Drawn to the blood

Я собиралась пойти домой после встречи с Анджелой, чтобы подумать, что я скажу Чарли, и обдумать всё, о чём мы говорили. Вместо этого я направилась в больницу. Добравшись до отделения неотложной помощи, я попросила позвать Карлайла, а затем сидела, с тревогой теребя в руках шарф и ожидая возвращения секретарши. Я понятия не имела, работает ли он и сможет ли отойти от своих пациентов, если да, но через несколько минут я услышала шаги в коридоре. Карлайл завернул за угол, его глаза были широко раскрыты, почти встревожены. Я встала и пошла вперед, но он уже был рядом со мной, его глаза бегали по моему лицу, как будто он что-то искал. — Белла, — сказал он, протягивая руку, словно чтобы коснуться меня, а затем опустив её. — Всё в порядке? Что ты здесь делаешь? Вопросы следовали один за другим, и я нахмурилась, пытаясь понять, что его так беспокоит. — Всё в порядке, — быстро сказала я. Карлайл немного расслабился. — Я просто хотела кое о чём с тобой поговорить. У тебя есть несколько минут? Он взглянул на часы. — Мне нужно вернуться к пациенту, но я смогу освободиться через тридцать минут. Ты можешь меня подождать? — Да, — сказала я. — Все в порядке. Не торопись. Карлайл вгляделся в небо, которое начало клониться к закату. — Хорошо. Я буду так быстро, как смогу. Я ждала его в приёмном покое отделения неотложной помощи, наблюдая, как люди регистрируются и выписываются, замечая, с какими страданиями они приходят в больницу. Я понятия не имела, как он работает в таком месте. Даже в таком маленьком городке, как Форкс, с каждым в любой момент могло случиться что угодно. Через сорок пять минут он появился, слегка нахмурившись. Он выдохнул и подошёл ко мне. — Прости, что так долго. Полагаю, это требует некоторой конфиденциальности? Я кивнула. Карлайл огляделся, а затем вывел меня на улицу. Мы вместе прошли в небольшой сад, расположенный в стороне от главной дорожки, где он повернулся ко мне с серьёзным выражением лица. — О чем ты хотела поговорить? Я обдумывала свои слова. Раньше, когда я думала обо всем рассказать Чарли, я на самом деле не учитывала Карлайла при принятии решения. Но за то время, что мы провели вместе, и за то, что я узнала о нем, моя точка зрения изменилась. Рассказать Чарли означало бы сделать это реальностью, расширить границы нашего маленького пузыря и пригласить войти в реальный мир. Факт также оставался фактом, что Карлайл тоже не был человеком, и, рассказав Чарли, я рисковала бы разоблачить его. — Ну, — медленно начала я. — Я ходила к Анджеле. Мы поговорили, и я… рассказал ей. Обо всём. Я ждала, что Карлайл проявит какие-то эмоции — шок, гнев, может быть, — но вместо этого он выглядел уставшим. Он ждал, молча наблюдая за мной. — Она помнит, — продолжила я. — Она сказала, что это было похоже на сон или состояние фуги, но как только я всё объяснила, она всё вспомнила. Прости, что я не рассказала об этом до того, как поговорила с ней, но всё само собой вышло наружу. Карлайл покачал головой, словно отмахиваясь от извинений. — Она в порядке? Я прикусила губу. — Не знаю. Физически — да. Но она была в ужасе, как и я. Карлайл молчал, продолжая наблюдать за мной. Теперь я могла легче читать его, но мне вдруг отчаянно захотелось узнать, о чём он думает, что чувствует. — Она хочет, чтобы я рассказала отцу, — сказала я. — И я думаю… думаю, что мне нужно это сделать. Но я хотела сначала поговорить с тобой. Наверное, чтобы предупредить тебя или просто дать тебе знать. Я знаю, что это касается и тебя тоже. Карлайл кивнул, его лицо по-прежнему ничего не выражало. Его взгляд был отстранённым, и я запоздало поняла, что они снова потемнели, янтарный цвет сменился чем-то средним между коричневым и чёрным. Я сделала шаг вперёд. — Скажи мне, о чем ты думаешь?