Нулевой пациент

Начало августа. Время, которое жители Снежной очень сильно ценили. Именно в последний месяц лета погода всегда выдавалась самой тёплой. Сама природа будто давала жителям холодного региона насладиться последним погожим месяцем. Хоть лето и модно было назвать временем года, которое все ждали и любили - больше по душе снежнийцам всё-таки приходилась зима, как бы тяжело во время неё не было; по крайней мере с технологическим прогрессом сейчас стало всё намного легче. И радоваться зиме тоже. Девятый был в любом случае не из тех, кому нравилась зима. Может просто потому, что он вырос не здесь. Родина его далеко отсюда.. Да и возвращаться на неё он совсем не хочет. Именно здесь его место. В заснеженных полях, среди вечного холода и суровых людей.. Здесь. И здесь он нашёл свой дом. Не только в прямом смысле. Свой дом он так же нашёл и в человеке рядом. В человеке, который себя за такового не считал. Хотел ли он бороться за свой дом? Вопрос, на который у него до сих пор нет ответа.

Зачем это всё?

Зачем, если в борьбе, скорее всего, нет смысла?

Он нашёл для себя смысл. Просто потому, что он хочет жить. Он будет бороться за свою жизнь до последнего вздоха.

***

В тёмном кабинете тихо играет классическая музыка. Мужчина осторожно двигается ей в такт, пытаясь не затушить свечи, стоящие на столе. Хоть у него уже давно есть лампы в помещении, Панталоне всё равно продолжал пользоваться именно свечами. Возможно из-за того, что в этом была некая романтика, которую улавливал, пожалуй, только он. Ведь голубоволосый второй предвестник всегда ворчал, когда девятый банально не разрешал ему включить основной или дополнительный свет. Доктор из-за этого каждый раз ссылался на то, что Регратор просто не хочет принимать новшества. Может, оно так и было. Делец делает осторожный оборот вокруг себя в момент, когда музыка ускоряется и останавливается, когда та начинает затихать. Ему нравилось иногда так расслаблять свой мозг, пытаться унести прочь все накопившиеся плотным грузом мысли. В его "танцах" и сейчас прослеживаются нотки характера именно Ли Юэ, сколько бы Панталоне не изучал танцы Снежной. Он был любителем театров, часто ходил на какие-либо представления в своё свободное время, которого было совсем немного. Его мечта посетить фонтейновский театр, к сожалению, так и останется мечтой. Лоне оборачивается, когда слышит медленные и тихие хлопки ладонью о ладонь позади себя. Он уже и позабыл, что находится в кабинете не один. Дотторе часто приходил сюда для того, чтобы обдумать что-либо своё. Часто тихо и молча сидел, а потом так же молча и тихо уходил, оставляя Регратора вновь в одиночестве. Доктор лениво поднимается с насиженного места, вяло потягиваясь. После подходит к девятому предвестнику, протягивая ему руку. — Умеешь танцевать? — с заметными нотками удивления в голосе задаёт вопрос Панталоне, который явно не ожидал такого от нелюдимого человека, которого, казалось, ничего кроме науки никогда и не интересовало. — И зачем ты только в предвестники подался, saltator? — Доктор берёт чужую руку в свою ладонь и вытягивает их вбок, другой рукой обнимая Дельца за талию. — Ответь на вопрос, — Панталоне едва приподнимает подбородок, пытаясь выглядеть более гордо. Хотя он и так всегда выглядел как горделивый павлин.. Таким, собственно, и является. Регратор кладёт руку второму предвестнику на плечо, уже собираясь начать учить того нескольким простым элементам из вальса. — Никогда не умел и не пробовал, — спокойно и честно отвечает Дотторе. Эту стойку-то он и то от Панталоне знает, потому что тот ему однажды её показывал. Позабыл уже, может. Правда это было действительно всё, что знал Доктор в этой отрасли. Было ли ему из-за этого неприятно? Да, в общем-то, нет. Ему просто не было это интересно. — Я никогда не понимал смысла всех этих развлечений, — он пожимает плечами. Регратор в ответ на это же лишь тихо выдыхает и говорит тому сделать шаг назад и развернуться. С первого раза, понятное дело, не получается, ведь второй предвестник ещё не научился читать мысли. Именно поэтому Панталоне приходится стать ведущим, а не ведомым. Собственно, так