Нулевой пациент

Отряд получает приказ рассредоточиться надвое. Сейчас им нужно обойти лагерь выживших, чтобы подслушать разговоры местных, чтобы понять до конца, что вообще происходит. Хотя Панталоне и так понимал, что перед ними каннибалы. Иначе они бы не повесили расчленнëнного Виктора над костром. Панталоне был уверен, что привык уже ко всему в этом мире.. Но каждый раз, каждый раз когда он видел трупы, особенно так по-скотски изуродованные, его тянуло блевать. Бывший рядовой был подвешен за ноги, прямо как свинья, тушу которой разделывали. Голова грубо и неровно срезана, будто тупым ножом, но лежала рядом, что и давало людям понять, кому принадлежит труп. Делец старался не рассматривать еë, но всë же выражение полного ужаса от него не утаилось. Живот был вспорот и пуст. Органы уже все достали и, слава Царице, рядом они не валялись, иначе мужчина бы заметил, и еда точно вывалилась бы наружу. Радовало только одно: через маски особо не пробивался запах, иначе бы тут все, наверное, избавились от остатков недавно съеденного. Над трупом хлопотала женщина лет тридцати, аккуратно срезая куски мяса, которые сразу же отдавала людям, которые сидели возле костра. Это не Снежная, оставить тушу на улице, чтобы та не испортилась, не выйдет. Но, наверное, у них всë равно есть подвалы или соль, чтобы это консервировать.. Люди ведь тоже не бесконечные. Они ведь не мутантов жрут? Хотя, если бы Лоне увидел такую картину, наверное, не удивился бы. Да и вряд ли они оставались бы людьми, если бы сожрали заражëнных.. Регратор попал в команду к Тарталье. Точнее, сам для себя решил, что пойдёт именно с одиннадцатым, так как ему здесь он доверял больше всего. Чайльд в лепëшку разобьëтся, чтобы спасти всех, потому с ним безопаснее. И шанс выжить куда более высок.. «Чего мы ещё не знаем об этом "новом" мире? Как вообще отряды умудрялись пропускать гребанных каннибалов.. Хотя, их с заражëнными спутать легко.. А в очаги маленьким отрядам правда лучше не соваться.» Аякс опять командует жестами. Панталоне уже давно научился его понимать, даже до катастрофы. В конце концов, он предвестник же. Да, банкир.. Бывший банкир, но всë ещё предвестник. Мужчина держит руку около лука, чтобы, если вдруг что, вовремя достать оружие и либо выстрелить, либо всадить одному из обезумевших стрелу в глаз. Ему нужно бы уйти на безопасное расстояние, чтобы прикрывать своих издалека.. Нужно сказать Аяксу. Делец понимал, что именно заставило этих.. Выживших жрать людей, но от этого понимания не приходили смирение и принятие. Он бы никогда не согласился на то, чтобы его сожрали, лишь бы другие выжили. Тарталья останавливает Панталоне и ещё одного рядового рядом с какими-то кустами, которые были закрыты домом, а остальных посылает дальше, чтобы проследить за другой частью местного населения. В голове девятого лишь проносится мысль о том, что разделяться на его более мелкий отряд – вообще не самая лучшая идея, но решает не начинать спор – если они сейчас оба заведутся, то просто попадутся этим сумасшедшим. А это никому из них не нужно. — И что они вообще здесь забыли? — подаëт голос один из местных. Это был низкого роста мужчина с короткими волосами, которые уже начали активно выпадать. Он не мог сказать, сколько говорящему лет. Лица Регратор не увидел, так как тот стоял к ним спиной. Да и не хотелось ему видеть эти отвратительные лица. — Нам же лучше, — пожимает плечами коренастый, высокий мужчина. Был похож на главного, потому что на шее у него висело некое "ожерелье" из костей. Человеческих. Ну, либо на местного шамана. Может, они уже окончательно сошли с ума и уверовали в каких-то богов вымышленных. — Да, вы правы, но там же предвестники, — голос у низкого был противным, тягучим. Девятый мог бы сравнить его со звуком, когда ногтëм по доске проводят, от чего разносится такой противный скрип, что аж передëргивает. Правда похож на обычного прихвостня.. Такого даже Панталоне два года назад бы на лопатки уложил. А сейчас и подавно. — Разве они не могут нам угрожать? — «Правильно мыслишь, гном.» — проносится в голове у Дельца. По его выражению лица казалось, будто сейчас он наблюдает