«Титаник» Джеймса Кэмерона как символ освобождения

      Я до последнего откладывал просмотр этого фильма. Он был всегда на слуху, люди вокруг говорили о нём как о легенде, вызывающей слёзы, и эта информация будто бы унимала моё любопытство, не побуждала погружаться в историю. «Этого достаточно, я уже и так всё знаю», — думал я.       Важно отметить, что ещё в детстве мне довелось оценить во всех достоинствах режиссёрскую работу Джеймса Кэмерона. «Аватар» поразил меня главными идеями и способами их раскрытия, построением взаимоотношений между героями. Но даже этот факт не сделал меня в отношении «Титаника» более любопытным.       Посмотрел я этот фильм только прошлым летом, после того, как заинтересовался деталями реальной трагедии 1912 года. И теперь рад, что не сделал этого раньше. Дело в том, что глубокое уважение к мастерству Джеймса Кэмерона и знакомство с идеями сравнительной мифологии (Джозеф Кэмпбелл и другие) стали причинами, по которым я наблюдал за разворачиваемой историей с позиции сценариста-студента, в голове которого крутятся два вопроса — «Что этим хотел сказать Джеймс Кэмерон? Какую основную идею хотел выразить?»       Сразу скажу, я могу быть не прав. Я не Джеймс Кэмерон и достоверно знать, что именно он закладывал в свою киноленту, не могу. Однако как сценарист-студент, которому, скажем, дали задание ответить на этот вопрос, я могу выдвигать предположения.       Фильм встречает нас демонстрацией двух героев, помещённых в диаметрально противоположные контексты. Всё начинается с контраста. Она — представительница высшего общества, носит богатые наряды, владеет билетом первого класса. Он — обыкновенный парень, одет небрежно, выиграл в карты билет в третий класс. Она находится в окружении людей, поглощённых мыслями о будущем (вспомним её мать, Руфь Бьюкейтер, которая днями напролёт грезит об удачном заключении брака). Он живёт одним днём и действует во многом импульсивно, про него можно сказать: «Куда занесёт ветер». Недаром он говорит: «Ещё недавно я ночевал под мостом, а сегодня я здесь, плыву на великолепном судне, пью шампанское в изысканном обществе… […] невозможно угадать, что будет с тобой завтра. Жизнь нужно принимать такой, какая она есть». Если в её мире принято жить построением и осуществлением планов, то в его — ловить момент. Это два совершенно разных подхода к проживанию жизни.       Пойдём немного глубже. Она обязана придерживаться определённых норм своей референтной группы. Она не может надеть что попало на мероприятия, в светских беседах, когда появляется желание, ругаться матом, а также выглядеть неряшливо. Её интересы и стиль поведения должны соответствовать социальному кругу, в котором она находится. Она — это сдержанность, самодисциплина, конформность. Он же, напротив, имеет полную свободу самовыражения: у него нет строгого дресс-кода, он может открыто демонстрировать свои эмоции в разговоре и заниматься всем тем, чем пожелает (и что позволяет ему его тонкий кошелёк). Он — это непосредственность, развязность, индивидуальность.       Её среда — это тесная удушающая клетка, плюсом которой выступает физический комфорт. Его среда — это свобода, минусом которой является безнадзорность (его никто не контролирует, но также никого не заботит его дальнейшая судьба и благополучие).       Ей тесно, она хочет вырваться, она устала так жить. Он доволен своей свободой.       Примечание-отступление: Джеймс Кэмерон воспользуется этим же приёмом в фильме «Аватар», изобразив поначалу Джека Салли легкомысленным и не знающим своего пути, предназначения в противовес серьёзной и знающей свои ценности, миссию Нейтири. Благодаря своим различиям герои растут в отношениях, дополняют друг друга.       А теперь, прежде чем идти дальше, кратко разберём классическую схему построения мифов/сказок, выделенную Джозефом Кэмпбеллом и другими исследователями. Дж. Кэмпбелл называет её «Путь героя». Он часто закольцован и имеет несколько звеньев:       1) Отправную точку, стабильное насиженное место, где всё герою знакомо.       