▀▄▀▄ 3 глава ▄▀▄▀
7 августа 2025 г., 11:40
Все уже давно привыкли к раннему пробуждению. Многие встают с восходом солнца, чтобы успеть сделать свою работу пока светло. Тэхён и Чонгук не исключение.
Тэхён рано проснулся, но из постели так и не вылезал. Он всё утро наслаждался чтением. В доме Чонгука оказалась прекрасная библиотека. Одна из комнат буквально утопала в книгах. Он уже и не помнит, когда последний раз так беззаботно проводил своё время, свободно и расслабленно. Впереди ещё целый день, и нет нужды куда-то торопиться или волноваться о чем-либо.
Прохлада ворвалась в помещение сквозь широко открытые двери, когда Чонгук вошёл внутрь. Время обеда, но заниматься делами нет необходимости, и Тэхён мечтал бы, чтобы так продолжалось вечно. Но сегодня последний день пребывания в Пусане, ведь уже завтра ему предстоит отправиться обратно в Сеул.
Тэхён не очень-то и соскучился. Время, проведённое тут, останется с ним навсегда как прекрасные воспоминания о солнечных, тёплых днях, наполненных чем-то светлым в этом мире, о чем-то давно забытом. Возможно, он когда-нибудь и решит перебраться в этот город, но точно не сейчас.
— Хочу тебя кое с кем познакомить, — произнёс Чонгук, присаживаясь рядом с Тэхёном. — Я не планировал, но мы все решили, что ничего страшного не случится.
— Ты пробудил моё любопытство, — Тэхён оторвал взгляд от чтения книги, и перевёл его на Чонгука в надежде услышать продолжение.
— Это мой брат, он омега. К тому же, мне необходимо отвести туда Бама, он живёт у него, когда я ухожу в рейд.
У Чонгука, как и у многих имеющих частные дома в Пусане, была собака. Бам — это чудесный, большой пёс. Он был надрессирован для охраны, и первые дни рычал на Тэхёна. Содержать собаку непросто, ведь её нужно чем-то кормить. Чонгук рассказал, что нашёл его в одном из соседних домов восемь лет назад, и он давно стал членом семьи.
Как только Чонгук присел, Тэхен уже в привычной манере сразу потянулся к нему, обвивая руками и ногами. Как же быстро он привык! Как же приятно кого-то обнимать. Вот так просто сидеть рядом, взобравшись на колени, положив голову на плечо и ни о чем не думая, вдыхая приятный аромат.
Альфа подвинулся удобнее, отвечая на объятья короткими поцелуями. Совсем не хочется отпускать Тэхёна обратно в Сеул. Он решил предпринять ещё одну попытку, познакомив его со своим братом-омегой, очень надеясь тем самым показать, что тут значительно безопаснее и спокойнее жить.
— О, спасибо за доверие… — губы Тэхёна шептали уже где-то в районе ключиц, опаляя жаром кожу альфы.
— Не дразни меня… — Чонгук нетерпеливо заёрзал, прижимая к себе желанное тело.
— А кто дразнит-то? — улыбнулся Тэхён, увлекая Чонгука в горячий поцелуй. — Мне так хорошо с тобой.
Наслаждаясь этими моментами, Тэхён чувствовал, как мощные руки альфы ласково касаются его тела. В ответ на поцелуи его заполняло внутреннее тепло и возбуждение, разжигающее страсть и в партнере. Тэхён постепенно привыкал к этому, поглощенный удовольствием, теряясь в любви и внимании, которые дарил ему Чонгук. Он старался ответить тем же, но ощущал, что получает намного больше.
— Дотронься, — голос Тэхёна тихий, слегка охрипший. — Пожалуйста.
Он нетерпеливо подаётся вперед, и настойчиво трётся о стояк Чонгука. И сам уже ощущает жаркое прикосновение руки к нежной коже своей головки — это словно сладкая пытка.