за самой мерзкой сценой в его жизни. — Они? Нам? — высокий незнакомец смеëтся. — Они же слабаки последние без своих магических штучек! Они сейчас обычные люди, которых зарубить и съесть не составит труда, — мужчина указывает рукой на дрова, лежащие рядом. Мелкий же их подхватывает, и оба медленно начинают двигаться к костру. — Только они ещё и, наверняка, хорошо откормлены, раз даже их обычный рядовой мясной такой.. — Панталоне передëргивает от мерзкого ощущения. Они говорят о людях, как об обычном куске мяса.. «Господи, Великая Царица, что вообще произошло с этим миром? Почему это вообще произошло? Насколько низко могут опуститься люди?» — в это же время думает Тарталья. На его лице лишь злость. Даже не отвращение, а именно злость. Регратор аккуратно касается его плеча, а когда его замечают, указывает взглядом на лук, а после в сторону леса, мол: "дай мне отойти на расстояние". Чайльд немного медлит, но всë же соглашается. Панталоне правда полезнее в дальнем бою, чем в ближнем, даже учитывая то, что он переучивался на меч два года. С луком выходит лучше.. Но их остаётся всего двое. Это плохо. Так как Виктора убили, они разделились на две группы по шесть человек, а теперь, если вторая группа не поступила точно так же, их было три: две по три человека и одна из шести. Нужно вернуться к тем троим. Вдвоём, хоть Тарталья и предвестник, и Регратор будет прикрывать их спины, находиться все равно опасно.. Нужно думать наперед! Спокойно. Их задача, в первую очередь, подслушать, а не устранять всë поселение. Хотя, конечно, наверное это и было бы правильным решением, ведь они жрут людей! К ним может попасть абсолютно любой, да и кто знает, куда они пойдут дальше? Так. Через время отряд соберётся вместе и обсудит, что делать дальше. Тарталья уже принял решение для себя. Он их перебьёт. Они нелюди. Они не заслуживают жить. Даже в условиях апокалипсиса нельзя становиться мразью. Нельзя жрать себе подобных! Люди – не твари! Не твари же? .- -.- .- -.- --- . .--. .-. .- .-- --- - -.-- .. -- . . ---- -..- ..- -... .. .-- .- - -..- - . .... -.- - --- .--. -.-- - .- . - ... .-.- .-- -.-- ...- .. - -..- ..--.. - -.-- -... --- --. ..--..

ОН УБЬЁТ ИХ!

***

В первый год начала Конца всем было очень тяжело. Снежная, некогда почти самая технологичная страна, которая заботилась о своих жителях больше всего, ведь они выбрали именно еë: занесëнную вечным снегом, полную вечного холода, вечно плачущую, закрытую от всех и всего вокруг. Они выбрали Снежную. Но сейчас она.. Пала среди своих снегов. Лишь остатки выживших пытались сохранить то, что у них осталось. Может, логичнее всего было бы уйти, но в первый год регионы не могли выйти на связь друг с другом. Только потом люди, оставшиеся в заснеженной стране, смогли понять, что, как минимум, Ли Юэ и Мондштадт ещë, каким-то чудесным образом, не пали. Хотя, эти два региона изначально работали сообща, может, поэтому им и повезло. Сумеру и Фонтейн пали первыми. Фонтейну, наверное, пришлось тяжелее всего - половину региона затопило, а город разрушился. Последствия битвы за Фонтейн, исходом которой, предположительно, был уход людей под воду под покровительством Гидро Дракона. Интересно, а драконы ещë могут управлять элементами? Наверное, всë-таки, нет. Какой смысл уходить из безопасного места, если ты не знаешь, что происходит вокруг тебя? А незнание пугает. Человек всю жизнь стремится к знаниям, стремится расширить свой кругозор, понять этот недосягаемый для него мир.. Правда, в конце концов умирает, не поняв и капли творящегося вокруг него. Человеческая жизнь слишком коротка для этого мира. Поэтому Дотторе занимался изобретением элексира бессмертия. И поэтому предвестники живут так долго.. Так почему Тарталья так стремится перебить тех, кто выбрал весьма.. Противоречивый путь выживания? Да потому что так однажды чуть не убили его младшего брата – Тевкра. Одиннадцатый предвестник до сих пор помнит, как он вытащил мальчишку, побитого, в ссадинах, в порезах от ножа из сожжëнного лагеря. Лагеря, который сжëг и почти в одиночку перебил именно Аякс. Он спас тогда не только своего брата, но и нескольких других