И тут в рутинную привычную жизнь героя врывается что-то новое, что тянет его исследовать мир, выходить из зоны комфорта, отправляться в путешествие. Для нашего с вами удобства возьмём мультфильм «Рапунцель: Запутанная история». Отправная точка — жизнь взаперти в высокой башне, покидать которую запрещено. «Зовом приключений» в данной истории послужили одновременно два стимула: 1) Интерес к огням, запускаемым в небо ежегодно в день рождения героини, а также 2) Вторжение в её частную собственность «опасного человека», который не единожды видел эти огни вблизи и знает, как к ним добраться.       Герой может как отказаться следовать за зовом приключений (остаться на прежнем месте), так и решиться на активные действия и изменения, заручившись поддержкой «наставников» и «проводников». Как правило, это те люди, которые имеют представления о том, что ждёт героя за чертой, что ему нужно взять с собой, как подготовиться к путешествию. В мультфильме «Рапунцель: Запутанная история» проводником и учителем, как и стимулом к изменениям, выступил Флин Райдер. Он взял на себя обязательство провести героиню к «таинственным огням».       2) Пересечение порога. Этап знакомства героя с миром, который находится «по ту сторону», куда герой ещё никогда не заглядывал. Начало путешествия. Во взятой нами для наглядного примера сказке это момент выхода из башни, первых прикосновений к траве (в буквальном смысле).       Путешествие продолжается, и герой на своём пути сталкивается как с дружелюбно настроенными союзниками, так и с врагами, подкидывающими препятствия. Примером союзников могут выступить разбойники из кабака «Сладкий утёнок», помогающие Рапунцель и Флину Райдеру уйти от преследования королевской полиции. Примеры врагов — Готель и бывшие напарники Флина, которые действуют по разным мотивам, но объединяются в группу и разрабатывают общий план «захвата» главных героев. Максимус — забавный экземпляр, персонаж, который начинает игру как враг, а по ходу пьесы становится союзником.       В этот же период герой начинает проходить через адаптацию испытания, учится жить в новых условиях. Особым родом испытаний становятся сомнения героя в правильности сделанного выбора, тоска по прошлой жизни. Например, Рапунцель беспокоилась по поводу того, что ослушалась Готель, пошла наперекор её наставлениям.       3) Трансформация благодаря преодолению испытаний. Продвигаясь вместе с союзниками вперёд, открывая новые горизонты и решая возникающие проблемы, герой приобретает новый опыт, который трансформирует его, делает другим человеком: позволяет больше узнать о самом себе, своих способностях, потребностях, меняет взгляды на жизнь. Этот этап ещё именуется «точкой смерти и возрождения», поскольку на смену старому Я героя приходит новое. «Наградой за испытания», итогом трансформации Рапунцель стала её укрепившаяся вера в своей способности постоять за себя, открытие, что мир не является полностью враждебным местом, в нём живут абсолютно разные люди, в том числе и те, кто движим исключительно желанием помочь.       После «возрождения», получения нового опыта герой оказывается на распутье. Он может как возвратиться домой, поделиться наградой со своим окружением, так и отказаться от возвращения, остаться в недавно открытом для себя мире, к которому уже успел приспособиться. Трансформация Рапунцель входила в противоречие с намерениями Готель, поэтому о возвращении на круги своя в этой истории речи идти не могло. Единственным местом, в котором смогла бы продолжить своё существование новая Рапунцель, был именно тот мир, испытания в котором она проходила, где обрела союзников и изменилась как личность. Отправная точка — высокая башня — стала для неё слишком тесной.       А теперь наконец вернёмся к истории, рассказываемой нам Джеймсом Кэмероном в «Титанике». Постарайтесь пропустить её сквозь призму мономифа, вышеописанного «Пути героя». Возьмите столько времени, сколько понадобится, поразмышляйте. Получилось?       