Преображение

      Закатный оранжевый свет проливался на кухонный стол, теплил выстиранную белую скатерть, мягко притрагивался к вороновому перу на ней. Крепко сомкнув губы, Гарри смотрел, то на него, то на наручные часы, бликующие красным солнцем, то за окно. Было всего 31 августа, но осень будто уже вступила в свои законные права. Верхушки деревьев покрылись золотом, уже неделю моросило, запахло холодом и сыростью. Разве что сегодня распогодилось, и весь день небо радовало ослепительной бирюзой, а солнце дружелюбно блестело.       Гарри тяжело вздохнул, было без пяти семь, до активации порт-ключа оставалось совсем ничего. Вытянув палочку из набедренной кобуры, он, нервно постукивая ею по ладони, начал ходить по кухне. От ходьбы по маленькой комнатке начала немного кружиться голова, и он снова замер у окна, взглянул на часы – пятьдесят семь минут. Время текло медленно и невыносимо. Сумасшедшая идея, предложенная директрисой МакГонаглл, уже не казалась такой уж удачной. Стать профессором в Хогвартсе! Какая чушь…       Гарри растрепал волосы, с силой надавил на глаза под очками, пока не заискрило под веками. Пятьдесят девять минут. Гарри вложил палочку обратно в кобуру, взял чернильное, блестящее лоском перо в руки, глубоко вдохнул. Вот он, тот момент, когда можно уже не волноваться. Действие всё решит за него.       Перо засияло, обжигающе нагрелось. Казалось, пальцами Гарри держит раскалённую иглу. Его дёрнуло под дых будто крюком, завертело вокруг пера. Исчез воздух и пространство. Идеалистическая картина за окном – молодая липа во дворе, еле колышущая листвой, черный от дождей покошенный заборчик, длинные тихие тени – сменилась непроглядной чернотой слепца. Одно мгновение – удушающий полёт в нигде, следующее – неуклюжее падение носом в ковёр директорского кабинета.       Гарри сдержал все силы, чтобы не застонать от досады. Ему двадцать семь лет, он уважаемый аврор, герой войны, а приземляться на ноги после использования порт-ключа так и не научился. Он медленно поднялся. Мол, да такое случается со мной каждый день, не обращайте внимание, спасибо за заботу. Обтряхнул мантию и поднял наконец голову.       Директриса МакГонаглл сидела за столом, заставленным стопками документов, сложенных свитков. Она ещё держала перо в руке, оторвавшись от письма. За её спиной в высоких окнах было видно плывущие серые бархатные тучи, больше похожие на комья грязного снега. По-домашнему трещал камин, уютный свет свечей падал на заполненные книгами шкафы, на портреты бывших директоров. Гарри улыбнулся Дамблдору, тот весело подмигнул. – Здравствуйте, Гарри. – Одновременно скупо и тепло улыбнулась МакГонаглл, откладывая перо. Указав на стул по другую сторону стола, добавила, – Присаживайтесь. – Добрый вечер, директриса МакГонаглл. – Ответил он с улыбкой.       Несмотря на то, что директорский кабинет разительно изменился после передачи его МакГонаглл, что всё ещё вызывало в нём необъяснимую тоску, он любил оказываться здесь. По крайней мере раз в год с вступления в должность аврора Гарри прибывал в школу, чтобы прочитать ежегодные лекции ученикам Хогвартса. Приятное увлечение, оправдывающее его появление в школе Волшебства, обязательная повинность, предписанная министерством. Кто же знал, что работа аврора будет обязывать его и этому.       Но нет худа без добра. Ему на самом деле нравилось появляться в Хогвартсе, рассказывать о защите от темных искусств неискушённой публике, детям с горящими от восторга глазами, тем, кто ещё и не поступил в Хогвартс, когда кровь пролилась на его камни. А ещё он любил эти официальные вылазки, ведь Хогвартс был его первым домом. И, как в последнее время казалось, последним. – Как прошел ваш уход из министерства? – Спросила МакГонаглл, взмахнув палочкой. Бордовый чайничек, спрятавшийся среди свитков, взлетел и юрко начал разливать чай по ниоткуда взявшимся чашкам. Гарри поморщился. – Кажется, министр Кингсли считает мой поступок немного… – Гарри попытался подобрать слова. – Немного поспешным. Он, мягко говоря, выразил уверенность в том, что после отдыха я вернусь. Отправили в бессрочный отпуск. – Он поймал подлетающую чашку. Со звоном стукнулся об столешницу чайничек. МакГонаглл хмыкнула. – А вы вернётесь? – Она внимательно посмотрела на него. Гарри только пожал плечами, он старался об этом не думать. – Я знаю, что нужен там. Министр неоднократно выдвигал мою кандидатуру на роль главного аврора. И я в этом не плох, поэтому…– Гарри запутался, потрепал волосы и выдавил неубедительную улыбку. Директриса всё не опускала своего изучающего взгляда. – Ну что ж, отпуск у вас получится весьма оригинальный. Боюсь, отдых будет вам только снится. – Наконец улыбнулась она. – Я на это очень надеюсь. – Тогда приступим к делу.       