ему нравилось намного больше. Оба не боялись сломать или опрокинуть что-то, ведь кабинет был достаточно просторным. Даже чувствовался Панталоновский размах.. Единственное, Доктор настоял на том, чтобы включить дополнительный свет, потому что оба могли споткнуться и потом просто свалиться. Регратор, конечно, нехотя, но согласился. Всё-таки в этом Дотторе был прав. — А знаешь, чего я в тебе никогда не понимал? — разрезает тишину голос Регратора. Голос, который по сравнению с голосом Доктора был очень надменным, не сказать, что высоким, но и не низким. Пока они оба кружились в каком-то непонятном танце, спотыкаясь, ругаясь друг другу под нос, Панталоне уже кучу раз словил на себе заинтересованные взгляды. — Абсолютно всё? — тыкает пальцем в небо Дотторе. В голову приходит воспоминание об их знакомстве - тогда оба были далеко не самого хорошего мнения друг о друге. Доктор посчитал его обычным юным глупцом, которому "все моря по колено", а Регратор же подумал лишь о том, что второй предвестник по истине сумасшедший.. Пока юная душа не влюбилась в полностью разбитый и съехавший с катушек разум. Тогда, ещё совсем неопытный, можно сказать даже мальчишка, понял, что его сводят с ума эти заумные речи из чужих уст, голубые волосы, которые были похожи на чистое и такое огромное небо, а глаза.. Рубиновые, налитые кровью, которые он увидел не сразу, а через довольно продолжительное время. Со временем эта "детская влюблённость" прошла. Сейчас Делец ко всему старается подходить с более холодной головой. Те чувства, что пожирали его изнутри - сейчас мельтешат лишь на уголке сознания. Он всё помнит, но время это всё убивает безвозвратно. — Абсолютно всё, — подтверждает Панталоне. Дотторе на это лишь заметно усмехается, чем снова пробивает в нём какую-то странную искру. Он так редко видел какие-то заметные эмоции на его лице.. Редко видел проявление обычных человеческих повадков. Это до сих пор и манило. Может он и вправду до сих пор тот самый мальчишка, которого сбило с ног из-за чувств, которые он, первое время, пытался в себе отрицать? "Это ведь неправильно.." - носилось у него в голове раз за разом, когда он заглядывался на второго предвестника на собраниях, каждый раз быстро пряча свои глаза, когда замечал, что Доктор как-то странно склонил голову в его сторону. А Дотторе же всё играл.. Нравилось ему наблюдать за проявлением эмоций, проявлением влечения, испытывать его на себе, пытаться разобрать и сопоставить всё в голове. Он ведь никогда не упустит возможность проверить то, что ему не доводилось самолично лицезреть.. Нельзя отказываться от такого ценнейшего опыта. И сейчас, когда те чувства стали не такими осязаемыми, ему порой становилось скучно. Он прошёл с Регратором абсолютно все стадии, проанализировал, казалось, его полностью, потому и смысла продолжать, наверное, не было. Но для чего они вообще до сих пор это всё продолжают? Для чего пытают друг друга, из раза в раз заставляя очерствевшие души пылать огнём, которым Дотторе мечтал сжечь Ирминсуль? — Так почему же не пытаешься понять? — Доктор, наконец, потихоньку вошёл во вкус, начал запоминать какие-то движения. В моменте даже поймал Дельца, который оступился. Вся эта ситуация казалась ему до невозможного забавной, отчасти даже, наверное, глупой, но он продолжал играть по правилам девятого предвестника. Он довольно часто сопоставлял Панталоне из прошлого с нынешним, вспоминая, как тот юноша отчаяно пытался сбежать от себя и от него, смущался и не понимал, что вообще происходит. Ох, развитие непонятных отношений.. Приятно же иногда вспоминать. — А я не хочу, — лукавит Регратор, что явно не скрывается от Дотторе. Он хотел. Просто адски хотел вкусить запретный плод знаний на вкус, прочувствовать все тайны, завладеть человеком полностью. Он хотел сломать его под собой. Заставить подчиниться дикую пантеру, которая могла разорвать его на куски в любой момент. Сломать волю, воскресить желание, заставить его трепетать точно так же, как Дотторе однажды заставил его. Заставить умолять продолжить, действовать по собственной инициативе, как это было много лет назад. Он хотел..

