никто из них не собирался засиживаться допоздна. Правда, ночные дежурные уже заступили, а значит они сидели дольше, чем планировали. И почему Зотов ещё здесь? Он вообще отдыхает? Или он ждал Скифа? - Как я мог не прийти, когда вы меня позвали, капитан? - наигранно удивляется Скиф, однако не видя ожидаемого веселья в чужой реакции. Акция веселья, видимо, была одноразовая. Скиф отворачивается, осматривая комнату, которую привык видеть полной народу. В свете лишь пары жёлтых ламп она казалась меньше и даже темнота, скрадывающая линии и местами целые углы, не помогала. Комната была поразительно маленькой - казалось, что от лестницы до выхода в предбанник всего ничего. Зотов же рассматривал Скифа, так же в открытую, как несколько и часами ранее делал сам сталкер. Что он видел? Скиф хотел бы знать. - Есть пара мест в нашей импровизированной казарме. Пойдёшь? - нарушает тишину капитан. Скиф пожимает плечами, переведя наконец взгляд на собеседника. Капитан всё ещё был без форменной куртки, которая лежала тут же на столе, металлическим значком Варты вверх. Такой он видел только у капитана. За выходку с приглашением выпить было не столько стыдно, сколько неловко. Скиф не был уверен, как подкатывают к мужчинам, ему не приходилось. Но это было очень похоже на то, как звучало большинство известных сталкеру подкатов. - Куда пошлёте, туда и пойду. - Даже так, - преувеличено задумчиво кивает Зотов и поворачивается к столу, вновь над ним наклоняясь, оперевшись на вытянутые руки. До сталкера только сейчас доходит, как двусмысленно мог звучать его ответ. Но ничего не поделаешь. Он уже дурак. Скиф не отвечает. Наверное, это и не подразумевалось. - На втором этаже, вторая дверь слева, свободную койку уж от занятой отличишь, - говорит Зотов, чему-то кивнув. Скиф не был в этой комнате, когда его заводили на второй этаж. Только по правую сторону. Хотя и там было две двери, о которых он ничего не знал. - Хорошо, - не двинувшись с места, соглашается. У Скифа отчего-то было ощущение, что сразу уходить не стоит. О чём-то же Зотов раздумывал. - Так иди, - мельком поднимая взгляд, отвечает капитан. Скиф молчит. Что тут можно ответить? Зотов же не замечает его, миг и он полностью погружен в чтение какого-то отчёта, лежащего поверх карты. Или делает вид, что полностью погружен. Скифу вдруг до одури захотелось схватить его за ягодицу. Преступно было так склоняться над столом. И как он в прошлый раз не заметил этой позы? Или Зотов тогда стоял иначе? Вроде же тоже у стола. Или он тогда вообще никуда не наклонялся? Скиф не мог вспомнить. Он мог только бороться с этим спонтанным и всеобъемлющим желанием. Он ведь даже ни разу не хотел схватить за задницу женщину, а тут… Хотя, не у каждой женщины была такая задница как у Зотова. Но, скорее всего, это его совсем не оправдывало. Возможно, даже наоборот. - А ты? - в очередной раз нарушает субординацию Скиф, лишь бы только победить начинающую становиться навязчивой мысль. Может быть, перед капитаном и правда лежит какой-то ужасно важный отчёт о какой-то ужасно важной миссии, но Скифу плевать. Он уже начал делать глупости. Главное, контролировать их поток, в остальном он вряд ли сможет сделать хуже. По крайней мере, сильно хуже. Ну дадут пару раз ему в морду, попортит он отношения с “Вартой” на Малой Зоне. Всё равно после вылозки на Сферу он либо вскоре вернётся на большую землю, либо полезет в новые вынужденые “приключения”. - Занят, -короткий ответ, не поднимая взгляда. - Да ладно, когда я спускался, ты пялился в стену, - остановившись буквально в паре шагов от капитана, говорит Скиф. Это даже было правдой. - Я думал, - недовольно отвечает Зотов, но взгляд от отчёта поднимает и Скифу мерещится тень улыбки на его лице. Повисает молчание. Немного смущающее для сталкера, мозг которого, обрабатывает мысли о заднице стоящего напротив капитана, а не о том, что можно сказать дальше. Не спрашивать же о том, о чём он думает? Даже если капитан и правда предпочитает мужчин, такое будет слишком. Зотов же, кажется забавлялся чему-то своему, хоть и старался не подавать виду. И оттого не спешил сам продолжить разговор. Или вернуться к чтению, потому что он опирается на локти и, подперев подбородок рукой, продолжает смотреть на Скифа. Который, к своему сожалению, не мог точно сказать, на какую именно часть Зотова он сейчас смотрел. Но точно не в лицо. Потому