Гарри получил своё расписание. До трёх часов каждого дня оно было за редким исключение забито. В субботу стояло обязательное собрания преподавателей. Он даже и не знал, что те собирались каждую неделю! – Также собрание будет и завтра после распределение первогодок. Там вы познакомитесь со всем учительским составом.       Гарри только кивнул. Кажется, будет не просто. – И кстати о знакомстве. Вы уладили дело с оборотным зельем? – С подозрением спросила она. – Конечно. – Гарри достал из кармана мантии малюсенькую бутылочку. Жидкость в ней мерцала изумрудной зеленью. – Его мне будет поставлять проверенный зельевар до конца года. Так что тут волноваться не о чем. – Отлично, с кем вы сумели договориться о заимствовании внешности? – Гарри не донеся чашку до рта, замер. – Договориться?.. – Осторожно спросил он. МакГонаглл без всяких эмоций уставилась на него. – Гарри… – Мой друг магл, – начал он осторожно, – очень хороший человек… – Брови МакГонаглл поползли вверх, Гарри же затараторил. – Он живёт тихой жизнью в пригороде Лондона. И он ни о чём не узнает, и меня в его образе тоже… Никто не узнает. Я подумал, что брать внешность волшебника будет неосмотрительно. – Директриса только вздохнула. – Времени у нас менять уже что-либо нет, поэтому просто опустим данный факт, но то, что вы заимствуете внешность человека и не ставите его даже в известность очень неприлично. И даже незаконно. – Закончила она.       Гарри представил себе, как просит Тодда одолжить ему пару волосинок для зелья. Тот бы от души посмеялся.       МакГонаглл всё ещё казалась крайне недовольной, Гарри же почудилось, что он вернулся в школьные времена. Он покосился на Дамблдора, тот хитро улыбался, блестя голубыми глазами из-под очков. – Позвольте узнать, как вы получили материал от магла? – Шея у Гарри начала гореть, он отхлебнул остывшего чая. – Мы ходили в поход, и как бы… – Вопросов не осталось. – Перебила она его. – Что ж предлагаю тогда вам принять зелье и пойти обживаться.       Гарри всё ещё смущённый активно закивал. Он откупорил зелье, то еле пахло травой, и опрокинул в себя. Тело начало сразу жечь. Будто слепленное из воска оно начало преображаться. Волосы до этого щекотавшие лоб и шею начали укорачиваться и светлеть. Нос чуть расширился, челюсть, стала квадратной. Чуть раздались плечи, мантия натянулась. Гарри снял очки, зрение стало почти идеальным. МакГонаглл уже протянула ему зеркало.       Чужое лицо хмурило густыми бровями. Глаза потемнели, став карими почти до черноты. Волосы, мягкие русые, едва вились, совсем короткие. Челюсть, квадратная и широкая, нос, крупный с горбинкой. И нет шрама, лоб был чистым и светлым. На него смотрело спокойное и доброе лицо. Только в глазах сквозила та же усталость и подозрительность.       Гарри встал, одежда сидела практически идеально, чувствовалось только натяжение мантии в плечах. И не зря. Именно Тодд был первым человеком, кто пришёл на ум Гарри, как только тот получил столь оригинальное предложение сотрудничества, ведь тот имел практически идентичную Гарри фигуру. Разве что тот был покрупнее и чуть выше. Не столь разительное отличие – одежду даже не надо было менять, наложить пару изменяющих чар, да и всего. – Вы выбрали идеального претендента. – Кивнула МакГонаглл. – Да, думаю так. – Что ж, подпишите данный документ, Джеймс Портер. – Гарри еле дёрнулся. Когда он выбирал псевдоним совсем не задумывался, как может это звучать со стороны. – Надеюсь, вы будете рады работать в нашей школе магии и волшебства Хогвартс. Он кисло улыбнулся и, наклонившись над жёлтым свитком, размашисто расписался не своей рукой. МакГонаглл же улыбнулась искренне – Добро пожаловать. Я рада вашему возвращению. – В груди у Гарри разлилось тепло.