Первый встречный, люби меня вечно

      В любом случае всё же нужно что-то приготовить к его пробуждению. Сегодня утром я как раз смог поймать семерых квакш. Оказывается, если хорошенько привыкнуть к условиям проживания в этому лесу, то тут не так уж и плохо. Стоит ли вообще возвращаться домой…? Отец, как-никак ожидает меня. С Азулином… Первая пойманная мной лягушка в следующий день после случившейся трагедии могла бы быть поделена и достаться брату. Очень жаль, что… Тот, кого попросила оберегать моя мама, тот, о ком нужно было заботиться по её последнему наставлению, погиб… И я не смог предотвратить этого! Может… Судьба предоставила мне второй шанс в виде «упавшего с небес» Моффи? Всевышний действительно есть? Может Моффи — посланник? Эта необычная кровь… Чёрт, да что я несу?! Делать выводы раньше времени? Очень на меня не похоже. Хорошо, сейчас за дело! Вскоре вечерело. Летнее солнце опускалось за горизонт и больше не радовало меня ярким и тёплым светом. Однако отчаиваться не стоит, ведь мой костёр заменит его. Между огнём и солнцем столько общего… Оба исчезают и появляются, светят, греют, отличие лишь в том, что пламя нужно разжечь самому. За шумным потоком воды снаружи слышалось уханье ночных сов, стрекотание сверчков и едва слышные кваканья жаб. Цветочки закрылись, светлячки взлетели ввысь, создав лесное небо… Я возвращаюсь домой, вновь с добытыми припасами ягод, грибов, лягушек, ибо тех явно будет недостаточно, так же целебных трав из маминой книжки. Ох, мама… Как же мне не хватает тебя и твоих знаний на яву. И всё, как назло, осталось в том доме! Тёплые воспоминания оттуда ничтожно редки, теплота на душе — ничтожно мала… Разведя огонёк, я принялся аккуратно разрезать лягушачьи тушки и вызволять из них органы. Четыре пресмыкающиеся вскоре были насажены на острые и прочные ветки. Маленький кусочек стихии обволакивал яркими рыжими язычками их нежную кожицу. Запах вкусного деликатеса, хоть и не приготовленного, как следует, разнёсся по всей укромной пещере. Моффи всё ещё спал. Прошло шесть часов с тех пор, как он уснул, за это время я многое успел сделать… Когда аромат жаренной корочки мяса и самой пищи только обострился, я заметил, как носик-кнопочка белоснежного вдруг начал изредка подёргиваться. Вынюхивает, улавливает источник запаха. Просыпается… — О, ты уже выспался? — Вполголоса проговорил я, улыбнувшись. — Всё ещё не голоден? Глаза с пышными ресницами медленно открываются. Слипшиеся веки неохотно поднимаются, через силу пытаясь открыть взор перед собой. Моффи вдруг понимает, что еда совсем близко, потому находит силы привстать, оперевшись на правую руку и левую ногу. — Сколько я спал? — Спросонья прохрипел голубоглазый. — Шесть часов примерно, не меньше. За это время обезболивающий препарат мог прекратить действовать. Как ты? — Мне немного лучше. — Моффи применил последние усилия, чтобы сесть рядом у костра. — А живот? Ты можешь есть? — Вполне себе могу… — Когда белоснежный протянул руку, я тут же подал ему один из шампуров с мясом. — Осталось ещё немного восстановиться. — В каком смысле? — Внезапно уловив последнюю фразу насторожился я. — Не суть, я просто хочу поесть. — Как обычно увильнув от