Total Eclipse of The Heart/ Полное затмение сердца

Йен Галлагер не был бы Йеном Галлагером, если бы не был таким упертым и целеустремлённым, а его одержимость блондином порой походила уже на манию преследования. Но дело в том, что ему было поебать на чужое мнение. Поэтому, пока он мило общался с Микки через месcенджер, то зря времени не терял. У Йена даже сомнений не возникало, типа "а вдруг Микки не хочет меня видеть" или "может он не отвечает, потому что ему все равно". Нет! Йен был стопроцентно уверен, что это его «малыш». Такое не происходит сплошь и рядом, такое даруется не всем. Такое надо хватать и бежать, не раздумывая, и сдаваться Йен не собирался. Так вот, пока он вёл монологи и скидывал Микки фоточки, параллельно же занимался поисками парня. Он не рассчитывал на то, что Микки в скором времени оттает и сам прибежит к нему на всех четырёх костях и поэтому взял все в свои руки. Пусть малыш думает, что он тут рулит и от него зависит когда они встретятся, где и что будет происходить дальше с ними. Йен усыплял бдительность парня нейтральными сообщениями, милыми фотками, ничего не значащим лёгким юмором. Конечно, он каждый вечер приезжал на пустырь с собачьей площадкой, но это, как оказалось, не дало никаких результатов. Микки хорошо прятался, но Йен заебись как отлично умел искать. Йен скрупулезно искал в соцсетях сестру и брата Милкович, но результата не было. Да, информации изначально было катастрофически мало, но если очень захотеть, можно и по тем крохам найти ниточки. Но не в случае с Милковичами. Эти не светились в соцсетях, по крайней мере под своими настоящими именами. Йен и так и сяк выставлял фильтры в поисковике, искал только по имени или по инициалам, сужал и расширял геолокацию от района до целого города, но не было даже малейшей зацепки или совпадения. Оставалась ещё Дейзи, его верная подруга и человек с грандиозными связями, поэтому, провалившись по всем статьям, Йен снова обратился за помощью к ней. — Дейзи, привет! — Привет рыжуля! — Как ты, милая? — Прекрасно! У тебя как? Мой контакт тебя не подвёл? — Что ты, твой контакт меня просто ошеломил! — Неужели? Настолько хорош? — Ты себе даже не представляешь насколько. Слушай, может встретимся в пятницу? В баре будет отличная музыка и с меня выпивка. Мы же давно хотели встретиться, вот и давай, подтягивайся в «Пятый элемент» к девяти. — О, как я могу тебе отказать, мой милый. Я приеду. Увидимся! — До встречи, Дез! Йен был практически уверен, что Микки не придёт в пятницу в бар, поэтому смело назначил встречу с Дейзи, убивая тем самым сразу двух зайцев: и встреча двух старых друзей и возможность в очередной раз попросить подругу о помощи. В девять музыка ещё не набрала всю силу своих децибелов и они могли спокойно разговаривать в зале, не поднимаясь в кабинет. За час они выпили половину бутылки «Джека», закусывая лишь сыром и орешками. Дейзи поведала о своём последнем романе с горячим парнем из Техаса. Тот был явно хорош собой и секс у них был просто великолепный, но как только Джо решил окольцевать крошку Дейзи и увести её на свою ферму крутить хвосты коровам и заниматься домашним хозяйством, свободолюбивая красотка дала дёру, затерявшись в шумном и многолюдном городе. — Я бы не смогла жить в доме, стоящем среди кукурузных полей, объезжать молодых жеребцов, рубить головы курам и пасти коров. Ни души вокруг на десятки миль, сельский магазинчик в получасе езды на старом пикапе от дома и из развлечений местный убогий бар с такими же деревенскими парами, какой бы мы стали со временем. Он отрастил бы себе пивное брюшко, а я толстую жопу после рождения четверых детей. Я бы возненавидела и его и себя и весь мир