Часть 1
15 января 2025 г., 13:35
Яркий, но в то же время резкий свет фонарей пронизывал полумрачную атмосферу комнаты, создавая контраст между тенями и светом. За окном тихо шуршали листья, и, хотя на первый взгляд этот звук казался незначительным, в тишине он вдруг становился поразительно громким, наполняя пространство своеобразной мелодией природы. Каждое движение ветра словно придавало этому шелесту новую силу, делая его частью вечернего пейзажа.
В этот вечер я решила погрузиться в мир творчества и немного порисовать. Хотя я не могу похвастаться выдающимися художественными навыками, всё же у меня есть свои маленькие умения. Устроившись поудобнее на своем стуле и уткнувшись в белоснежный листок, я начала делать первые наброски. На этом листе постепенно начали вырисовываться очертания цветка, который я так люблю.
Легкими и уверенными движениями я начала изображать лилию — этот прекрасный цветок, который занимает особое место в моем сердце. Я всегда была равнодушна к розам, но вот лилия для меня — настоящая мечта, от которой я просто схожу с ума от восторга.
Вдруг на мой листок упал локон моих темно-русых кудрявых волос. Я нежно убрала его назад, аккуратно завернув за ухо, и вновь сосредоточилась на рисовании, погружаясь в этот творческий процесс, который приносил мне столько радости и умиротворения.
После того как я дорисовала лепесточки, я перешла к стеблю цветка. Через десять минут завершила последние штрихи, встала и подошла к шкафчику, откуда достала пенал с карандашами. Села обратно за стол и открыла пенал.
Я выбрала розовый цвет, чтобы сделать рисунок ярким и выразительным, стараясь избегать резких штрихов. Затем добавила другие оттенки, чтобы подчеркнуть детали.
Когда закончила, подняла рисунок и слегка встряхнула его, чтобы убрать пыль. Убедившись, что всё в порядке, я внимательно осмотрела работу и положила её в другую сторону. Но вдруг тишину прервала мама стуком в дверь. Открывая её, она зашла и подошла ко мне.
— Что делаешь, лисёнок? — сказала она с теплом на душе.
С детства она с большой нежностью называла меня этим милым именем. Я даже не могу точно вспомнить, как именно возникла эта традиция, но, несмотря на это, мне это очень нравится. Она называет меня так, потому что моё имя — Лиза, что, в свою очередь, связано с образом лисы, и именно поэтому мне дали прозвище 'лисёнок'. Каждый раз, когда я слышу это слово, у меня возникает глубокое чувство, будто я вновь возвращаюсь в ту беззаботную атмосферу своего детства, наполненную радостью и любовью. Это прозвище словно открывает двери в мир воспоминаний, где царит тепло и безмятежность.
— Мама, что-то случилось? — смотрела на неё с любопытством. — Мама, не молчи, — подошла я к ней.
— Я не знаю, как ты отреагируешь, — она стала улыбаться. — Мы переедем в новый город, — немного повернувшись на меня.
Я долго размышляла над тем, как ответить на этот вопрос, и в конце концов решила, что радость от перемен перевешивает все сомнения. Начать новую жизнь — значит обрести новую личность и завести новых друзей, что для меня стало очень важным шагом. Ранее, в нашем городе, я чувствовала себя не на своём месте; он никогда не вызывал у меня положительных эмоций.
В школе меня часто не понимали, и я стала той самой девочкой, которую не замечали и не принимали. Однако теперь, когда я оглядываюсь на прошедшие годы, я осознаю, насколько значимо было оставить всё это позади и начать новую главу своей жизни.
— Знаешь, мам, всё к лучшему, — села я ближе к ней. — Главное, что мы будем вместе, — улыбнулась я.
— Надеюсь, что будет хорошо, — она нежно обняла меня. — Я раньше там жила, чудесное время, — сказала мама и продолжила обнимать. — Мы с твоим папой там познакомились.