Прости, что я не сказала тебе раньше. Карлайл сделал вдох. — Не извиняйся. Я не расстроен тем, что ты рассказала Анджеле. Она твоя подруга, и я доверяю твоему мнению. Я сложила руки на груди, внезапно ощутив, как вокруг нас сгущается холодная сырость. Карлайл мельком взглянул на мои руки, но продолжил. — Я не расстроен, что ты ей рассказала, совсем нет, но это… меняет ситуацию. И я не уверен, что ты должна рассказывать об этом своему отцу. Я не хочу втягивать в это ещё больше людей. Я могу справиться самостоятельно со всем этим. Я покачала головой. — Дело не в том, справишься ты с этим или нет, Карлайл. Это моя семья, мои друзья. Ты сам сказал, что раньше всё было быстрее. Если это случится снова или с кем-то ещё что-то произойдёт, это будет на нашей совести. Взгляд Карлайла по-прежнему был прикован ко мне, и на его лице появилось что-то вроде отчаяния. Он сделал небольшой шаг в мою сторону. — Это была бы не твоя вина, — сказал он низким голосом, в котором слышалось разочарование. — Это была бы моя вина. Тебе вообще не следовало было так сильно вмешиваться или знать так много. — Но теперь я здесь. И я несу такую же ответственность за этот город, как и ты. Даже больше. Ты мог бы просто оставить нас в покое. На самом деле, я до сих пор не понимаю, зачем ты вообще сюда пришёл или почему ты отказываешься сказать мне, почему для тебя это так важно, что ты готов рискнуть собственной жизнью. Карлайл издал низкий горловой звук, полный разочарования и гнева. — Просто позволь мне разобраться с этим. Я подумала о той вечеринке, о том, как непринужденно он смеялся, и о том теплом чувстве, которое я испытала, когда встретила его друзей и увидела проблеск мира, в который он так легко входил и выходил. Этот Карлайл так отличался от того, кто стоял передо мной, от того, кто был погребен под усталостью и обязательствами. Казалось, он был в шаге от того, чтобы утонуть, и я - вместе со своей семьёй и друзьями - утону вместе с ним. — Нет, — тихо сказала я. — Я думаю, что нам нужно рассказать об этом другим, но я не думаю, что ты должен справляться с этим в одиночку. Ты пытаешься справиться со всем этим совсем один… Карлайл поморщился, но я продолжила: — Ты сам это сказал. Это не похоже на другие города, в которых ты бывал. Здесь всё хуже. Ты напуган. Он прищурился и пошевелился, словно собираясь отойти, но я схватила его за руку. — Не говори мне, что это неправда. Я вижу это по твоим глазам. Позволь мне помочь тебе, Карлайл. Позволь нам помочь тебе. Он замер, снова взглянув на мою руку на его предплечье, а затем на моё лицо. Я вдруг осознала, как близко мы стоим друг к другу и что мы оба слишком тяжело дышим, и наши резкие вдохи смешиваются в холодном зимнем воздухе. Он покачал головой, и на его лице так быстро сменялись эмоции, что я не могла их прочитать — печаль, отчаяние и что-то ещё, чего я не могла понять. — Я не… — начал он, но остановился. Он закрыл глаза, сделав глубокий, прерывистый вдох. Он снова открыл глаза, и в них я увидела всю неуверенность, весь страх и вину, которые он испытывал. Его взгляд был устремлён на меня, словно он позволял мне всё это увидеть. Позволял мне увидеть его. — Я не знаю, что делать, Белла, — сказал он наконец. — Я знаю, — прошептала я. — И я тоже не знаю. И у меня такое ужасное чувство, что мы можем не справиться. Карлайл вздохнул. Он отстранился, и моя рука соскользнула с его руки, а я сама выдохнула. Затем мне в голову пришёл вопрос. — Ты ещё кого-нибудь из них видел? С тех пор, как я видела тебя в последний раз? — Нет. Я ждал новых происшествий, новых смертей, но ничего не было. Но вчера мне показалось, что я что-то слышал в лесу. Я пошёл на звук, но там ничего не было. — Ты думаешь, они ушли? — Нет, — тихо сказал он. — Я так не думаю. — Хорошо, — сказал