вокруг. Нет. Такие вещи нужно пресекать сразу и не портить жизнь ни себе, ни окружающим, — пояснила Дейзи свой побег от Джо. — Может просто ты не любила его? — Любила, но, наверно, не настолько сильно. — Нельзя любить насколько-то сильно. Любовь не имеет градаций по силе или слабости. Значит, не любила вовсе, — сделал резкий вывод Йен. — У. Жёстко. — Это правда. Это могла быть симпатия, сексуальная совместимость, привязанность или просто хорошее времяпрепровождение. Не любовь. Я бы уехал с любимым человеком хоть в Техас, хоть в Квебек, хоть в Гренландию. Лишь бы он был рядом, лишь бы быть с ним. — Господь всемогущий. Галлагер, ты что, влюбился?! Йен задумался. А ведь правда. Он представил себе, что Микки предлагает ему быть вместе, но для этого придётся уехать в хуево-кукуево на край света в халупу с уличным сортиром и с угольным отоплением. Он бы даже не задумался. Его единственным вопросом был бы: «А ты уже купил билеты в наше хуево-кукуево»? — Да, — просто ответил Йен. И все тот час встало на свои места. Все сразу прояснилось, уложилось в ровные аккуратные стопочки. Все стало понятно и ясно как день. — Да, я влюбился. — И кто же этот счастливчик? — Его зовут Микки Милкович. И ты должна мне помочь кое с чем. — С чем же? — Мне нужно найти его. — Не поняла… — Это неважно. Просто помоги мне отыскать его. — Йен, объясни. — Мы тут немного... как сказать-то... — Поссорились? — Нет. В общем, он... Он избегает меня, но я точно знаю как он ко мне относится и что чувствует. Мне нужно увидеть его, поговорить с ним, но он отлично скрывается. Помоги мне его отыскать. — Хорошо. Что у тебя есть? — Ну, имя, возраст, ему 18. Живёт где-то в районе Саудсайда. Есть сестра Мэнди. Собака. — Это все? — А, ну ещё два номера его телефона, адрес электронной почты и номер электронного кошелька. — Да… Негусто. — Можно запеленговать его телефоны и узнать локацию. — Йен, у меня много связей, но вот знакомых в ЦРУ, увы, нет. — Может пробить по базе полицейского департамента Чикаго? Если допустить, что он родился здесь, то наверняка кто-то из его родственников или он сам попадались в поле зрения полиции. Это неизбежно. Я сам с Южной стороны, знаю, о чем говорю. — Ну, это можно попробовать. Я поищу того, кто бы смог это сделать. — Спасибо. — Но знай, это будет небесплатно. — Это неважно. Найди мне его. — Я поняла тебя, не переживай, найдём мы твоего Ромео. Он пробыли в баре до двух ночи и изрядно пьяные разъехались на такси по домам. Дейзи обещала как можно быстрее найти кого-то, кто сможет вскрыть базу полиции в Чикаго, и Галлагер, довольный и пьяный, ехал домой. СКРЫТЫЙ НОМЕР: Знаю, уже ночь и ты наверное сладко спишь, но ты не пришёл сегодня в бар, а я хоть совсем чуть-чуть, но надеялся тебя увидеть. Я сегодня кое-что понял, кое-что очень-очень важное. Я тебе скажу это при встрече, потому что мне нужно твои глаза видеть. Целую тебя, мой малыш. Целую тебя и жутко тоскую. До скорого, голубоглазый💙 Мэнди видела, что с братом что-то творится. Тот курил больше обычного, хотя и раньше дымил не мало. Он не выпускал телефон из рук и вздрагивал каждый раз при входящем сообщении. Потом жадно читал то, что приходило на телефон, кусал губы, тихо матерился или загадочно улыбался, думая, что Мэнди этого не видит. На вопрос, все ли у него нормально, брат отвечал, что все у него заебись и закрывался у себя в комнате. Мэндс понимала, что в таком состоянии брат не пойдёт на контакт и расспрашивать его о чем-либо бесполезно. И она не давила, она ждала, когда этот абсцесс созреет и прорвётся самостоятельно, без её вмешательства, и тогда Мэнди будет готова выслушать и высказать свою точку зрения и дать совет, если он понадобится.