людей, которых потом поселили в Заполярном дворце. Чайльд всю жизнь считал, что самое главное в любой ситуации – оставаться человеком, в какой бы ситуации люди не находились. Вот только в условиях апокалипсиса начинают раскрываться самые тëмные, самые потаëнные уголки человеческой гнилой души. Ему никогда не хотелось верить, что товарищ не придёт на помощь и бросит его, ему никогда не хотелось верить, что рядом не будет человека, который его поддержит, ему никогда не хотелось верить, что люди не любят друг друга, ему никогда не хотелось верить, что люди для выживания.. Готовы на всë. Готовы сожрать своего лучшего друга, свою семью и свою любовь. Они больше не люди. Если они возомнили себя теми, кто может решать, кто человек, а кто еда – они заслуживают смерти. Если мир когда-то и восстановится, то тем, кто потерял свою человечность, в нëм не место. Люди, которые остались людьми, которые всë ещë чувствуют, думают, сопереживают, должны построить новый мир на остатках прошлого. Ведь им это по силам.. Наверняка. Новый мир.. Может, не при них, может до него ещë сотни лет, но новый мир будет построен. Люди объединятся, найдут источник этой заразы и уничтожат его, создадут новые государства или вовсе одно большое, начнут работать сообща.. Ведь только так можно будет построить новый, может и несовершенный, но мир. Мир, в котором люди будут жить, не боясь за свою семью, за свою жизнь, за своё будущее. Ведь будет условно понятно, что будет через день, через неделю, месяц, год, несколько лет.. Не будет нападений мутантов, не будет такого количества смертей.. Не будет опасности со всех сторон.. Но как же Тарталье хотелось бы посмотреть на этот новый мир.. Но даже если он его не застанет, он сделает всë, чтобы люди, которые будут жить после него, жили именно в нëм. .. -.. . .- .-.. .. ... - .-.-.- . ... - -..- .-.. .. ... -- -.-- ... .-.. -. .- -.. . .-.- - ... .-.- -. .- - --- --..-- ---. . --. --- -. .. -.- --- --. -.. .- -. . -... ..- -.. . - ..--..

***

Отряд отошëл от поселения на более менее безопасное расстояние спустя несколько часов подслушиваний разговоров. Кроме обычных, будничных, они услышали весьма полезную информацию. Например о том, что эта шайка может двинуться в сторону Снежной, ведь они уже убедились, что их солдаты "совсем не умеют сражаться", поэтому сейчас эти каннибалы представляют для народа Снежной непосредственную угрозу, которая требует устранения. Чайльд даже не стал объявлять голосование по тому, что им делать дальше, ведь, пожалуй, было понятно, что все и без этого согласны убить этих.. Людей. Лучники занимают свои позиции чуть поодаль, натягивая предварительно тетиву. Все они ждут сигнала от Тартальм, который с большинством из отряда идет в ближний бой. Панталоне немного переживает. Среди них вполне могут быть потери, а это значит, что отряд уменьшится, станет опаснее. Да и.. Может, он успел привязаться к ним? Да ну, бред. Бред, бред, бред, бред. Чайльд предельно сосредоточен. Его главная миссия – устранить тех, кто представлять опасность. Не людей, а опасность. Через несколько минут начинается бойня. Даже, скорее, вырезание ими целой деревни, ведь жители её не были готовы к тому, что на них вдруг произойдёт нападение. Даже несколько дозорных, что находились вокруг поселения, не подали сигнал, ведь были устранены обученными бойцами. Убийство Виктора – случайность. Неприятная, неудачная для отряда, но случайность. Они уже не узнают, при каких обстоятельствах именно это произошло, ведь никто допрашивать каннибалов не собирается, но.. Обученного бойца не так просто убить. Тарталья замахивается на очередного жителя. Меч с мерзким, громким звуком вонзается в череп человека на уровне глаза. Вся одежда одиннадцатого предвестника в крови людей. Людей! Не заражëнных.. Тарталье мерзко от себя. Но ещë больше ему мерзко от тех, кого он убивает. Он убивал до этого.. Сотни, тысячи людей, но он не думал, что ему придëтся убивать в мире, в котором каждая жизнь была бы важна. Чайльд резким движением вынимает лезвие и с размаху режет им бок женщины, которая бежала на него с вилами. Одиннадцатого предвестника моментально