я. — Тогда нам нужно попробовать что-нибудь ещё. — Хорошо, — повторил Карлайл, как будто убеждая себя. — Я пойду с тобой. Я моргнула. — Куда? Он удивленно посмотрел на меня. — Сказать обо всем Чарли. Я могу пойти с тобой и Анджелой. Я могу помочь. На мгновение я была потрясена и замолчала. Он не был человеком, сам мало чем отличался от существ, на которых мы охотились, и все же он был готов поддержать меня, поставить свое слово выше моего. У меня снова возникло ощущение, что я понятия не имела, кто он такой, и что я полностью, массово недооценила его. — О, — наконец сказала я. — Но мы не можем сказать ему, почему ты здесь или кто ты такой... Карлайл нетерпеливо покачал головой. — Да, верно. Нам не нужно этого делать. Я могу просто сказать, что был с тобой и тоже их видел. Нам не нужно ничего более рассказывать. Я посмотрела на него. Мы всё ещё были близко, но с его лица исчезли разочарование и напряжение, осталась только стальная решимость. Я вспомнила Анджелу и то, как быстро она мне поверила, как она тоже была готова мне помочь. Внезапно я почувствовала огромную благодарность. — Спасибо, — тихо сказала я. — Я знаю — я знаю, что это не было твоим основным выбором. И я знаю, что ты подвергаешь себя риску, делая это. Наши взгляды снова встретились. Я почувствовала, как внутри меня что-то разматывается, как нить, разматывающаяся в моей груди, обвивается вокруг моего сердца и лёгких и удерживает меня на месте. Я вздрогнула, и Карлайл потянулся вверх, чтобы плотнее повязать мне шарф на шею. Его прикосновение было нежным, пальцы холодили кожу там, где касались её. У меня перехватило дыхание. Я вспомнила, как мы впервые встретились, и я почувствовала его интерес так же сильно, как и своё влечение к нему. Теперь всё было по-другому. Мы столкнулись с врагом, который преследовал нас по ночам, невидимый и неизвестный, и мы могли рассчитывать только друг на друга. Я задавалась вопросом, как бы всё сложилось, если бы мы встретились при обычных обстоятельствах, или если бы его жизнь была похожа на мою. Но теперь, по крайней мере, у нас было доверие и что-то похожее на дружбу. Я сдвинулась с места, и чары рассеялись. Карлайл опустил руку и отступил. — Просто скажи мне, когда и где, — сказал он. — Я буду там.

***

Я решила рассказать Чарли на следующий вечер. Он должен был вернуться с работы в половине шестого, и я планировала усадить его за ужин, а потом наша странная компания — я, Карлайл и Анджела — рассказала бы ему всё и попыталась убедить его помочь нам выбрать дальнейший план действий. Конечно, как и почти все планы, все пошло наперекосяк почти сразу. Чарли все еще не было дома в шесть, и я написала сообщение и Анджеле, и Карлайлу - с последним из которых я, по-видимому, теперь переписывалась, - чтобы сказать им, чтобы они дождались моего сигнала, прежде чем приходить. Я сидела за столом, барабаня пальцами и пытаясь сохранять спокойствие, пока еще раз повторяла то, что собиралась сказать. Я все еще не знала, поверит ли нам мой папа, но я была уверена, что он, по крайней мере, выслушает. Наконец, в половине седьмого, я услышала, как на подъездной дорожке подъезжает патрульная машина Чарли. Я вскочила, сердце подпрыгнуло к горлу, и я направилась к двери, внезапно почувствовав, что меня сейчас вырвет. Я быстро отправила сообщение Анджеле и Карлайлу, попросив их прийти через полчаса, затем убрала свой телефон, не дожидаясь их ответов. Я прислушалась, не раздаётся ли топот ботинок Чарли по ступенькам, затем отступила назад, когда ключ повернулся в замке. — Ого, — сказал Чарли, увидев меня в фойе. — Где пожар? — Нигде, — выдавила я. — Ты опоздал. Он вздохнул, и я увидела, что его лицо приобрело сероватый оттенок, который с каждым днём становился всё заметнее. Моё беспокойство