**********

— С тебя пять сотен, мой влюблённый друг! — Я уж думал, ты никогда не позвонишь! — Йен, я же не волшебница, так что три дня на такой запрос при такой скудной исходной информации — это и так чудо! — Боже! Да, да, ты чудо! Продолжай же! — Записывай, мой нетерпеливый рыжик. Михайло Александр Милкович. 18 полных лет, десятого августа будет девятнадцать. Пять приводов по малолетке за хулиганство, драки, порчу чужого имущества и попытку взлома. Шесть месяцев условно за жестокое избиение. Отец Терренс Милкович, мёртв. Тут на него целое досье, если надо — перешлю скрин, зачитывать долго. Ещё в базе засветились Аманда, ещё Игорь и Николай. Тоже Милковичи. Это родные, есть ещё штук пять с той же фамилией, но скорее всего либо дальние родственники, либо однофамильцы. — Фото есть? — Ага. — Михайло. Скинь. — Повиси, сейчас фоткну. Через несколько секунд от Дейзи пришло фото. Оно было сделано с монитора компьютера, где была открыта вкладка с полицейским досье, поэтому качество хромало, но не узнать на нем своего Микки Йен не мог. Парень на фото был брюнетом и моложе, но такое лицо нельзя было не узнать. Выразительные глаза, полные губы и линия бровей не оставляла сомнений. — Это он, Дейзи. Есть адрес? — Да. 1959 Юг-Трамбулл-авеню, Чикаго, Иллинойс. — Да, блять! Да! — воскликнул Йен. — Куда перевести деньги? — Скину номер карты. — Я обожаю тебя, Дез. — Пригласишь на свадьбу? — Непременно. — Все, беги уже, любовничек. Йен примерно знал, где находится дом Милковичей, ведь он сам жил в этом районе все своё детство и юность. Он не раз пробегал по этой улице, совершая утренние пробежки. Ему казалось, что он даже смутно помнит, как выглядит дом по этому адресу. Йен посмотрел на часы и понял, что у него есть шанс сегодня же увидеть Милковича. Галлагер схватил ключи от машины, проверил свой телефон и выскочил из кабинета. Ехать до южной стороны было не так далеко, но время было самое пиковое и Йен протолкался в пробках больше сорока минут. Он оставил машину на стоянке у магазина в квартале от указанного адреса и не спеша двинулся к нужному дому. Его бил адреналин и внутри все дрожало от предвкушения встречи и неизвестной реакции блондина на подобный сюрприз. Нет, Йен не планировал постучать в заветную дверь, ведь дома, помимо Микки, мог быть ещё кто-то и тогда они не смогут нормально поговорить. А ему нужно было увидеться с малышом один на один. В идеале, конечно, было бы круто запихнуть его в машину, привести к себе домой, на свою территорию и там уже, когда Микки некуда будет бежать, поговорить с ним. А потом отшлепать как следует за такое поведение. А потом зацеловать до потери сознания. Снять с него всю одежду, прижать такое мягкое нежное тело к своему, зацеловать каждый сантиметр его кожи, огладить ладонями грудь, живот, бедра, пометить засосами и укусами шею, плечи и ягодицы… И целовать, целовать… Галлагер сверился с навигатором и понял, что нужный дом находится прямо перед ним, через дорогу. Он прислонился к стене здания, сложил руки на груди и приготовился ждать. Ему было наплевать сколько времени на это потребуется. Он ждал все эти дни, пока искал Микки, он ждал все эти сознательные годы, пока не встретил этого парня. Он подождёт ещё немного. На улице было тепло и немноголюдно. Мимо иногда проходили местные жители: мамы с колясками, бабульки с сумками-тележками, иногда проезжали подростки на великах или самокатах. Йен рассматривал дом, кирпичный и старый, соответствующий этому району. Так как на улице было ещё светло, то свет в окнах не горел и рассмотреть что там происходит внутри было невозможно. Где-то с полчаса Йен вглядывался то в окна, то гипнотизировал входную дверь. Около семи вечера появилась Мэнди, спешащая к дому и в два шага преодолевшая лестницу на крыльцо. Она толкнула дверь бедром и исчезла внутри: видимо, Милковичи не парились замками и дверь не запирали. Спустя минут двадцать дверь снова распахнулась и в проёме появился ОН. Старые потертые джинсы с множеством карманов, серая растянутая футболка с оборванными рукавами, поверх которой фланелевая рубашка в красно-белую клетку, тоже