***

Юноша оглядывает по истине огромнейший зал, который заполнен людьми. Не только солдатами, но и обычными гражданскими. Именно сегодня он будет приносить присягу верности Царице и клясться служить ей верой и правдой. Вновь. Просто в этот раз не с кучей болванчиков-солдатиков в скромном сопровождении. Сегодня в ряды верхушки вступает новая личность, которая займёт девятое место в иерархии. В рядах Фатуи он достаточно непродолжительное время, но успел доказать свою полезность, предложив пару проектов по развитию экономики страны, которые действительно подействовали. Успел даже силу продемонстрировать - не зря ведь учился драться, пока скитался чуть ли не половину своей жизни. Он всегда боролся до последнего даже тогда, когда проще было бы умереть. Но он всегда хотел жить. Жаждал, хватался даже за крупицы, собирал себя из кучи осколков каждый раз заново. Говорят, что тело не забывает, но его, спустя несколько столетий, забыло абсолютно все его навыки, которые он так отточенно тренировал в молодости. А всё потому, что ему не нужно было больше ни с кем драться, да и Регратор достаточно быстро перешёл на огнестрельное оружие, как только то появилось. Заиграла торжественная музыка. Сегодня он получит то, за что боролся. Эта огромная победа досталась ему путём выгрызания себе дороги через горы. И он не позволит никому себе помешать. Сломает шеи, позвоночники, черепа, пойдёт по головам, не жалея никого - сделает всё, чтобы удержаться на своём месте. Когда-то ему твердили, что он позор своего рода, который не добьётся абсолютно ничего. Он жил в бедности большую часть своей осознанной жизни, покинутый, брошенный и униженный - но больше этого сделать не позволит. В первом ряду поднялись со своих мест остальные предвестники, а вслед за ними и остальной народ. Мимо проходит Панталоне и поднимается на сцену, после чего на него устремляются взгляды абсолютно всех. Оценивающие, пытающиеся понять, надолго ли на своём месте останется новенький. Заслуживает ли он вообще того, чтобы быть здесь? Этот вопрос наверняка был в голове абсолютно у всех присутствующих в зале. Но его не было в голове нового девятого предвестника. Он был уверен, что заслужил своё место здесь. Сейчас ему не дозволено давать речи, только после клятвы, потому у него появляется возможность рассмотреть первый ряд, а точнее - своих коллег-предвестников, повнимательнее. Юноша оглядывает всех, но свой взгляд задерживает именно на Дотторе, который тоже смотрит прямо на него. Из-за маски, конечно, понять это было довольно сложно, но взгляд второго предвестника всегда телом ощущался. "Новобранец" слышал много историй о Докторе, в частности, не самых приятных. Пугал ли он его? Да. Интересовал ли? Тоже да. Юноша ещё не мог понять, можно ли в этом кругу вообще доверять хоть кому-то.. Вокруг закружились снежинки. Наконец, на сцену ступает та, которая собрала вокруг себя целую армию для того, чтобы отомстить Небесному порядку - Царица. Пред ней все почтенно склоняют головы, а после и встают на одно колено, приложив руку на сердце. То же самое делает и юноша. Он не смеет поднять на неё глаз. Богиня любви, от которой веяло непередаваемым словами холодом, остановилась прямо перед ним. Первым был задан вопрос, верит ли парень в идеи её, и тот, не задумываясь, ответил положительно. Он сам никогда не отличался особой любовью к Богам, ведь те никогда не замечали его, бросили умирать и тонуть в нищете, несчастье. Но она.. Она - Царица - совершенно другая. Клянётся ли он служить верой и правдой, отстаивать интересы Фатуи до последнего? Клянётся. Клянётся ли он всегда помогать своим товарищам по оружию и никогда не предавать их? Клянётся. Клянётся ли он сделать всё для того, чтобы Снежная процветала?

Да!

Отныне в рядах предвестников появилась новая амбициозная личность, которая была готова на всё во имя своих и Царициных идей. После выступления их всех собрал Пьеро. Юноша получил новое имя, отрёкся от старого навсегда. Как и от прошлой жизни. Именно тогда они впервые столкнулись с Дотторе напрямую. Регратор шёл в окружении остальных предвестников по направлению к совещательному залу. Его коллеги общались впереди, обсуждали их планы на будущее. Только Доктор шёл позади всех, молча. Это был единственный человек, от которого Панталоне ощущал ауру настоящей опасности. Даже рядом с первым предвестником Капитано такого не было. Делец ускорился, пытаясь нагнать коллег, что не ускользнуло от внимания второго. Девятый буквально ощущал на себе его взгляд, и от этого становилось не по себе. На собрании их просто разбили на совместные проекты. Панталоне, так как являлся банкиром, должен был пересечься абсолютно со всеми предвестниками. Ведь финансирование-то им кто-то должен на проекты выделять? В личности Регратора были заинтересованы абсолютно все. Кто он и что же из себя представляет? Легко ли манипулировать? Даже второму предвестнику было интересно рассмотреть новое лицо. Хотя, конечно, он сомневался, что интерес его будет долгосрочным. Так.. Поймёт за несколько дней, что из себя человек представляет - и отвяжется. Не отвязался.