удвоилось, когда я вспомнила, как несколько недель назад он каждый день возвращался домой поздно и всегда рассказывал о каком-нибудь новом ужасе. — Плохой день, — сказал он, подтверждая мои опасения. — Очень плохой, Беллс. Он со вздохом бросил куртку на спинку стула, и я последовала за ним на кухню, чувствуя, как у меня сжимается сердце. Он достал из шкафа стакан и наполнил его водой, его движения были медленными и усталыми. Он выглядел более уставшим, чем я видела его даже в последние недели, и щетина снова отросла, из-за чего он выглядел неопрятным и измождённым. — Что случилось? — спросила я. Он слишком долго смотрел на меня, прежде чем ответить. Наконец он сказал: — Кто-то ещё пропал. Я сделала вдох, но он продолжил, глядя в окно. — На этот раз не ребёнок. Одна из учительниц в старшей школе. Вчера она была на работе, но с тех пор её никто не видел. Мы выйдем на поиски утром. — О боже мой, — сказала я, и мой голос прозвучал глухо в моих ушах. Мне пришло в голову, что нужно написать Анджеле и Карлайлу и отменить нашу встречу. Но если похитили кого-то ещё, если ситуация снова обострилась, у меня не было другого выбора, кроме как рассказать Чарли прямо сейчас. Я не могла позволить ему отправиться в лес, не зная, с чем он столкнётся. — Да, — сказал Чарли усталым, пустым голосом. Он опустился на стул и обхватил голову руками. — Её семья в полном отчаянии. Ей всего двадцать шесть. — Моложе меня, — прошептала я. Чарли кивнул. — Единственное, что хорошо, — продолжил он, — Это то, что мальчик, которого мы нашли, наконец-то в достаточно хорошей форме, чтобы дать показания. Я собираюсь съездить в больницу, прежде чем завтра встретиться с поисковой группой. Попытаюсь выяснить, что за всем этим стоит, или посмотрю, сможет ли он дать мне какие-нибудь зацепки. Значит, сейчас самое время. Я села напротив Чарли, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, и положила обе руки на стол ладонями вниз. Я почувствовала, как мой телефон завибрировал от входящего сообщения, затем ещё двух, но проигнорировала их. — Папа, — медленно произнесла я. — Я хочу поговорить обо всём, что произошло. Мой телефон снова завибрировал, и я потянулась вниз, чтобы отключить его. Чарли поднял голову и уставился на меня, приподняв бровь. — Да? — спросил он. Я кивнула. — Да. Думаю, у меня есть информация, которая может тебе помочь. Не только мне, некоторым из нас... Зазвонил телефон. Я вздрогнула от неожиданности, но Чарли лишь бросил на меня ещё один взгляд и встал. — Подожди, — сказал он. — Никуда не уходи. Я механически кивнула, наблюдая, как Чарли подходит к телефону. Он ответил на звонок, прижав трубку к уху, и стал слушать собеседника. Я наклонилась ближе, пытаясь разобрать, кто звонит, но ничего не услышала. У меня вспотели ладони. Затем Чарли покачал головой. Движение было медленным, недоверчивым. — Ты… — начал он, но остановился. — Ты ошибаешься. Сегодня он был в порядке, он бодрствовал… Он снова замолчал, прислушиваясь. Затем выругался. Я вздрогнула, наблюдая, как он прижимает руку к груди, словно от боли. — Чёрт возьми, — повторил он. — Чёрт его возьми. Я должен был тебе перезвонить. Он швырнул трубку, чуть не разбив её, и я подавила удивлённый возглас. Он повернулся, его лицо побледнело и осунулось, в глазах стояли слёзы. Я никогда в жизни не видела, чтобы папа плакал, и это зрелище потрясло меня до глубины души. — Папа, — воскликнула я, вскакивая. — Что случилось? Чарли закрыл лицо руками, глубоко и разочарованно вздохнул, затем ещё раз. Когда он поднял голову, его взгляд был жёстким, наполненным гневом и страхом. — Он мёртв, — медленно произнёс он. Моё сердце болезненно сжалось. — Кто? — Мальчик. Тот, которого ты нашла. — Что? Но ты сказала… Чарли снова покачал головой. — Он был в порядке. Два