Бусинка

      Юра сидит на животе Ильи, сложив руки на голой груди второго. Сначала парень просто поглаживает тело, не заостряя ни на чем особого внимания. Рисует невидимые узоры на шее, ключицах и спускается все ниже. Кажется, Илья расслабляется под действиями Исаковского. Он закрывает глаза и отворачивается, максимально наслаждаясь массажными действиями Юры. Однако тому не нравится потеря интереса к своей персоне.        Он напоминает о себе, резко сжимая соски Ильи. Чувство, совсем не боли, а резкого наплыва возбуждения от чужих действий, наполняют Тихонова. Исаковский не был до конца уверен как к его действия отнесется партнер, но теперь, сидя слишком близко к паху, подмечает, как крепнет желание ильи.        — Как дела, Тихонов? — он очень пытается  скрыть возникающую ухмылку.        Юра возвращается к хаотичным поглаживаем чужого тела.        — Может уже слезешь с меня?        Исаковский останавливается на бусинах сосков, уделяя им отдельное внимание, начинает усердно тереть их меж двух пальцев.  Тихонов старается поддерживать непринужденное выражение лица, но его выдают резко уменьшившиеся зрачки.        — Ты точно хочешь, чтобы я встал? — Илья, решив промолчать, лишь отрицательно головой мотает. — Отлично, я так и думал.        Не ожидая дальнейшего развития разговора, Юра наклоняется и ртом к груди примыкает. Сначала уделяет время правой половинке, всасывая часть тела. Много-много раз прикусывает сосок, заставляя другого шипеть, а потом старательно зализывает, будто бы извиняясь за доставленные раньше ощущения.        Уделив одной части пару минут, переключается на левую, проделывая тоже самое.        Руки Юры в это время, пока занят рот, блуждают где-то в районе шеи и ключиц. Он сжимает участки кожи, просто поглаживает или оттягивает. Это тоже — Исаковский знает, — безумно нравится Илье.        Тихонов не стеснялся показывать себя и одаривал Юру краткими вздохами и стонами, что не могло не вызывать самодовольную ухмылку у доставляющего удовольствие.         — Не думал, что ты такой чувствительный, — хмыкает Исаковский, наконец отстранившись от тела.        Русый оборачивается и видит орган, окрепший и наполненный. Небольшая часть предэякулята красуется на животе и очень манит своим видом. Юра разворачивается на сто восемьдесят градусов и слизывает жидкость, слегка задевая языком головку.        Илья скулит, требуя большего внимания к своему органу.        Юра тихонько хихикает с доносящихся звуков, но точно не отрицает, что слышать это безумно приятно.        Рукой, кажется, что невесомо проводит вдоль члена. Слегка поглаживает, даже щекочет, подогревая интерес и, и без того огромное, возбуждение.        А после оборачивается, целует Илью в лоб и встает с него.        — Дальше сам как-нибудь! — подмигивает и выходит из комнаты.        — Юр?! — возмущается Илья, не понимая за что ему такие издевательства.