— Да… Хорошо, как же хорошо. Чонгууук… Достань свой. Хочу вместе. Тебе нравится?
— Мне всё нравится, — доносится едва уловимый шёпот. — Мне ты нравишься. Хочу тебя всего. Навсегда.
От такого ответа по спине у Тэхёна пробежали приятные мурашки, и ощутимое тепло начало разливаться внутри. Перед этим альфой невозможно устоять. Ранимая и жаждущая сущность омеги просит, чтобы её ласкали, нежили и любили. Тэхён поддаётся этому чувству и ведёт себя соответственно. Он в его руках очень ласков, очень нетерпелив в своей жажде, испытывает сильное влечение, ему необходимо сейчас быть рядом с альфой. Но здравый смысл в отделении сознания напоминает, что нужно быть бдительным и сохранять самообладание.
— Твоя вторая рука устремилась куда-то не туда, — останавливает он Чонгука.
— Угу… но тебе ведь такое приятно.
Ладонь альфы нежно сжимала ягодицы, иногда лаская пальчиками колечко мышц, которое от возбуждения начало постепенно выделять смазку.
— Прекрати, я же говорил уже, от меня потом долго пахнет омегой. А завтра в Сеул, — заёрзал Тэхён на коленях альфы. — Чонгук, ну хватит.
— Да помню я, помню, — раздражённо произнёс тот, и отстранился.
— Чон, ну… ну я же не при чём. Хотя, извини, если бы я был другим.
Тэхён поднялся и вышел во двор. По щекам уже текли слёзы. Проклятая омежья сущность — чуть что, так сразу течёт отовсюду. Не хотелось показывать своего состояния Чонгуку. Если бы он не родился таким необычным, всё было бы проще в его жизни раньше и теперь. О каких отношениях может идти речь, когда он не способен себя контролировать? Да и этот альфа — как вот сдержать Чонгука и не задеть его чувства…
Сидя на качелях, скрытый зелёной листвой в небольшом саду у дома, он позволил себе расплакаться. Тут даже речи никакой не может быть об отношениях. Рядом с альфой в нём просыпается омега, он не спорит со своим внутренним зверем, позволяя наслаждаться этим редким чувством. Сам виноват, сам принял это, самому и выкручиваться.
Ничего, ещё несколько дней вместе, и всё встанет на свои места, стоит лишь немного подождать. Он снова окажется в привычной обстановке, вернётся к своим обязанностям, если его ещё ждут. А если нет, то всегда можно обратиться к ДонСоку — он обязательно найдёт ему новое место работы.
Их дружба зародилась ещё в студенческие годы, когда Тэхён подрабатывал барменом. И вот, в новой реальности, его умения пригодились как нельзя кстати. Однажды, в поисках работы, он случайно зашёл в бар и встретил старого знакомого, который предложил ему должность бармена. Сейчас выбор напитков невелик, но кто-то же должен их наливать. К тому же благодаря привлекательной внешности, Тэхён всегда пользовался популярностью у посетителей. ДонСок теперь управляет всем Сеулом, а Тэхён, находясь под его началом, контролирует работу нескольких баров в его сети.
В ладонь уткнулся мокрый нос Бама. Животное виляло хвостом и крутилось вокруг, прося поиграть с ним. Тэхён почесал его за ушком. Ласковый пёсик, не то что его хозяин, обижающийся из-за такой мелочи.
Сильные руки обхватили Тэхёна за плечи и прижали его со спины к своей груди.
— Прости, пожалуйста, я всего лишь глупый и бестолковый альфа. Не плачь, прошу тебя. Я так хочу, чтобы ты был со мной без всех этих проблем. Чтобы остался тут, я бы меньше волновался. Ну не хочешь ты пахнуть омегой, я потерплю. Научусь. У меня и отношений-то никогда не было. Я не хотел тебя обижать. Ты мне нравишься так сильно, что я даже словами не могу описать это чувство. Тэхён, слышишь, ты нравишься мне до такой степени, что я не могу себя контролировать. Прости.
