Два варианта

      Ему правда очень хочется верить в возможность стать человеком. Он хочет стать человеком. Это отчаянное желание было целью его ничтожного существования. Мицуба Соскэ — нечисть, у него нет будущего. Почти единственным спутником в пучине однообразных дней был Коу Минамото — его друг. Тот, не меньше его самого, желал отыскать способ превращения нечисти в человека. Как только Мицуба опускал руки, он своими словами вновь заставлял верить. Эта теплая улыбка, уверенный голос и убедительный взгляд голубых глаз пробуждали в нем надежду. Благодаря ему они вместе стали искать все возможные способы. Заглядывали в пыльные библиотеки, читая старинные книги. Ходили в храмы к старым монахам. Обращались к самым опытным экзорцистам, что имели огромное количество знаний. Но все было бестолку. По прошествию множества дней и месяцев поисков оказалось, что никто ранее не задумывался о превращении нечисти в человека. Это попросту не было нужно. Для всех знающих нечисть — самые противные существа на свете, их следует сразу же истреблять. Все те, к кому они обращались, даже после объяснения ситуации и причины, говорили, что будет лучше уничтожить Мицубу. Для них он потенциальная угроза.       Сегодня они посетили очередной храм. Там служил очень старый монах, который, как поговаривают, в прошлом был сильным экзорцистом и проводил множество обрядов. Добиться встречи с ним было крайне сложно, но Коу, путем своего таланта к уговорам, все же смог добиться его аудиенции. Уже скоро перед ними предстал морщинистый старик. Он начал снова объяснять почему ему нужен этот способ, пока Соскэ стоял за его спиной. Монах медленно приоткрыл свои тяжелые веки и осмотрел Миномото с ног до головы. После, переведя взгляд на Мицубу, седые брови резко нахмурились, от чего морщин стало еще больше. Стало ясно — тот в ярости. Неожиданно этот щуплый старичок подорвался с места, схватил старую палку, что служила тростью и ринулся прямо на них. Острый наконечник целился в самое сердце Мицубы. Успев среагировать, Коу закрыл собой друга, принимая удар на себя. Пусть и нападающим был старикан, а оружием деревянная трость, пораженное плече в миг ощутило силу, что находилась в чужих руках. В голове сразу промелькнул вопрос: как монах, что зашел сюда ели волоча ноги и дрожа, может бить настолько сильно? Еще пару ударов пришлись на руки. Глубоко сожаления о забытом дома посохе, Минамото мог лишь закрывать своим телом Мицубу от разъяренного старика. Тот спустя время чуть выбился из сил и сделал пару шагов назад, но все еще стоял в боевой стойке. Переведя дух, Коу оглянулся, проверяя друга на целость. Соскэ весь бледный (насколько может быть бледен призрак), схватился руками за его спину. Взяв того за руку, он стал медленно пятится назад ближе к выходу.       — Что вы творите?! — Выкрикнул экзорцист, когда они оба были почти у двери. — Эта нечисть, — Костлявый палец указал на Мицубу. — опасна! Ты, мелкий нахал, посмел привести его в мой храм. — Он не опасен! — Несмотря на внешность обычного школьника, оно обладает огромной силой. Разве ты, экзорцист, не чувствуешь этого? Поэтому необходимо уничтожить эту мерзость! — С кряхтением выпалил монах, подчеркивая последнее слово. — И нет такого способа. Вечные скитания - удел нечисти, ему никогда не стать человеком. Мицуба молчал, плотно сомкнув губы. Он бы мог выкрикнуть, что-то вроде «заткнись, чертов старикан», но не стал. Старик был полностью прав. Он нечисть, обреченная на вечное существование между гранью жизни и смерти. Потому у него лишь два варианта — продолжить жалкое изображение надежды на лучшее или исчезновение. Именно в этот момент, когда Коу продолжал ругаться со стариком, последние угольки веры истлели.       — Убирайтесь от сюда! Вон, пошли прочь! — Завопил монах и ринулся на них. Минамото сильнее сжал руку друга и побежал. Через пару мгновений они оба оказались на улице. Старик все еще был около дверей, плевался и орал, пока другие служащие храма держали его. — Что ж, тут нам уже нечего искать. — Подытожил Коу. — Думаю, стоит пойти ко мне домой. Там должны быть семейные свитки с разной информацией. — Я не… Там точно ничего не будет. — Даже если так, то хоть какие-нибудь зацепки. Благодаря ним, может, получится и самим изобрести способ! Только Соскэ хотел сказать, что-то против, как его снова схватили за руку и потащили за собой.