— А когда мы поедем? — спросила у неё и начала ждать её ответ.
— Завтра, лесенок, завтра, — сказала она, глядя на меня. — Поэтому мы пойдём собирать вещи.
— Хорошо, — я отстранилась.
***
Собрав почти все свои вещи, я заметила, что остаются только платья, которых почти у меня нет. Вдруг в комнату зашёл мой брат Марк. Марк — как пропеллер, он всегда вертится на одном месте; иногда он бывает невыносимым, но я его обожаю. В конце концов, он мой брат, и хотя иногда он меня бесит из-за того, что старше на год, он делает из этого такое впечатление, будто разница в возрасте составляет целых сто лет. Тем не менее, он всегда поддерживает меня в трудные минуты, вступается за меня. Я чувствую себя рядом с ним, как за каменной стеной. Многие люди утверждают, что мы с ним похожи, как две капли воды, словно близнецы. Мы оба обладаем кудрявыми волосами и одинаковым цветом глаз, что создает впечатление невероятного сходства. Однако, несмотря на эти внешние черты, наши характеры значительно различаются. Он обожает адреналин, активные вечеринки и общение с большим количеством людей. Его высокомерие и самолюбие часто привлекают внимание, и о нём можно сказать много интересного. В отличие от него, я испытываю неприязнь к шумным тусовкам и скоплению людей. Всю жизнь я была серой мышкой, предпочитая уединение и спокойствие. Мне не нравится то, что ему нравится, и я часто чувствую себя в оппозиции к его увлечениям. Тем не менее, у нас есть одна общая черта: как и я, он не умеет признавать свои ошибки. — Овечка, где моя зарядка от ноута? — я покачала головой. — Ну ты же её последней брала. — Во-первых, нужно было постучаться, во-вторых — сам ты овечка, — он начал смотреть в недоумении. — В-третьих, я не брала. — Ну, Лизка, а кто тогда брал, не домовой же? — сказал он, подходя ко мне. — Не исчезала же она. — Может, и домовой, я не знаю, — смотря на него. — Может, папа брал, я вроде видела его с ним. — Точняк, вроде он, — сказал он, смотря на потолок. — Спасибо, Лизка. Марк подошёл ко мне и обнял меня, а потом быстрым шагом направился на выход, а я начала смотреть на него. Дойдя к двери, он повернулся. — Лучшая, — после этого он отправил воздушный поцелуй. Подойдя к шкафу, я продолжала складывать свои платья. Взяв их на левую руку, я начала поочередно укладывать на кровать. Разложив их, я стала рассматривать каждое из них. Первое платье было черно-синего цвета с легкой пышной юбкой, которая имела едва заметный желтый оттенок. Пышные рукава доходили до кистей, а корсет подчеркивал фигуру. Второе платье выглядело проще: белое, с легким желтым оттенком, оно было шелковым и обыкновенным. Однако возле груди его украшали изящные кружева. Третье платье было совершенно белым, с рукавами в стиле «баллон». Сзади его дополняла ленточка, которую предполагалось завязать. Остальные платья я не стала брать — решила выбросить их, не желая хранить лишние вещи. Я бережно подняла их на руки, присела на корточки и аккуратно уложила в чемодан. После этого, выпрямившись, я направилась к своей кровати и устроилась поудобнее, взяв с тумбочки свой телефон. Погрузившись в него, я начала пролистывать новости и сообщения. Прошло, возможно, около двадцати минут, когда в комнату вошла мама, нарушившая мою задумчивость. — Лисёнок, пошли кушать, — сказала, зайдя в комнату. — Марк уже ест. — Иду, мам, — сказала я. После того как мама покинула комнату, я аккуратно положила телефон на тумбу. Встала и направилась к двери. Открыв её, я вышла в коридор и направилась на кухню. Когда я вошла туда, моё внимание привлекло, кто из родных находился на кухне. Я заметила маму и брата, которые уже кушали, но папы, к