вопроса Моффи моментально вцепился острыми клыками глубоко в плоть жаренной лягушки. Хруст твёрдой корочки донёсся до моих ушей. Далее тишина… Обладатель галстук-бабочки ел почти бесшумно, так аккуратно. Моффи соблюдал осторожность до такой степени, что на минуту мне показалось, будто он мелко надкусывает и толком не жуёт. Возможно он приврал мне. Может всё ещё нет аппетита, но заставляет себя питаться через силу? Мог бы и не просить, если не хотел. Как будто конец света наступит, если Моффи не поест… — Ну как? — Задался я вопросом, ибо сам до этого ещё не успел поужинать лягушкой, вдруг какая-то проблема с мясом? — Пока пробую. Неплохо… — На секунду на его лице проскользнула едва заметная довольная ухмылка. — Спасибо. На самом деле я могу приготовить и получше. Просто… В лесу слишком сложно найти нужные специи и пряности, не зная их изначального вида. Да и на поиски заняло бы ещё добрых несколько часов. Всё это время Моффи выслушивал меня, прожёвывая мясо и словно смотря мне прямо в душу, следя за каждым движением рта и глаз. Возможно он сам этого не замечает, погрузившись во вкус. — Было бы славно найти источник соли, или его заменитель. Однако, я не знаю и половины леса, чтобы сразу идти в нужное место. — Спустя пару секунд неловкого молчания договорил я. — Ага… — Озадачено хмыкнул белоснежный, начиная откусывать конечности лягушки. Нахмурившись без какой-либо злости я принялся за трапезу вместе с Моффи. Раз ему понравилось, значит получилось приготовить, как надо. Я не особо голоден, мне может хватить и одной лягушки. Как назло моя вредная привычка заставит меня наполнить мой желудок всей едой, пока она не закончится. К счастью в последнее время я научился себя контролировать. Оставшиеся мгновения мы более не играли в гляделки и занимались своим ужином. Но стоило мне незаметно для Моффи поднять свои глаза в его сторону и начать внимательно следить за его действиями, как с каждой минутой до меня назревали странные и слегка пугающие наблюдения: свежие наложенные мной шрамы на его рваные раны, на которые не взглянешь без слёз стали менее выделяющимися на виду. Словно они вросли в кожу под его шерстью… Нет, как-то совсем не естественно! Может это свет от костра так падает и мне всё это кажется? — Моффи… Услышав робкое произношение своего имени он в тот час взглянул на меня, смотря всё с таким же невозмутимым взглядом. Моффи, не имея возможности говорить в данный момент лишь едва кивнул головой. Эти голубые и приятные цветом глаза показались мне более ясными, более живыми… И более красивыми, чем тогда, когда он только промыл их от своей крови. — Что с твоими ранами? — А что, собственно, не так? — Словно сам не чувствуя изменений в своём теле без доли удивления ответил он, как только прожевал и проглотил мясо. — Твои швы, которые я наложил… Они буквально исчезают! Моффи, посмотрев на своё зашитое плечо вдруг вытаращил глаза, полностью убедив меня в том, что мне ничего не привиделось. Переведя взор на меня, он как-то слишком переиграно вздохнул: — Да ну нахуй?! — Театрально схватившись руками за голову прокричал он. — Боже, Горди… Ты в жизни не видел, как любой мишка восстанавливается от таких ран? — За первой