часа назад он был в порядке. Но он потерял сознание, и они пытались его реанимировать, но ничего не вышло. Он мёртв. Мы уставились друг на друга. Это было невозможно. И Чарли, и Карлайл неделями обсуждали это дело, следили за показателями жизнедеятельности, анализами крови и переливаниями, и ему становилось лучше. Я подумала о мальчике с тёмными волосами и треснувшими очками. Я подумала о его маме. Теперь она одна. В моём кармане снова зажужжал телефон, на этот раз с вызовом, а не с сообщением. Я вытащила его и уставилась на экран. Это был Карлайл. Я отклонила вызов, отстранённо отметив, что мои руки дрожат. Время внезапно ускорилось, как будто я попала в зыбучие пески, мой разум работал слишком медленно, а дыхание было слишком коротким. Я знала, что мне нужно всё рассказать Чарли, прямо сейчас. С Карлайлом и Анджелой или без них. Я снова посмотрела на отца и сделала глубокий вдох. — Пап, мне нужно кое-что… Глухой стук. Мы с Чарли оба посмотрели вверх, наши глаза были прикованы к потолку. Раздался звук, как будто что-то упало на дом, и моей первой мыслью было, что что-то упало наверху. Но пока мы смотрели вверх, раздался еще один глухой стук, затем еще. Это было похоже на шаги. Чарли в мгновение ока шагнул вперёд и выхватил пистолет. Он уже двигался к входной двери, но я схватил его за рукав. — Не выходи туда! Он резко повернулся ко мне. — Если кто-то здесь… Я чувствовала себя так, будто попала в кошмар. — Пожалуйста, — взмолилась я. — Не выходи туда. Мы не знаем, что это такое. Он замер, не сводя глаз с моего лица. Я никогда не видела его таким неуверенным. На мгновение мы оба застыли, едва дыша. Я снова подняла взгляд туда, откуда доносились звуки, и он проследил за моим взглядом. Мы ждали. Больше не было слышно ни звука. Спустя долгую-долгую минуту я вздрогнула и прерывисто выдохнула. Затем разбилось кухонное окно. Звук был громким, и мы оба подпрыгнули. Чарли инстинктивно схватил меня и оттолкнул за себя. Я услышала звон разбитого стекла, а затем наступила тишина. Я подавила всхлип, схватив Чарли за руку и пытаясь удержать его рядом. Он покачал головой, прижав палец к губам. Он сделал шаг вперёд. Все было тихо. Как будто они чего-то ждали. Наблюдали. Чарли сделал ещё шаг, жестом показывая мне, чтобы я осталась, но я вцепилась в него, пытаясь удержать. Он стряхнул меня и завернул за угол. Мгновение я ничего не слышала. Затем раздалось приглушённое восклицание. — Какого чёрта… Я двинулась вперёд, мои ноги были слишком тяжёлыми, а дыхание — слишком поверхностным. Я знала, что за нами пришли — что именно здесь было. И я увидела его. Мой отец застыл с пистолетом в руке, глядя на монстра, который был в нашем доме. Каким-то образом в этом маленьком пространстве он казался больше, его крылья с ужасным звуком терлись о потолок, спина выгнулась и напряглась, когда он наклонился, чтобы пролезть в кухонное окно. Его ноги задели разбитое стекло, и оно с ужасным звоном упало на кафельный пол. Он истекал кровью, его пальцы были порезаны стеклом, тёмная кровь капала на пол и растекалась по столешнице. Ужасным движением он выбрался из окна, крыльями сбивая тарелки и стаканы на пол, которые разбились вдребезги, присоединившись к осколкам, усеявшим кафельный пол. Он повернулся к нам. Казалось, что всё происходит слишком медленно, время замедляется и сжимается, а одно сердцебиение растягивается до бесконечности. Я двинулась вперёд, схватила Чарли, пытаясь защитить его, пока он целился из пистолета. Он выстрелил один раз, и пуля попала монстру в плечо. Брызнула кровь, но он не остановился. У меня зазвенело в ушах. В мгновение ока он набросился на нас. Его когти впились в моё плечо, разрывая ткань свитера. Что-то острое коснулось моей кожи — зубы. Я попыталась вырвать руку, но было слишком