Как же Тэхёну приятно. Что-то в груди трепещет, стремится отозваться. Но он просто позволяет себя обнимать, целовать, и слушает все те нежности, которые нашептывает ему Чонгук.
— В душ, и собираться. Ну, пойдём… — тянет альфа обиженного Тэхёна. — Я там ещё раз извинюсь, тебе понравится, ну же!..
Тэхён смеется, уже и не понимая, почему собственно обиделся. Он такой, какой есть, к этому тоже стоит относиться спокойно. Давно надо привыкнуть. А фантазия уже подкидывает яркие картины того, как Чонгук будет извиняться перед ним в душе.
***
Чонгук не спеша шёл поодаль, наблюдая, как Тэхён играет с его псом. Удивительно, как им удалось так быстро сблизиться. Тэхён, одетый в широкую футболку и шорты Чонгука, отдал свои шлёпки альфе, чтобы босоногим бегать, утопая в теплом песке по пляжу, словно подросток. Идти вот так по набережной вместе с Бамом и Тэхёном становится уже привычно. В Пусане сегодня тепло, солнечно, вокруг много зелени. Легкий морской бриз приятно освежает. Красота! Как бы хотелось подолгу вот так бродить вдвоём вдоль набережной в утренние и вечерние часы, выгуливая Бама. Или целыми днями оставаться дома, нежно перебирая пальцами его волосы, отливающие серебром. А Тэхён бы, склонив голову, читал очередную книгу, удобно устроившись на его коленях. Чонгук ставил бы пластинку на старинный патефон, найденный им однажды на барахолке в Сеуле. Тогда Намджун подшучивал над этой находкой, но теперь, иногда навещая Чонгука, неизменно просит включить что-нибудь. Чонгук всё сильнее ощущает потребность оберегать Тэхёна, создавая для него атмосферу уюта и безопасности. Его хочется защитить от неприятностей и держать его как можно ближе. Вероятно, на это влияет и недостаток опыта альфы в отношениях, но чувства кажутся глубже, чем просто физическое влечение. Рядом с ним Чонгуку становится спокойно и тепло на душе. — Давайте уже возвращаться, — кричит Чонгук. — Домой? — с удивлением переспросил Тэхён, позвав Бама и двинувшись в сторону альфы. — Именно, — рассмеялся он. — На самом деле мой брат живёт совсем неподалёку, в соседнем доме. Вернее, несколько домов подряд принадлежат ему. — Почему ты не сказал об этом раньше? — наигранно возмутился Тэхён, уже стоя рядом с Чонгуком, и забирая из его рук свою обувь. — Зачем мы тогда шли в ту сторону? — Не мог, мне нравится наблюдать за твоим беззаботным и счастливым настроением. Ты так радостно устремился туда, разве я мог тебя удержать? — Я в твоих глазах глупый, да? — Нет, совсем нет, мне кажется, ты просто счастлив. Его ладони осторожно обхватили щёки Тэхёна. Лёгкое прикосновение к горячим губам переросло в нежный поцелуй, и он почувствовал, как Тэхен аккуратно сжал по бокам его футболку. Эти робкие касания кажутся значительно большим, чем жаркое проявление чувств в ответ. Желанные поцелуи, нежные объятия — Чонгука переполняет чувство эйфории. Он по-настоящему влюблён, и это чувство захватывает его целиком. Однако страх, что это не взаимно, и беспокойство перед предстоящим расставанием омрачают его счастье. И пусть Тэхён старше, и у него уже были серьёзные отношения. Да он и не омега, которая бы на инстинктах полностью тянулась к альфе. Чонгуку не хочется думать, что у них не взаимно. Хотя и прошло не так много времени, но он уже успел нырнуть с головой в этот омут.***