без рукавов. Красивые предплечья, набитые тату, взлохмаченные блондинистые волосы. Сердце Йена гулко забилось о ребра и волнение вновь охватило все его тело. Мик повернулся и крикнул внутрь «с чем тебе пончики», из дома последовал ответ, но Йен его не расслышал. Микки вновь вышел на крыльцо, притворив за собой дверь, и спустился по ступенькам вниз. Он вышел через невысокую металлическую калитку и повернул направо. Йен стоял на месте и не шевелился. Он только убрал руки с груди и засунул их в карманы, чтобы скрыть нервную дрожь. Микки делает несколько шагов и останавливается, при этом замирает на месте и не поворачивает головы, так и смотрит вперёд, туда, куда он шёл ещё несколько секунд назад. Он видит перефирическим зрением высокую фигуру на той стороне дороги, а скорее чувствует. Чувствует, как его плечо греет чей-то пристальный, внимательный взгляд. Это ОН. Это на уровне подсознания. Это другая материя. Он ждал ЕГО всю ебучую неделю и его сердце полностью перекрыло затмение такой безысходной темноты и тоски, что сейчас мурашки по спине и обжигающий жар взгляда наконец топят ледяной холод одиночества и неопределённости. Рыжий отталкивается от стены и делает шаг к проезжей части. Микки разворачивается лицом к Йену и смотрит на него. Он не убегает, но и не пытается перейти дорогу навстречу. Пару минут они так и стоят по разные стороны улицы. Йен не выдерживает первым и наклоняет голову на бок, пожимает плечами и позволяет себе чуть улыбнуться. Микки не двигается, все смотрит и смотрит, как будто до сих пор не верит, что именно он видит. Йен достаёт мобильный и что-то быстро печатает. Телефон в кармане Микки вибрирует и тот достает его. СКРЫТЫЙ НОМЕР: Я же говорил, что найду тебя. Микки читает сообщение убирает телефон в карман и, глубоко вздохнув, переходит дорогу по диагонали, направляясь чётко к месту, где стоит Йен. Галлагер не двигается, он просто стоит и ждёт, когда Микки сам придёт к нему. Йен сделал свой ход, теперь ход Микки. Блондин подходит к рыжему и останавливается в полуметре от него. — Привет, малыш, — мягко говорит Йен. — Вот поэтому я и не давал тебе свой адрес. Так и знал, что будешь тереться у моего дома, — Микки не улыбается, но его глаза светятся счастьем. — Однако, тебе не удалось избежать престарелого сталкера под окнами. И не удастся, — Йен не может не улыбаться, хотя очень старается. — Таких красивых мужиков на районе у нас нет, сразу видно, что неместный, — Микки надо как-то обозначить, что он, сука, желал его появления. Ждал, как второго пришествия, чтобы Йен увидел, что Мик рад и готов признать своё поражение и победу одновременно. — Зря ты так думаешь и очень ошибаешься. Я вырос тут, недалеко. Авеню Саут Хоман, 2119. — Да, блять, не может быть! Ты хочешь сказать, что Френк — твой отец? — Дядя. Оказалось, что родной дядя. Это долгая история и я как-нибудь поведаю тебе мелодрамы моей семейки. — Твою мать. Почему ты мне не говорил, что ты отсюда? — Да ты и не спрашивал. Вот. Сейчас говорю. Микки долго смотрит на Йена и не может себе представить, что такое великолепие выросло в местных трущобах. — Как же ты тут выжил, со своей ориентацией и сладкой мордашкой? — Так же, как и ты, наверное, дожил до своих восемнадцати девственником, — ухмыляется Йен. Мик только сейчас реально понимает, как, сука, он скучал. Как он вообще мог прожить целую неделю, не видя этого мужика? Он, как губка, впитывает его голос, его взгляд. — Хуево выглядишь. Мешки под глазами… — говорит парень с лёгкой усмешкой. Нельзя сразу сдаваться, хотя и дураку ясно, что Мик уже лежит на лопатках лапами вверх поверженный, подставляя пузо под руку хозяина положения. — Мало сплю в последнее время, знаешь, — оправдывается Йен. — Старческая бессонница? Или чем ты там занимаешься по ночам? — Ищу одного вредного упрямого мальчишку. — Нашёл? — чуть тише говорит блондин. — Ага. Нашёл наконец-то, — Йен глядит на Микки таким тёплым добрым взглядом, что в груди у парня затягивается та чёрная дыра, которая мучила его все последнее время, и снова оживает то самое большое и светлое, что успело скукожиться до размера