сожалению, не оказалось в нашем кругу. Я немного огорчилась, что его нет рядом, но решила присоединиться к остальным. — А где папа? — мама посмотрела на меня. — Он на работе был, но сейчас он, скорее всего, поехал в магазин, чтобы купить что-то в дорогу, — ответила мама и продолжила кушать. После того как я устроилась за столом, мне подали аппетитный обед. На столе красовались пюре и свежий овощной салат, переливавшийся яркими цветами. Я с удовольствием наклала себе порцию салата и начала наслаждаться его вкусом, сочетая его с нежным пюре. Внезапно я не смогла сдержать смех, глядя на забавное выражение лица моего брата, что чуть не привело к тому, чтобы я подавилась. Этот неожиданный момент вызвал смех и у него, и я не могла удержаться от улыбки, наблюдая за его реакцией. — Даже не знаю, у кого руки из того места, — сказал он. Я начала внимательно смотреть на него, и, несмотря на то что смеялась, вскоре смогла взять себя в руки. — Кушайте спокойно, вы как дети, точно, вы же дети, — сказала она. — А что я? Это всё Марк, — Марк начал косо смотреть на меня. — Не смотри на меня, — сказала я, улыбаясь. — Нет, это всё Лизка, — сказал он в ответ. — Я тут не при чём. — Нет, это Марк, — сказала я; после этого он стал опять смотреть на меня. — Нет, это Лиза, — ах ты тварь, я подумала про себя. — Нет, это Марк, — сказала я и показала ему язык. — Мам, это всё Лизка, говорю же, — сказал он и показал мне средний палец. Когда я впервые увидела это зрелище, мои глаза округлились от удивления. Я не удержалась и быстро привстала, воскликнув: — Мамаа, а Марк фак мне показывает! После этих слов мама закрыла немного глаза и открыла. — Хватит вам уже! — не выдержав, она сказала; после этого мы стали молчать. После того как она закончила трапезу, аккуратно положила свою тарелку на карниз и стремительно приступила к мытью посуды. Внимательно отмыв все свои тарелки и столовые приборы, она, наконец, направилась к столу, где ранее наслаждалась вкусной едой, с чувством удовлетворения от завершенной работы. — Вы всё собрали? — спросила мама. — Да, — сказала я. — Почти, я не могу найти зарядку от ноута, батя взял её и не положил на место, — сказал Марк, выражая акцент на слово «батя». — Скоро он будет, спросишь, — мама сказала. После этого я поднялась со стула и направилась в свою комнату. Когда я оказалась там, я легла на кровать и, испытывая скуку, вновь начала листать свой телефон. Время тянулось медленно, и я искала что-то интересное, чтобы отвлечься от однообразия. Просидев в тишине целый час, я наконец-то решила покинуть свою комнату и утолить жажду. Встав с уютной кровати, я медленно направилась в коридор. Достигнув кухни, я заметила своего папу, который наслаждался ужином. Подойдя ближе к столу, я села рядом с ним. — Приятного аппетита, — он смотрел на меня, а я на него. — Спасибо. Ты готова ехать, всё собрала? — сказал он, а потом взял вилкой еду и запихнул в рот. — Да, но один тупой дебил потерял зарядку от ноута, а потом говорил, что это я её потеряла, — сказала я, но в тот же секунду послышался крик из комнаты Марка. — Я всё слышу, овечка, — крикнул он. — Па, это ты брал ноут или нет? — сказал брат, придя на кухню. — Да, она в нашей комнате на полке, — сказал папа, жуя свою еду. — А я целый день ищу, — сказал Марк, уходя. — Лан, овечка, прости, — обернувшись, сказал он. — Ладно, так уж и быть, прощаю, баран, — сказала я, но после этих слов папа засмеялся, но потом продолжил кушать. — Ладно, я пойду уже спать, поздно, — сказала папе, вставая. — Спокойной ночки, — сказал он и продолжил кушать. — Спокойной, — ответила я и пошла в свою комнату. Как только я дошла до комнаты, я тихо открыла дверь и вошла внутрь. Мягкий свет освещал пространство, и я направилась к шкафу, который был полон уютной одежды. Выбрав свою любимую пижаму, я с удовольствием сняла домашнюю одежду, ощущая, как расслабление охватывает меня. Переодевшись, я уютно устроилась на кровати, обняв подушку. Выключив светильник, я погрузилась в полумрак и закрыла глаза, стараясь успокоить мысли и погрузиться в сладкий сон.***