***

      Коу привел его домой и завел в пыльную комнату. В доме Минамото, как в семействе самого известного клана экзорцистов, было нечто вроде склада или архива. Здесь множество старых бумаг, где описаны способы изгнания нечисти, обряды, процессы изготовления амулетов и прочее. Помимо этого на полках разбросаны различные артефакты, а самый главный из них — большая катана, висящая на специальном креплении у самой дальней стены. Как объяснил Коу, это меч его прапрапра… деда, который уже не так эффективен в истреблении нечисти, потому пылится тут. В течении нескольких часов они читали различные свитки. Точнее читал лишь Минамото. Мицуба только делал вид, когда на самом деле обдумывал свой дальнейший план действий. Слова старика усилили сомнения и загнали его в отчаяние. Он и раньше знал — ему никогда не стать человеком. Все попытки тщетны: такого способа просто не существует. И не потому, что плохо искали или еще не придумали. Это в целом невозможно. Но Коу, чьи воодушевляющее слова дарили надежду, заставляли продолжать свое существование. Он был единственной опорой, заставлявшей Мицубу цепляться за призрачную надежду. Но, в отличии от него, Коу жив. Он сможет поступить в старшую школу, заведет еще кучу других друзей, возможно, даже начнет встречаться с какой-нибудь девчонкой. Впереди его ждет кучу разных событий и долгая счастливая жизнь. А он останется позади, не имея даже малейшего шанса на всё это. Мысль о том, что его друг сможет жить дальше, постепенно забыв о нем, разрывает уже небьющееся сердце. Так им была принята истина. Продолжать подобное существование Мицуба не намерен.       Встав с места, тем самым обратив внимание Коу, он медленно зашагал к той самой пыльной катане. Проигнорировав чужие вопросы, Соскэ снял оружие с крепления. Каким бы сильным не было желание исчезнуть, от страха сковывало дыхание. Вот оно — в его руках то, что прекратит все страдания. Стоит лишь перевернуть, правильно схватиться и направить на себя… — Ты что делаешь?! — На придыхании выкрикнул Минамото, наблюдая как лезвие направляется в сторону чужого тела. На вопрос Мицуба лишь криво улыбнулся. Он отступал назад, стараясь увеличить между ними расстояние на случай если Коу решит попытаться его спасти. — Давай уже примем это. Мне не стать человеком. — В мыслях эта фраза звучала куда более расслабленно, когда на деле голос судорожно задрожал. — Даже если такого способа нет, мы найдем его. Я найду его! — Тебе то легко говорить, ты жив. Если не получится, просто забудешь обо мне, будешь жить дальше. А я? Продолжу свое ничтожное существование? Да ни за что! — Мицуба, прошу, успокойся. Положи катану… — Почти шепотом умолял он, делая несколько коротких шагов. — Поздно. Спасибо тебе за всё. Замахнувшись, он со всей силы вонзил себе в живот лезвие и провел чуть вниз, увеличивая рану. Больно, страшно, но мысль о скором упокоении помогает это перетерпеть. Коу бежит к нему, что-то кричит. Когда все же добежал, схватил за плечи и принялся пронзать его взглядом. Мицуба уже начал закрывать глаза, ожидая когда тело начнет распадаться. Но этого не произошло. Глянув на свой живот, он понял, что из раны даже не текла кровь. Одним таким же резким рывком вынул меч, перед ним предстала такая картина: сквозная дырка сразу же начала закрываться. Боль прошла, сменившись разочарованием. Он даже убить себя не смог?!       — Какого… Почему не получилось?! — Непонятно кому это было адресовано — самому себе или Коу. — Только экзорцист может истребить нечисть. Без духовной силы это просто меч, который наносит самые обычные удары. — Объяснив, он попытался выхватить оружие, но Мицуба с невероятно сильной хваткой вцепился в меч. — Что ты творишь?! Отдай мне катану, это зашло слишком далеко! — Точно, только экзорцист сможет… А ты у нас никто иной, как экзорцист! — На гране безумства Соскэ нервно задрожал, глядя в голубые глаза. Он протянул рукоять катаны Коу. Тот сразу же перехватил её и уже хотел вернуть на место, но Мицуба не дал этого сделать. Его ладони легли поверх чужих. Сделав полшага вперед, шея друга оказалась прямо на кончике лезвия. Расширенные глаза отражали пустоту, а губы расплылись в кривой улыбке. — Прошу… сделай это! Ты же сможешь, верно ведь? Коу попытался отступить назад, но Мицуба последовал за ним, не переставая держать его руки. — Я не смогу это сделать… Я не смогу без тебя! — Голос дрожал, а в уголках глаз начали скапливаться слезы. Страх сковал так сильно, что пошевелиться было невозможно. — Ты-то? Я просто нечисть - противный и опасный. Избавишь меня от страданий и заведешь себе новых друзей. — Да что же ты опять себе надумал!? Противный, опасный? Ты для меня никто иной как друг, не очередная нечисть! — Слезы уже лились бесконтрольно.       Так они и стояли: Мицуба с лезвием у шеи и плачущий Коу с катаной в руках. Тишину нарушали лишь тихие всхлипы. Последний просто не мог понять как заставить друга вновь обрести надежду. Тот выглядит совсем безумно, словно переубедить в обратном невозможно. Ему стало понятно, что теперь Соскэ не оставит эту затею. Он и вправду хочет исчезнуть. Но представить себе жизнь без него просто невозможно. Мицуба стал насколько близким и родным, что когда они находятся буквально на грани, Коу уже готов сам напороться на лезвие, только бы рядом с ним. Когда слез уже не осталось и внутри зияла дыра, Минамото наконец смог решить, что для него важнее. Для него важен Мицуба, потому перед ним предстал выбор: с ним или без. И он выбрал то, что искренне считал верным. Опустив одну руку с катаной, другая потянулась в чужому лицу. Тронув холодную щеку, под кожей ощутилась влага. Мицуба тоже плакал. — Ты правда так хочешь исчезнуть? — Хриплым голосом спросил он. На него сразу же глянули покрасневшие розовые глаза. В них не было ничего кроме усталости. — Да. — А что будет со мной? Ты об этом подумал? — Тупой идиотина… Ты живой, у тебя куча возможностей. Какая разница буду ли я рядом или нет? Не ответив, Минамото поддался вперед, заключая друга в объятия. — Разница большая. У меня нет никого более ценного, чем ты. — Почти на ухо прошептал он, а после сильнее сжал рукоять катаны. — Но я уважаю твой выбор.       Он вытянул руку, затем мгновенно вцепился второй в рукоять. Острие точно направлено на спину Мицубы. Одно резкое движение — и лезвие проходит сначала через одно тело, а затем через другое. Такого удара достаточно, чтобы убить его одного, но план еще не воплощен полностью. Мицуба с шоком и непониманием глядит на него. Внутренние органы словно в огне, желудок проткнут насквозь. На светлой одежде красное пятно становится все больше и отчётливее. Во рту появляется металлический привкус и уже через мгновение кровь скапливается в уголках губ, стекая вниз. — Что ты делаешь?! Ты же умрешь! — Он переводит взгляд то на спокойно улыбающегося Коу, то вниз, где его собственная одежда окрашивается чужой кровью. — Я знаю. Спасибо тебе за всё, Мицуба. — Коу! — Это был один из немногих раз, когда Мицуба назвал его не обзывательтсвами, а по имени. В последний раз глянув на испуганное лицо друга, он прижался еще сильнее. Ему самому не страшно. Неважно, что будет после. Мицуба рядом с ним и это главное. Руки все также крепко сжимали катану. Собрав остатки сил, в нее полилась духовная энергия. Стараясь как можно лучше запомнить его лицо, Коу активировал оружие. По лезвию прошелся разряд, замерцали маленькие молнии. Они прошли сквозь два плотно прижатых к друг другу тела. Хватило пары мгновений и два друга с грохотом повалились на пол. Мицуба Соскэ рассыпался на мелкие частицы, но все еще оставался в сознании. Коу лежит крайне близко, почти прижимаясь своим лбом к его. Улыбка сошла с губ, от них уже не исходило теплое дыхание. Под телом росла лужа крови, а вся нижняя часть футболки окрасилась к красный. Мгновение — и на полу остался только пронзенный катаной труп и частицы, похожие на пепел, что некогда были Мицубой.