эмоцией последовало его очередное каменное выражение. — Эти швы заживают не меньше, чем за месяц… — Уже полностью встревожившись этим явлением и ещё большей безразличностью Моффи, с дрожью в голосе произнёс я. — Ты где видел таких слабачков немощных, а? — С самого своего детства… Любой порез, перелом — всё лечилось естественно! — А это, по твоему, не естественно? Может ты видел, как калечатся маленькие медвежата? — Почему только медвежата? Взрослые тоже… — А единороги вам на что? — Уже в целях предъявить грубую претензию нахмурился Моффи. — Хотя… Судя по тому, что я совершенно не знал тебя до нашей встречи, ты и отдалённый от нас народ совсем не промышляет этим. Вы что, одними лягушками и питаетесь? — Да как эти чёрные кобылы с одним рогом нам помогут? У нас с ними войны уже которое столетие! Да и почему одними лягушками? Ты знаешь, как сложно найти чернику в этом лесу?! — Ч-чёрные…? Война? Что? — Теперь Моффи был больше в недопонимании и изумлении, а взгляд выражал смешанные чувства; казалось, что в его глазах я стал неким идиотом, но что я мог сказать такого неправильного? — Я совсем тебя не понимаю, почему ты так удивляешься? Ты здесь не местный, но я не думал, что настолько, чтобы быть в неведении! — В какое место я вообще попал…? — Любые мои убеждения белоснежный ставил под сомнения, совершенно не верив мне. — В Волшебный Лес… По праву эта территория принадлежит нам. Ну… По крайней мере, так гласит наша история и священное писание. С каждым словом выражение лица Моффи становилось всё более и более отрешённым. Мне начинало казаться, что этот медведь не только странный физически, но и сам не от мира сего… — Знаешь, Горди? Я конечно понимаю, ты помог мне и всё такое… Спасибо, что ли? Но не думай, что если я ударился головой при падении, ты сможешь высмеивать меня и выставлять идиотом… Я не повреждал себе мозг, просто чтобы ты имел ввиду… — Да мне самому бы понять, к чему ты всё это говоришь?! Ты думаешь, я бы стал обманывать тебя?! — Чёрных единорогов не бывает, Горди!!! — Доев первую лягушку, он приготовил к потреблению уже вторую, но отложил от себя на время. — А какими они ещё по твоему должны быть?! — Уже не в силах пытаться прочитать его мысли я внезапно зло огрызнулся. — Белыми… Так было, есть и будет… — То есть, ты так и будешь продолжать? — Не доверять тебе? Да, пока не увижу твоих выдуманных единорогов! Когда он принялся за поедание второй поджаренной земноводной, я понял, что спорить с Моффи просто бесполезно. Но как я докажу ему, что я прав? — Что ж, приятного аппетита. — С долей злости сказал я, и привстал с трудом на ноги, чутка попыхтев. Уже спустя минуту я сидел поотдаль от костра спиной к Моффи, ведя новую запись: «Ꮻн ʙᴄё ниᴋᴀᴋ нᴇ ᴨᴇᴩᴇᴄᴛᴀнᴇᴛ ᴋᴏᴄиᴛьᴄя нᴀ ʍᴇня. Ꭰᴀжᴇ ᴄидя ᴋ нᴇʍу ɜᴀдᴏʍ я нᴇ ᴨᴇᴩᴇᴄᴛᴀю чуʙᴄᴛʙᴏʙᴀᴛь нᴀ ᴄᴇбᴇ ᴇᴦᴏ ʙɜᴦᴧяд. Ꮇᴏɸɸи нᴀʍᴇᴩᴇн дᴏ ᴨᴏᴄᴧᴇднᴇᴦᴏ ᴄᴛᴏяᴛь нᴀ ᴄʙᴏёʍ, ʙᴇдь нᴀ ᴨᴏᴧнᴏʍ ᴄᴇᴩьёɜᴇ ʙᴇᴩиᴛ ᴏ ᴄущᴇᴄᴛʙᴏʙᴀнии бᴇᴧых ᴇдинᴏᴩᴏᴦᴏʙ? И ʙᴏᴏбщᴇ… Ꮻн нᴇ ʍᴇᴄᴛный, ᴄ ᴋᴀᴋих ᴨᴏᴩ ϶ᴛᴏ я дᴏᴧжᴇн идᴛи ᴇʍу нᴀ уᴄᴛуᴨᴋи и чᴛᴏ-ᴛᴏ ᴇʍу дᴏᴋᴀɜыʙᴀᴛь?! Пуᴄᴛь ᴄᴀʍ ᴧичнᴏ ᴨᴏᴋᴀжᴇᴛ ʍнᴇ хᴏᴛя бы ᴏдин ᴨᴩиɜнᴀᴋ ᴄущᴇᴄᴛʙᴏʙᴀния ᴇᴦᴏ ᴇдинᴏᴩᴏᴦᴏʙ! Ꮇнᴇ ᴋᴀжᴇᴛᴄя ᴏн ᴄʍᴇёᴛᴄя нᴀдᴏ ʍнᴏй… Ꮶᴀᴋ я дᴏᴧжᴇн ᴨᴏняᴛь, чᴛᴏ ᴇʍу ʍᴏжнᴏ дᴏʙᴇᴩиᴛьᴄя?»