23 августа
19 мая 2025 г., 14:33
Кирилл всё утро проводит в доме Славы. Удивительное отношение родителей к отъезду сына: слишком сухо, слишком формально, — обескураживает. Проскальзывает лишь спокойное «Удачи, Вячеслав» и неловкие объятия. Через несколько часов появляется мужчина, около тридцати лет. Его крепкие руки обтягивает пуловер голубого цвета, который контрастирует с яркими глазами. На лице мужчины появляется добрая улыбка.
— Привет, Слава. Готов к великим свершениям?
— Здравствуйте, Александр. Не очень, если уж совсем честно.
— Бояться неизвестности — нормально. Мы ещё успеем поднять твой боевой дух.
Кирилл мысленно закатывает глаза. Неисправимый оптимист.
— А ты, видимо, тот самый рыцарь? — продолжает Александр, обращаясь к Кириллу.
— Что? — смущённо переспрашивает он.
— Кирилл, верно?
— Да.
— Слава много о тебе говорит.
Шея и уши Славы вспыхивают румянцем.
— Ты тоже хочешь стать физиотерапевтом?
Кирилл кратко кивает.
— Буду поступать в следующем году.
— Что ж, удачи, — он хлопает его по плечу. — Уверен, из тебя получится отличный врач.
— Вы даже меня не знаете, — себе под нос бурчит Кирилл.
Слава дёргает его за рукав худи.
— Перестань, Кир.
— Веснушка, — он наклоняется и целует его в макушку. — Я не хочу оставлять тебя одного.
— Всё будет хорошо. Обещаю. Я вернусь к тебе абсолютно здоровым.
— Вот это уже совсем другой настрой, — вклинивается Александр.
Слава и Кирилл вздрагивают. Они растворяются друг в друге, совершенно забывая, что в доме находятся не одни.
Александр смотрит на часы.
— Выдвигаемся в путь?
— Ага, — устало произносит Кирилл. И сердце у него стучит быстро-быстро, сжимается и ноет. Хочется вцепиться в Славу, укрыть в объятиях и никогда не отпускать.
Дорога проходит в тишине. В аэропорту толпы торопятся на посадку, встречающие размахивают руками, громкий голос объявляет об очередной задержке рейса.
Кирилл сжимает ручки кресла до побелевших костяшек на пальцах. Кирилл хочет, чтобы он был сильным и он будет сильным. Ради себя и ради него. Ради их общего счастливого будущего.
— Помоги встать, — окликает его Слава.
— Угу.
Слава медленно поднимается и цепляется за шею Кирилла. Смотрит ему в глаза. Безграничная любовь и нежность читается во взгляде Кирилла. А ещё тоска, грусть и горечь скорой разлуки.
— Мы расстаёмся не на долго, — Кирилл целует его в щёку. — Я скоро приеду навестить тебя.
— Хорошо. Будь осторожен, ладно?
— Конечно. И ты береги себя.
Слава незаметно кусает мочку уха Кирилла, задорно хихикает и шепчет:
— Я люблю тебя. И всегда буду.
— И я люблю тебя, Слав. Больше всего в этом нелепом мире.
— Не хочу прерывать ваше милое прощание, но нам пора, — откашливается Александр.
— До скорого, — Кирилл треплет Славу за волосы. — Позаботьтесь о нём, пожалуйста.
— Обязательно, — сверкает улыбкой Александр.
Кирилл наблюдает, как медленно скрывается в толпе Славин силуэт. Исчезает словно фантом, растворяясь в пространстве. Кирилл стоит, не шелохнувшись минут двадцать, вытирает глаза и, развернувшись, идёт на выход.
Дома витает восхитительный аромат лазаньи. Кирилл моет руки, проходит на кухню, улыбается, рассматривая танцующую маму.
— Привет, милый. Проводил Славу?
— Да.
— Как ты?
Кирилл пожимает плечами.
— Мне грустно, но для Славы лучше восстанавливаться там, где есть хорошие врачи.
— Правильно, Кирюш. Время пролетит быстро, ты даже не заметишь.
— Я хочу слетать к нему через месяц.
— Конечно. Если нужны деньги, я помогу.
— Нет, спасибо. Я уже начал откладывать, — он прислоняется плечом к дверному косяку. — Мам?
— М?
Лариса достаёт лазанью и с довольным видом вдыхает запах готового блюда.
— Всё будет хорошо, правда?
— Обязательно, дорогой.