изюминки. — Ты проколол ухо? — Йен смотрит на маленький гвоздик в мочке парня. Ему нравится. Это ахуенно красиво и Микки идёт. — Угу, — Мик поворачивает голову, чтобы Йен разглядел лучше. — И не только ухо, — добавляет блондин и видит, как рот Йена приоткрывается. — Покажешь мне? — голос Йена на тон ниже. — Не здесь, чувак, — ох, как Микки нравится эта реакция. Он покажет, он покажет этому мужику все, что тот у него попросит. — Так ты нашёл, что искал? — Однозначно, блять… — уже хрипло выдаёт Йен. Микки долго смотрит в глаза мужчины и делает ещё полшага навстречу. Он жуёт свою щеку, пытаясь скрыть счастливое ебало, которое готово нарисоваться и раскрыть все карты. И Микки, как кружка, наполненная водой доверху, переполняется всей гаммой чувств и эмоций. — Ну, чего же ты так долго-то? — тихо и сдавлено произносит Микки. Его голубые глаза становятся влажными и он от смущения утыкается лбом в грудь Галлагера. — Думал, не дождусь уже никогда, — практически шёпотом продолжает говорить блондин. — Ты хорошо прячешься, а я не спешил. Хотел дать тебе время, — Йен аккуратно вынимает дрожащие руки из карманов и кладёт их на голые бицепсы парня, проводит ладонями вниз по татуированным предплечьям до кистей и снова поднимается к плечам. — Время на что? — На "подумать"? — О чем? — О нас. Микки прижимает рыжего за талию ближе к себе и утыкается лицом в его грудь. Он вдыхает до боли знакомый запах: гель для душа, ополаскиватель для белья, парфюм рыжего и запах его кожи. Такой тёплый, такой желанный. Галлагер чувствует как плечи парня вздрагивают и слышит облегченный мокрый всхлип. Йен тоже обнимает Микки за плечи и спину, нежно поглаживая. — Ну-ну, малыш. Все хорошо. Я тут и я никуда не уйду. Без тебя никуда теперь, — шепчет Йен на ухо. — Я подумал, — не отрывая лица от футболки Йена говорит Микки. — Это хорошо, что подумал. Поэтому я хочу задать тебе один вопрос. Только один. И мне нужно, чтобы ты ответил на него прям сейчас, не раздумывая, — Микки кивает головой, не отлипая от его груди. — Если бы я сказал тебе, что уезжаю сегодня вечером в Южную Африку в длительную командировку и позвал бы тебя с собой. Ты бы поехал? Со мной? Микки резко поднимает голову и изучающе-серьёзным взглядом мокрых глаз смотрит в лицо Йена. — Я успею сходить за пончиками для Мэнди и собрать кое-какое свое барахло? — выдаёт он абсолютно серьёзным тоном. Йен счастливо и победно улыбается во весь рот, хватая лицо Микки в свои большие горячие ладони. — Это правильный ответ, малыш! Спасибо! — Так я успею? — Мы теперь все успеем, Мик, — Йен разглядывает лицо Микки с такой любовью и такой нежностью, касается кончиком своего носа скул и носа Микки, что блондин начинает невольно улыбаться в ответ. — Ты хотел сказать мне что-то важное. — Я люблю тебя, Микки, — тут же выпаливает Йен. — Люблю больше жизни. Микки краснеет и прячет лицо на плече Йена. — И я тебя тоже. Тоже очень. Люблю... — тихо шепчет Микки в ответ, намертво вцепляясь в футболку Галлагера. Они так стоят какое-то время, не имея желания и даже возможности оторваться друг от друга. На них начинают пялиться прохожие и пару подростков на скейтах, проезжающие мимо, свистят им. Йен тихонько отстраняет Микки от себя. — Я схожу в магазин за пончиками для Мэнди, а ты пока иди домой и собирай свои вещи. Хорошо? — В Южную Африку? — Не. Пока чуть поближе, в Нордсайд. — В смысле? — Ты переезжаешь ко мне и это не обсуждается, — как строгий родитель говорит Галлагер. Он подумал об этом ещё неделю назад, но сейчас, увидев Микки, ощутив его в своих объятьях, он понял, что не сможет уехать отсюда один. Он должен видеть его ежедневно, знать, что этот парень ждёт его дома, хочет иметь возможность все время касаться его и просыпаться с ним каждое утро. И не ебет, что они знают друг друга всего-ничего, Йен не хочет терять ни дня, проведённого без Микки. — Но… — Ты не хочешь? Не готов? — Ричи же. — Ричи едет с нами. Иди пакуйся. Я скоро приду. Йен толкает парня по направлению его дома, а сам идёт в ближайший супермаркет. Он не знает, какие пончики попросила Мэнди, поэтому набирает всех видов по два. Затем