Беспокойство

      Тик-так. Тик-так. Тик-так. Женя ворочается в очередной раз, накрывает голову холодной стороной подушки, но сон всё никак не идёт. Настенные часы показывают глубоко за полночь. И как она сможет выспаться к утреннему эфиру?.. В голове вспыхивает сиюминутное желание нащупать мобильник и написать Денису сообщение с каким-нибудь оправданием в духе «заболела, веди эфир без меня». У него сегодня был ночной эфир, и в это время напарник ещё точно не спал. На удивление, в списке чатов так и не появилось хвастливое «пожелал спокойной ночи всем фанатам», означавшее, что Денис благополучно добрался до дома. Не могло же что-то случиться? В последний раз они виделись днём, и всё было в порядке. Нервно поморщившись, Женя решает написать первой.       «Воронцов! Ты куда пропал? Мы же договаривались. Если узнаю, что вырубился и забыл…»       Обычно на такие угрозы Денис моментально отвечал какой-нибудь колкостью, парируя, что он пока не настолько старый. Через десять минут напряжённого молчания девушка понимает, что не сможет уснуть, пока лично не убедится. С тяжёлым вздохом она откидывает одеяло в сторону и медленно спускается по лестнице, боясь разбудить сестёр. Несмотря на позднюю весну, на улице прохладно, поэтому Женя надевает ветровку поверх футболки и шорт.       Прокручивание ключа в замке. Дрожь в руках. Нерешительно выходит на лестничную площадку, мысленно ругаясь на перегоревшие лампочки. Шаги эхом проносятся по подъезду, заглушая стук капель дождя по стеклу. Пытаясь успокоить себя, Женя представляет, как от души поругает Дениса. Конечно, она ему не сестра и даже не девушка, но за столь короткое время знакомства они начали считать друг друга лучшими друзьями — а это тоже важно. Впрочем, она была бы рада иметь такого брата.        С каждым мгновением дождь всё усиливается. Женя натягивает воротник ветровки, прикрывая шею, и оглядывается. Не мог же он решить прогуляться в такую погоду? Девушка только собирается вернуться домой, чтобы постучаться к Венику, как слышит:       — Васнецова?..       Она вздрагивает, резко повернувшись к источнику звука. В темноте удаётся различить черты лица удивлённого Дениса.       — Ещё одно такое выскакивание из темноты, Воронцов, и ты будешь вести эфиры один! — ворчит Женя. — Но не радуйся этому слишком долго, потому что тебе найдут новую напарницу.       — Зачем ты… — начинает Денис, пропустив колкость мимо ушей, но замолкает из-за возможной догадки. — Я забыл отписаться. Прости, Жень, сначала никак не мог поймать такси, потом ещё и телефон разрядился.       — Да, я волновалась, — наконец признаёт она, скрестив руки перед грудью. — Только не говори, что для тебя такое в новинку.       Парень неловко проводит рукой по волосам, старательно не глядя на неё. Жене вроде и хочется пошутить насчёт принципов выбора его бывших, но нужные слова не находятся. Неловкое молчание прерывается оглушительным чихом.       — Женька! — Голос звучит тревожнее. — Почему без зонта вышла? Простудишься ведь.       — Ночью не очень удобно что-то искать, знаешь ли. — Вскидывает брови, тронутая заботой.       — Теперь меня мучает совесть. — Денис говорит это чересчур театрально, улыбаясь. — Как я могу искупить свою вину?       — Не выпендриваться и идти спать. — Подражая ему, Женя демонстративно указывает на дверь подъезда. — Выслушивать жалобы от Сан Саныча я не намерена.       — А потом заболеешь, и вся работа достанется мне, — страдальчески вздыхает он. — Больше постоянного болтания в эфире я люблю только ничего не делать.       — Что же ты предлагаешь?       — Веник там какую-то штуку очередную изобрёл. Тепло излучает.       — И ты знаешь, как она работает?       — Догадываюсь, — пожимает плечами парень. — Так ты хочешь быстро согреться?       Вместе они поднимаются по лестницам. Не доходя до их площадки, Женя начинает отряхивать промокшую ветровку, пытаясь высушить.       — Не старайся так, — останавливает её Денис, отвлёкшись от открытия двери. — Подумаешь, намочит пол. Беспорядка больше не станет.       Она неуверенно кивает. Денис первым входит в квартиру, стягивает с себя куртку и вешает в шкаф. Правильно истолковав её недоумённый взгляд, поясняет:       — Не мне же домой идти, до утра высохнет как-нибудь.       — Ты ко всему так относишься? — Следует вопрос.       — Только к себе, — отвечает шутливо, усмехнувшись. — Поэтому ты здесь.       Парень проходит в гостиную и заглядывает в один из ящиков. Покопавшись там, достаёт что-то, похожее на небольшую квадратную коробку.       — Ты садись на диван, — говорит, не оборачиваясь, — я сейчас включу и принесу.       Женя расстёгивает ветровку, наблюдая за тем, как Денис вертит коробку в руках. Наконец, парень нажимает кнопку и присаживается рядом. Устраиваясь на работу в «Активное», последнее, чего она ожидала, — жизнь по соседству с вечно болтливым и сумасшедшим напарником. Но сейчас, видя его ещё влажные кудрявые волосы и уставшие, но блестящие глаза, Женя чувствует… комфорт. Непривычное желание смотреть на Дениса, не отрываясь.       — Я успел что-то сделать не так?       — Что?       — У тебя такой взгляд... — Он замолкает, подбирая слова. — Как будто ты уже решила, что отдать меня фанатам на растерзание завтра — замечательная идея.       — Да-да, конечно. — Она нервно закусывает губу, пряча вырвавшийся смешок. — Я не такая злая, чтобы избавляться от тебя. Есть куда более лёгкий путь. «Поезд в Уфу» называется. Твоя Катя будет рада.       Женя никогда особо не задумывалась о собственной внешности. Все эти годы девушка посвятила спорту и почти не обижалась на тех, кто путал её с парнем, но при случайных знакомствах с одними из бывших Жени, потом Дениса возникло явное осознание: она обычная. Не слишком красивая, даже не симпатичная — просто Женя Васнецова, ведущая «Активного». На радио ведь никому не важно, как ты там выглядишь. Всё решают голос и умение им пользоваться.       — Во-первых, она давно не моя, — парирует Денис. — Во-вторых, Женька, тебе-то какое дело? Ревнуешь?       И произносит это «Женька» с мягкой интонацией, почти влюблённой. В глубине душе обидно становится. Не ревнует. Совершенно. Её не волнуют сотни фанатов, постоянно звонящие на радио, чтобы поговорить со своим кумиром. Они ведь друзья. Это было бы глупо.       — Было бы, к кому.       Специально паузу перед словом «кому» делает, чтобы показать глубину своего безразличия. Выходит плохо, судя по насмешливой ухмылке напарника.       — Насколько же сильно ненавидишь, что не ушла с работы после моего возвращения, пустила пожить в квартире бабушки, притворилась моей девушкой, а сегодня испугалась за меня? — Приходится отвернуться, чтобы не видеть его внимательный взгляд. — Не умеешь ты врать. Все чувства как на ладони.       — Вот и изучай других, почему ко мне прицепился? — вскидывает голову Женя и хочет побыстрее уйти, как слышит:       — Но интересно только тебя. Когда-нибудь пробовала взглянуть на себя чужими глазами? Я честно готов был рассмеяться, когда Маша упомянула «смену твоего стиля» ради того парня, Жени. Каким надо быть идиотом, чтобы не понять, что ты красивая?       — Если ты так считаешь… — тянет она, хотя у самой сердце не на месте из-за этих слов.       — Даже я? — возмущается парень громче, чем следует, невольно приблизившись, и тут же понижает голос, потому что его лицо так близко, насколько это вообще возможно. — Я, в отличие от некоторых, не слепой. Да как можно не любить всё в тебе? То, как ты заплетаешь волосы, хмуришься, улыбаешься, как горят твои глаза во время наших перепалок в эфире, с каким азартом ты гоняешь мяч по полю…       — Наверное, такой человек однажды найдётся, — произносит небрежно, потому что не может не думать о горячем дыхании на собственных губах.       — Какая же ты дурочка, Вас-не-цо-ва, — протяжно выдыхает Денис, касаясь горячими ладонями её щёк. — Я впервые душу раскрываю, с головой падаю в эти чувства, а их причина даже ни о чём и не подозревает.       — Смешно. — Женя нерешительно вглядывается в лицо, боясь до конца поверить в сказанное. — Многим девушкам такое говорил?       — Хочешь проверить?       Подаётся вперёд, накрывая её губы своими. И целует исступленно, учащённо дыша, будто боится, что она оттолкнет. Первым порывом и правда было желание уйти, закрыться в квартире и на утро сделать вид, что ничего не было. Но, положа руку на сердце, она хотела узнать. Узнать, что чувствовали все те девушки, с которыми он встречался. Поэтому, недолго думая, прикрывает глаза и заставляет себя забыть обо всём. Руки машинально обхватывают шею, и Женя практически виснет на Денисе. Не сравнить с тем, как они притворялись парой для сестёр. Теперь она чувствует, чувствует буквально всем телом, что парень действительно любит. Что все притворства, перепалки и конфликты привели к этой точке, но Женя совершенно ни о чём не жалеет. Его ладони сжимают узкую талию, и кожа покрывается мурашками, а грудь вздымается и опадает из-за рваного дыхания.       — Какая же ты, Васнецова… — шепчет Денис одними губами и слегка прикусывает мочку уха.       — Невыносимая? — подсказывает Женя, ощущая, как дрожат ноги от накативших эмоций.       — Моя невыносимая напарница, — подтверждает он, зарываясь носом в её волосы. — Которая не понимает, насколько она прекрасна.       — Нежности тебе не идут, Воронцов. — Скорее поддразнивание, чем правда. — Не в твоём характере.       — Тогда ты очень плохо меня знаешь.       Прикосновения к оголённой коже спины заставляют инстинктивно вздрогнуть. Женя соврёт самой себе, если скажет, что не понимает, к чему всё идёт. И она, конечно, хотела бы однажды это испытать. Не сейчас. Не здесь. Но с ним.       — Денис… Пожалуйста… Не стоит, — произносит тихо, но твёрдо, глядя ему в глаза. — Это…       — Неправильно, — отрешённо заканчивает Денис, отдёргивая руки и пряча их за спину. — Женька, прости, я…       Его зрачки всё ещё расширены, но на лице проясняется очевидно виноватое выражение.       — Нет, это нормально!.. — спешит объясниться она, проклиная себя за необдуманные слова. — Я в том смысле, что… ты мне правда нравишься. Жалею, что не призналась в этом раньше. Но всё-таки… К таким действиям я ещё не готова. Ты меня прости.       — Да тебе-то за что извиняться. — Денис выдавливает неловкую улыбку. — Стыдно признаться, но у меня тоже подобного опыта нет. Совсем крыша поехала…       Мнётся так, что самой неловко становится. В редкие моменты общения его можно было увидеть настолько уъязвимым. Но эту мысль перекрывает другая: Денис отступился, потому что она попросила. Потому что парню небезразличны её чувства. И на душе постепенно становится легче.       — Денис, — Женя дотрагивается до его плеча, — я ценю твоё отношение ко мне. И ты потрясающий напарник. Не жалею, что помогла с квартирой. Обещаю, что в один день…       — Я не настаиваю. Правда, Жень, последнее, чего я хочу, — заставлять тебя что-то делать. Но, — в его глазах сверкает знакомый нахальный огонёк, — сделаю всё в лучшем виде, если ты согласишься.       — Верю. — Она улыбается, касаясь кудрявых волос и слегка взъерошивая их. — Я верю тебе.       Денис, как зачарованный, перехватывает её ладонь и нежно берёт в свои, не разрывая зрительный контакт.       — Не знала, что ты можешь быть таким джентльменом. — Женя знает, что будет припоминать напарнику при каждом удобном случае.       — Для тебя — кем угодно. — Он подмигивает. — Но утренний эфир сам себя не проведёт.       — Не поверишь, но я теперь хочу спать ещё меньше, чем до этого, — склоняет голову Женя.       — Здоровый сон важен, — нравоучительно замечает Денис, — поэтому, если будешь отпираться, я тебя дотащу прямо до комнаты.       — Тоже мне, врач нашёлся. — Девушка смущённо отмахивается. — Если мама проснётся и увидит нас в таком виде, оправдываться и заказывать билет до Уфы будешь сам.       — Ладно тебе, Людмила Сергеевна — добрейшей души человек. — В ответ на усмешку Денис продолжает: — Мне Веник так сказал, когда им с Дашей разрешили до одиннадцати гулять.       — Весёлая у нас семья, знаю.       — Ты уже считаешь меня частью семьи? — Несмотря на наигранное умиление, в голосе проскальзывают нотки искреннего удивления.       — У Васнецовых места хватит всем! — фыркает Женя, обнимая его за плечо. — Мне так папа говорил, когда Пуговку из роддома привезли.       Комната наполняется их тихими смешками. Женя не помнит, когда в последний раз ощущала такое безграничное спокойствие. Подумать только, работа на радио стала судьбоносной.       — Эту ночь я никогда не забуду, — ухмыляется Денис, соприкасаясь своим лбом с её. — Встречаться с тобой по-настоящему куда приятнее.       — Неужели хочешь?       — Давно уже, — неловко признаётся, — просто не понимал. Ты классная, Женька.       Женя шумно втягивает носом воздух и касается пальцем своих губ, пытаясь осознать произошедшее. Она и Денис… Неужели из этого действительно может что-то получиться?