На удивление, я проснулась рано. На улице светило очень яркое солнце, которое бросалось в глаза. Эту тишину прервала мама, заходя в мою комнату. — Лисёнок, вставай, — сказала мама и после этого пошла на выход. Я устроилась на своей уютной кровати, стараясь окончательно проснуться и настроиться на новый день. После нескольких минут размышлений я встала и направилась к стулу, на котором аккуратно лежала моя одежда — тщательно подобранный наряд, который я подготовила накануне, чтобы не тратить драгоценное время утром. Взяв его в руки, я направилась в ванную. Там я положила одежду на стиральную машинку и, сняв пижаму, аккуратно положила её рядом. Затем я зашла в душ, где горячая вода обливала меня, создавая ощущение уюта и спокойствия. В процессе мытья мне стало немного скучно, и я решила развлечь себя, рисуя мокрыми пальцами на запотевшем стекле. Каждый штрих становился частью моего маленького произведения искусства. Закончив водные процедуры, я вышла из душа и подошла к стиралке, чтобы взять полотенце и вытереть своё влажное тело. После того как я тщательно обсохла, я быстро оделась и направилась к раковине. Там я почистила зубы и умыла лицо, чтобы освежиться. Завершив свои утренние ритуалы, я направилась на кухню, где за столом уже сидел мой брат. — О, Лизка, проснулась, — сказал он. — Чего так рано? — Сама в шоке, — сказала я, подходя к чайнику и включая его. — Чай будешь? — Когда я отказывался? — сказал Марк, смотря на меня. — Спасибо, — улыбнулся он. Я устроилась за столом и начала ожидать, пока чайник закипит. Вскоре, услышав мелодичный звук кипения, я встала и подошла к полке, где стояли кружки. Я выбрала две из них, тщательно осматривая, чтобы они подходили по размеру. Затем я начала искать пакетики с чаем. Когда мне наконец удалось их найти, я аккуратно положила их в каждую чашку и, наполненная ожиданием, залила пакетики горячей водой, наслаждаясь ароматом, который начал наполнять комнату. — Тебе сколько сахара? — спросила я. — Давай две, — ответил Марк, — или три, — стал он думать. — Давай лучше две. — Хорошо, — сказала я и стала сыпать сахар. Когда я закончила добавлять сахар в свой напиток, я решила взять лимон и отрезать от него дольку. С детства я обожала пить чай именно с лимоном; без него мне кажется, что вкус становится совершенно невыносимым. Я аккуратно поставила чашки на стол и насладилась своим напитком. После того как выпила, я направилась в свою комнату. Дойдя до неё, я устроилась на стуле и начала просматривать свой телефон, погружаясь в него. Прошло около сорока минут, когда в комнату вошёл мой папа, и я повернула к нему взгляд. — Где чемодан? — я указала в правый угол комнаты, где стоял чемодан. Он медленно подошёл к двери, аккуратно поднял чемодан и направился к выходу из комнаты. Прежде чем покинуть помещение, он обернулся и произнёс: — На улице холодно немного, кофту накинь, — и вышел из комнаты. Я подошла к стулу и, накинув на себя уютную кофту, направилась к выходу из комнаты. Пройдя через коридор, я покинула квартиру и оказалась в подъезде. На улице меня ждала машина, блестевшая на солнце. Я подошла к ней, осторожно открыла дверцу и села внутрь. — Ну что, поехали? — сказал папа, заводя машину.