поздно. Он кусал меня, его зубы прорезали кожу и плоть под ней. Эта боль отличалась от любой другой боли, которую я когда-либо испытывала, как будто мои мышцы оторвались от костей, как будто в мои вены влили огонь. Я услышала свой крик. Я больше не видела Чарли. Всё, что я видела, — это глаза чудовища, красные радужки вокруг чёрных зрачков, которые расширялись и сужались, пока оно разрывало меня на части. На меня накатило странное спокойствие, мои конечности внезапно стали тяжёлыми, движения — вялыми. Я услышала голос в своем сознании, низкий и свистящий, как ветер в сухой траве. На мгновение я почти позволила этому затянуть меня на дно, но затем внезапное отвращение охватило меня, прорезав туман в моем сознании. Голос в моей голове исчез так же быстро, как и возник. Затем монстр с шипением отпрянул, разрывая кожу на моей руке, когда он рвал меня зубами. Издалека я почувствовала запах чего-то горящего. Раздался звук - резкий, ужасный крик - и чудовище поползло прочь, его тело извивалось, когда оно убегало. Я осознала, что рыдаю, и что Чарли стоит передо мной на коленях. Распятие на моей шее было повернуто в сторону и свисало поверх моего разорванного свитера. — Белла, — выдохнул Чарли, его рука сжимала мою руку. Я истекала кровью, моя кровь текла сквозь его пальцы, и на мгновение я почувствовала головокружение, слабость. Но потом я подняла глаза, посмотрела на его лицо - серое, бескровное, - и мной овладел новый страх. — Папа, — сказала я, протягивая к нему руку. Он снова прижал руку к груди, его пальцы судорожно сжались над сердцем. На мгновение показалось, что он собирается что-то сказать. Но потом он повалился вперёд, всё ещё держась за грудь. Я схватила его, громко всхлипывая в тишине. Его рука упала. — Папа, — закричала я. — Нет, нет, папа. Очнись. Папа! На нём не было ничего — ни ран, ни крови, кроме моей собственной. Но его лицо было таким бледным. Он не дышал. Я нащупала пульс, смутно осознавая, что мои руки дрожат, а левая рука болит. Кожа Чарли была холодной. Я не могла нащупать пульс и спустя какое-то время положила руки ему на грудь. На сердце. Я сжала пальцы и надавила. Все еще всхлипывая, я приступила к тому, что знала о искусственном дыхании. Не знаю, как долго я стояла над ним на коленях, сцепив пальцы и чувствуя боль в руках, пока пыталась заставить кровь циркулировать в его сердце, в его теле. Вокруг было так тихо. Спустя какое-то неизмеримое количество времени я услышала, как открылась входная дверь, и кто-то позвал меня. Я напряглась. Холодные руки схватили меня за руку и оттащили от Чарли. Я почувствовала запах дыма и чего-то ещё, чего-то чистого. Карлайл. — Белла. — его голос тихо звучал в моих ушах. Я почувствовала чьи-то руки, чьи-то тёплые пальцы на своей коже. Кто-то другой произносил моё имя — Анджела. Я потеряла всякое самообладание. Я слышала, как Анджела говорила со мной, потом что-то сказала Карлайлу. Я слышала, как она звонила в 911, её голос был низким и напряжённым. Карлайл делал Чарли искусственное дыхание, его рубашка была пропитана кровью. Моей кровью, как я поняла. На краткий миг он поднял взгляд, его глаза остановились на моей руке. Я проследила за его взглядом. Моя рука была разорвана почти до сухожилия, все еще быстро и ярко кровоточа. Я оглянулась на Карлайла. Он застыл, его глаза расширились. Затем Анджела что-то сказала, и он снова начал делать искусственное дыхание, его движения были ритмичными, автоматическими. Мне показалось, я услышала, как хрустнуло одно из ребер Чарли. Я не могла смотреть. Я повернулась к Анджеле, позволив ей прижать меня к своему плечу, позволить ей обнять меня. Я посмотрела через её плечо на разбитое окно, на осколки стекла и кровь, стекающую по кухонной стойке. А за окном была чёрная бесконечная ночь.