прошибает стрела ужаса, когда он замечает, что погибшая была беременна. Живот уже большой, месяц восьмой или девятый. Руки мужчины затряслись. Он.. Он лишил жизни мать. Будущую мать. Будущего ребёнка, который мог бы вырасти не таким, как каннибалы. В следующий момент, когда Чайльд оборачивается, он видит, что на него бежит маленький мальчик, лет девяти, с маленьким ножом. Он целится точно в сердце, рост позволяет. И если сейчас Тарталья не отобьëтся – его убьют. Но он не может. Чайльд не может поднять руку на ребёнка. На ребёнка, который так похож на его младшего брата. Через несколько секунд голову бегущего прошибает стрела, выпущенная Панталоне. Детское тело падает прямо перед ногами замеревшего Аякса. Чайльд лишь наблюдал, как из головы умершего начинает течь кровь. Он даже не успел дëрнуться, просто моментально свалился. Тарталья наблюдал это будто в замедленной съёмке: когда стрела попала в мальчишку, у того сразу отклонилась в бок голова от резкого удара, но выражение лица смениться даже не успело. Ноги моментально запутались, но ножик из рук так и не выпал. Слишком сильно он его сжимал.. Наверное те, кто заметил этот взгляд одиннадцатого предвестника, не забудут его никогда. Взгляд, в котором смешались боль, отчаяние и страх. Разве они остались людьми? Разве им можно строить новый мир, если они убивают даже детей? Разве их можно назвать хорошими? Регратор, который заметил опасность, надвигающуюся на Тарталью, не медлил. Всю жизнь девятый был более циничным, не так поддавался чувствам и не жалел всех вокруг, как одиннадцатый. Наверное, потому ему было проще выпустить стрелу и убить ребёнка, который угрожал жизни его товарища. Ведь для него выбор был очевиден – он выберет жизнь Тартальи, а не ребёнка-каннибала, который уже никогда не переучится и не станет нормальным, потому что вырос в среде, где жрут людей. Для него это – обычный будний день. Он не сможет по-другому. Разве есть смысл его жалеть? На войне все средства хороши. Вся деревня была вырезана ими, кроме маленькой девочки лет четырёх, которую Аякс не дал убить. Не смог. Девочка не осознавала ничего, еë ещë можно было направить на другой путь. Из-за этого Регратор и Тарталья снова разругались. Ну куда они потащат ребёнка? С собой? Здесь оставят? Здесь она умрёт, а с собой тащить лишний, бесполезный рот – какой смысл? Но одиннадцатый стоял на своём. Он не дал убить ребёнка, который ни в чем не виноват. Который просто спрятался в подвале и тихо плакал, боясь умереть. Они возьмут её с собой. Девочка не разговаривала и ужасно всех боялась, но сидела молча. Хоть и была маленькая, но понимала, что без них еë убьют. К концу дня отряд получил очередное послание из Снежной. «Надеюсь, что с вами всë хорошо. В конверте рядом письма для всех из отряда от родственников. Передаю вам новую информацию, которая была найдена мной в файлах. О стадиях заражения: 1. Заражённый испытывает ужасную головную боль, не может внятно отвечать на вопросы. Белок в глазах краснеет, начинается лихорадка (первый - второй день) 2. Лихорадка сходит на нет, заражённый может двигаться, но всё ещё не полностью осознает себя. Телодвижения становятся странными, дерганными. Существо не понимает, что происходит. Наблюдаются вспышки агрессии. (третий - пятый день) 3. Заражённый полностью перестает осознавать себя. Превращается в агрессивную особь, лысеет, на теле появляются следы, похожие на ожоги и неровности кожи, сильно выступают фиолетово-синие вены. Не понимает человеческую речь. Агрессивен. (Шестой - десятый день) 4. Человек полностью заражается. Обостряется слух и обоняние, но очень сильно портится зрение. Признаков осознанности нет. Вирус паразитирует на организме носителя до тех пор, пока тот либо не будет убит, либо не выпьет все соки (десять-пятнадцать лет). (Десятый и более день) Думаю, что некоторая информация примерная, условная, например, что через десять-пятнадцать лет вирус сжирает человека. Дотторе не мог этого узнать. Как и дни, вероятнее всего, примерные. Связь с Доктором пропала слишком быстро. Полностью проверенная информация о стадиях до нас не дошла. Удачи вам. Снежная надеется на вас.»