— Твой брат живёт с Хосоком и Юнги, но как? Сразу с двумя? Мне трудно это понять, — удивляется Тэхён, услышав рассказ альфы о брате. — Ну, вот и такое бывает, — усмехнулся Чонгук, пожав плечами. — До встречи с моим братом они были уже вместе, но жили тогда в Сеуле до того, как я с ними познакомился. Тогда они только начинали заниматься разнообразными поставками, самостоятельно контролируя весь процесс. Когда закупали товар у нас, общались или с моим отцом, или со мной. В день нашей встречи меня не было, а Чимин случайно вышел, не зная, что кто-то придёт. После этого они заявили, что не уедут, пока он не согласится с ними встречаться. — Ему, наверное, было страшно? В конце концов, ходят жуткие истории о похищении омег. Я и сам постоянно боюсь. — Ну вот, они и встречались почти год у нас дома. Юнги и Хосок перебрались в Пусан и поселились в квартире. Примерно через год-полтора Чимин согласился жить с ними, но с одним условием: их дом должен быть недалеко от нашего. — Чонгук махнул рукой в сторону нескольких домов, объединённых общим забором, вдоль которого они шли. — Вот здесь они и обосновались. — А ты говорил, что комнату в клубе оплачивает твой брат, почему же он не был вчера с вами? — Увидишь сам сейчас. Там и отец будет. — Чонгук! Что это за вечер знакомств? — спросил он с тревогой. — Они знают, что я не совсем альфа? — Чимин, оказывается, вчера услышал о тебе от ребят, и сегодня утром сам предложил познакомиться. Конечно, ты вправе отказаться, если не хочешь, тогда мы просто не пойдем. — Чимин… у меня когда-то был омега Чимин. Вернее, мы просто жили вместе, дружили. — Скучаешь? Я вот очень тоскую по многим, хотя прошло столько лет. Я тогда только поступил в институт, казалось, у меня вся жизнь впереди. — Конечно, скучаю. Я сейчас совсем один. Вообще-то, я планировал жениться. Но я даже не знаю, что с ней случилось. Она гостила у своих родителей в другом городе. Я сразу хотел поехать искать, но отец отговорил меня от этой затеи. Примерно через неделю я осознал, что он поступил правильно. В Сеуле царил настоящий хаос. — Здесь тоже было страшно и непонятно. Ничего не работало. Половина населения исчезла. Наша мама была на улице в тот момент, брату повезло — он был внутри дома, но потом долго ещё боялся выходить. Мы с отцом и не выпускали его, сами очень боялись. Разговор привел их к массивным воротам. Длинный каменный забор был очень высоким, а наверху — колючая проволока. — Надежно. Наверное, так и надо. Если бы у меня был дом, я бы сделал то же самое. — Ты можешь переехать ко мне. Я уже предлагал, — сказал Чонгук, открывая ворота для Тэхёна. Бам радостно забежал внутрь, виляя хвостом, и сразу начал резвиться с двумя маленькими щенками. В доме что-то звякнуло, и из двери выбежал омега. Он казался ангелом с длинными, развевающимися на ветру белоснежными волосами, одетый в свободную белую легкую одежду. Слёзы текли по его щекам, когда он бросился навстречу, заключая Тэхёна в объятия. — Тэхён… Боже мой, мой любимый Тэхён! Если бы я только знал, что ты все это время был рядом. — Чонгук… это же Чимин, мой Чимин… — голос Тэхёна дрожал от волнения, руки тряслись, но он уже обнимал омегу в ответ. — Мой самый любимый омега, я даже не думал, как же я скучал! Чимин крепко прижался к Тэхёну, насколько позволял его округлый живот. — Ахренеть, — донесся с террасы голос Хосока. На втором этаже окно шумно распахнулось, и из него выглянула белобрысая макушка, сонно ворча: — Что за шум? Я вот что-то сейчас не понял насчет «любимого омеги»? А Чонгук, закрыв ворота, так и остался стоять с растерянным видом, наблюдая, как Чимин и Тэхён плачут, обнимаются, осыпают друг друга поцелуями, и чуть ли не прыгают и пищат от радости одновременно.