быстрым шагом идёт к стоянке, где оставил свой джип, и подъезжает к дому Микки уже не таясь, паркуя тачку прям около калитки. Галлагер выскакивает из машины с двумя пакетами пончиков и взлетает на крыльцо. Дверь не заперта и он входит без препятствий в коридор. Его никто не встречает, он только слышит шум воды из, видимо, кухни. Йен разувается и заходит в гостиную, где тоже пусто. Он заглядывает в кухню. Мэнди стоит на одной ноге, уперев вторую ногу выше колена, возле раковины и что-то моет, тихо напевая себе под нос. — Мэнди? — тихо говорит Йен, чтобы не напугать девушку. Та удивлённо оборачивается и потом искренне улыбается. — Йеееен! — она выключает воду и быстро вытирает мокрые руки о свои домашние штаны. — Как хорошо, что ты пришёл! Щас я Микки позову! — она обнимает мужчину и расцеловывает его в щеки. — Не нужно. Не отвлекай его. Он вещи собирает. Мэнди недоуменно смотрит на Йена и хлопает глазами. — В смысле? — Ну… Я его забираю. К себе. — В смысле?! — Не просто так, я выкуп принёс. Вот! — Йен протягивает миккиной сестре два пакета с коробками, в которых лежат вкусняшки. Мэнди заглядывает внутрь и снова смотрит на Йена. — Это только за сегодня! С меня ещё ящик пива, большой пузырь самого дорогого виски и все то, что ты попросишь! — умасливает девушку Йен. — Ой, он канеш красавчик, но за него и пончиками достаточно расплатиться, — хихикает блондинка. — А я всегда считал тебя роднёй! Думал, ты меня ценишь больше, чем пару коробок пончиков, — слышит Йен за спиной голос Микки. Тот кидает на пол большую спортивную сумку и проходит на кухню. Рич крутится тут же, рядом. Йен, как ребёнок, плюхается на пол задницей, начиная обнимать собаку, чесать ей уши и пузо, нежно воркуя. Пес в восторге. Ему явно нравится этот чувак: он вкусно пахнет, у него добрый голос и, опять-таки, он ахуительный мастер чесать в нужных местах. Это свой человечек. — Может чаю? — спрашивает Мэнди, не зная как вести себя в ситуации, когда за твоим братом приезжает парень, что бы забрать его из отчего дома. — Спасибо, милая. Мы поедем домой, — говорит Йен, вставая на ноги. — Ты собрался? — обращается он уже к Микки. — Да. Только возьму еду и миски для Ричи, — отзывается блондин. — Окей. Ждём тебя с машине, — Йен подхватывает миккину сумку с пола, целует Мэнди в обе щеки и идёт на выход, шлепая по бедру рукой со словами «Рич, собак, за мной». Ричи, ни разу не сомневаясь, идёт за чуваком, которого видит второй раз в жизни, как будто за родной мамочкой. Сестра и брат провожают эту парочку молча и с открытыми ртами. — У этих двоих, блять, дзен что ли? — отлипает Мэнди. — Определённо, блять, — поддакивает Микки, чей авторитет был только что прикопан дерьмом. Мэнди поворачивается к Микки и кладёт ладони ему на щеки. — Я люблю тебя, братишка, — её глаза влажнеют. — Он — огонь, — машет Мэнди в сторону ушедшего мужчины. — Я доверяю ему. И ты доверяй. — Я... Спасибо, Мендс. На связи. Я всегда на подхвате, ты знаешь. Звони в любое время дня и ночи. Люблю тебя, — брат с сестрой обнимаются все так же неловко, как всегда это бывало. — Иди уже. Не проеби свое счастье. — Я очень буду стараться, Мэнди. — Вали, а то уедет без тебя, — хихикает она. Микки запихивает в пакет-майку металлическую стойку и две миски из нержавейки. Достаёт пакет с сухим кормом из нижнего ящика кухни и снеки для собак в маленьких упаковках. Забирает коврик Ричи из гостиной и идёт в коридор. Он улыбается как полный придурок и сестра не может не прокомментировать вид его довольной морды. — Собаку там не развращайте, голубки! — она прислонилась к дверному косяку, сложив руки на груди. Мэнди получает классический «фак» свободной рукой Микки и тот исчезает за входной дверью. Микки закидывает пакет в машину и садится на пассажирское сидение заведенного джипа. — Поедем домой, малыш? — говорит самый красивый водитель на свете. Рич устроился на заднем сиденье, подрагивая от перемен и неизвестности. — Да. Домой, — тихо выдыхает Микки, понимая, что его дом там, где Йен. Как и у Ричи дом там, где любимый человек и вожак. Йен выруливает на дорогу и уверенно ведёт машину домой. ДОМОЙ.