***

Разговор.. Обычный разговор может повернуть всю жизнь в совсем иное русло. И тот разговор на одном из собраний перевернул из жизнь с ног на голову. Обычная беседа про их коллег, в которой они обнаружили, что сходятся во мнениях во многих аспектах. Ну, точнее, сходятся во мнении о своих коллегах. Панталоне всё ещё опасался оставаться со вторым предвестником наедине, потому решался с ним заговорить только в окружении людей. Дотторе это всегда неимоверно забавляло. Забавляло то, что его бояться, ведь, по мнению самого Доктора, ничего такого аморального он не делал. Он ведь находит лекарства от раннее неизлечимых болезней, да в конце концов помогает людям лучше понять своё тело. Так что им не нравится? Методы? Так по другому ничего полезного не сделаешь. Кто-то должен быть расходной монетой, чтобы остальные могли жить припеваючи. Кто-то должен чем-то жертвовать ради достижения цели. Люди глупы, если не понимают этого. Хотя, их умы, конечно, заполняют ненужные эмоции и эмпатия, которая только тормозит развитие. Если бы все думали исключительно головой, то они бы смогли по истине стать самым доминирующим видом, превзойти даже Богов.. Этих несовершенных существ, власть которым дали другие - ещё более несовершенные. Дотторе понимал, что люди никогда не будут равны между собой. Чтобы стадо понимало, что ему делать - нужен вожак, который поведёт всех за собой. Без лидера начнётся анархия, где скот просто перебьёт друг друга. Люди и вправду до невозможного тупые! Идеальный человек.. Это именно то, что мечтал создать своими собственными руками Дотторе. Создать homo futurum, создать тех, кто поведёт технологический прогресс только ввысь! Доктор так хотел перенести свой разум из заточения в виде ужасного человеческого тела, которому постоянно что-то было нужно - еда, вода, да банальное дыхание для продолжения жизни.. Он безумно хотел вывести человечество на новую ступень эволюции, где каждый сможет отдать себя науке. Не обычным людским прихотям, которые отнимают у такого потенциально гениального вида столько драгоценного времени! А тех, кто с таким поворотом судьбы не согласится.. Следует просто устранить, чтоб не мешали. Либо они и сами сгинут спустя несколько десятилетий, осознав, что ничего не могут противопоставить очевидно преуспевающему новому виду.