Итак, отправная точка для главной героини «Титаника», Розы Бьюкейтер, — это не столько чётко обозначенное место на карте, сколько социальная среда, в которой она существует. Она вынуждена в ней существовать и играть по её правилам, поскольку «так нужно» для материального благополучия, это путь, насаждаемый матерью, Руфью Бьюкейтер. Роза точно не знает, как хочет проявлять себя на самом деле, не любит навязанного ей жениха, но самое главное — не понимает, как выбраться из этой ситуации, спастись, чувствует себя как в ловушке.       Первое решение, которое приходит ей в голову, — выброситься за борт. И это тот самый момент, когда в игру по-настоящему вступает Джек Доусон, проводник и союзник в одном лице.       Коротко смысл рассматриваемой сцены можно представить следующим образом:       Роза: «Я устала так жить, я ухожу!»       Джек: «Зачем так радикально? Можно же попроще!»       Роза (заинтересованно): «Как?»       Он знакомит её с развлечениями третьего класса, образом жизни, но самое главное — своей философией, ориентацией на настоящий момент. В его компании ей не нужно притворяться, играть социально желательную роль, она может позволить себе быть любой — такой, какой ей захочется в каждый конкретный момент, непосредственной. Для человека, который долгое время держал себя в узде, подавлял свою индивидуальность, не мог свободно вдохнуть, это многое значит.       Противниками героини в самопознании и трансформации выступают в первую очередь мать и жених, которых по понятным причинам поведение Розы пугает и злит. Они довольны курсом своих жизней и не могут понять, что в сложившихся обстоятельствах не устраивает Розу, отчего она «бесится», поскольку не замечают глубокую разницу между собой и ею — в характерах, склонностях и ценностях. Каледон особенно активен в своих попытках создать препятствия усмирить Розу, но все эти мелкие ссоры — незначительные испытания, которых недостаточно для завершения трансформации героини.       И тут случается оно — крушение корабля. В истории Джеймса Кэмерона именно оно является главным испытанием, завершающимся отказом Розы от возвращения обратно, в прежнюю социальную среду. Но, что более примечательно, «точкой смерти и возрождения» становится не факт ухода ко дну «Титаника», а смерть Джека Доусона, единственного союзника и наставника, который был за то, чтобы Роза жила своей жизнью, а не той, что была навязана ей извне. Если крушение корабля символизирует крушение «прежнего образа жизни», то переживание утраты проводника проводит последнюю жирную черту между прошлым и настоящим/будущим, закрепляет необходимость трансформации, вынуждает её завершить.       Последние слова Джека Доусона: «Ты должна оказать мне эту честь… пообещай мне, что выживешь… что ты никогда не сдашься… несмотря ни на что… несмотря на то, как всё безнадёжно… пообещай мне сейчас и никогда не нарушай это обещание… никогда не отпускай/нарушай» — могут быть также рассмотренными как призыв к борьбе за жизнь в более широком смысле, нежели однократно, только в ту ночь. Выжить в Атлантическом океане, чтобы потом сдаться и вернуться в клетку, к нелюбимому жениху и требовательной матери? Сложившаяся ситуация целиком и полностью выступает мощнейшим стимулом к переменам. По факту, Роза, бросая старое окружение, чтит память своего проводника и освободителя, отдает ему дань уважения.       Джеймс Кэмерон не показывает нам в деталях, как жила Роза после завершения трансформации, с какими испытаниями сталкивалась ещё, но из лаконичной ветки с героиней, достигшей преклонного возраста, мы узнаём, что она таки принимала самостоятельные решения и находила, как проявлять свои склонности, выражать свою индивидуальность. Таким образом, история даёт нам понять, что Роза сдержала обещание, данное Джеку, во всех смыслах.       Любопытно, что история Розы и Джека ещё может трактоваться как новое прочтение классической линии с принцессой, заточенной в башне (Роза) и охраняемой драконом (мать и нелюбимый жених), которую должен освободить принц (Джек).