5 A.M.

      Рихард сидел на ступеньках около гостиницы, в которой группа остановилась между своим импровизированным туром по разным летним фестивалям. Хоть их дебютный альбом и сыскал невероятную популярность, но не до такой степени, чтобы в пять утра фанатки караулили их около номеров, пытаясь заполучить автограф. Круспе задумчиво курил, выпуская дым из лёгких. Он успел поспать по дороге сюда из другого города и сейчас абсолютно не мог снова уснуть. Конечно, правильнее было бы всё-таки заставить себя хоть пару часов подремать, но он предпочел потратить драгоценные минуты одиночества задумчиво устремив взгляд на парковку не самого дорогой, но вполне приличной гостиницы.       В голове было пусто. Ночная тишина успокаивала в купе с никотином давая такое нужное сейчас расслабление. Сколько он уже тут? Пятнадцать минут? Пол часа? Не важно, он оставил наручные часы в номере, предпочитая не следить сейчас за временем. Ближе к полудню к нему всё равно в номер зайдет Тилль в попытках разбудить или удостовериться, что тот уже проснулся.       Неожиданно дверь гостиницы за ним открылась, и на пороге с сигаретой, зажатой между зубов, и зажигалкой появился Ландерс. Он неуклюже пытался поджечь сигарету, не обращая внимание ни на что вокруг.       Наконец, затянувшись, он посмотрел перед собой замечая немного удивленный взгляд Круспе.       – Тоже не спится? – Пауль усмехнулся, чуть закашлившись от дыма.       Рихард кивнул. Светловолосый парень приземлился рядом с ним, тоже устремив взгляд куда-то вглубь парковки. Пару минут оба задумчиво молчали, пока один не начал говорить.       – Знаешь, – Ландерс вытянул ноги, по-ребячески качая носками ботинок, – пока мы ехали сюда, я подумал "ну вот, Пауль, ты снова едешь в душном автобусе с какими-то отбитыми ребятами, чтобы в очередной раз отжечь на летнем фестивале, напиться, накуриться, потрахаться, а потом в сотый раз клясться самому себе, сдирая себя с кровати, что больше ты так бухать не будешь" и...       Он остановился, затягиваясь под внимательный взгляд.       –И к черту, я рад, что живу именно так, – он улыбнулся, подняв взгляд к темному ночному небу, – и что я тут с вами, хоть вы все и ёбнутые.       –А сам то? – Рихард, до этого молча куривший, тоже улыбнулся, не отводя глаз от лица ритм-гитариста, – будто ты не такой же.       –Такой же.       Ландерс посмотрел на него. В темноте ночи, освещаемой только тусклым светом уличных фонарей, взгляд голубых глаз казался каким-то особенным, искренним.       –Блин, Рих, – Пауль сел ближе, – у тебя такие глаза красивые, жесть.       –Ты дурак? – Рихард нахмурился, будто несколько секунду назад не думал о том же, только про Ландерса, – девкам такое после концертов говорить будешь.       –Да я серьезно, вау, – он снова затянулся, – жаль сфоткать не могу.       Пауль будто-то бы правда расстроился, сгиба ноги в коленях и обнимая их, кладя голову сверху.       –Ты в принципе красивый.       –Ландерс, завязывай, – Рихард улыбнулся, – не пьян же.       –Уже комплимент сказать нельзя, – тот вторил его улыбке, – сразу пьян.       Ландерс слегка пихнул Рихарда плечом. Оба рассмеялась, наплевал на покой мирно спящих постояльцев гостиницы. Они не часто оставались наедине, почти не разговаривали, но сейчас обоим было хорошо и спокойно в компании друг друга. Всё-таки, не первый год знакомы.       –Я тоже рад, что с вами, – после недолгого молчания начал Рихард, – хоть вы иногда и ужасно бесите.       Оба потянулись за новой сигаретой, Круспе поджог кончик своей, предлагая огонь и Ландерсу. Тот не смел отказаться, наклоняясь ближе к чужим рукам.       –Думаешь... – продолжил Рихард, – мы надолго так? С группой, вместе.       –Я бы хотел, тобы навсегда.       Оба зачем-то снова потянулись к карманам шорт, доставая оттуда медиаторы.       –Это..       –Я..       Они уставились на друг друга, пару секунд тупо моргая. Первый отмер Пауль.       –На память, о лете, – он протянул Рихарду белый медиатор с неуклюже выцарапанной цифрой года.       Круспе, в свою очередь, протянул ему такой же, но красный. Оба снова залились смехом, обмениваясь подарками. Два сапога пара, как говорится.       –Мы, будто, прощаемся, – немного смущённо произнес Пауль, вертя в свободной руке красный пластик.       –Скорее.. приветствуем, – Рихард зеркалил его действия, проводя пальцем по шершавой от вырезанных цифр поверхности.       –Вы там совсем ахуели? – в двери показался Тилль, недовольный, в одних трусах и прической во все сторону.       Только сейчас оба вспомнили, что на первом этаже почти у самого входа находилась небольшая комнатка солиста и громко смеяться всё-таки не стоило.       Ой-ой.