***

В один из дней девятый предвестник впервые осмелился остаться с Дотторе наедине. Ну, как осмелился.. Его за ним послали, после того, как Доктор заявил, что не станет продолжать свои исследования в других областях, если свернут его проект по созданию "сверх-человека". Это был проект всей его жизни, ради которого второй предвестник был готов пожертвовать абсолютно всем, что у него было. Он ведь изначально и вступил в ряды Фатуи только для того, чтобы воплотить свою идею в жизнь, но тут ему в лицо предъявляют, что он не достиг никаких успехов и проект надо бы свернуть, а не расстрачивать попусту ресурсы страны. Это было по истине ударом ножом под дых. А что на счёт Регратора.. Так его послали только потому, что Пьеро ни раз замечал, что Делец был единственным среди остальных коллег-предвестников, к которым Дотторе проявлял хоть какой-то интерес. С Шутом Доктор говорить отказаться наотрез, а если и разговор с Панталоне не поможет, то тут уже в дело включится Царица. Ведь отказ от работы может считаться напрямую изменой.. Смысл им держать Дотторе в кругах предвестников, если тот свернёт все свои проекты и, по факту, станет бесполезен? Так сказать, последний шанс на реабилитацию. Дотторе молча стоял на одном из балконов, смотря в звёздное небо. Фальшивое небо. Безумно хотелось чем-то занять руки и разум. Пришла мысль даже о курении, которую он достаточно быстро прогнал. Нельзя. Доктор выдыхает. На улице достаточно холодно, потому изо рта вырывается пару клубней пара. Порой ему кажется, что он действительно устал. Устал от дней, где каждый из них похож один на другой. А теперь, когда проект всей его жизни может перестать существовать, то есть ли от этой жизни вообще смысл? Второй предвестник поворачивает голову, когда слышит шаги позади себя. Достаточно осторожные. Обладатель явно пытается подойти тихо, но не для того, чтобы напасть. Поступь его нервная, что сразу же указывает на то, что за ним пошёл не Пьеро. Так кого он мог отправить? Дотторе полностью разворачивается и, наконец, видит перед собой посланного Шутом девятого предвестника. Тот, когда его замечают, останавливается, неловко переминаясь с ноги на ногу, будто пытаясь составить в голове цепочку связанных речей. Забавный малый, однако.. Они уже довольно долго общаются за собраниях, но при этом наедине остаются впервые. По Регратору видно, что тот нервничает, будто боится, что за любое слово его растерзают прямо здесь. При этом глаза не опускает и не отводит, старается держаться гордо. Даже спина прямая. — У нашей верхушки даже смелости нет ко мне лично прийти? — спокойно спрашивает второй предвестник, наклоняя голову на бок. Он продолжает рассматривать девятого, пытаясь понять, боится ли он его или просто не понимает, что должен сделать, как должен подойти. — Вы должны прийти к компромиссу с Шутом, — наконец осмеливается сказать что-то Панталоне, продолжая смотреть прямо на Доктора. — Вы ведь и сами понимаете, что Царица в покое вас не оставит, — Регратор запнулся, примерно пару секунд обдумывая свои дальнейшие слова. — Вас устранят. — Я в курсе, мальчик, — тон Дотторе не меняется, хотя ему не нравится, что с ним говорят как с неразумным ребенком, который не понимает последствия своих действий. Доктор предан своему делу, предан делу всей своей жизни.. предан делу, которое у него хотят отобрать. У него хотят отобрать смысл его жизни. — Я не собираюсь продолжать работать на Фатуи, если свернут мой проект, о чём уже сказал Пьеро. — Вам плевать на то, что вас убьют? — Регратор не понимал этой позиции. Он всегда боролся за свою жизнь, даже если казалось, что смысла в борьбе не было никакого. Он рвал всех за собственную шкуру из раза в раз, даже если у него не было цели. Он просто хотел жить. — Мне не нужно существование без смысла, — Дотторе отворачивается от девятого предвестника и подходит к перилам, облакачиваясь на них. Делец пару секунд стоит и думает, что ему делать дальше, но, в конце концов, подходит к Доктору и встаёт рядом. — Знаешь, коллега, — Регратору немного резало уши то, что к нему обращаются на "ты", но смелости дёрнуть Дотторе по этому поводу у него, пока что, не хватало, — мы просто разные люди. Ты никогда не сможешь понять меня просто потому, что будешь хвататься за свою жизнь даже тогда, когда тебе отрубят все твои конечности и лишат возможности передвигаться, — Доктор проводит пальцем в воздухе, как бы "отрезая" руки и ноги у Панталоне. — Я ведь прав? — Правы, — Делец соглашается, еле заметно кивая. — Но и вы ведь не глупый человек, — на последнем слове парень слышит усмешку со стороны, максимально несвойственную второму, — остановка проекта - это не конец вашей жизни. Да, возможно, потеря смысла, к которому вы стремились, но смысл для себя можно найти и в других вещах.. У вас ведь куча разных проектов, так почему не можете сосредоточиться на чём-то другом? — Потому что мы с Пьеро договорились о том, что проект по созданию "сверхчеловека" будет моей первоочередной целью ещё тогда, когда, наверное, твои прабабушка и прадедушка ещё не родились, — Доктор наклоняет голову чуть вниз, будто ему была интересна жизнь обычных горожан, которые бродили около стен Заполярного дворца. Он не понимал, почему рассказывает всё это мальчишке, который совсем недавно вступил в их ряды.. Не понимал, почему этот мальчишка слушает его. Не понимал, почему Панталоне ему интересен. — Смысл для себя можно найти, когда испытываешь волю к жизни. У меня её давно уже нет.

***

Регратор открывает глаза. Сегодня ему снова приснилась прошлая, казавшаяся далёкой, жизнь. Прошло всего два года с начала катастрофы, но каждая ночь не проходила без воспоминаний о былом. Порой из-за воспоминаний не хотелось спать, потому что ностальгия - вещь, которая медленно, но постепенно убивает. Убивает мерзко, долго и мучительно. Заставляет перестать пытаться бороться, заставляет жалеть о том, как человек живёт сейчас, ведь "раньше было лучше". Да, раньше действительно было лучше.. Раньше с ним рядом был человек. Человек, которого он ценил, хоть и не хотел в этом признаваться. Человек, с которым эмоциональную связь было построить безумно сложно, но он справился и с этим. Раньше на улицах было безопасно.. По крайней мере, в городах. Раньше, раньше, раньше.. Ничего из этого, скорее всего, уже не вернётся. Вот только шанс на то, что Дотторе до сих пор жив - есть. Пока его сердце бьётся, пока есть возможность спасения умирающего Тейвата, пока ещё есть шанс на то, что можно спасти свою шкуру - он будет бороться. Даже если придётся жрать себе подобных. Даже если придётся из раза в раз убивать собственными руками. Даже если придётся переступать через себя. Он выживет.