21 июня
1 апреля 2025 г., 11:29
Первую половину дня Кирилл с мамой не разговаривает. Вторую половину дня они усердно делают вид, что всё нормально. Раздаются раскаты грома, словно Великие Боги пантеона показывают свою мощь, наказывая людей за беспечность. Небо покрывается тучами, вот-вот пойдёт дождь. Сверкает молния, и асфальт окрашивают капли дождя, будто усердно заметая следы преступления.
Настроение у Кирилла меланхоличное. Хочется уткнуться носом в изгиб Славиной шеи и ни о чём не думать. Наслаждаться первой влюблённостью и юностью.
— Ма, — тихо говорит Кирилл.
— Что такое, дорогой?
— Слава не отвечает на звонки. И сообщения он не читает.
— Вы поссорились?
— Загвоздка в том, что нет. Наоборот, мы договорились встретиться и пойти на наше первое настоящее свидание, — он вздыхает. — Любить кого-то немного утомительно.
— И в то же время прекрасно.
— И прекрасно, — соглашается Кирилл. — Ма, вот когда вы познакомились с папой, ты тоже переживала за него?
Кирилл садится на подоконник и смотрит, как дождь монотонными ударами чеканит свой марш по мокрым лужам.
— Я и сейчас переживаю. Всё же не чужие друг другу люди.
— Ты сможешь принять меня таким? Когда-нибудь?
Всей юной душой он желает услышать заветное “да”
— Разве у матерей есть выбор? — она взъерошивает Кириллу волосы.
— С каждым днём я хочу всё больше узнавать Славу. Хочу постоянно касаться его. Думаешь, мне легко? Считаешь, что я не понимаю, какие нас ждут последствия? Осуждение, непонимание и прочее. Мне страшно, ма. Поэтому я всего лишь прошу о поддержке. Мне нужно чувствовать безопасность хотя бы здесь, дома.
Мама снова всхлипывает.
— Прости, милый. Я люблю тебя. Ты мой единственный сын. Ты не разочаровал меня, и я никогда не перестану любить тебя меньше. Просто я беспокоюсь вот и всё. Какая я буду мать, если не смогу обеспечить счастливую молодость своему ребёнку?
— Значит, мир? — он протягивает мизинец.
— Если ты счастлив, то и я счастлива, — она крепко обнимает Кирилла и целует в лоб. — Прости меня. Я буду стараться понять вас.
— Только отцу не рассказывай.
— Да, ему знать пока не обязательно. Он может и машину забрать, а мы ещё на море не съездили.
Кирилл улыбается.
***
— Славка, ты почему на сообщения не отвечал? — Занят был немного. — Чем? — Чем? — передразнивает Слава, морщит нос и тихо так, словно котёнок, чихает. — С отцом на рыбалку ездил. — Серьёзно? — Кирилл хохочет. — Не могу тебя представить с удочкой и в таких больших резиновых сапогах. — Вот и я не могу, а приходится. — Тебя так наказали? — Отец считает, что я должен быть настоящим мужиком. Наверное, в понимании родственников лучше бы я пил водку, чем был геем. — Они знают? Слава кивает. — По большому счёту они уже смирились, главное, чтобы я не отсвечивал. А вообще, иногда мне кажется, их больше заботит, что на светском рауте надела очередная любовница местного депутата, чем моя личная жизнь. — А братья или сёстры у тебя есть? — Сестра. Она вышла замуж и уехала в Москву. — Вы общаетесь? — У нас хорошие отношения. Мы созваниваемся несколько раз в неделю. Её зовут Анжелика. — А я один в семье. — Твоей маме, должно быть, тяжело принять всё это. — Да. И мне тоже. Я будто подвёл её. — Ты не виноват, Кир. И твои родители должны гордиться, что вырастили такого хорошего человека. Ты уникальный экземпляр. Кирилл приосанивается. — Повезло тебе, Веснушка, что Наш взор упал в твою сторону. — Ещё как повезло, Ваше императорское высочество. С недавних пор Кирилл постоянно думает о поцелуях и изгибах тела Славы. Как ощущаются его губы? Насколько они мягкие? Кирилл просыпается с его именем на устах и засыпает с ним же. Он оглядывается по сторонам — никого нет — и быстро чмокает Славу в щёку.