что когда капитан упирался на вытянутые руки это было преступно, то оперевшись на локти он стал выглядеть грешно. - Ты что-то ещё хотел сказать или просто так нарушаешь спокойствие? - спрашивает Зотов, чуть наклоняя голову. Скиф моргает, почти задыхаясь негодованием. Сталкеру хочется сказать о том, что нарушает спокойствие тут определённо не он. Скорее таки его спокойствие бессовестно нарушают! И, будь он чуть меньше осведомлён о своей ориентации, вообще вводили бы в какой-нибудь кризис ценностей. Ну не должен мужчина, в его картине мира, стоять в такой позе, если только это не однозначный намёк. А тут Скиф не мог сказать не то, что об однозначности намёка, он не был уверен в том, что намёк, как таковой, присутствует. - Да так, - неопределённо машет он рукой. Почему-то в сторону Зотова. Наконец-то Скиф смог сконцентрироваться на лице собеседника. Глаза которого смеялись. - В таком случае, я мог бы найти для тебя занятие получше праздного шатания по штабу, - говорит капитан и Скиф непроизвольно косит взгляд на его всё ещё выгнутую поясницу. Кажется, тут в наличии намёка можно не сомневаться. - И какое же? - спрашивает Скиф, запоздало понимая, что вообще все мысли были написаны на его лице примерно с момента, как они начали разговаривать. По хорошему, ему стоило бы смутился, но получилось только окончательно протрезветь, отпуская остатки лёгкого опьянения. Всё же, выпил он по итогу несколько больше пары бутылок. - Для начала отжиманий пятьдесят, чтобы протрезвел, - плавно поднимаясь на вытянутые руки, отвечает Зотов, - А там видно будет. “Видно будет” будто покрыто недвусмысленным слоем обещания. Скиф весь как будто сжимается до комка ощущений на пару секунд, прежде чем осознать фразу целиком и облизать пересохшие губы. - Да я уже, - он улыбается, надеясь, что вид у него при этом не придурковатый, - Протрезвел. Капитан смотрит на него с сомнением. Скиф вздыхает: улыбка, похоже, вышла придурковатая. Зотов фыркает, так же тихо, но весело, как несколькими часами ранее. ТОчно как дурак выглядит. - Второй этаж, последняя комната справа. Я подойду минут через десять, поднимайся пока. Скиф с пол минуты обрабатывает эту фразу. Первый раз комната была налево. А тут… - О, - с удивлением изрекает сталкер, понимая, что это буквально приглашение на секс. Скорее всего, в комнату самого капитана или ту, где они могут остаться не замечеными. - Всё, иди, не отвлекай, - беря Скифа за плечи, говорит Зотов, но развернуть в сторону лестницы не успевает. Скиф решает ничего не ждать. Разрешение ему уже дали. Поймать чужие губы оказывается просто, капитан даже не пытается увернуться. Лишь вздрагивает, когда холодная рука опускается на голую шею. Вторая же, прокатившись по спине, сжимает ягодицу. Зотов усмехается в поцелуй. Наверняка же понял, о чём сталкер думал большую часть разговора. Или даже специально провоцировал. Они так плавно упираются в стол, будто делали это не в первый раз. Скифу всё происходящее кажется нереальным. Не бывает так спонтанно и легко. Так же легко, как губы оказываются на чужой шее. Как Зотов отводит голову совсем немного назад, а Скифу идеально хватает места, чтобы оставить влажную дорожку губами. Руки мужчины тоже не остаются на месте, но когда Скиф позволяет себе большее, чем лёгкую “разведку”, он отстраняется, твёрдо отводя от себя чужие ладони: - А теперь ты поднимаешься наверх, а я заканчиваю здесь. Скиф рвано выдыхает, упираясь лбом в чужой лоб и закрывая глаза. Твёрдость чужих слов совсем не отрезвляла. Уходить совершенно не хотелось, даже понимая, что они находятся в самой проходной комнате штаба. И откуда у Зотова столько самообладания? Сталкер нехотя делает шаг назад. - Хорошо, - выдыхает Зотов и Скиф не может сдержать ухмылки, от понимания, что не только ему не хочется останавливаться. Но капитан ничего больше не говорит, только поднимает со стола отчёт. Потирает шею свободной рукой и хмурится, вглядываясь в строчки рукописного текста. Скиф думает о том, что у него бы не хватило выдержки даже на то, чтобы взять отчёт в руки. Похоже, и правда что-то ужасно важное. И, видимо, не просто так он в любимчиках у Коршунова ходит. Скиф поднимается молча, не решаясь снова помешать. Уж подождать немного у него хватит выдержки. Не шестнадцать же лет ему, в конце концов. По пути до названой комнаты ему даже не встречается ни одного человека.